Новогодняя звезда…
Луч первый.
Банко, в изрядном подпитии вышел из бара Лайтхайзена, в трущобах можно было впарить практически любое дерьмо. Любой товар принимали с радушием и улыбкой. Сегодня он был очень доволен собой, загнав партию испорченных протухших овощей, которые в Пронтере даже мимо рынка пронести постеснялись бы, не то, что на стол подавать, он получил за них вполне неплохие деньги. Банко любил жить со вкусом и брезгливо смотрел на окружавших его людей. Он был удачлив, но людей не любил впринципе. И вот уже обдумывая продажу партии явно запоротых кузнецами Гефена ущербных мечей, он пробирался сквозь толпы замарашек к знакомому мелкому оптовику, торгующему здесь. В своем дорогом выходном костюме оружейника он брезгливо отдергивался от грязноватого вида попрошаек. Взирая на всех из-под темных очков с явным презрением и отвращением, он подходил к дому Крима в хорошем расположении духа.
-Здорово, как жизнь, - радушно проворковал Крим, похлопывая вошедшего по спине.
-Ничего, торгую помаленьку, я вообще к тебе по делу зашел, есть предложение. Вкратце, оружие лучших мастеров Гефа…
-Да ты присаживайся, это надо обсудить, в свойственной только ему манере проговорил Крим. Он всегда говорил неторопливо, как будто что-то обдумывая…
В тот же миг на столе появилась пара стаканов и бутылка с ликером из местного бара.
-Ну! За встречу, - поднял Крим.
-За бизнес! – кивнул Банко.
Выпив, Банко почувствовал легкое головокружение и онемение во всем теле, он хотел было открыть рот и возмутиться, но губы не слушались его.
-Кстати о бизнесе, подпиши-ка вот это. – усмехнулся хозяин дома…
К своему удивлению Банко протянул не свою руку к листу бумаги с явно написанной распиской на свое имущество и сбережения и аккуратно вывел свою подпись вконце страницы.
-Ну вот и все, рассмеялся Крим снимая с онемевшего тела Банко очки и плащ. - Мне пора идти, дорогой друг…
Пролежав в одиночестве и забытьи пару суток, и начиная постепенно оживать, Банко думал над тем, что его привело к такой жизни. Имея вес в обществе и поднявшись с ноля до уважаемого оружейника и еще более уважаемого за богатство торговца, Банко почувствовал себя вдруг беспомощным ребенком. Не в силах сделать ничего, он горько смеялся над собой в душе…. Какими же нелепыми показались ему все его торговые дела и как же померкло тогда перед ним золото… Что такое золото по сравнению с возможностью ходить и дышать полной грудью?
На третий день Банко с трудом, пошатываясь, вышел из дома предателя торговца и на ватных ногах побрел к выходу из трущоб…
Охрана не поверила не одному его слову и жестоко побив оружейника вернула его в пределы трущоб. Голодный избитый и обозленный на весь мир, без денег и средств к существованию, Банко пошел искать работу…
-Эй, ты голоден, друг мой? –спросил нищий старик у входа. Не ответив ничего оружейник сел на землю и разрыдался, закрыв лицо руками, он рыдал беззвучно и долго, а могучая некогда спина исходила судорогами…
Через месяц…
Оружейник в круглых очках с небольшой аккуратной бородкой под приветственные крики ребятни пересек границу между районами Лайтхайзена с крупной партией превосходного товара и материалов для работы и не без сладостей в карманах… - Санта, Санта вернулся, кричали детишки, в оборванных рубашонках.
-А ты правда Санта? –спросил совсем маленький и худенький мальчишка у Банко.
-Ну разумеется это я. - по доброму усмехнулся Банко, протягивая ребенку небольшую подарочную коробку, с красивыми пятиконечными звездами на синей оберточной бумаге.
Луч второй.
