Судебная практика по уголовным делам

Судебная практика по уголовным делам

Вопросы уголовного права

Приговор изменён ввиду неправильного применения закона при квалификации действий осуждённых и назначении наказания

Приговором Тамбовского районного суда Амурской области от 6 октября 2011 года Ю. осуждён по ч. 4 ст. 111 УК РФ к восьми годам лишения свободы. Этим же приговором осуждены также Г. и С. по ч.4 ст.111 УК РФ.

Рассмотрев дело по кассационным жалобам осуждённых и их защитников, судебная коллегия приговор изменила ввиду неправильного применения закона.

Согласно приговору, преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 111 УК РФ, за которое осуждены Ю., Г. и С. совершено 22 апреля 2009 года, то есть во время действия Уголовного кодекса РФ в редакции Федерального закона РФ от 01.01.01 года №63-ФЗ.

Федеральным законом от 7 марта 2011 года №26-ФЗ, вступившим в силу 11 марта 2011 года, в санкцию части 4 статьи 111 УК РФ внесены изменения, которые в соответствии со ст.10 УК РФ имеют обратную силу. Однако судом данные изменения не были учтены.

При таких обстоятельствах, с учетом требований ст. 10 УК РФ, судебная коллегия переквалифицировала действия осуждённых с ч. 4 ст. 111 УК РФ (в редакции Федерального закона от 01.01.01 года №63-ФЗ) на ч. 4 ст. 111 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года №26-ФЗ).

Кроме того, из материалов дела следует, что ранее, 7 июля 2010 года, по данному делу был постановлен приговор, в соответствии с которым Ю. был осуждён по ч. 4 ст. 111 УК РФ (за совершение указанного преступления) к шести годам лишения свободы.

Кассационным определением от 30 декабря 2010 года данный приговор отменен с направлением дела на новое судебное разбирательство, ввиду существенного нарушения уголовно – процессуального законодательства. При этом доводы кассационного представления о чрезмерной мягкости назначенного Ю. наказания признаны несостоятельными.

По смыслу ч. 2 ст. 383 УПК РФ, при повторном рассмотрении дела осуждённому не может быть назначено наказание более строгое, чем по первому приговору, если приговор отменен не в связи с мягкостью назначенного ему наказания.

Рассматривая настоящее дело после отмены первого приговора, суд первой инстанции назначил осуждённому Ю. восемь лет лишения свободы, что превышает срок наказания, назначенного ему по первому приговору.

Суд в нарушение ч.1 ст.56 УК РФ назначил лицу, впервые совершившему преступление небольшой тяжести, наказание в виде лишения свободы

Приговором Свободненского городского суда Амурской области от 31 января 2012 года Б. осуждён по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 1 году 3 месяцам лишения свободы с лишением права управления транспортными средствами сроком на 3 года.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное Б. наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года, на него возложены обязанности.

Кассационным определением от 29 марта 2012 года приговор изменён по следующим основаниям.

наказание в виде лишения свободы, суд не учёл требования ч.1 ст.56 УК РФ, согласно которым указное наказание может быть назначено осуждённому, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ, или только если соответствующей статьёй Особенной части настоящего Кодекса лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания.

Согласно приговору, Б. совершил впервые преступление небольшой тяжести, обстоятельств, отягчающие наказание, судом не установлено.

Кроме того, санкция ч.1 ст.264 УК РФ, помимо лишения свободы, предусматривает другие, более мягкие виды наказаний.

Учитывая, что суд назначил Б. наказание в виде лишения свободы условно, судебная коллегия применила ст.64 УК РФ, на основании которой назначила ему наказание в виде исправительных работ сроком на один год 3 месяца с удержанием 20 % из заработной платы в доход государства, с применением ст.73 УК РФ условно.

Дополнительное наказание может быть назначено по совокупности преступлений или по совокупности приговоров, если оно назначено хотя бы за одно из преступлений, входящих в совокупность

Приговором Шимановского районного суда от 23 декабря 2011 года П. осуждён по ч.1 ст.158 УК РФ к 1 году лишения свободы, по ч.4 ст.111 УК РФ к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год. На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний назначено 8 лет 6 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год. В соответствии с ч.5 ст.74, ст.70 УК РФ по совокупности приговоров окончательно назначено к отбытию 10 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. В соответствии со ст.53 УК РФ установлены ограничения: не уходить из постоянного места жительства с 23 часов до 7 часов, не посещать увеселительные заведения на территории постоянного места жительства или пребывания, места работы (или) учёбы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждённым наказания в виде ограничения свободы, также установлена обязанность являться в указанный специализированный орган 2 раза в месяц для регистрации.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам от 1 марта 2012 года приговор изменён по следующим основаниям.

