Совершенствование методов управления региональной экономикой на основе оптимизации пространственно-экономических трансформаций

НОЧУ ВПО «Институт экономики, права
и гуманитарных специальностей»

На правах рукописи

Кротова марина александровна

Совершенствование методов управления
региональной экономикой
на основе оптимизации
пространственно-экономических
трансформаций

Специальность 08.00.05 – Экономика и управление
народным хозяйством: региональная экономика

Диссертация на соискание ученой степени кандидата

экономических наук

Научный руководитель:

д-р экон. наук, проф.

Краснодар – 2014

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ………………………………………………………………..	3
1. ТЕОРЕТИческие аспекты исследования методической платформы управления региональной экономикой	12
1.1. Компаративистский синопсис ключевых концепций управления региональной экономикой	12
1.2. Региональный подход к оптимизации пространственно-экономических трансформаций	27
1.3. Методические аспекты исследования пространственных трансформаций как условия управления экономикой региона	40
2. ОЦЕНКА ЭФФЕКТИВНОСТИ методического обеспечения управления региональной экономикой	56
2.1. Комплексная оценка современного состояния регионального экономического развития (на примере Краснодарского края)	56
2.2. Оценка эффективности пространственно-экономических трансформаций как условие управления экономикой Кубани	80
2.3. Приоритетные задачи в сфере методического обеспечения управления экономикой Краснодарского края	93
3. совершенствование методов оптимизации региональных экономических трансформаций	109
3.1. Инновационные методические подходы к оптимизации региональных трансформаций	109
3.2. Когнитивное моделирование управления региональными экономическими трансформациями	121
ЗАКЛЮЧЕНИЕ…………………………………………………………...	134
СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ...………………………	140
ПРИЛОЖЕНИЯ…………………………………………………………...	152

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Инструментарий обеспечения эффективного экономического развития отечественных регионов сфокусирован на теоретико-методическом обосновании механизмов управления региональными пространственно-экономическими трансформациями.

Недостаточная эффективность экономической политики на отдельных территориях РФ предопределена отсутствием дорожных карт координации региональных структур, бизнеса и гражданского общества в целях результативности пространственных трансформаций. Несбалансированность регионального хозяйствования обусловливает сохранение диспропорций в пространственном развитии, что, в свою очередь, замедляет темпы инновизации национальной экономики РФ. Необходима модернизация регионального хозяйствования в направлении оптимизации территориальных трансформаций в части обновления методолого-методической базы региональной экономики как науки. В данном контексте Кубань выступает репрезентативным объектом управления, а недавняя реализация двух олимпийских проектов на этой территории служит ключевым мотивом для исследования теоретико-методической платформы, обеспечивающей рост конкурентоспособности именно экономики Краснодарского края как региона базового эксперимента.

Пространственная составляющая как фокус в исследовании экономических трансформаций обусловливает необходимость реформирования методических подходов к механизмам обеспечения эффективного управления социально-экономическим развитием отечественных регионов.

В условиях дефицита ресурсов возникает необходимость создания дополнительных драйверов роста в регионе, что способствует эффективному использованию конкурентных преимуществ отдельных территорий. При этом драйверы не всегда однозначны, поскольку ориентированы на более развитые территории, кроме того, актуален дефицит ресурсов, пополняемый за счет периферии. Вместе с тем традиционно крупные региональные центры формируют центростремительный вектор поляризованного развития территорий.

Необходимость ликвидации негативных последствий, связанных с существующим дисбалансом в управлении региональным развитием, остается актуальной проблемой.

Степень разработанности проблемы. Существенный задел в разработке методов управления региональной экономикой осуществлен в трудах: и др.

Методические подходы к генезису ключевых концепций региональной экономики отражены в работах и др.

Вопросы адаптации региональной экономики к высокой неопределенности рыночной среды исследованы в трудах следующих отечественных и зарубежных экономистов: и др.

Специфика оптимизации пространственно-экономических трансформаций на уровне региона представлена в работах Яшаловой Н.

Вместе с тем многоаспектность и противоречивость академических позиций по вопросам методического обеспечения эффективного управления развитием региона, сохраняя дискуссионность, не позволяет научному сообществу сфокусировать внимание именно на тех методических подходах к территориальному менеджменту, которые будут способствовать росту конкурентоспособности хозяйственных комплексов отдельных территорий и РФ в целом, что и предопределило выбор темы, а также постановку целей и задач диссертационной работы.

Соответствие темы диссертации требованиям Паспорта специальностей ВАК (экономические науки). Диссертационная работа выполнена в рамках специальности 08.00.05 – Экономика и управление народным хозяйством, п. 3 «Региональная экономика». Содержание работы соответствует подп. 3.17 «Управление экономикой регионов. Формы и механизмы взаимодействия федеральной, региональной, муниципальной власти, бизнес-структур и структур гражданского общества. Функции и механизмы управления. Методическое обоснование и разработка организационных схем и механизмов управления экономикой регионов; оценка их эффективности».

Цель исследования – разработка методических и практических рекомендаций по оптимизации управления экономическим развитием отечественных регионов на основе использования пространства возможностей территориальных трансформаций.

Реализация цели диссертационной работы обусловила решение ряда задач:

- осуществить сравнительный анализ базовых концепций регионального экономического хозяйствования;

- исследовать ключевые методические подходы к управлению экономикой региона;

- уточнить возможности реализации концепции оптимизации пространственных экономических трансформаций;

- реализовать комплекс мониторинговых процедур для анализа функционирования экономики Краснодарского края;

- оценить эффективность организационных схем и механизмов управления экономическим развитием отечественных регионов (на примере Краснодарского края);

- выявить ключевые проблемы и формализовать приоритетные задачи по обеспечению эффективности управления региональной экономикой;

- разработать инновационные методические подходы к управлению экономикой региона (на примере Краснодарского края) с учетом возможностей пространственных трансформаций;

- предложить абрисную когнитивную модель управления региональными экономическими трансформациями в Краснодарском крае.

Объект исследования – методы исследования пространственных экономических систем и их взаимодействий для обеспечения эффективности управления экономикой региона (на примере Краснодарского края).

Предмет исследования – управленческие аспекты экономических отношений, складывающихся по поводу обновления методического обеспечения оптимизации пространственно-экономических трансформаций, в частности, и управления региональной экономикой, в целом.

Теоретико-методологическую основу исследования составляют концепции региональной экономики, фрактального аттрактора, монографические обзоры отечественных и зарубежных экономистов-регионалистов.

Для реализации указанной цели в работе применялись: территориальный, структурно-функциональный, информационно-аналитический, проблемно-ориентированный, дефиниционный, сравнительно-ситуационный методы, а также мониторинг, экономико-математическое и когнитивное моделирование.

Информационной базой исследования послужили статистические отчеты Росстата и территориальных органов Федеральной службы государственной статистики, в том числе Краснодарстата, материалы Интернета, периодических реферируемых изданий и т. п.

Достоверность и обоснованность результатов, полученных в работе, подтверждается комплексностью экономического анализа, основанного на репрезентативном и легитимном региональном эмпирическом материале, применением общенаучной методической платформы, а также их оригинальной комбинацией.

Рабочая гипотеза диссертации базируется на целесообразности обновления методических подходов к управлению региональной экономикой на основе оптимизации пространственно-экономических трансформаций. Отсутствие эффективной методической платформы для конкурентоспособного территориального хозяйствования препятствует развитию системы управления региональной экономикой, что инициирует модернизацию методических представлений о позитивных пространственно-экономических трансформациях на основе использования концепции фрактальных аттракторов. Пространственно-экономические трансформации на уровне региона должны обеспечивать синхронизацию экономических процессов в центральных, полупериферийных и периферийных зонах посредством реализации внутрирегиональной интеграции, позволяющей учитывать императив экономической сбалансированности отдельных территорий.

Основные положения диссертации, выносимые на защиту

1. Специфика экономического развития регионов РФ предопределяет ключевую роль обновления методических подходов к обеспечению эффективности управления региональным хозяйством. Обновление методических подходов к управлению региональной экономикой в части оптимизации пространственно-экономических трансформаций послужило предпосылкой к диверсификации понятийно-категориального аппарата, описывающего магистральные направления развития региональной экономики.

2. Исследование методических аспектов повышения эффективности управления экономикой региона, описывающих возможности пространственных трансформаций, ориентировано на инкрементные, бифуркационные и эволюционные изменения. Поскольку современная экономика региона характеризуется сохранением центростремительных связей между центральными и периферийными зонами, постольку особо значимым остается вопрос сглаживания внутрирегиональной социально-экономи­ческой поляризации посредством формирования «точек роста», «зон опережающего развития» и мультифракталов. Механизмы сбалансированного управления экономикой региона должны обеспечивать пропорциональность развития для центральных и периферийных зон региона в целях повышения их многоуровневой конкурентоспособности.

3. Фрактальная концепция региональной экономики предопределяет обновление традиционно используемых методических подходов к оценке пространственно-экономических трансформаций, базирующихся на учете ключевых проблем, тенденций и закономерностей обеспечения и повышения конкурентоспособности экономики отечественных регионов. Перед региональными властными структурами ставится задача пространственной оптимизации с учетом региональной специфики развития центральных и периферийных зон на базе формирования фрактальных аттракторов, роль которых состоит в обеспечении интеграции периферийных зон в социально-экономическое пространство региона.