-Открывайте окна, открывайте двери, мы сейчас устроим, для вас представление, - распевал клоун с гитарой в руках и скоморошьей шапке. Цыганка полными пригоршнями раскидывала золотые монеты подбираемые проворными морокскими ребятишками со скоростью света.
Народ побогаче довольно наблюдал за лицедеями, высыпав на улицу. Тем более что было на что посмотреть. Многие из богатых людей тоже жертвовали золотыми раздавая их нищим на обочинах улиц… Морок - город небольшой и все даже самые богатые люди выросли сами из тех же оборванцев, что бегали по улице. Кто-то стал успешным, кто –то нет. Не все ли равно в предновогодний вечер?
Один лишь начальник городской стражи завистливо глядел на деньги летевшие в руки, по его мнению, бездельникам и позору Морока. Он скрежетал зубами и перекидывал алебарду из руки в руку от злости и давно бы задал хорошей трепки артистам, если бы такая толпа народа не поддерживала их.
Но вот наступил финал представления и цыганка с клоуном взорвав хлопушки и дымовухи исчезли в облаке дыма, клубе искр и звоне блестящих золотых монет. Когда же дым рассеялся, парочки уже не было. Начальник стражи от досады, что не смог поймать трюкачей с такой силой ударил в стену кулаком, что по известковой стенке лачуги пошла кривая уродливая трещина.
Народ веселый и удивленный начал расходится с площади, а начальник стражи, окружив площадь верными людьми, приказал им не выпускать нищих и бедных людей с площади. Кольцо замкнулось и мало кому удалось уйти. Довольно потирая руки, мужчина приказал запереть всех в темнице Морока. После чего всю оставшуюся часть вечера самолично избивал и вытряхивал из них все до последнего медяка.
Когда же, выгнав последнего обездоленного на холодную пустынную ночь пустынного города, он начал пересчитывать свои доходы, он был настолько доволен, что хохотал во весь голос, не скрывая улыбки и улыбаясь себе.
-Как это здорово у меня вышло, думал Крим, потирая руки в очередной раз напарить бедняков было для него особым удовольствием. Сундук был полон до краев, часть денег пришлось перекладывать в просторные мешки.
Ночью Криму приснился сон. Будто сидит он в оковах в каком-то сыром и страшно жарком месте, а рядом стоят скоморох и цыганка и говорят ему, отдай, мол народу деньги, выйди на площадь поцелуй землю да покайся в грехах своих. Не принесут тебе добра деньги эти.
На вторую и третью ночь сны повторились, причем они становились все более зловещими. И решил Крим избавиться от денег, пошел он на рынок с сундуками и мешками, да и решил купить себе новую алебарду, говорят Лайтхайзенских мастеров работы, под предводительством некого нового чужеземного оружейника.
Долго упражнялся он со своим оружием, но не лежала алебарда в руках не давалось ему постичь столь прекрасное оружие, хоть и было оно прекрасно сбалансировано и сплав метала был легок и крепок.
Притомился Крим и решил вина испить, да увидел отражение в ковше, будто алебарда в невидимой руке замахнулась на него, да еле-еле успел увернуться. Говорят, всю ночь шум и крики доносились из дворца, а когда стражники с утра сломали дверь, то увидели дрожащего и абсолютно седого начальника. Говорят, ушел тогда Крим из Морока, а на место его поставили нового начальника без нужды никого не обидевшего, Кригом его кличут…
-Да ты спи внучок сказал старик укрывая плащом, маленького мальчика. В Мороке стояла холодная ночь, а звезды тускло мерцали в небе.
Луч третий. (Посвящается Сереге и Лене)
-Иди к черту, ненавижу тебя истерично кричала алхимичка на своего мужа ассасин кросса. –Я видела как ты на нее смотрел, я потратила на тебя лучшие годы своей жизни, а ты, ты!!!!!!!