Судом при назначении наказания не были учтены положения ч.1 ст.53 УК РФ. В соответствии с ними ограничение свободы состоит в возложении ограничений, предусмотренных ст. 53 УК РФ. При этом установление судом осуждённому ограничений на изменение места жительства или пребывания без согласия указанного специализированного государственного органа, а также на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования является обязательным.

Суд же, назначая дополнительное наказание по ч. 4 ст. 111 УК РФ, не установил ограничения, то есть фактически не назначил дополнительное наказание. При таких обстоятельствах суд не вправе был назначать это наказание и по совокупности приговоров.

Принимая во внимание, что суд неправильно применил закон, судебная коллегия изменила приговор и исключила назначение Д. наказания в виде ограничения свободы по ч.4 ст.111 УК РФ, по совокупности преступлений и по совокупности приговоров.

Действия в отношении одного наркотического вещества необоснованно признаны совершёнными и с целью сбыта, и без цели сбыта

Приговором Свободненского городского суда от 14 ноября 2011 года Г. осуждён по ч. 2 ст. 228 УК РФ за незаконное изготовление наркотического средства в особо крупном размере и по п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ за незаконный сбыт наркотического средства в особо крупном размере.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам от 14 февраля 2012 года приговор изменён по следующим основаниям.

Как установлено приговором суда, в период с 20 августа по 10 сентября 2009 года Г. незаконно изготовил для личного употребления наркотическое средство в особо крупном размере – гашишное масло массой 1005,8 грамма, которое 28 ноября 2009 года сбыл С..

В указанных действиях Г. судом признано наличие совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 228 и п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, совершённых в отношении одного и того же наркотического средства.

Изменяя приговор, судебная коллегия указала, что действия Г., связанные с незаконным изготовлением наркотического средства в особо крупном размере, трансформировались в более тяжкое преступление – сбыт того же самого наркотического средства, в связи с чем они не требуют самостоятельной квалификации по ч. 2 ст. 228 УК РФ, а содеянное осуждённым полностью охватывается составом п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, как сбыт наркотических средств, совершённый в особо крупном размере.

Поскольку суд неправильно применил закон при квалификации действий осуждённого, судебная коллегия исключила из приговора осуждение по ч.2 ст.228 УК РФ.

При эксцессе исполнителя суд ошибочно квалифицировал его действия по признаку - группой лиц по предварительному сговору

Приговором Белогорского городского суда от 29 июля 2011 года Д. осуждён за совершение ряда открытых хищений чужого имущества и разбойных нападений с целью хищении такого имущества.

Кассационным определением от 01.01.01 года приговор в части осуждения Д. по ч. 2 ст. 162 УК РФ (по факту хищения имущества Т.) изменён в связи с неправильной юридической оценкой содеянного по квалифицирующему признаку разбоя «группой лиц по предварительному сговору».

Как следует из приговора, Д. в ходе совершения совместно с П. открытого хищения имущества Т., выйдя за рамки предварительного сговора, не ставя П. в известность о своих намерениях, применил в отношении потерпевшей Т. насилие, причинив лёгкий вред её здоровью, после чего скрылся с похищенным имуществом.

Давая правовую оценку действиям осуждённых, суд пришёл к правильному выводу о том, что в действиях Д. имеет место эксцесс исполнителя, поскольку при совершении совместно с П. преступления он вышел за пределы состоявшегося сговора, применив к потерпевшей Т. насилие, опасное для её жизни и здоровья.

Вместе с тем, оценивая действия осуждённого Д. как эксцесс исполнителя, суд неправильно квалифицировал их как совершённые группой лиц по предварительному сговору.

В соответствии со ст. 36 УК РФ, эксцессом исполнителя признается совершение исполнителем преступления, которое не охватывается умыслом других соучастников, поэтому ответственность за эксцесс исполнителя несёт только сам исполнитель.

С учетом указанных обстоятельств судебная коллегия переквалифицировала действия Д. с ч.2 ст.162 УК РФ на ч.1 ст.162 УК РФ.

Вопросы уголовного процесса

Суд не учел доказательства, которые могли повлиять на его выводы

Приговором Благовещенского городского суда от 1 ноября 2011 года К. осуждён по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам, рассмотрев дело по кассационному представлению государственного обвинителя и кассационным жалобам осуждённого, представителя потерпевшей, кассационным определением от 01.01.01 года приговор отменила по следующим основаниям.