4. Ядром гипотезы территорий как фрактального аттрактора служит методическая платформа управления региональной экономикой, сформированная на основе модернизации процедур, алгоритмов, подходов и технологий пространственного менеджмента, а также базирующаяся на учете внешних и внутренних факторов активизации регионального хозяйства наряду с его экономико-социальными автоматами, индикаторами, маркерами и показателями стратификации.

Научная новизна диссертационного исследования в целом заключается в уточнении и обновлении методической платформы региональной экономики с целью повышения эффективности управления ею. Приращение научного знания представлено следующими тезисами:

- уточнен понятийный аппарат, интерпретирующий зависимость эффективности управления экономикой региона от результативности применяемых методических приемов регионального менеджмента, что развивает научный задел в части уточнения категориального ряда региональной экономики; обосновано понятие региона как единого социально-экономического пространства, в рамках которого функционируют хозяйствующие субъекты центральных и периферийных зон; введен в научный оборот термин «фрактальный аттрактор», включающий пространственно-структурные и институционально-экономические характеристики, которые предопределяют его аллокацию в социально-экономическом пространстве региона, что позволит более оперативно решать задачи управления региональной экономикой;

- содержательно охарактеризована архитектоника региона как фрактального аттрактора, которая, с одной стороны, определена институциональными факторами (формализация траектории экономического развития и зависимости периферийных зон от центральных зон), с другой, – организационно-экономическими факторами (интеграция центральных и периферийных зон в «точки роста» региона), что уточняет научные взгляды в части детализации пространственных характеристик региональных экономических систем; данное обстоятельство позволит адаптировать региональные тактику и стратегию к вызовам глобальной конкуренции;

- доказана целесообразность уточнения методических подходов к совершенствованию управления экономикой региона: предложена абрисная концепция фрактальных аттракторов в развитие научного задела в части обеспечения эффективности применяемых управленческих решений; разработана методика оценки эффективности управленческих решений, основанная на экономико-математическом и когнитивном моделировании (уточнены формулы расчета ключевых показателей эффективности региональной экономики) (); уточнена гипотеза региона-фрактала () в части адаптации методических подходов к региональным программным продуктам (обновление методических рекомендаций, вебинаров и практикумов для пилотных пространственных проектов Кубани); использование упомянутых методов позволит повысить результативность экономических прогнозов в сфере регионального хозяйствования;

- предложена когнитивная модель управления экономикой региона, позволяющая устранять горизонтальные барьеры управления и взаимодействия между центральными и периферийными зонами региона на основе координации управленческих функций региональных и местных структур в части реализации полномочий по формированию предпосылок к росту многоуровневой конкурентоспособности региона.

Теоретико-практическая значимость результатов диссертационной работы состоит в уточнении теоретических представлений об эффективном управлении экономикой региона на основе обновления методических подходов к оптимизации пространственно-экономических трансформаций. Практические рекомендации могут применяться территориальными властными структурами при разработке региональных экономических проектов.

Концептуальные выводы и рекомендации, предложенные в работе, целесообразно использовать при преподавании вузовских дисциплин «Основы региональной экономики», «Пространственная экономика» и дисциплин специализации по оптимизации пространственно-экономических трансформаций.

Апробация результатов исследования. Теоретико-мето­дические положения работы представлялись автором на международных научных семинарах и симпозиумах в 2009–2014 гг. в г. Семей (Республика Казахстан), Сочи, Горячем Ключе и Краснодаре.

Результаты проведенной работы внедрены в практическую деятельность хозяйствующих субъектов Краснодарского края, а также апробированы в учебном процессе Института экономики, права и гуманитарных специальностей (г. Краснодар).

По теме диссертационной работы опубликовано 12 печатных работ (в том числе 3 – в изданиях, рекомендованных ВАК РФ) общим объемом 5,60 п. л. (авт. – 3,38 п. л.).

Структура работы. Логика и структура работы определены поставленной целью и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав (восьми параграфов), заключения, списка использованной литературы, включающего 144 источника.

1. ТЕОРЕТИческие аспекты исследования методической платформы управления региональной экономикой

1.1. Компаративистский синопсис ключевых концепций управления региональной экономикой

Понятие «регион» стало употребляться относительно недавно. На более ранних стадиях, ему предшествовал термин «провинция», являющийся обобщающим термином для обозначения территориальных образований. Многообразие понятий, схожих по содержанию с понятием «регион», весьма значительно. Вместе с тем, четкое разграничение рассматриваемых понятий на данном этапе представляется неосуществимым и бесполезным. Однако для достижения цели диссертационного исследования необходимо осуществить определённую классификацию терминов.

Регион не является понятием, определяющим площадь территории. Эта категория часто применяется для выделения произвольной территории, для которой характерен определенный набор особенностей. По мнению , регион, с одной стороны, представляет собой единое целое, а с другой – какую-либо часть целого [59].

В­ российской экономической литературе термин «регион» применяется для обозначения:

- хозяйствующих субъектов РФ;

- масштабных естественных экономических территориальных образований (­Центральный, Северный, Северо-Западный, Центрально-Черноземный, Волго-Вятский, Поволжский, Северо-Кавказский, Западно-Сибирский, Уральский, Дальневосточный, Восточно-Сибирский);

- федеральных округов (Центральный, Северо-западный, Южный, Северо-Кавказский федеральный округ, Приволжский, Уральский, Сибирский, Дальневосточный);

- объединённых по территориально-экономическому признаку территорий различных стран;

- объединённых по территориально-экономическому признаку стран.
Понятие «регион» берет начало от латинского слова «regio», которое означает «область», «местность», «государство», то есть в конечном итоги определяет границы обособленной территории. Следовательно, все указанные территориальные образования увязываются с первоначальным сущностным определением исследуемого термина.

Его наиболее полная трактовка приводится в «Большом толковом словаре русского языка», в котором понятие региона интерпретируется как «обширный район, совокупность приграничных государств или территорий, объединенных по определённым признакам» [73].

По нашему мнению, наиболее точное и глубокое определение термина «регион» содержится в «Большом экономическом словаре», где под регионом понимается область, район, часть страны, отличающиеся совокупностью естественных, исторически сложившихся относительно устойчивых экономико-географических и других характеристик, зачастую сочетающихся с особенностями национального состава населения [26].

Регион также принято определять как несколько соседствующих государств, представляющих определённый по экономико-географическому, национальному, культурному и общественно политическому признакам район мира [107].

Термин «регион», указанный в современном экономическом словаре толкуется как область, район, территория, часть страны, отличающиеся естественными и исторически сложившимися экономико-географическими условиями и национальным составом населения данной территории [126].

Принимая во внимание тот факт, что в исследовании регион рассматривается как значимая экономико-территориальную компонента государства, под ним следует понимать экономически целостную территорию. Региональную политику, на наш взгляд, следует­ рассматривать как совокупность целей и задач органов государственной власти в целях управления экономическим, политическим, эколого-социальным развитием регионов, охватывающая и эффективный способ их реализации.

Главными целями российской региональной политики являются:

- развитие социального, правового, экономического и организационного аспекта федерализма в России для становления целостного экономического пространства;

- формирование единых социальных стандартов и защиты прав населения, гарантированных Конституцией РФ, в независимости от уровня экономического развития территории;

- сведение к минимуму диспропорций в социально-экономическом развитии региона;

- осуществление комплексной экологической защиты регионов;

- приоритетное развитие стратегических регионов;

- рациональное использование природно-климатических и геополитических особенностей территорий;

- развитие местного самоуправления [11, 43, 76].

Региональное развитие представляет собой изменение комплекса показателей социально-экономического состояния, структуры экономики и жизнеобеспечения региона, гарантирующее повышение уровня и качества жизни его населения. Это понятие охватывает рост экономики (ВРП), рост ВРП на душу населения, увеличение доходов населения, развитие социальной сферы, развитие инфраструктуры, рост уровня и качества человеческого капитала. Следовательно, развитие региона является процессом накопления благоприятных изменений, которые обеспечивают рост эффективности его деятельности [102].

Экономические трансформации субъекта отражают квантитативные или квалитативные изменения его эффективности, его функциональную­ целесообразность и динамику его экономических параметров. Изменение может характеризоваться как позитивной, так и негативной направленностью. Другими словами, происходит снижение или рост функциональной целесообразности субъекта, его результативности посредством трансформации его потенциала для реализации определённых целей (повышение уровня и качества жизни населения, инвестиционной привлекательности региона, прибыльности компаний и др.). Однако следует уточнить, что экономические изменения субъекта, вызванные стремлением реализовать фиктивные цели, формируемые ложными мотивами, а также дилетантскими действиями и решениями, могут вызвать неблагоприятные последствия [9].

На наш взгляд, раскрывая сущность понятия «повышение качества жизни населения» необходимо заметить, что указанное понятие довольно объёмно и содержит такие характеристики, как развитие социальной сферы, развитие территориальной инфраструктуры, повышение валового внутреннего продукта на единицу населения, динамику доходов населения, повышение качества человеческого капитала и т. д. [51]. Другими словами, это понятие характеризует рост количества и качества благ, востребованных населением.

Таким образом, развитие территориального образования представляет собой понятие­ более широкое, чем понятие развития экономики.