Ассасин кросс, устало посмотрел на свою девочку, и заключив ее в объятья, крепко поцеловал ее, лаская и гладя ее до тех пор, пока ручки жены не перестали его колотить, а опустились вниз, покорно уступая его ласке и напору.
-Да, да вот так надо показывать мне, что ты по прежнему меня любишь, сбивчиво шептала алхимичка, щечки ее разрумянились а зрачки расширились, глаза подернулись счастливой пеленой. Они уснули в объятиях друг друга счастливые.
Следующий день был отдан на откуп предпраздничным заботам и приготовлениям.
Она
Когда она проснулась его уже не было. Отлично, пора пересчитать доходы отложенные на новый год, должно хватить на тот самый особый джур+10 заточки знаменитого Лайтхайзенского оружейника. Она предвкушала, как подарит его любимому мужу и как тот будет благодарно и преданно смотреть на нее, она помнила, сколько лет он собирал со всех концов Мидгарда карты, на самых опасных монстров, но никогда не использовал их не находя достойного карт оружия. Она уже договорилась о том, чтобы купить эту вещь у одного торговца, кажется его звали Грим, нет не так - Крим, точно - Крим. На прилавке уже лежал красивый и великолепный джур. Седой старик с неприятным выражением лица стоял у прилавка, больше он походил на сказочного колдуна, нежели на торговца.
-Нет милочка, этого не хватает… - проворковал старик.
-Но мы же договаривались, на эту сумму.- обиженно проговорила алхимичка.
-Ну тогда пройдем поговорим, за прилавок – сказал старикашка с сальными седыми волосами. - Например, ты можешь быть со мной ласковой, но увидев негодующий взгляд девушки, осекся. - Хотя мне скорее подойдет твоя бронька…
Броня валькирии +8 была самым дорогим, что было у Лисенка. Но что делать, она безропотно передала ее старику. Забрала красивый 4х слотовый джур+10 и счастливая и радостная ушла домой красиво упаковывать вещь в подарок мужу.
Он
Встав пораньше, осторожно и тихо поцеловав жену в щечку, чтобы не разбудить ее, Gaubranf собрался с тишиной мыши и выскользнул из дома. Все было просчитано, ровно ровно хватало на карту гостринга, чтобы ни один волосок не упал с головы любимой женщины. Вот уже палатка, седой мужчина преклонных лет приветливо машет ему рукой.
Но пересчитав сумму старик находит ее недостаточной.
-Эти карты все что у меня есть, сказал ассасин.
-Ладно, сойдет, забирай. – проворчал старик…
Счастливый ассасин побежал чуть не вприпрыжку заработать еще немного денег для покупки вкусностей на праздничный ужин…
Вместе
Они сидели вдвоем в уединенном домике в далеком заснеженном уголке Люти. Трещали поленья в камине. На столе дымилось мясо добытое любящими руками и приготовленное любящими руками. Несколько бутылок сладкого Морокского охлаждались за окном в снегу. Зеленая красавица елка стояла в углу мерцая огнями заботливо созданными руками алхимички.
Светясь от счастья они обменялись подарками, а когда посмотрели друг на друга поняли все без слов. Слезы благодарности стояли в глазах обоих.
-Где же твоя бронька, спросил ассасин?
-Наверно, там же где карты на боссов… ответила красавица алхимичка.
И оба весело рассмеялись, а звездам их слез так и не суждено было пролиться в этот вечер.
Луч четвертый (Посвящается гильдмастерам)
ГМ гильдии был человеком прямолинейным. Не раз сильной рукой он останавливал толпы врагов, вел своих согильдийцев вперед. Прорывал защиту и держал сильную оборону. Не чурался и шутки за чаркой вина, после очередной резни. От людей не отрывался, но все же был уважаем и всеми любим. И вот представляете, какая ситуация? Сидит в новогоднюю ночь один в сыром каменном замке всеми покинутый и никому не нужный, одинокий и заброшенный. Друзья и братья столько раз проверенные и лихие в боях, не торопятся на праздник. В углу стоит никому не нужная елка. Нет ни подарков, ни духа рождества. Нету просто ничего.