Органами предварительного расследования К. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УК РФ, т. е. в нарушении правил дорожного движения, совершённом лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшем по неосторожности смерть человека.

Суд признал не доказанным, что К. в момент совершения преступления находился в состоянии алкогольного опьянения.

Судебная коллегия отменила приговор, указав, что суд не учёл ряд доказательств, имеющих существенное значение для дела.

Так, согласно сведениям из медицинской карты, после доставления К. в медицинское учреждение после дорожно-транспортного происшествия ему был поставлен диагноз «Алкогольное опьянение». Указанное доказательство было исследовано в судебном заседании, однако в приговоре не приведено и не получило оценки.

Показания свидетелей Дм., Дем., С., лично наблюдавших водителя автомобиля с признаками алкогольного опьянения на месте происшествия, также не получили надлежащей оценки в приговоре.

Согласно приговору, оценивая «показания многочисленных свидетелей» о нахождении К. в состоянии алкогольного опьянения, суд признал их «субъективным мнением», не указав конкретные доказательства, подвергнутые оценке, при этом не привёл мотив, по которому сообщённые свидетелями сведения не были приняты им во внимание.

Приговор может быть основан лишь на доказательствах, исследованных в судебном заседании, а при рассмотрении уголовного дела должен быть соблюдён порядок, установленный главами 37,38 УПК РФ

Приговором Свободненского районного суда Амурской области от 01.01.01 года Тур. и Тес. осуждены по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ.

Рассмотрев дело по кассационным жалобам осуждённого Тур., его защитника, представлению государственного обвинителя, судебная коллегия своим определением от 01.01.01 года приговор отменила, дело направила на новое судебное рассмотрение, ввиду существенного нарушения уголовно – процессуального законодательства.

Согласно чч.1,3 ст.240 УПК РФ, в судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию, за исключением случаев рассмотрения дела в особом порядке. Приговор может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Как видно из приговора, в обоснование своих выводов о виновности Тес. и Тур. в совершении преступлений суд сослался на показания самих подсудимых, данные в ходе предварительного следствия, показания потерпевшего Я., свидетелей Пот. и Пис., а также на протоколы следственных действий, иные документы.

Однако, как следует из протокола судебного заседания, суд не исследовал указанные доказательства, не допросил подсудимого Тур..

Кроме того, в соответствии со ст.295 УПК РФ, заслушав последнее слово подсудимого, суд удаляется в совещательную комнату для постановления приговора, о чём председательствующий объявляет присутствующим в зале судебного заседания. Перед удалением суда в совещательную комнату участникам судебного разбирательства должно быть объявлено время оглашения приговора.

Согласно протоколам судебного заседания, суд удалялся в совещательную комнату для постановления приговора дважды: 17 ноября 2011 года сразу после допроса подсудимого Тес., после чего вышел из совещательной комнаты и провозгласил приговор, и 18 ноября 2011 года после предоставления последнего слова Тур., после чего снова вышел из совещательной комнаты и провозгласил приговор, что свидетельствует о нарушении порядка судебного разбирательства.

Нарушения закона, допущенные при рассмотрении дела, повлияли на постановление законного, обоснованного приговора, что в соответствии с п.2 ч.1 ст.379, ст.381 УПК РФ является основанием для отмены приговора.

Уголовное дело не может быть возбуждено, если истекли сроки давности привлечения к уголовной ответственности

Постановлением мирового судьи Амурской области Свободненского городского судебного участка № 3 от 25 августа 2011 года уголовное дело и уголовное преследование в отношении Л. А.. и Л. В., обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ, прекращены на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за истечением сроков давности уголовного преследования.

Постановлением апелляционной инстанции Свободненского городского суда Амурской области от 01.01.01 года данное постановление оставлено без изменения.

В кассационном порядке дело не рассматривалось.

Постановлением президиума от 6 февраля 2012 года удовлетворены надзорные жалобы подсудимых, в которых ставился вопрос о незаконности судебных постановлений.

Как видно из представленных материалов, Ц. 21 января 2011 года обратился в органы предварительного расследования с заявлением о привлечении к уголовной ответственности Л. А. и Л. В. за совершение в отношении него 20 июня 2009 года преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 116 УК РФ и ст. 119 УК РФ.

В возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 119 УК РФ заявителю отказано.