В то же время под развитием экономики субъекта принято подразумевать изменение валового регионального продукта (далее по тексту − ВРП) на одного человека, живущего в территориальном образовании. Бесспорно, величина и динамика ВРП являются ключевыми детерминантами регионального развития.

Главной целью эффективного государственного регулирования экономики представляется развитие регионов. В своей работе П. Самуэльсон обосновал факт того, что элементарный квантитативный рост производства эффективен только вместе с осуществлением такой политики властей, которая в первую очередь направлена на повышение уровня и качества жизни населения [1, 113]. Следует заметить, что эффективное региональное развитие в рыночных условиях возможно за счет увеличения внутренних доходов, а также с помощью привлечения внешних инвестиций. Так как рост экономики обеспечивает региональное развитие и поддается количественному выражению, он и является основным параметром диагностики регионального развития.

выделяет два основополагающих подхода к концепции регионального развития [35]:

1) первый подход основывается на принципе того, что экономика­ региона тождественна экономике страны;

2) второй – на исследовании функционирования предприятий, определяющих рост региональной экономики.

Становление фундаментальных научных школ в сфере региональной экономики происходило в промышленно развитых странах (далее по тексту ПРС), в том числе Великобритании, Германии, США, Франции и Швеции. Концепции, разработанные основоположниками и представителями основных школ, охватывают весь накопленный опыт развития регионов ПРС [4].

В состав основополагающих моделей регионального развития принято включать:

- неоклассические теории;

- модели кумулятивного роста;

- теорию конкурентных преимуществ региона.

Открытость региональных экономик и постулаты свободной конкуренции между всеми субъектами представляют собой основание неоклассической теории. Перечисленные теории основываются на всестороннем учете факторов, оказывающих влияние на расширение производственного потенциала социально-экономической системы. Вместе с тем, регионы определяются как производственные единицы, между которыми при помощи рыночного механизма обеспечивается продуктивная взаимосвязь и относительный баланс взаимоотношений. Диспропорции регионального развития­ в таких моделях отражаются в форме краткосрочных отклонений от равновесия или являются следствием неэффективного регулирования в результате внешнего вмешательство. Уровень регионального развития определяется показателем внедрения инноваций, инвестиционной привлекательностью региона, состоянием трудовых ресурсов, природно-климатическими особенностями региона [44, 50, 74]. Развитие национальной экономики обеспечивается посредством осуществления эффективного распределения ресурсов между территориальными образованиями с использованием принципов свободной конкуренции. Темпы национального экономического развития являются величиной заданной, следовательно, опережающий рост экономики отдельного региона может составлять результат снижения темпов роста других субъектов.

Современная неоклассическая теория в целом направлена на выявление уровня конвергентности различных стран, вместе с тем, некоторые модели легко могут использоваться в рамках одной страны, так как развитие отдельных территорий в составе одного государства, сопоставимо с различиями между государствами и при этом принимают во внимание различные региональные характеристики [16, 41, 79].

В рамках исследования неоклассической модели­ роста следует выделить её основные положения [131]:

- различия в темпах регионального развития вызываются быстротой квантитативных трансформаций внутренних детерминантов развития;

- неравномерность в темпах роста экономик субъектов обусловливается непосредственно мобильностью факторов производства;

- симплификация социальных характеристик территорий;

- степень вклада отдельных факторов в увеличение ВРП.

Рассматривая неоклассические теории, необходимо отметить факт существования свободных конкурентных рынков, в том числе национальных и региональных, а также реализацию права свободной конкуренции конкретного региона на получение доходов и ограниченных ресурсов. А именно предполагается, что в «отсталых» регионах величина оплаты труда ниже, а, значит, ниже и производственные издержки, что в свою очередь обеспечивает увеличение региональных доходов, активизирует инвестиционную деятельность и, как следствие, увеличивает темпы регионального развития [65].

Одной из слабых сторон неоклассической теории, в том числе и современных её последователей, является неадекватный учет региональных особенностей и сомнительный базовый постулат об оптимальной мобильности­ ресурсов. Яркой иллюстрацией несостоятельности неоклассической теории может служить полное отсутствие мобильности природных ресурсов, а также перемещение трудовых ресурсов в экономически более развитые образования, что наглядно проявляется в процессе усиления глобализации мировой экономики, тем самым увеличивая дисбаланс регионального развития [101].

Представляя теорию кумулятивного роста и развития, следует заметить то обстоятельство, что фундаментальная модель была изначально разработана для стран как территориальных единиц. Теории этого направления являются обобщением экономико-географических, неокейнсианских и институциональных концепций и базируются на положении «взаимной и кумулятивной обусловленности». В числе наиболее ярких представителей теорий кумулятивного роста и развития называют Ж-Р. Будвиля, Г. Мюрдаля, Ф. Перру, П. Потье, Х. Ричардсона, Т. Хегерстранда, А. Дж. Фридман. Концепция кумулятивного роста и развития свидетельствует о том, что специализация региона и использование эффекта масштаба дают территории определенную возможность за некоторый временной интервал многократно увеличить свое несущественное достоинство [48, 135, 140]. Направленность базовых концепций рассматриваемой теории­ на регионы позволяет сделать вывод о том, что приоритеты (центры роста и развития) конкретных регионов предопределяют темпы регионального развития. Однако отставание в темпах развития «отсталых» регионов при недостатке таких полюсов (центры роста и развития) может стать причиной их эскалации.

В качестве главного фактора ускоренного промышленного развития региона представители теории роста региональной экономики выделяют так называемый «штандорт», термин, характеризующий не реальное, а потенциальное, наиболее эффективное размещение промышленных предприятий, а именно агломерационные центры, которые позволяют снизить совокупные издержки территориальных компаний [127].

Позиция состоит в том, что становление крупных мегаполисов или концентрация городов-спутников вокруг одного центра обусловливают проявление «агломерационного эффекта» и выступают своеобразными «полюсами роста и развития» экономики конкретного региона или страны в целом. Такая региональная агломерационная экономия производственных издержек и стимулирует прирост высокопрофессиональных кадров, НТП и увеличение производительности труда, значительным образом влияя на процессы размещения­ производств, и способствует становлению инвестиционной привлекательности территории [108].

Нам представляется, что модель роста принимает во внимание отсутствие мобильности природных ресурсов, а также существование мегаполисов, т. е. учитывает реальную региональную специфику. Региональное развитие в рассматриваемой модели базируется на эффективном потреблении внутренних немобильных ресурсов и активном привлечении мобильных ресурсов из других субъектов. Ориентация регионов на инновационные трансформации, эффект агломерации, становление привлекательного инвестиционного климата являются главными факторами регионального развития [12].

Дальнейшем продолжением теории регионального развития послужила теория «центр – периферия» [20]. Основываясь на анализе опыта развития локальной территории, выявлено, что рост концентрируется в большинстве случаев в промышленных центрах, другими словами, рост экономики агломераций выступает отправной точкой прогресса всего региона посредством роста доходов и уменьшения производственных издержек. Своё дальнейшее развитие концепции регионального­ экономического роста нашли в формировании теории неравномерности размещения предприятий, предусматривающей развитие региональной экономики с помощью оптимизации территориального размещения компаний и обеспечения комплиментарных условий для их хозяйственного функционирования.

В исследованиях были определены обязательные условия для успешного развития территориальных центров роста [33]:

- создание достаточного количества потенциальных центров роста;

- опережающее развитие одного из центров роста, имеющего возможность оказывать необходимое влияние на мегаполис, региональное и государственное развитие в целом;

- активизация еще нескольких центров роста, позволяющая сформировать полицентрическую структуру центров роста;

- интеграция центров роста в кластеры и отрасли.

По нашему мнению, значительное влияние на развитие концепции полюсов роста оказали исследования шведских ученых [122], призывавших рассматривать социально-экономические процессы как процессы диффузии, позволяющие осуществлять моделирование по методу Монте-Карло, и труды французского экономиста Ф. Перру и французского географа Ж.-Р. Будвиля [135], впервые рассмотревших­ теорию «полюсов роста» в интерпретации экономико-матричной модели «затраты – выпуск» и придавших ей законченный пространственно-региональный вид с учётом межрегиональных связей.

Согласно модели, разработанной Ж.-Р. Будвилем [135], рост производства в экономике осуществляется в скачкообразной форме, в то же время, чётко выявляются отрасли, развивающиеся наиболее динамично. Такие отрасли являются своеобразными «локомотивами» экономического развития регионов и представляют собой «центры развития». С помощью реализации взаимосвязей вида «затраты − выпуск», глубоко исследованных в трудах нобелевского лауреата В. Леонтьева [142], эффект роста производства распространяется на регион или страну в целом. В результате активизации процесса концентрации производства, ключевые отрасли базируются на определенной локальной территории. Ж.-Р. Будвилем было осуществлено ранжирование центров роста, в ходе которого среди них были выделены:

- мелкие и средние города и посёлки городского типа, нацеленные на функционирующее производство и удовлетворяющие потребности близлежащей местности;

- средние города с разветвлённой структурой хозяйствования,­ развивающиеся за счет получения дотаций и притока внешних инвестиционных средств;

- городские агломерации со сформировавшейся структурой хозяйства, включающей прогрессивные производства, что в свою очередь и обеспечивает потенциальную возможность автономного развития;

- полюсы интеграции, охватывающие ряд городских систем, предопределяющих развитие экономики конкретной территории и страны в целом.

