Не будем путать культурологию с культуроведением

Не будем путать культурологию с культуроведением

(к открытию дискуссии по поводу Культурологической хартии)

Прежде, чем браться разрабатывать Культурологическую хартию, как представляется, стоит определиться в некоторых исходных вопросах. Сколько культур изучает культурология? Одну культуру или многие культуры? На каком уровне культурология проводит свои научные обобщения? На конкретно-истори­чес­ком или типологическом, или категориальном, или же на всех трех одновременно? Изучает ли культурология всю культуру или только некоторые ее аспекты? А какая социальная польза от наших знаний о культуре? Какой ракурс понимания культуры принципиально отличает собственно культурологию от других наук, занимающихся культурой? И т. д.…

Отмечу, что в нашей науке до сих пор не существует четкого разграничения «зон интеллектуальной ответственности» между культурологией с ее типологическим уровнем обобщений, с одной стороны, философией культуры с ее категориальным уровнем обобщений, с другой, и с различными культуроведческими науками, изуча­ющими культуру в ее отдельных отраслях (искусстве, политике, религии и т. п.) и отдельных аспектах (историческом, этническом, социальном, материально-архео­логи­ческом и пр.) с их конкретно-эмпирическим уровнем обобщений, с третьей. Какие же признаки культурологии мы можем выделить, как специфичные только для нее?

Представляется, что эта специфика определяется прежде всего тем, что культурология изучает не всю культуру. Это посильно только всей совокупности социальных и гуманитарных наук. Культурология нацелена в своих познавательных интересах преимущественно на культурные типы, выделенные по разным основаниям. К таковым можно отнести: регионально-ис­тори­ческие типы (цивилизации); хозяйственно-куль­турные типы (земледельческий, коче­вой, промысловый и пр.); социально-субъект­ные типы (по производителям: народный, элитарный, профессиональный, интеллектуальный, криминальный); социаль­но-объ­ект­ные типы (по потребителям: национальный, этнический, массовый); сословные типы (аристократический, крестьянский, буржуазный, пролетарский); стадиально-технологические типы (первобытный, аграрный, индустриальный, постиндустриальный); отраслевые (политический, художественный, кон­фессиональ­ный и пр.); функциональные (креативный, традиционный, потребительский); по уровню специализированности (специализированный и обыденный); по способу фиксации информации (до-письменный, письменный, экранный), а так же целый ряд иных типов, выстроенных на разных основаниях.

Именно на этом типологическом уровне и делаются культурологические обобщения, определяющие сущностные характеристики этих образований и критерии отнесения к ним тех или иных культурных явлений. Культурология не изучает историю культуры эмпирически-описательно, например, историю русской или французской культур с точки зрения их уникальной специфики (этим занимается история культуры как часть исторической науки по соответствующим описательным и аналитическим методологиям). Культурология сосредоточена на их типологических признаках, на том, в какой мере эти культуры являются частными случаями представленности характерных черт восточно-христиан­ской и западно-христианской цивилизаций, как общие закономерности динамических процессов культурного развития воплотились в конкретных русской и французской национальной формах, какими общими и особенными чертами отличается социальный опыт русского и французского народов, что определяет и особенности их национальной идентичности и т. п. Вопросы именно такого характера составляют содержание проблемных полей исторической культурологии как части культурологического знания, а не национальная специфика. Историческая культурология – это не описательная история куль­туры, а ее аналитическая история (теория истории культуры). История культуры изучает уникальное, а историческая культурология – типичное.

Но точ­но так же для культуролога не очень убедительна и культура как всеобщая категория, некая культура вообще. Эта умозрительная конструкция создана по философским основаниям. Культурологию же метафизическая сущность культуры интересует в меньшей степени, поэтому культурологи занимаются не размышлениями о сущностях, а так называемым «вторичным обобщением» эмпирически наблю­да­е­мы­­х культурных черт (уже описанных историками), которые можно свести в определенные типологические группы, проанализировать на типологическом уровне, выстроить исторические и/или социальные типологические модели и изучать в качестве таких модельных построений. Это позволяет обнаружить некоторые существенные функциональные характеристики, с трудом выявляемые как при непосредственном эм­пирическом исследовании культур, так и при отвлеченном категориальном рассуждении.

Другое дело, что реально каждый из нас является в какой-то мере философом культуры, размышляющим о метафизических сущностях, в какой-то мере историком, осмысливающим культуру в ее уникальных наблюдаемых формах, а в какой-то мере культурологом, занимающимся «вторичным обоб­щением» на уровне типологии. Но нужно четко отдавать себе отчет, в какой роли мы выступаем в том или ином исследовании, и не называть культурологией то, что ей не является.

Особая тема – взаимоотношения культурологии с языком, науками о языке и с семиотикой в частности. Представляется, что здесь со­держательная близость наибольшая. В конечном счете, культурология – это в существенной мере наука о невербальных языках культуры и смысловом наполнении вербальных языков. Культурология относится к миру как к тексту и читает его как текст в его культурных содержаниях. Культурология занимается в первую очередь дешифровкой социально значимых смыслов, тем или иным образом, закодированных в вербальных и невербальных текстах культуры, и на этом основании выстраивает свои типологические конструкции.

В чем социальная функция этого культурного текста? Он является наиболее полным выражением национально-исторического социального опыта народа и наиболее значимой идейной основой для социальной солидарности людей, локализации их коллективов в народы и самоидентификации людей в рамках этих народов, т. е. универсальным идейным основанием социального бытия. С точки зрения социальной актуальности, он является одним из наиболее эффективных инструментов нормативной регуляции, с его помощью происходит управление обществом, нормирование и регулирование порядков практической жизнедеятельности людей и их коллективного общежития. Только делается это не с помощью насилия, а путем апелляции к ценностным основаниям человеческого бытия.