в части, касающейся преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ, постановлением старшего следователя Свободненского МСО СУ СК РФ по Амурской области от 24 мая 2011 года передано мировому судье в связи с тем, что в результате проведённой проверки следователь пришёл к выводу об отсутствии у Л. А. и Л. В. хулиганских побуждений; в их действиях он усмотрел признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ.

26 мая 2011 года материалы с заявлением Ц. поступили мировому судье.

3 июня 2011 года мировым судьёй заявителю направлено сообщение о том, что его заявление о преступлении, предусмотренном п. «а» ч. 2 ст. 116 УК РФ, не является заявлением частного обвинения, составленным в соответствии с требованиями ст. 318 УПК РФ, в связи с чем уголовное дело не может быть возбуждено мировым судьёй, ему разъяснено, что он может обратиться в суд с заявлением в порядке частного обвинения, отвечающим требованиям указанной статьи, и установлен срок до 10 июня 2011 года, по истечении которого, если заявление от него не поступит, в возбуждении уголовного дела будет отказано в связи с отсутствием заявления потерпевшего.

Почтой России указанное уведомление возвращено в суд по истечении срока хранения.

23 июня 2011 года указанное уведомление повторно направлено Ц. в г. Благовещенск, срок подачи заявления установлен до 4 июля 2011 года.

30 июня 2011 года Ц. мировому судье подано заявление о привлечении названных лиц к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 116 УК РФ.

Постановлением мирового судьи от 1 июля 2011 года заявление принято к его производству.

25 августа 2011 года постановлением мирового судьи по результатам предварительного слушания, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, уголовное дело и уголовное преследование в отношении Л. А. и Л. В. прекращены по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с истечением сроков давности.

Однако принятые судебные решения вынесены с нарушением уголовно-процессуального закона.

В соответствии с ч. 2 ст. 20 УПК РФ уголовное дело о преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 116 УПК РФ, считается уголовным делом частного обвинения и возбуждается не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя.

Согласно ч. 1 ст. 318 УПК РФ уголовное дело частного обвинения в отношении конкретного лица возбуждается путём подачи потерпевшим или его законным представителем заявления в суд.

Однако, как подчёркивает Конституционный суд Российской Федерации в своих решениях, право на такое обращение не является абсолютным. Его реализация возможна лишь до истечения установленного в пункте «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ срока давности уголовного преследования, что обусловлено как нецелесообразностью применения мер уголовной ответственности вследствие значительного уменьшения общественной опасности преступления по прошествии значительного времени с момента его совершения, так и осуществлением в уголовном судопроизводстве принципа гуманизма (Определения Конституционного Суда РФ от 01.01.01 года
-О, от 01.01.01 года -О).

Этим также обеспечивается баланс конституционно значимых интересов потерпевшего и лица, совершившего преступление, который выражается в исключении не ограниченной временными рамками угрозы привлечения последнего к уголовной ответственности по делам, относящимся к категории дел частного обвинения (Определение Конституционного суда РФ от 01.01.01 года -О).

Согласно п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекли два года после совершения преступления небольшой тяжести.

В соответствии с ч. 3 ст. 78 УК РФ течение сроков давности приостанавливается, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия и суда.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное подлежит прекращению в случае истечения сроков давности уголовного преследования.

Мировой судья, приняв 1 июля 2011 года (то есть по истечении двухлетнего срока, установленного ст. 78 УК РФ) решение о принятии к производству заявления Ц. о привлечении к уголовной ответственности Л. А. и Л. В. по ст. 116 УК РФ, не учёл указанные требования закона, не привёл обоснование принятого решения.

Суд апелляционной инстанции в своём постановлении, оставляя без изменения постановление мирового судьи о прекращении уголовного дела и уголовного преследования, исходил из того, что с заявлением о привлечении Л. А. и Л. В. к уголовной ответственности Ц. обратился в правоохранительные 21 января 2011 года, то есть до истечения сроков давности, а изменение в последующем формы заявления при обращении в суд не влияет на волеизъявление и право потерпевшего на привлечение виновных к уголовной ответственности; постановление мирового судьи о принятии заявления к своему производству не может быть пересмотрено, так как истёк срок его обжалования в апелляционном порядке.

Однако судом апелляционной инстанции не принято во внимание, что
ст. 78 УК РФ, устанавливая условия освобождения от уголовной ответственности за истечением сроков давности, не связывает принятие такого решения с моментом подачи заявления частным обвинителем (потерпевшим).