В то же время, в соответствии с теорией Ж.-Р. Будвиля, автономный рост не присущ малым территориальным образованиям, а обеспечивается реализацией механизма диффузии инноваций.

По нашему мнению, на данном этапе развития российского общества большое значение имеют институциональные подходы и теории регионального развития. В целях эффективного регионального развития важнейшим условием является адекватное социальное, институциональное и политическое обеспечение жизнедеятельности граждан [118].

В.B. Ксенофонов, применяя динамические модели размещения производств, сделал следующие выводы [68]:

- фрагментарный характер территориального распределения производства предполагает, что диспропорции в региональном развитии со временем могут увеличиться, всегда будут иметь место регионы-«локомотивы»,­ прогрессирующие на ходе активного внедрения инноваций;

- есть множество детерминант территориального размещения компаний, главной из которых является направленность экономической политики, осуществляемой администрацией региона;

- разрыв в экономическом развитии между регионами-лидерами и отстающими регионами регулярно подвергаются корректировке, отсталость депрессивных субъектов обусловливается тем, что наблюдается постоянное запаздывание во внедрении инноваций;

- диспропорции регионального развития явление временное, ввиду того, что центры роста создаются постоянно, включая зоны периферийных территорий [49].

Особую значение в последнее время имеет теория конкурентных преимуществ [54]. Рассматриваемый подход в данное время является платформой как для стратегии развития в масштабе государства, так и на региональном уровне. Эта теория основана на принципах конкуренции и научно-технологического процесса. В российской экономической литературе данное направление носит название развития «точек роста экономики». Территориальные образования различных уровней должны пытаться наиболее эффективно реализовывать природно-климатические, производственные, интеллектуальные,­ инновационные или другие потенциалы при осуществлении стратегии социально-экономического развития [5, 72, 116].

Основной идеей теории национальных конкурентных преимуществ М. Портера является идея так называемого «национального ромба», выявляющего главные свойства конкурентных преимуществ стран, логично взаимосвязанных друг с другом и отражающих потенциальный уровень конкурентного преимущества данной местности в мировом экономическом сообществе [99]. «Национальный ромб» представляет собой систему обусловливающих главных факторов, обеспечивающих становление комплиментарных условий при использовании потенциальных преимуществ региона (рис. 1).

1. Параметры факторов определяют как материальные, так и нематери­альные условия, необходимые для развития конкурентного государственного преимущества в целом и ее базовых отраслей.

В процессе становления территориального (регионального) конкурентного преимущества главное значение имеет стратегия развития компаний, их организационная и производственная структура и методы осуществления конкурентной борьбы между ними. В случае отсутствия конкурентной борьбы, при условии, что стратегия развития компании не ориентирована­ на осуществление эффективной деятельности в рамках жёсткого соперничества между компаниями, конкурентные преимущества у данного типа хозяйствующих субъектов на внешнем рынке исчезают.

2. Параметры (условия) спроса характеризуют, в первую очередь, объем, динамику и дифференциацию спроса по видам товаров, а также предъявляемые требования потребителей товаров и услуг к их стоимости и качеству. В ситуации сформировавшегося спроса, инновационные продукты до их реализации на мировом рынке подвергаются первичной проверке на внутреннем (региональном) рынке.

3. Укрепление в экономике государства (региона) высокоэффективных когнатических и вспомогательных секторов, направленных на обеспечение предприятий ключевых отраслей требующимися материальными средствами и оперативной информацией, является обязательным условием становления конкурентных преимуществ в мировой экономике для компаний соответствующих секторов.

4. Случайные события, оказывающие влияние на ослабление или усиление формирующихся конкурентных преимуществ региона, включают в себя инновационные изобретения, существенные технико-технологические преобразования, быстрые изменения цен на ресурсы, глобальные изменения­ на финансовых (валютных) рынках, скачки спроса, как в региональном, так и мировом масштаб, реализация принципиальных политических решений, начало военных действий и множество других непредвиденных ситуаций.

В то же время, следует отметить центральное значение властных структур в ходе укрепления национальных конкурентных преимуществ, заключающееся в существенном влиянии на все базовые детерминанты «национального ромба», причем воздействие может носить как положительный, так и отрицательный характер. На процесс производства и спроса властные структуры оказывают воздействие с помощью реализации определённой экономической политики [89, 121]. Так, правительства имеют возможность оказывать значительную поддержку развитию когнатических и сопряженных отраслей, связанных с национальными экспортоориентированными видами деятельности. Эти детерминанты обеспечивают становление национальной конкурентной среды, в которой компании приобретают навык конкурентной борьбы друг с другом [85].

При создании позитивной экономической ситуации, которая активизирует оперативную концентрацию специализированных активов и практического опыта, национальные предприятия приобретают некоторое конкурентное преимущество.­ При формировании в субъекте условий, определяющих эффективность информационного обеспечения, с учетом осознания потребностей в определенном товаре или услуге, региональные компании также получают конкурентное преимущество. В случае если экономические условия внутри региона побуждают предприятия (отрасли) к инвестированию и внедрению инноваций, то предприятия (отрасли) не только получают конкурентное преимущество, но и укрепляют его с течением времени [29, 45].

Ключевым обобщением неоклассических теорий является вывод о том, что уровни экономического развития территорий с увеличением временного отрезка имеют свойство уменьшаться. Сторонники этой научной школы обосновали положение о неэффективности государственного вмешательства в экономическое развитие регионов. Однако они не отрицают факт необходимости оказания финансовой поддержки «отсталым» регионам для преодоления актуальных социально-экономических проблем [90].

Представители теорий кумулятивного роста, принимая во внимание степень разрыва в уровнях регионального развития, рекомендуют осуществлять активную региональную политику. Ими определена актуальная цель современной региональной политики, заключающаяся­ в сокращении конкурентных несоответствий между уровнями регионального развития (достижение баланса между уровнями экономического регионального развития, в то же время баланс выступает не достижением паритета, а сведением к минимуму основных социально-экономических различий). Следствием рассматриваемого вывода является утверждение о том, что правительству следует проводить постоянное стимулирование экономического развития депрессивных регионов [83].

Для государств с развитыми рыночными отношениями ключевыми направлениями развития являются:

- стабильный прирост ВВП (ВРП);

- развитие сферы НИОКР;

- разработка и широкое внедрение инноваций;

- повышение качества жизни населения;

- повышение качества человеческого капитала;

- уменьшение темпов инфляции и стабилизация цены на базовые группы продуктов;

- сокращение уровня безработицы;

- обеспечение гарантий социальной защищенности граждан;

- развитие инфраструктуры, в том числе информационного обеспечения.

В государствах с развитыми рыночными отношениями главные цели по обеспечению высокого уровня и качества жизни уже в какой-то степени реализованы, страны же с менее развитым рыночным механизмом вынуждены устанавливать­ менее амбициозные цели, которые уже реализованы в промышленно развитых государствах. К важнейшим целям данной группы стран следует отнести [14, 32]:

- достижение социально-экономической устойчивости;

- наращивание темпов роста ВВП (выше 5%);

- становление оптимальных условий для развития человеческого капитала;

- укрепление благоприятного инвестиционного климата;

- получение доступа к инновационным технологиям;

- экономическая независимость и рост благосостояния граждан.

Для обеспечения высоких темпов экономического роста страны с менее развитыми экономическими отношениями вынуждены существенную часть национального бюджета подвергать перераспределению в виде дотаций и субсидий, тем самым сокращая затраты на реализацию социальных программ, что является обоснованной мерой стратегических планов развития.

Таким образом, в процессе сравнительного обзора базовых теорий регионального экономического развития было освещено значительное число различных концепций, что подтверждает тот факт, что теории регионального развития выступают результатом социально-экономического развития общества. Теории регионального развития обеспечивают адекватную оценку уровня развития регионов, определяют ключевые­ направления региональной политики, а также выявляют наиболее эффективный путь дальнейшего регионального развития. Каждая концепция охватывает отдельные региональные процессы и учитывает определенные региональные характеристики. Из этого можно заключить, что теории оказывают обусловленное воздействие на социально-экономические условия развития населения определённой территории.

1.2. Региональный подход к оптимизации пространственно-экономических трансформаций

Современные проблемы взаимоотношений человека с окружающей средой обусловливают необходимость их оперативного решения, эффективность решения которых зависит от понимания сущности взаимосвязи экологических и социально-экономических систем, осознание которых даст возможность выявить наиболее рациональный курс дальнейшего развития любого региона.

Формируемые сценарии развития [95, 129], а также изучение базы данных о неблагоприятных тенденциях, имеющих место в биосфере [18, 36], подтверждают необходимость осуществления радикальных преобразований в глобальном развитии и формирования новой политико-экономической стратегии. Необходимость преобразования всей мировой экономической системы для преодоления последствий экологического­ кризиса была подтверждена на 13-ом совещании Конференции ООН, состоявшемся в конце 2007 г. в Индонезии (о. Бали). Сторонниками концепции устойчивого развития, сформированной под эгидой ООН, сделан значительный шаг в сторону гуманизации социально-экономической сферы жизнедеятельности, осуществления результативного надзора за рациональностью реализации имеющихся природно-ресурсных резервов в интересах населения планеты, обеспечения прав и свобод граждан, социальной защиты людей на основе наиболее объективного распределения получаемых доходов и др. [63, 97, 137].