Таким образом, представляется, что культурология – это не академическая наука, изучающая культуру в интересах пополнения фактологического знания о ней (этим занимаются культуроведческие науки – история, этнография, археология, искусствознание, филология и пр.), и не философия, осмысливающая место культуры в структуре бытия, а прикладная по своим стратегическим целям наука, аналитически моделирующая культуру в разных ее ас­пектах как систему внешнего социального уп­рав­ления (политичес­кого и иде­о­логического) и самоуправления (в виде обычая, традиции) и изучающая эти модели с целью более глубокого понимания технологий подобного управления и применения их в актуальной практике. Если политология изучает политические тех­нологии управления обществом средствами преимущественно «жесткого» властного принуждения, то культурология сосредоточена на технологиях «мягкого» социального управле­ния и стимулирования до­б­ро­воль­ной социальной адекватности и ответственности всех членов общества. Культурология – это наука, изучающая идеологические, религиозные, этические, аксиологические и иные установки сознания, как правило, имеющие субъективно-си­туативные основания и являющиеся в большей или меньшей степени мифологемами, но с помощью которых осуществляется эффективное уп­ра­в­ление практическим социальным поведением людей.

Итак, мы можем заключить, что собственно культурология включает в себя теорию культуры (систематическое обобщение разных аналитически реконструируемых и моделируемых стратегий социального бытия и социального управления) и социально-исто­рическую типологию культур (эмпирически наблюда­е­мое историческое бытие народов, выраженное в «текстах» их культур, считы­ваемое по ним и обобщаемое в различных социальных и исторических типах, выстраиваемых по разным, актуальным для исследователя основаниям). Куль­турология – это не умозрительное размышление о том, что такое культура как категория, и не непосредственное описание культур в их наблюдаемых чертах, а их аналитическое моделирование в типах и изучение их типологических призна­ков, проводимое для использования опыта и решения задач актуального социального управления и социального проектирования на будущее. Только ра­ди познания было бы достаточно эмпирического описания и метафизического размышления, типологическое обобщение нужно для выделения опыта, полезного для современной практики.

В этой связи возникает и вопрос о том, является ли культурология гуманитарной или социальной наукой. Представляется, что по объекту ее можно определить гуманитарной, по предмету социальной. Ведь объектом культурологии является не вообще вся культура, во всех ее аспектах и ракурсах понимания, а преимущественно те основания жизни человека и общества, которые можно назвать гуманитарными. Объект – это система гуманитарных смыслов и ценностей жизни – нравственных и религиозных, этических и эстетических, социально консолидирующих и культурно идентифицирующих и др. – их символическое выражение в образах сознания и продуктах деятельности и языки коммуникации по поводу этих смыслов и ценностей. А вот предмет культурологии – это нормы социального взаимодействия людей, непосредственно или опосредованно детерминируемое этими гуманитарными смыслами и ценностями, различные режимы социального управления, основанные на этих ценностных установках и преследующие цели их осуществления. Можно сказать, что культурология изучает социальные фун­к­ции гуманитарной составляющей человеческой жизни, ее социальную утилитарность и эффективность, особую роль гуманитарного содержания жизни, регулиру­емого ее социальными формами.

Может быть, именно этим и определяется научная значимость и уникальность культурологии. Ни одна другая наука не исследует проблему социальных функций гуманитарного аспекта человеческой жизни, его утилитарной полезности (зачем гуманитарность нужна социально). Конечно, в какой-то мере этим занимается и философия, но на уровне умозрительных размышлений, а не социального моделирования.

Представляется, что таким образом можно выстроить триаду «философия культуры – культуроведение – культурология». Философия размышляет о культуре в масштабе ее «конечных» сущ­ностей, культуроведение – это непосредственно-эм­пири­чес­кая история раз­ных культур (изучающая их уникальное своеобразие и акцентированная именно на этом), добываемых ради пополнения корпуса знаний с академической целью, а культурология решает практико ориентированные (в конечном счете) задачи социального управления средствами культуры, создавая для них теоретическую и методическую базу.

Итак, суммируем некоторые основные признаки культурологии (собственно культурологии в узком смысле):

- объект – ценностно-смысловые и образно-символичес­кие черты и свойства явлений искусственного мира,

- предмет – социально значимое функционально-содер­жательное наполнение этих явлений (их роль в качестве элемента общей стратегии социального бытия), социально-типическое в культуре,

- цель – выявление непосредственных и опосредованных социально-ре­гулятивных функций этих явлений, их места в системе социального управления и самоуправления, идентичности т. п., ре­ализуемых именно в режиме апелляции к их ценностным значениям,

- методы – моделирование разных культурных систем как культурных типов, выстраиваемых по разным основаниям, ради изучения опыта социального управления посредством апелляции к ценностно-смысловым содержаниям вербальных и невербальных регулятивных текстов (культурных форм); семиотическая дешифровка социально значимых смыслов, за­кодированных в этих формах, и описание кодов, используемых при этом,

- уровень обобщения – типологический, основный на тех или иных социальных груп­пировках акторов, группах функций и профилей их коллектив­ной жизнедеятельности и той или иной группировке смыслов и форм, отличающих продукцию их деятельности,

- прикладное применение – особая стратегия социального управления, апеллирующая не к насилию, а к культурно-ценностным интересам людей и основаниям их самоидентификации и поддерживающая общественный порядок посредством стимулирования их добровольного социально адекватного и ответственного поведения.