Заявление в порядке частного обвинения в соответствии с установленными законом требованиями к его форме и содержанию, являющееся поводом для возбуждения уголовного дела частного обвинения, подано Ц. в суд 30 июня 2011 года.

Вывод суда апелляционной инстанции о том, что постановление мирового судьи о принятии заявления к своему производству не может быть пересмотрено, поскольку истёк срок его обжалования в апелляционном порядке, также не основан на законе, поскольку при проверке судом окончательного решения, к которым относится постановление о прекращении уголовного дела, суд апелляционной инстанции проверяет законность и промежуточных решений, в том числе, постановления о принятии заявления к производству.

Учитывая изложенное, президиум отменил постановления мирового судьи о принятии заявления к производству, о прекращении уголовного дела и уголовного преследования, и постановления суда апелляционной инстанции и направил материалы мировому судье для со стадии принятия решения по поступившему заявлению.

Судебная практика по административным делам

Обобщение

судебной практики по рассмотрению дел об административных правонарушениях в порядке надзора в 2011 году

Целью настоящего обобщения выступает изучение практики применения мировыми судьями и судьями районных судов Амурской области законодательства об административных правонарушениях. Обобщение подготовлено по материалам надзорных производств и постановлений о пересмотре судебных актов в порядке надзора, вынесенных председателем и заместителями председателя Амурского областного суда в 2011 году.

За 2011 год в Амурском областном суде прошли проверку в порядке надзора 442 дела об административных правонарушениях (в том числе 25 дел по протестам прокурора или заместителя прокурора Амурской области).

По результатам рассмотрения поступивших в порядке надзора жалоб (протестов) принимались следующие решения (ст. 30.17 КоАП РФ):

об оставлении постановления по делу и (или) последующих судебных решений без изменения - 279;

об отмене постановления по делу и (или) последующих судебных решений и направлении дела на новое рассмотрение - 85;

об отмене постановления по делу и (или) последующих судебных решений и прекращении производства по делу - 61;

об отмене постановления по делу и (или) последующих судебных решений и направлении дела по подведомственности - 1;

об изменении постановления по делу и (или) последующих судебных решений - 6;

иные результаты рассмотрения жалоб и протестов на постановления и последующие судебные решения – 10.

В ходе рассмотрения дел мировыми судьями и судьями районных судов области допускались следующие ошибки в применении и толковании норм действующего материального и процессуального законодательства.

Вопросы соблюдения прав привлекаемого к административной ответственности лица на участие в рассмотрении дела и юридическую помощь защитника

Изучение практики рассмотрения дел об административных правонарушениях за 2011 года показало, что среди процессуальных нарушений, допущенных при рассмотрении дел, большая часть по-прежнему касается несоблюдения права на личное участие в разбирательстве дела.

Вместе с этим, встречаются случаи, когда судьи надлежащим образом не обеспечивают участие в судебном заседании не только привлекаемого лица, но и его защитника.

Так, в Амурский областной суд обратился защитник Д. – С. с жалобой в порядке надзора на постановление мирового судьи и последующее решение судьи районного суда. В жалобе защитник ссылался на ненадлежащее извещение его мировым судьей о времени и месте судебного разбирательства.

Обжалуемые судебные акты были отменены в связи со следующим.

Из материалов дела усматривается, что рассмотрение дела об административном правонарушении в отношении Д. мировым судьей было назначено на 08-00 часов 9 марта 2011 года.

Перед судебным заседанием от Д. поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, но с участием его защитника – адвоката С., проживающего по адресу: г. У., ул. Б., .

Ходатайство было удовлетворено, однако извещение защитника С. о времени рассмотрения дела было направлено на адрес: г. У., ул. Б., , который был указан в доверенности на представление интересов Д. Извещение было возвращено с отметкой «истек срок хранения», а дело об административном правонарушении рассмотрено по существу без участия защитника.

В ходе рассмотрения дела в районном суде доводы о неизвещении защитника были отвергнуты. При этом судья районного суда отметил, что указание Д. в своем ходатайстве номера дома 204 в адресе места жительства защитника (вместо 201, который был отражен в доверенности) является технической ошибкой (опиской).

Отменяя постановление мирового судьи и последующее решение судьи районного суда, заместитель председателя Амурского областного суда указал, что выводы о допущенной в ходатайстве технической ошибке (описке) носят характер предположения и не освобождают судью от извещения защитника по адресу, отраженному в ходатайстве.