Долгосрочный прогноз развития позволяет сделать вывод о том, что усиливающиеся тенденции деструкции экологической системы, разрушения природно-климатического комплекса, неблагоприятные изменения в условиях жизнедеятельности людей сохранятся и с течением времени усилятся [32].

По мнению отдельных политических и общественных деятелей, а также ряда исследователей [7], объективно подходящих к оценке современной ситуации на планете, рыночный механизм в его классическом виде, по своей природе составляющих его основу функциональных взаимоотношений между природой и населением, не сможет найти способы преодоления всей совокупности накопленных проблем.

Мы полагаем, что для избежания экологического кризиса важнейшим условием является кардинальная структурная перестройка всей современной экономической системы в соответствии с сегодняшними требованиями экологической системы [31]. Во многих исследованиях современных ученых правомерно ставится вопрос о необходимости трансформации концепции развития. Выполнению данной задачи посвящено­ значительное число работ (, Х. Зиберта, С. Забелина, Д. Кортена, Д. Медоуза, К. Шуберта и др.) [34, 46]. Однако подобная трактовка процесса развития не воспринималось обществом как убедительный аргумент.

Современные авторы работ, посвященных проблемам устойчивого развития, , А. Вагин, , и др. делают акцент на том факте, что глобальная экосистема является исчерпаемой, а в экономике необходимо адекватно учитывать влияние экологического фактора, полагая, что технико-технологическое развитие зачастую не тождественно социальному совершенствованию. Все это обусловливает целесообразность изменения парадигмы развития [17, 23, 69, 78].

На наш взгляд, сущность инновационной концепции развития сводится к становлению высоконравственного общества, повышению качества жизни и обеспечению устойчивого развития (индивида, производства). Сложность оперативного становления деятельности по направлению к устойчивому развитию состоит в том, что на сегодняшний момент остро встает вопрос о неурегулированных довольно серьёзных экологических проблемах, а также проблемах истощения и невосполняемости ряда природных ресурсов [2]. Новую парадигму устойчивого развития следует воспринимать, как реальную и действенную альтернативу существующим теориям социо-эколого-экономического развития общества, однако вместе с тем следует учитывать специфику в подходах к ее осуществлению, соответствующих не столько предъявляемым сегодня требованиям, сколько будущему развитию [22].

Необходимо особо акцентировать внимание на методологических аспектах, проявляющихся при учете специфики устойчивого развития как предмета научного исследования. Эти проблемы, особо сильно проявляются при раскрытии понятия «устойчивое развитие», использование которого среди ученых часто вызывает дискуссии. В труде «Экологический вызов и устойчивое развитие» [84] авторами рассмотрены разнообразные трактовки термина «устойчивое развитие» и его трансформацию. На данный момент существует большое количество определений устойчивого развития, делающих акцент на принципах развития взаимодействия населения и природы, достижения равновесия между хаосом­ и порядком и т. д.

Согласно точке зрения [38], термин «устойчивое развитие» направлен на экоразвитие, а именно, экологически акцентированное социально-экономическое развитие, из чего возникает «Новая парадигма – экологизация экономики».

Так, в соответствии с позицией -Данильяна [40], «устойчивое развитие» следует интерпретировать как развитие, в процессе которого человечество не ломает природную основу существования и функционирования своего хозяйства. «Устойчивое развитие» предполагает модель развития, оказывающего значительное антропогенное воздействие на окружающую среду, адекватного ассимиляционному потенциалу природной среды и регулятивному потенциалу биосферы.

Краткое, но емкое определение сформулировал С. Пилиев: «Устойчивое развитие – это развитие без роста». Еще одно определение, предложенное С. Пилиевым, звучит так: «Социально устойчивое развитие, при котором валовой экономический рост не должен выходить за пределы несущей способности систем жизнеобеспечения» [96].

Наиболее универсальная модификация парадигмы устойчивого развития приведена в докладе ООН за 1994 г. о развитии­ человеческого потенциала. В тексте доклада термин «устойчивого развития» определяется в виде развития, «не только создающего экономический рост, но и адекватно использующего его последствия, регенерирующее окружающую природную среду в наибольшей степени, нежели нарушающее ее, обеспечивающее рост возможностей населения, а не нивелирующее эти возможности. Это развитие, отдающее предпочтение бедным слоям, росту их возможностей и гарантий участия их в процессе формирования решений, касающихся их жизнедеятельности. Устойчивое развитие, центром которого выступает человек, направленно на сохранение окружающей среды, на обеспечение полной занятости населения и предусматривающее реализацию всех членов современного общества» [56].

Приведенное определение устойчивого развития существенно актуализирует социальные стороны развития. Устойчивость территориального развития не предусматривает лишь эколого-экономический аспект, однако стоит заметить, что данная проблема является ключевым моментом. Следовательно, в качестве главного критерия устойчивости развития конкретного территориального образования представляется возможным рассматривать состояние здоровья населения, предопределенное экологической, инновационной, экономической и социальной составляющими развития.

Обоснованно подчеркивая взаимосвязь устойчивого социального и экономического развития с экологическим аспектом развития, исследователи устойчивости развития , и др. [111, 133] разработали подход, фундаментальным условием которого является аргументированное разделение устойчивого развития на такие направления, как:

1. Экономически устойчивое развитие (сохранение человеческого, материального капиталов).

2. Социально­ устойчивое развитие (ориентировано на обеспечение стабильности социальных и культурных систем).

3. Экологически устойчивое развитие (должно гарантировать целостность биологических и природных систем).

А также была произведена классификация целей устойчивого развития по трем основным критериям:

1. Экономические цели, отражающие проблемы экономического развития, принципы равенства и эффективности.

2. Социальные цели, предусматривающие условия проживания людей, социальную справедливость, культурную идентифицированность и конституционное развитие.

3. Экологические цели, посвященные проблематике единства и неделимости экосистем.

Из всего вышеизложенного можно сделать вывод, что термин «устойчивое развитие» по ряду отдельных аспектов значительно отличается от привычного понятия «развитие». Категория «устойчивое развитие» весьма противоречива ввиду двойственности характера, в этой связи многие зарубежные исследователи воздерживаются от его употребления, особенно, в экономическом смысле данного понятия. Хотя понятие «устойчивого развития» отражает совокупность социальных, институциональных, моральных, демографических­ и множество других проблем, экономическая составляющая выступает как наиболее существенная.

Многовариантное употребление в научной литературе термина «устойчивое развитие», послужило причиной придания различной смысловой нагрузки данной категории как в узком, так и в широком понимании. В узком смысле использование термина «устойчивое развитие» отражает лишь экологическую составляющую территориального образования, в широком же понимании, понятие предполагает различные виды устойчивости, в том числе экологическую, социальную, экономическую, демографическую, техногенную и др. [13].

Нам представляется, что для достижения цели диссертационного исследования следует осуществить обзор концептуальных особенностей реализации устойчивого развития в России. Невзирая на то, что в нашей стране уже произошло становление, как правового, так и институционального фундамента управления охраной окружающей среды, за ней сохраняется бремя существующих проблем. Указанные проблемы углубляются вследствие довольно низкого уровня природоохранных инвестиций, нерационального использования природных запасов, а вся имеющаяся эколого-экономическая информация не обладает­ необходимой прозрачностью для реализации эффективного контроля [28].

Государственными властными структурами была произведена значительная концептуальная работа для переориентирования России на курс «устойчивого развития». На сегодняшний день происходит реализация различных подходов данной идеи, а также утверждена «Концепция перехода Российской Федерации к устойчивому развитию» [62], которая определила новое направление развития современной России на будущее. Следует заметить, что положительный аспект данных концепций заключается в том, что в них рекомендуется к рассмотрению социальных, экономических, экологических и других проблем подходить комплексно, не разграничивая их по отдельности. Процесс перехода к устойчивому развитию и порядок решения проблем в этом направлении вызвали необходимость его периодизации. Так, переход России к устойчивому развитию в широком понимании данного термина обоснованно разделён на этапы:

- первый этап «выживание» – гг.;

- второй этап «модернизация» – гг.;

- третий этап «экологическая реконструкция» – гг.

Основной характеристикой первого этапа является рост уровня жизни малоимущих­ слоев населения, а главным условием выступает полная ликвидация бедности.

Основой второго этапа служит планомерное осуществление производственно-технологической и социально-экономической модернизации России, дающей возможность построить инновационный постиндустриальный тип социума с достаточными значениями показателей социального обеспечения и благосостояния, с большим удельным весом (более 50%) среднего класса, с эффективно действующей инфраструктурой.

Главная задача третьего этапа сводится к осуществлению крупномасштабных природовосстановительных работ: реабилитации экологически депрессивных регионов, восстановление и реконструкция нефункционирующих и истощенных экосистем [134].

На данный момент официальной доктриной России является Концепция устойчивого развития, принятая указом Президента РФ № 000 от 1.04.1996 г. [3], которая должна обеспечить действительную экологизацию современной национальной экономики. Вместе с тем, за последние годы улучшений в состоянии природной среды в Российской Федерации не наметилось, несмотря на существенное сокращение промышленного потенциала.