И когда ГМ гильдии совсем было решает принять последнюю чарку вина и лечь спать в дверь раздается настойчивый стук. Не померещилось ли ему? Но нет стук в дверь все громче.
-Извини дружище, задержался… - говорит рослый рыжеволосый парень в костюме Санты. За спиной тяжелый щит в форме креста. А в руках здоровенный мешок. –Я тут бухла припас, того самого еще в Юно брал у Хакури тогда, а ну помнишь, помнишь как тогда после гв? Ух, неделю помню голова потом трещала…Да братишка, здорово было тогда, ну чего стоишь, сгоняй за бокалами, столь изысканный напиток как самогон пить с горла просто преступление.
Проходит несколько минут и легкие постукивания раздаются снаружи. Девчонка епископ кидается на шею Гму гильдии. Тот почти по отцовски целует ее в обе щеки.
-Привет сестренка, я знал, что ты придешь…
-Я не могла не прийти, новый год - семейный праздник. Из сумочки она достает большую рубиново-красную звезду, которую успели только водрузить на елку, и вновь раздается стук.
В замок заходит извечный дуэт Клоуна и Цыганки. Их весело приветствуют все собравшиеся. Он приносит с собой ауру легкости и вечной музыки. И вот очаровательная пара приняв по стакану самогонки у пока пустого камина уже во всю танцует и поет давние песни о вражде и любви, богатстве и славе.
Их песни прерывает сокол, залетевший через распахнутые ставни, даром, что, не выбив стекло, чуть приоткрытого внутрь окна. Все вместе выбегают на улицу, где вдалеке видят заснеженную фигурку промерзшей девушки снайпера тащащей за собой по снегу сани, доверху наполненные настрелянной дичи, среди которой видны кабаны и зайцы. Пока они дотаскивают сани до замка отогревают вновь пришедшую, в дом заходит алхимик с полной тележкой всяких вкусностей, среди которых разные соленья и настойки на спирту. Она сразу же разжигает колдовской огонь в камине.
А пока два паладина тащат большой дубовый стол, дверь открывается и в прожженной мантии в замок входит волшебник, на пути взрывая хлопушки. Запуская фейерверки и ракеты, которые чудесным образом не гаснут, а летают по всей зале, веселя и пугая народ.
Зашедший чемпион яростно спорит с охотницей по поводу приготовления кабанчика на каминной решетке. В комнате пахнет мясом, елкой и соленьями. Рыцарь, в легкой манере, чуть пригибая голову, въезжает в замок прямо на пеко, попадая под подзатыльники всех собравшихся за бесцеремонность, но, узнавая, что седельные сумки доверху забиты легким морокским, от него быстро отстают.
В замок заходит все больше и больше народу, все друг другу близкие и родные, пары танцуют у камина, завзятые рубаки хвастаются мечами и топорами прямо за столом за чашей вина или стаканом самогонки. Играют в шахматы наши интеллектуалки девушки профессор и алхимик, им все время мешают свободные парни, приглашая танцевать обоих. Подкравшийся сзади к ГМу оружейник коронует его жестяной короной, все хохочут и радуются. В этот момент никто не замечает старика, раскладывающего под елкой подарки. Хотя тот веселится и выпивает со всеми. Завтра они будут долго пытаться вспомнить, кто же это был и недосчитаются одного из гостей. А гильдмастер устало взглянет на горячо любимых людей и улыбнется зажегшейся в небе первой утренней звезде.
Луч пятый
Веришь ли ты в сказку?
Веришь ли ты в чудо?
Можешь без опаски
Ты сказать откуда
Новое берется,
Не считаясь с старым?