Доказательства и доказывание по делу об административном правонарушении

В ходе анализа изученной судебной практики выявлены случаи отмены судебных постановлений, связанные с отсутствием тщательного исследования собранных по делу доказательств, их всесторонней, объективной оценки. В ряде случаев доводы жалоб (протестов), содержащие указание на незаконность собранной доказательственной базы, оставались без должной оценки либо неправомерно признавались необоснованными.

Постановлением мирового судьи гражданин С. был привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 12.8 КоАП РФ.

Будучи несогласным с данным постановлением, С. обжаловал его в районный суд.

В своей жалобе им приводились доводы о заинтересованности понятых в исходе дела, поскольку на момент освидетельствования приглашенные для его проведения понятые отбывали административный арест.

В ходе исследования доводов жалобы судьей районного суда в качестве свидетеля был допрошен понятой Л., который пояснил, что С. он не знает, в момент составления протокола об административном правонарушении в отношении С. находился в камере административно-задержанных. Около четырех часов утра его и еще одного административно-задержанного попросили выйти из камеры и быть понятыми. Им давали подписать какие-то бумаги, от чего он отказывался, но им сказали, что если они не подпишут, то им добавят сутки. Л. показали, где расписаться, и он расписался. указал, что положения ст. 17.9 КоАП РФ ему не разъяснялись.

Однако данные показания не были приняты судьей районного суда во внимание. В своем решении по итогам рассмотрения жалобы судья указал на имеющиеся в материалах дела письменные объяснения, в которых понятой Л. подтверждает свое присутствие при освидетельствовании С. Жалоба была отклонена.

Заместитель председателя Амурского областного суда с такими выводами не согласился, в постановлении об отмене состоявшихся по делу судебных актов нижестоящих судов отметил, что нахождение понятых на момент совершения процессуальных действий в административном подчинении сотрудников позволяет обеспечить объективность при производстве по делу об административном правонарушении.

Соответственно, доводы жалобы, поступившей в районный суд, неправомерно оставлены без должной оценки.

В практике рассмотрения дел об административном правонарушении в порядке надзора имел место случай назначения экспертизы с целью проверки доводов надзорной жалобы.

Так, в Амурский областной суд поступила надзорная жалоба Т. на постановление мирового судьи, которым он был привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 12.8 КоАП РФ.

Настаивая на своей невиновности, Т. в жалобе привел довод о том, что с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения на месте (показатель 0, 512 мг/л) был не согласен, что подтверждает сделанная им запись «не согласен» в соответствующей графе акта освидетельствования. При составлении акта он настаивал на прохождении медицинского освидетельствования в организации здравоохранения, однако в этом сотрудниками милиции ему было отказано.

В целях проверки указанных доводов определением заместителя председателя Амурского областного суда от 29 апреля 2011 года по делу в порядке ст. 26.4 КоАП РФ была назначена техническая экспертиза на предмет установления того, подвергалось ли содержание первоначальной записи в графе акта «С результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения согласен/не согласен» изменению.

Проведение экспертизы было поручено экспертному учреждению – ГУ Дальневосточный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

Из заключения эксперта от 01.01.01 года следует, что в акте освидетельствования в читаемой записи «не согласен» имеются признаки изменения первоначального содержания, выраженные в форме дописки частицы «не». Восстановлена первоначальная запись – «согласен».

Принимая во внимание, что при исследовании акта освидетельствования мировым судьей было установлено, что данный процессуальный документ содержит указание о согласии водителя с результатами освидетельствования, имеются достаточные основания полагать, что дописка частицы «не» к слову «согласен» имела место уже после рассмотрения дела по существу и на момент решения вопроса о возбуждении дела об административном правонарушении по части 1 статьи 12.8 КоАП РФ частицы «не» в акте не содержалось.

Надзорная жалобы была отклонена, обжалуемое постановление мирового судьи оставлено без изменения.

Вопросы назначения административного наказания

Судьями не во всех изученных случаях соблюдались положения ст. ст. 4.2 – 4.3 КоАП РФ об индивидуализации назначаемого административного наказания и учете смягчающих ответственность обстоятельств.

К примеру, постановлением мирового судьи гражданин Р. привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 12.8 КоАП РФ.

В суде первой инстанции Р. полностью признал свою вину в совершении вмененного административного правонарушения.

При назначении административного наказания в виде лишения специального права мировой судья не усмотрел наличия смягчающих или отягчающих административную ответственность обстоятельств.

Рассматривая дело об административном правонарушении в порядке надзора, заместитель председателя Амурского областного суда пришел к следующему.

Согласно статье 4.2 КоАП РФ обстоятельством, смягчающим административную ответственность, признается раскаяние лица, совершившего административное правонарушение.

