Живи деревенька моя...
В края луговые,
уходит дорога,
Уходит в родные края,
Как мало мне надо,
Как надо немного:
Жила бы деревня моя.
(Из песни)
Есть в нашем районе красивая, большая деревня - Никитиха. Само название говорит о том, что основателем ее был некий Никита. Был он то ли разбойником, то ли отшельником, взявшим на себя тяжкий обет за грехи земные поселиться в этих пустынных и лесных местах. А может, просто понравилась ему глухомань лесная, где много дичи, а земля на труд и пот отзывчива богатыми урожаями.
Постепенно деревня заселялась и разрасталась. До революции в ней было 150 дворов, и стояла она на старинном тракте между Ветлугой и Яранском. Через деревню шли обозы с хлебом, льном, скотом, гончарными изделиями. Жганы (так называли тогда людей, сопровождавших обозы) останавливались в доме моего деда, Григория Филипповича Гущина. Он был старостой деревни и единственным представителем власти.
Места наши никогда не знали крепостного права. Крестьяне считались "казенными". Свои проблемы они решали на деревенском сходе. Так, еще при жизни Григория Филипповича крестьяне решили огородить большой участок мелколесья ("Выгода"- так и по сей день называют этот лес). На сходе решили: в течение 20 лет не трогать в лесу ни одного деревца, ни одной ветки. Условие соблюдалось всеми неукоснительно. Вырос прекрасный лес. Через 20 лет по решению схода разрешали выборочно спиливать деревья для деревенских построек, но с одним условием: чисто убирать после себя. А площади, которые зарастали кустарником тоже расчищали. Они и сейчас так называются -" большая чисть", "малая чисть".
Люди в Никитихе и работать могли до "седьмого пота", и веселиться умели. Строго чтили и соблюдали старые традиции. К празднику Великий пост, традиционным деревенским гуляньям заранее готовились.
На масляничной неделе, в Прощеное воскресенье, в Никитихе, как и всюду, катались наперегонки. Кони были запряжены в красивой сбруе с бубенцами, в расписные кошевки. Играла гармонь, и не одна. Малышню сажали в обыкновенные дровни, и они, как и взрослые, тоже горланили частушки, вроде вот такой: "Дроля, дроля, макароля, макароля дроля мой. Дроля с новой макаролечкой гуляет за рекой".
В Чистый Понедельник (обязательно рано утром) - баня, чтобы смыть накопившиеся за мясоед грехи перед длинным Великим постом. В доме в этот день должно быть чисто, а на столе обязательно стояла большая расписная деревянная чашка, называемая шабалой, в ней душистый, свежий квас с ржаными сухарями. Традиционный самовар.
После Великого поста самый светлый и радостный праздник - Пасха.
В этот день избы вымывались накруг: стены и потолок (без краски и обоев) терлись до желтизны. На чистом полу стелились красивые половики. Пахло сосной и пихтой. Божницы украшались венками из пихтовых лап с бумажными цветочками и вышитыми длинными, льняными полотенцами с кружевам и (у нас их называли повязками). Такие же, только с разной вышивкой, полотенца - на зеркале, семейных портретах.
На девятой неделе после Пасхи в деревне отмечали Девятую пятницу. Этот праздник связан с печальными событиями далекого прошлого. По преданию, как-то после Пасхи установилась сухая и жаркая погода. Дождей не было весь май и июнь. Рожь "сгорела" на корню, а овес пришлось сеять в сухую, как зола, землю. Начались пожары, кругом горели леса. В церкви стали служить молебны, крестьяне ходили крестным ходом по полям. И вот в пятницу, на девятой неделе, пошел благодатный дождь. Люди с тех пор этот день считают Праздником Избавления от беды и голода.
Святым покровителем деревни считается Святитель Макарий Унженский. Бытует легенда, что во время своих странствий он проходил по нашей деревне и отдыхал на невысоком бережку у ключика. Ключ бьет и поныне (там сейчас пруд). Еще недавно на месте отдыха Святителя стояла деревянная часовня, в которой 7 августа каждый год поминали Святого Макария.
В канун праздника Макарьев день в деревню приезжал из соседнего села священник. Перед ним расстилали вытканный местными мастерицами красивый половик. Полагалась ковровая дорожка, но где в те времена крестьяне могли взять ковер?
Вечером, отслужив в часовне молебен, вместе со священником все шли крестным ходом вокруг деревни.
Никто не знает, сколько лет нашей деревне, если считать, что все мои предки жили здесь, а прапрадед мой Лазарь Иванович родился примерно в 1800 году, значит, Никитихе без малого 200 лет.
За многие годы изменился облик деревни: появились красивые ухоженные дома, цветники в палисадниках, березы и клены перед окнами. Вместо старинного тракта между Ветлугой и Яранском, появилась широкая асфальтированная дорога.
Но для меня нет более дорогого и прекрасного места на земле, чем моя деревня, окруженная еловыми и сосновыми перелесками и купами берез. И нет нигде таких полей, покрытых как ковром цветущими травами, и чистого воздуха, пропитанного запахом этих трав.
И когда приходится жить вдали от этих мест, я молю бога дать мне силы пройти еще хоть раз по деревенской улице, увидеть дорогие лица родных и знакомых и попить обжигающей зубы холодной ключевой воды из своего колодца.
А. Беликова
д. Никитиха