Стоит отметить, что ряд исследователей весьма критично относятся к современной теории устойчивого развития. Высказываются обоснованные точки зрения, что на современной стадии направленность на устойчивое развитие не будет согласовываться с социально-экономическим положением Российской Федерации. В то же время переход будет увеличивать зависимость национальной экономики (ресурсной базы, темпов экономического роста) от глобальной системы. Помимо прочего, строится доказательная база­ того обстоятельства, что высокие темпы развития России в социально-экономической и технико-технологической сфере действительно могут быть достигнуты за счет следования не принципам устойчивого, а только принципам прорывного развития [87, 106].

С точки зрения некоторых российских исследователей, продвигаемая западными экономистами идея устойчивого развития на сегодняшний день не подходит для РФ. Реализация в России принципов и идей устойчивого развития в современной трактовке повлечет неблагоприятные последствия, так как спровоцирует спад темпов промышленного развития страны и последующее отставание от ПРС [130]. Вместе с тем, в России саму концепцию устойчивого развития воспринимают как декларацию, отличительной особенностью которой, как нормативно-правового акта, является неконкретная форма содержащихся в ней положений, нуждающихся в осуществлении дополнительного законодательного регулирования. Указанный недостаток остаётся значительным, так как ориентированность на адекватность социального, экономического и экологического измерений в сфере территориально-административного планирования отличается скорее императивным характером. В то же время в России воспринимают экологическую проблематику­ как находящуюся на втором плане, что обусловлено в первую очередь экономическими трудностями [21].

В своих трудах скептически оценивает современные концепции устойчивого развития России, обосновывая это обстоятельство тем, что на данный момент практически не существует эффективных механизмов внедрения рассматриваемых концепций, а также адекватного выявления подходящих источников финансирования такого рода изменений в жизни страны и ее субъектов [123].

Вместе с тем, сама концепция устойчивого развития, реализуемая на основе модернизированного организационно-экономического механизма и при условии придания ей инновационного содержанием, принимающая во внимание весь накопленный раннее опыт, а также российские особенности, требует самого внимательного исследования.

Перспективы развития Российской Федерации в нашем тысячелетии отечественные ученые сводят к успешной реализации современных концепций развития. Действительно, рядом ученых предложена к обсуждению новая инвестиционная идея развития территорий, результатом реализации которой станет планомерный сбалансированный устойчивый экономический рост территорий, который и будет составлять основу устойчивого развития России­ и ее общественных институтов. Одновременно отмечается, что естественное становление на путь реализации стратегии устойчивого развития в нашей стране представляется возможным только при осуществлении перехода на более высокие уровни жизнедеятельности, основывающейся на инновационной информационной платформе общественного развития. Существование экологических барьеров развития экономики России делают необходимым проведение реальной экологизации национальной экономики и планомерного перехода к устойчивому развитию [53, 64, 104].

Исследуя региональный подход к реализации идеи устойчивого развития, заметим, что территориальное развитие определяет порядок функционирования региональных систем, который нацелен прежде всего на достижение позитивной динамики показателей уровня жизни населения. Следовательно, устойчивое развитие является главным признаком эффективного территориального развития, предусматривающего длительное воспроизводство потенциала региона (социальной, ресурсной, экологической и других составляющих) в режиме сбалансированности и социальной ориентированности [128].

Таким образом, переход к устойчивому развитию, как в глобальном масштабе, так и в масштабе региона делает необходимым­ осуществление согласованных усилий всего общества по следующим аспектам [10]:

1. Поддержание действующих и восстановление депрессивных и разрушенных экосистем.

2. Реальная экологизация промышленного производства, а именно направленность на применение безотходных технологий, гарантирующих существенную экономию используемых ресурсов.

3. Стабилизация демографического среды при помощи механизма планирования семьи.

4. Планомерное нивелирование избыточного потребления.

В современных условиях антропогенной перегруженности регионов важной особенностью экономических регионов является не экономическая или социально-экономическая характеристика, а эколого-социально-экономическое состояние. А. Вагин и А. Федотов выдвинули предложение называть все существовавшие ранее экономические территории как эколого-социально-экономические территории [124].

На данном этапе развития наиболее незащищенными остаются социальная и природоресурсная составляющие территориального развития, оказывающие дестабилизирующее влияние на степень развитости экономики конкретных регионов. Следовательно, фактором, определяющим депрессивное региональное состояние, является именно экономическая сфера. Выбор сценариев устойчивого развития территории, на наш взгляд, основывается на следующих методических положениях (рис. 2).

Мы полагаем, что степень устойчивости отдельного региона следует определять при помощи индекса устойчивости развития, представляющего собой отношение между фактической и допустимой мощностью антропогенной нагрузки в конкретном эколого-социально-экономическом регионе, причем допустимая плотность мощности нагрузки не должна превышать 70 кВт/ км2 [61]. При устойчивом развитии региона индекс устойчивости равен величине меньше единицы, а при неустойчивом развитии – больше единицы. Другими словами, наименьшее значение индекса устойчивости отражает наибольшую устойчивость территориального образования.

В России на протяжении последнего десятилетия происходит определение приоритетных направлений эколого-социально-экономического характера. Эти направления­ неразрывно взаимосвязаны с концепцией устойчивого развития территорий, часть которых планомерно осуществляет переход к автономному развитию. Однако следует учесть, что российские регионы значительно отличаются по своему географическому положению, экономическому потенциалу, природным и климатическим условиям, демографической средой, что и определяет их современное состояние. Преобразования, проводимые в РФ, обеспечивают укрепление региональной самостоятельности при решении целого массива социально-экономических задач.

Существенное влияние на положение дел в социально-экономической сфере России оказывает значительное различие её регионов (хозяйствующих субъектов) по экономической конъюнктуре, социальному уровню граждан, а также темпам осуществляемых экономических преобразований. Следует заметить, что в значительной мере отличия положений региональных экономик вызваны не столько современными причинами, сколько тенденциями, имеющими место задолго до настоящего момента [6].
Современный уровень социально-экономического развития регионов РФ правомерно отразить совокупностью ­критериев динамики экономического развития по укрупненным экономическим территориям (округам), в то же время сохраняются существенные территориальные диспропорции развития внутри этих территориальных образований.

Современное состояние национального промышленного производства определяется рядом наиболее развитых российских территорий. Восемь регионов – Белгородская, Липецкая, Мурманская, Новгородская, Ивановская области, Красноярский, Алтайский край и г. Москва характеризуются наивысшие темпами роста промышленного производства. В Ямало-Ненецком и Ханты-Мансийском автономных округах, включаемых в число крупных по объему промышленного производства регионов, темпы роста промышленного производства остановились на уровне ниже среднего, что вызвано развитием отраслевой специализации регионов – добычей и экспортом углеводородов [117].

В категорию округов со средними объемами выпуска промышленной продукции и наивысшими темпами развития входят субъекты практически из всех экономических территорий. Категория округов с большими темпами развития при небольшом объеме выпуска не повлияет существенным образом на совокупный темп роста. Прогнозируемые для данной категории территорий значительные темпы развития обусловлены, прежде всего, недостаточной степенью развития промышленного производства.

Следовательно, становятся актуальными вопросы разработки и реализации эффективной региональной политики, в числе главных задач которой должны находиться:

- обеспечение роста региональной экономики на базе сбалансированности рыночных механизмов и эффективной системы регулирования;

- стабилизация финансового состояния регионов посредством улучшения инвестиционного климата;

- увеличение уровня жизни населения региона в соответствии с ростом ВРП;

- снижение уровня безработицы путем активизации малого предпринимательства.

Таким образом, эффективная региональная политика охватывает различные области социо-эколого-экономических отношений: производственно-экономические, социальные и этнические, финансово-кредитные, налогово-бюджетные, организационно-управленческие, аграрные и прочие отношения. Вместе с тем следует отметить, что региональные трудности неразрывно связаны с социально-экономическим аспектом развития территории. Изменение концепции стратегии развития приведет к систематическому обеспечению целеориентированной самоорганизации общества в социальном, экологическом и экономическом направлении в масштабе региона. В этом аспекте устойчивое­ развитие предполагает обеспечение экологической безопасности, социальной защищенности и экономической эффективности [57]. Становление данного типа экономики, которая бы обеспечивала сохранение экологии, составляет одну из главных задач устойчивого развития, причем экологическая составляющая должна рассматриваться не в качестве источника пополнения ресурсной базы, а как основа для эффективной жизнедеятельности, сохранение которой выступает важнейшим условием социально-экономического развития.

1.3. Методические аспекты исследования пространственных трансформаций как условия управления экономикой региона

Действенность управления социально-экономической системой региона зачастую обусловливается возможностями определения показателя социально-экономического роста субъекта и его территориальных образований в целях поиска приоритетных направлений и источников роста и принятия эффективных управленческих решений.

Существование большого объема информации, учитываемой при определении показателей социально-экономического развития, во-первых, и лимитированные средства инструментального массива диагностики для обобщения совокупности разнородной информации, во-вторых, доказывают необходимость применения интегральных индикаторов социально-экономического развития [42].

Для определения интегральных индикаторов применяются множество инструментов. Инструменты стохастической комплексной диагностики (методы компонентного анализа и экспертно-статистические методы) дают возможность более глубоко диагностировать влияние и вклад конкретных параметров в значение интегрального показателя. В числе данных методов можно выделить факторный, кластерный, корреляционный анализ, используемый в статистике [10].