своей вины в силу приведенной нормы должно было быть квалифицировано в качестве смягчающего ответственность обстоятельства и учтено при решении вопроса о назначении административного наказания. Этого мировым судьей не сделано, то есть допущено нарушение требований процессуального закона.

Вопросы квалификации административных правонарушений в качестве длящихся

В отдельных случаях затруднения у судей вызывают вопросы квалификации административных правонарушений в качестве длящихся. Показательным в этом смысле является следующий пример судебной практики.

Постановлением судьи городского суда от 01.01.01 года директор туристической фирмы Ю. привлечена к административной ответственности по части 4 статьи 14.4 КоАП РФ за осуществление деятельности по перевозке пассажиров с грубым нарушением лицензионных требований и условий, предусмотренных лицензией.

Нарушения лицензионных требований и условий, послуживших основанием для возбуждения дела об административном правонарушении, было допущено при перевозке пассажиров по маршруту «Благовещенск – Хабаровск – Благовещенск» в период с 12 по 15 апреля 2011 года.

Отменяя указанное постановление, заместитель председателя Амурского областного суда отметил следующее.

В соответствии с частью 4 статьи 14.4 КоАП РФ противоправным и административно-наказуемым признается осуществление предпринимательской деятельности с грубым нарушением условий, предусмотренных специальным разрешением (лицензией).

По смыслу указанной нормы с учетом положений Федерального закона от 4 мая 2011 года «О лицензировании отдельных видов деятельности» под осуществлением предпринимательской деятельности с грубым нарушением условий, предусмотренных специальным разрешением или лицензией, понимается занятие определенным видом предпринимательской деятельности на основании специального разрешения (лицензии) лицом, не выполняющим лицензионные требования и условия, установленные положениями о лицензировании конкретных видов деятельности, выполнение которых лицензиатом обязательно при ее осуществлении.

Поскольку противоправное поведение, выражающееся в осуществлении деятельности с нарушением лицензионных требований и условий, не ограничено какими-либо временными рамками и длится до тех пор, пока деятельность не прекращена или нарушение не устранено, правонарушение, ответственность за которое предусмотрено частью 4 статьи 14.1 КоАП РФ, является длящимся.

В этой связи неоднократное выявление однородных нарушений, квалифицируемых по части 4 статьи 14.1 КоАП РФ, не означает, что административное правонарушение каждый раз совершалось заново, а выявленные нарушения не образуют самостоятельных составов административных правонарушений вплоть до фактического прекращения противоправной деятельности (путем исполнения соответствующей обязанности) либо юридического прекращения правонарушения – окончания единого деяния путем привлечения виновного лица к административной ответственности (вступления соответствующего постановления в законную силу). Как повторное может быть расценено только то дальнейшее противоправное деяние, которое продолжается после вступления постановления по делу в силу.

По делу установлено, что Ю. ранее была привлечена к административной ответственности по части 4 статьи 14.1 КоАП РФ за грубое нарушение лицензионных требований и условий, допущенных в ходе перевозки пассажиров по тому же маршруту в период с 7 по 12 апреля 2011 года. Выявленные в рамках данного дела нарушения аналогичны зафиксированным в ходе перевозки с 12 по 15 апреля 2011 года. Постановление о назначении административного наказания по данному делу вынесено 17 мая 2011 года и вступило в законную силу 7 июля 2011 года.

Таким образом, привлечение Ю. к административной ответственности за осуществление перевозки с аналогичными (по сравнению с ранее выявленными) нарушениями в период с 12 по 15 апреля 2011 года имело место в рамках одной продолжаемой противоправной деятельности, и, поскольку на момент обнаружения нарушений единое деяние не было окончено (что случилось только со вступлением в законную силу постановления от 01.01.01 года), перевозка пассажиров с нарушением лицензионных условий в рамках настоящего и ранее рассмотренного дел не образует отдельные составы административных правонарушений, а находится в пределах объективной стороны одного правонарушения.

С учетом того, что на момент вынесения постановления о привлечении Ю. к административной ответственности по настоящему делу (10 июня 2011 года) она уже была привлечена к административной ответственности за то же длящееся правонарушение постановлением от 01.01.01 года, заместитель председателя Амурского областного суда пришел к выводу, что административное взыскание наложено на Ю. в нарушение положений ч. 5 ст. 4.1 КоАП РФ о недопустимости несения ответственности за одно и то же правонарушение.