Все что остается,
То горит пожаром…
До золы сгорает,
Мигом исчезая,
Падая, взлетает,
Тайну оставляя…
(отрывок песни неизвестного барда…)
-Вот скажи мне Зела, с чего ты взяла что люди умеют творить чудеса? –ухмыльнулся Бафомет…
-Ну как же они обладают поистине волшебной силой, они вызывают приход нового года?
-И чем же? Он приходит независимо от их воли, как весну сменяет лето и век сменяет век…
-А тебе не кажется, что наши силы уже не такие как раньше?
-Что ты имеешь ввиду?
-А то, что люди в Лайтхайзенских трущобах постепенно становятся все счастливее, и этот грешник оружейник, стал практически святым? То, что наш слуга в мороке был наказан каким-то сверхъестественным образом, и мы не смогли не то что этому помешать, даже уберечь его? То, что эта пара так и не распалась не смотря на немалую цену заплаченную за свои чувства… То, что не смотря на невыносимые препятствие схватки и дикую стужу, которую мы устроили, все согильдийцы пришли на новый год под кров замка, и посрамив нас веселились весь новый год… Да еще и приволокли с собой то что хотели.
-Какое же это чудо Зела? Мы никогда не были призваны портить людям жизнь. Вот испытывать и искушать человека это да… Помни душа любого человека станет нашей, если только он перейдет на нашу сторону добровольно. И только тогда сила наша увеличится. А эти люди выдержали свои испытания с честью и заслужили свое счастье в награду. Во всяком случае на эту ночь.
-А разве это не чудо? Ведь любой дурак может сотворить фаербол прочитав свиток или скастовав заклинание, а это будет всего лишь огненный шар, а то, что мы видим это поистине чудесно…
-Это обычно детка, это обычно, так происходит всегда, так должно произойти. Людям свойственны так же и предательства и измена и насилие, не забывай об этом… Твоя человеческая сущность слишком увлечена оправданием себе подобных и ты совсем позабыла, что ты демон… - улыбнулся грустно Бафомет и приобнял красотку за талию…
-Когда–нибудь ты поймешь почему так происходит, ибо именно неизвестное кажется нам чудесным, а то что известно уже не чудесно…-прошептал Бафомет ей на ушко.
-Но ведь это мешает нашим делам. Это чувство – любовь. Помнишь тогда в Мороке, мы пытались вызвать у людей жадность, а чувство любви к ближним своим помешало нам это сделать…
-Ты опять ничего не понимаешь, ведь если не будет любви не будет и ненависти, жадности, корысти, не будет и зла, а с ним и нас с тобой.
-Тогда зачем же мы существуем, если не можем побороть любовь не убив себя сами?
-Один умный человек в далеком-далеком от нашего мире сказал, что мы часть той силы, что вечно хочет зла, а совершает благо… Так почему бы не отдохнуть и нам в эту ночь, тем более сейчас мы бессильны, что либо изменить…
-А есть и другие миры? Ты мне о них расскажешь?
-Да, но не в этот раз… Скажу лишь, что они живут по тем же законам и ничего нового ты там не встретишь… А пока давай немного повеселимся…
-Хорошо, но только в эту ночь – лукаво улыбнулась Зелотус и проворно щелкнула плеткой по земле…
В ту же минуту Клоун и цыганка оказались в центре хоровода людей в Люти… Заиграла веселая музыка и дьявольски хорошего чернявого скомороха подхватили все здешние менестрели барды, а девушки пытались окружить изящную и таинственную цыганку… Был там и Alex и на минуту ему показалось. Что волосы цыганки стали светлыми, он увидел это словно сквозь сон и быстро выкинул навязчивую мысль из головы. Тем более, что давным-давно забыл свою первую любовь. Любовь, увы, не вечна, а мир не идеален…
А AlexGrek, давно спешил отдать в редакцию парочку своих рассказов, тем более конкурс вот-вот должен был начаться… Вишня быстро нес хозяина к новым, еще не веданым приключениям, а звезды горели в вышине и загадочно мерцали…