Сильными сторонами таких методов выступают значительный уровень научной обоснованности (прежде всего, математического аппарата), вероятность обнаружения глубоких и закономерных связей, выявления весьма неожиданных результатов. В числе недостатков можно выделить необходимость использования громоздкого (трудоемкого) математического аппарата или специальных программных продуктов (в том числе, пакеты SPSS или Statistica). Еще одним серьезным недостатком выступает непредсказуемость и противоречивость выявленных зависимостей.

Кроме того, применяются инструменты многомерных ранжировок (или многомерного шкалирования), предполагающие сопоставление величин определенного показателя по всем из анализируемых регионов с определенной нормативной (пороговой, целевой, нормальной) величиной используемого критерия по совокупности сопоставляемых объектов. В случае если значение индикатора оказывается выше установленной величины (норму, эталон), территория по этому признаку считается преуспевающей, если оказывается равным меньшей величине – то неблагополучной [25].

Преимуществом инструментов многомерных ранжировок выступает относительная доступность и визуализированность результатов. Исключение некоторых критериев из совокупного рассмотрения нивелируется, и, следовательно, комплексная диагностика получается более точной.

Недостатком выступает трудность в достижении конкретных результатов при большом количестве частных критериев и составляющих анализируемой совокупности. Невероятно трудно наглядно выявить влияние каждого конкретного критерия на итоговую совокупную оценку. Если количество частных критериев превышает три, то пропадает наглядность исследовательского процесса.

Зачастую применяют традиционные методики или методы детерминированной комплексной оценки. Эта группа методик содержит в себе такие методы, как: метод коэффициентов, метод сумм, метод геометрической средней, метод расстояний и их вариации, метод суммы мест. Указанные методы дают возможность осуществлять сопоставление ряда объектов. Классические инструменты ориентированы на определение общего показателя при помощи произведения различных арифметических операций с частными показателями, полученными посредством обработки статистических данных, отражающих отдельные стороны рассматриваемых объектов [58].

По нашему мнению, достоинством данной группы методов представляется возможность создания рейтингов по различным частным показателям, не только в сопоставлении между собой, но и с более ранними отрезками времени (оценка динамики), и с нормативными величинами индикаторов. Инструменты доступны в использовании и не требуют использования сложных программных средств или существенных трудозатрат. Слабой стороной выступает вероятность возникновения отклонений выявленных результатов. Отклонения по некоторым критериям могут быть компенсированы за счет сильного преимущества по другим показателям, что также может послужить причиной завышения (занижения) интегральной оценки. Для получения желаемого результата посредством использования традиционных методик требуется визуальный анализ и контроль экономического содержания (смысла), осуществляемый субъектом исследования. Зачастую при межтерриториальных сравнениях применяют модели, предусматривающие взвешенное суммирование, обеспечивающее учет значимости различных параметров социально-экономического развития [70].

При определении общего критерия уровня социально-экономического роста на конечную величину показателя оказывают влияние три главных фактора [66]:

- формирование базы для сравнения;

- сбор отчетной статистической информации, на основе которой должен быть построен интегральный индикатор;

- определение метода объединения ряда частных показателей в общий показатель уровня развития в социально-экономическом аспекте (в том числе, форму модели, ее постоянные элементы).

В процессе формирования базы для сравнения следует учитывать следующую особенность: спецификой интегральных индикаторов выступает то, что правильно интерпретировать их абсолютную величину представляется возможным посредством сопоставления с выбранной для этого основой (критерием). В процессе детализации инструментов для определения базы для сравнения четко используются следующие подходы, базирующиеся на:

- оценке уровня соответствия достигнутых параметров социально-экономической системы к значениям нормативных величин;

- диагностике уровня развития в социально-экономическом аспекте как меры получения самых оптимальных (в рамках анализируемых объектов и фактических объективных условий) его параметров;

- выявлении размера девиаций фактических показателей социально-экономического роста от аналогичных характеристик периода, принятого за базу для сравнения.

Между различными показателями имеют место множество параметров, объединенных некоторой связью. В процессе формирования выборки необходимо воздержаться от рассмотрения характеристик, между которыми наблюдается линейная зависимость, другими словами, тех, которые обладают наиболее высокой степенью тесноты взаимосвязи (мультиколлинеарную связь). Это требуется для исключения «кратности» при оценке воздействия факторов в процессе определения интегральной характеристики уровня социально-экономического развития [82].

Рассматривая метод интеграции, следует отметить, что различными авторами освещается множество способов построения обобщающего показателя, ими применяются как всевозможные модельные инструменты, так и некоторые системы показателей, разнящиеся по своей структуре и количеству.

Интегральные характеристики социально-экономического развития представляется возможным определить по формуле вида:

(1)

где х – набор нормированных показателей (в частности, приведенных к шкале [0,1]), отражающих составляющие качества жизни;

w – весовые коэффициенты, чья сумма равняется 1;

N – размерность шкалы интегрального показателя.

В процессе использования этих формул следует иметь в виду, что они в большей или меньшей степени корректно отражают только доминирующий в субъекте (муниципальном образовании) показатель развития.

Допускается разный уровень интеграции совокупной характеристики – от регистрируемых статистическим методом отчетных характеристик, носящих «синтетический» характер (средняя продолжительность жизни, величина расходов на душу населения, показатели безработицы, уровень преступности и др.) до обобщающего показателя наивысшего звена, концентрирующего в себе все ключевые (более частные) стороны социально-экономического роста. В целях выявления меж- и внутрирегиональных отклонений используются различные методические инструменты. Одним из самых распространенных методов выступает определение показателя размаха (или амплитуды) вариации, определяемого путем вычитания из наибольшего значения наименьшего значения признака из наблюдаемых в исследуемой совокупности [98]. Широкое применение нашел показатель относительного соотношения рассматриваемых характеристик. Соотношение предельных (наименьшей и наибольшей) величин интегральных индексов определяется как коэффициент территориальной дифференциации:

(2)

Допускается также нахождение отношения абсолютного размаха вариации к среднему значению индикатора.

Помимо вышеперечисленных, применяются индексы локализации, рассчитываемые путем сопоставления величин показателя для исследуемого субъекта и усредненной величины показателя по анализируемой совокупности. Показатели локализации дают возможность оценить то, какую позицию в отдельности занимает анализируемый объект в рамках всей совокупности территорий субъекта, а также собрать данные для выявления направленности межмуниципальных взаимосвязей и потенциальных приоритетов в развитии региона [120].

На практике применяются такие инструменты диагностики показателя социально-экономического развития территорий, как: методика диагностики уровня социально-экономического развития регионов России Министерства экономического развития РФ, рейтинговая оценка инвестиционной привлекательности субъектов РФ, осуществляемая журналом «Эксперт», методика комплексной диагностики уровня и динамики реализации общегосударственных целей; сбалансированности бюджетной обеспеченности региона; методика выявления неблагополучных и депрессивных регионов, предложенная в рамках проекта Тасис и т. д. [115]

Для определения социального результата реализуемой социально-экономической политики, ее значения для населения, применяются инструменты диагностики уровня социального развития территории, качества жизни общества. В целях осуществления оценки разрабатывается система критериев и показателей, дающих возможность учесть специфику развития социальной сферы территории.

Вопрос социальных индикаторов (СИ) – показателей в количественном выражении уровня социального развития – глубоко исследовался в зарубежной науке во второй половине 20 века. За этот период претерпели значительные изменения представления о целях, направлениях и подходах к их реализации. В процессе их развития условно можно выделить три этапа.

На первоначальном этапе, начавшемся приблизительно с конца 1940-х гг., доминировала идея, что прогресс современного общества – это, в первую очередь, увеличение материального благосостояния населения. В роли социальных индикаторов выступали макроэкономические, прежде всего, стоимостные характеристики системы национальных счетов (СНС) либо их вариации.

На следующей ступени, в 1960-е гг., произошло становление понимания общественного развития как сложного многостороннего процесса, в рамках которого увеличение материального благосостояния не представляется главной и единственной задачей, также и процесс роста не является целью самой по себе, а выступает скорее инструментом для совершенствования условий жизни. Для характеристики данных условий образовалось более глубокая интерпретация понятия качества жизни. Стоимостные характеристики по своему содержанию не давали возможность отразить всей многоаспектности данного явления. В этой связи с середины 1960-х гг. начались разработки в рамках ООН под названием «Движение за социальные индикаторы», направленные на формирование нестоимостных показателей качества жизни. В целом этот этап характеризуется попытками разработки так называемых агрегатов, представляющих собой интегральные характеристики качества жизни, на базе неденежной информации и статистических данных расширенных национальных счетов [110].

Для третьего этапа, продолжающегося с 1970-х гг. и до наших дней, свойственно, в первую очередь, существенное расширение отрасли государственного социального программирования. В соответствии с его целями и задачами, основное внимание исследователи акцентируют на разработке совокупности показателей, взаимосвязанных систем социальных индикаторов, адекватно, с позиции социальной политики, характеризующих множество сторон благосостояния населения.