Иные нарушения процессуальных требований законодательства об административных правонарушениях

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01.01.01 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» содержатся разъяснения отдельных положений действующего процессуального законодательства, которые подлежат обязательному учету при разрешении конкретных дел об административных правонарушениях.

Однако встречаются случаи, когда предписания Верховного Суда РФ судьями во внимание не принимаются.

Постановлением мирового судьи гражданин Д. привлечен к административной ответственности по статье 17.8 КоАП РФ.

Данное постановление было обжаловано лицом, привлеченным к административной ответственности, в вышестоящий суд.

Решением судьи районного суда постановление было отменено, протокол об административном правонарушении и иные материалы дела возвращены в орган, возбудивший дело об административном правонарушении, для устранения установленных при рассмотрении жалобы недостатков.

Отменяя решение судьи районного суда, заместитель председателя Амурского областного суда отметил следующее.

В соответствии с пунктом 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.01.01 года № 5 возвращение протокола возможно только при подготовке дела к судебному рассмотрению и не допускается при рассмотрении дела об административном правонарушении по существу, поскольку часть 2 статьи 29.9 КоАП РФ не предусматривает возможности вынесения определения о возвращении протокола и иных материалов органу или должностному лицу, составившим протокол, по результатам рассмотрения дела.

Одновременно с этим полномочий по возвращению протокола и других материалов дела в орган или должностному лицу, составивших протокол, не содержит статья 30.7 КоАП РФ, определяющая полномочия судьи вышестоящего суда по итогам рассмотрения жалобы на постановление.

Следовательно, возвращая протокол вместе с материалами дела в административный орган, судья районного суда допустил нарушение процессуальных требований закона.

Отдельного внимания заслуживает вопрос о процедуре рассмотрения ходатайства о восстановлении срока на подачу жалобы на постановление по делу об административном правонарушении.

Данный вопрос обсуждался в постановлении заместителя председателя Амурского областного суда от 01.01.01 года по жалобе Е.

Постановлением руководителя Территориального управления Росфиннадзора в Амурской области гражданин Е. был привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 15.25 КоАП РФ.

Е. не согласился с данным постановлением и обратился с жалобой на него в районный суд. В своей жалобе Е. изложил ходатайство о восстановлении срока обжалования постановления о наложении административного взыскания.

Определением судьи районного суда в восстановлении срока было отказано, жалоба возвращена без рассмотрения. При этом вопрос о восстановлении срока был решен в порядке подготовки дела к рассмотрению без назначения и проведения судебного заседания.

Отменяя указанное определение судьи, заместитель председателя Амурского областного суда высказал следующую позицию.

Применительно к рассматриваемой ситуации определение об отказе в восстановлении срока обжалования создает препятствие для судебной проверки постановления должностного лица в целом, поскольку ограничивает возможность обжалования этого акта не только в порядке ст. ст. 30.1 – 30.9 КоАП РФ, но и в порядке надзора (п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.01.01 года № 5).

В то же время конституционные положения о праве каждого на судебную защиту (ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации) и корреспондирующие им положения ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод предполагают ряд гарантий реализации указанного права, среди которых возможность лично предстать перед лицом независимого и беспристрастного суда, привести свои доводы и возражения, дать пояснения по существу рассматриваемого судом вопроса.

Принимая во внимание, что отрицательное разрешение заявления о восстановлении срока обжалования постановления по делу об административном правонарушении фактически исключает возможность последующего судебного контроля за решением должностного лица о применении мер административной ответственности, на процедуру рассмотрения заявления о восстановлении пропущенного процессуального срока в полном объеме должны распространяться процессуальные возможности, гарантированные статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, включая рассмотрение указанного вопроса в судебном заседании с вызовом заинтересованных лиц, непосредственное исследование судом в заседании документов и иных материалов, обосновывающих уважительный характер пропуска срока, возможность получить от заявителя необходимые пояснения по поводу представленных доказательств.

Иное толкование правил действующего закона об административной ответственности необоснованно ограничивает возможности судебной защиты лица, что не согласуется с задачами производства по делам об административных правонарушениях (ст. 1.2 – 1.6 КоАП РФ), среди которых не только защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от правонарушений, но защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, ограничения ее прав и свобод.

Следовательно, рассмотрение вопроса о восстановлении срока обжалования постановления должностного лица по делу об административном правонарушении без вызова участвующих в деле лиц нельзя считать правильным.

И. о. заместителя председателя

Амурского областного суда

Судебные коллегии по уголовным и гражданским делам

Амурского областного суда