В настоящее время исследования основываются на весьма глубоких интерпретациях социальных индикаторов и обладают четко выраженной прикладной направленностью. При этом социальные индикаторы выступают в роли направлений при осуществлении социальной политики. Комплексы показателей социального развития должны конкретно определять степень воздействия на общество разнообразных аспектов государственной политики и трансформирующейся социальной среды [132].

При построении методики общей диагностики следует принимать во внимание необходимость того, чтобы социальные показатели отвечали определенным требованиям. Такие требования предъявляются к качеству, структуре, трактовкам, задачам, сферам использования, располагаемым данным и прочим особенностям и сторонам индикаторов. В тематической литературе, посвященной данному вопросу, приводятся следующие иллюстрации целей анализа и менеджмента, в процессе реализации которых применяются обобщающие показатели качества жизни общества [15]:

а) индикаторы уровня реализации задач в менеджменте социально-экономического развития территории;

б) определение физического здоровья населения посредством ряда показателей, в том числе «качество населения», «индекс здоровья», «индекс развития человеческого потенциала»;

в) показатели степени напряженности в обществе, масштабов коррупции, дифференциации граждан по имущественному критерию, социальной патологии, в вопросе анализа и управления в сфере социально-политического здоровья населения;

г) интегральные показатели в целях эффективизации четкой направленности социальной поддержки малоимущих слоев населения;

д) межрегиональные сравнения и рейтинги, и их учет при осуществлении мероприятий, направленных на совершенствование методов менеджмента;

е) анализ качества жизнедеятельности человека.

В зарубежной литературе интегрируются объективные (статистические) и субъективные оценки, базирующиеся на периодических социологических опросах или мнениях экспертов. Такие составляющие, как взаимосвязи в обществе, ценности в рамках семьи, общественная и политическая устойчивость могут рассматриваться только субъективно, поскольку объективных критериев не существует. Для регионов России применение субъективных оценок зачастую не представляется возможным – для этого требуются периодические социологические исследования, репрезентативные для каждого региона РФ. В большинстве случаев используют объективную (статистическую) информацию, однако с ее помощью можно определить далеко не все составляющие качества жизнедеятельности граждан [30].

В процессе диагностики качества жизнедеятельности граждан субъектов РФ применяются следующие показатели: интегральные индексы качества жизни общества, индекс развития человеческого потенциала и кризисный индекс качества жизни и др.

Освещая вопрос оценки сравнений качества жизни населения в различных муниципалитетах, следует заметить, что механизмы оценки имеют слабую методическую основу. Существующие инструменты для сопоставления показателей различных регионов малопригодны для диагностики межмуниципальной дифференциации. Процедура учета индикаторов в статистической области муниципальных образований значительно разниться с аналогичной процедурой на региональном уровне и не охватывает достаточный объем сведений, необходимых для комплексной оценки качества жизни населения муниципальных образований (в частности, индекс развития человеческого потенциала можно определить только в масштабе региона России, также индекс Джини и др.). Информация в отчетных документах администраций муниципалитетов существенно отличается, что вызывает сомнение в ее достоверности [49].

В научной теории и практике регионального управления в РФ ввиду большого числа регионов РФ, трудности и многоаспектности задач не существует единого и общепризнанного подхода к комплексной диагностике качества жизни общества в субъектах страны.

Диагностика дифференциации качества жизни граждан между муниципалитетами субъектов, как правило, осуществляется в рамках комплексной диагностики уровня развития социально-экономической сферы субъектов, содержащей в себе лишь отдельные показатели качества жизни. Незначительное число регионов официально утвердили методики интегральной оценки качества жизни граждан. Причем перечень индикаторов качества жизни общества в данных методиках существенно отличается (таблица 1).

Таблица 1

Матрица оценки развития социально-экономических процессов в регионе на базе декомпозиции методик (составлена соискателем)

№	Критерий	Значение для региона
1	Число элементов в структуре показателя, отражающих качество жизни, при наличии структуры интегрального индикатора	Совокупное число элементов
2	Число показателей социальной направленности	Совокупное число показателей
3	Установление веса компонентов	Э – экспертным методом; С – методом социологического опроса; Р – расчетным способом.
4	Метод формирования интегрального показателя	АС – аддитивная сверка; КП – извлечение корня из произведения; СР – суммирование рангов; СБ – суммирование баллов
5	Метод нормирования показателей	ЛМ – линейное масштабирование; Ср – сопоставление со средним значением по субъекту; БШ – приведение по шкале баллов.
6	Возможность сравнения в динамике	+/-
7	Тип сведений	МС – сведения муниципальной статистики; АД – сведения администраций; С – субъективные; Э - экспертные
8	Интерпретация полученных результатов	Р – ранжирование; Т – типология

Перечисленные индикаторы соответствуют почти всем условиям, выдвигаемым общей доктрине целеполагания, согласно которой функционируют учреждения управления в субъекте. Выступая индикативными характеристиками деятельности учреждений управления в регионах, они были нацелены на решение ряда задач, в том числе:

- осуществление межмуниципальных рейтингов и сравнений, и их использования в процессе осуществления мероприятий, направленных на совершенствование инструментов управления [67];

- применения в качестве характеристики меры реализации целей управления;

- использование в процессе оптимизации адресности социальной поддержки малоимущих слоев общества;

- применения в качестве показателя уровня напряженности в обществе, социально-политического состояния общества и др.

Информационной базой выступают: официальная информация органов государственной статистики и данные администраций. Методология расчета базируется на особого рода свертках частных (регистрируемых статистическим методом) характеристиках качества жизнедеятельности и на определенных инструментах многокритериального ранжирования объектов. Определен перечень априорных показателей (или частных показателей), отражающих каждую из исследуемых синтетических категорий качества жизни населения, а также методологические указания по разработке необходимых комплексов индикаторов. Диагностика интегральных показателей качества жизнедеятельности общества производится по каждой из совокупности исследуемых синтетических характеристик: качество жизни населения, уровень благосостояния, состояние социальной сферы.

На наш взгляд, описанная методика отличается методологической разработанностью, объективностью, но сложна в реализации ввиду большого числа показателей и трудности методики расчета.

Частный рейтинг социального развития территории обусловливается рейтингами демографической сферы, положением дел в образовательной отрасли, сфере культуры, здравоохранения и жилищно-бытовых условий, которые содержат показатели, отражающие: демографическое состояние, образование, здравоохранение, культуру, жилищные условия.

Рассмотренная методика довольно легка в использовании и, по сравнению с предыдущей, не настолько информационно обременена. В то же время в ней находят отражение далеко не все показатели, дающие характеристику уровня социального развития.

Принципиальное значение в ходе осуществления диагностики действенности и эффективности процесса развития социально-экономической сферы имеет формирование конкретного набора критериев, максимально широко характеризующих его эффективность и результативность, а также выбор методики определения обобщающего показателя как фактора точности и надежности оценки [82].

В процессе формирования интегрального индикатора нами был положен в основу метод ранжирования данных, другими словами, упорядочивания и сжатия информации по предварительно сформулированным правилам согласно плановому набору критериев и показателей. Создание рейтингов в последнее время получило самое широкое распространение в процессе оценки трудно формализованных явлений и в опыте политической сферы и зарекомендовало себя в процессе диагностики эффективности работы учреждений исполнительной власти регионов России и учреждений местного самоуправления. Рейтинг представляет собой методологический инструмент оценки определенных процессов в сравнении с другими, он является визуализированным способом «иллюстрации» оценки анализируемых явлений. Именно в этой связи при осуществлении диагностики эффективности и действенности процесса развития социально-экономической сферы в исследовании используется метод ранжирования.

Формирование рейтингов может базироваться на статистической информации, на данных, полученных в ходе анализа общественного мнения путем массовых опросов и на основе экспертных оценок.

Следует отметить, что метод экспертных оценок может оказаться субъективным, поскольку находиться в тесной зависимости от количества, состава и уровня квалификации приглашенных специалистов. Инструмент социологических опросов граждан, в данной ситуации, весьма сложен в использовании по следующим причинам:

1) сложно выявить позицию репрезентативной части общества, находящейся на предлагаемых к исследованию муниципальных территориях;

2) он делает необходимым осуществление существенных материальных расходов и значительного числа дополнительных профессионалов;

3) далеко не все процессы в социально-экономической сфере, происходящие в муниципалитетах, имеют возможность получить адекватную оценку граждан, и, следовательно, интерпретированы на уровне региона [94].

По этим причине в данном исследовании преимущество отдается анализу статистической и финансовой информации, поскольку они достаточно широко и объективно отражают социально-экономическое развитие отдельного региона.

На подготовительной стадии мониторинга устойчивого развития социально-экономических процессов в регионе проводится работа с необходимыми данными, их систематизация и дифференциация, выявляется массив данных, отражающих уровень социально-экономического развития [27]. Ключевая роль на этой ступени отводится выбору (отбор) показателей, поскольку на их базе будет впоследствии производиться оценка эффективности и результативности процесса социально-экономического развития. Содержание и параметры эмпирической основы выбираемых показателей обусловливают репрезентативность и корректность диагностики уровня результативности и эффективности процесса развития социально-экономической сферы.

Методика интегральной оценки результативности и эффективности процесса развития социально-экономической сферы, базирующаяся на осуществлении мониторинга, построенная автором, определяет ключевые направления и ступени интегральной диагностики, направленной на выявление тенденций и направлений, в которых развитие давало бы наибольший или наименьший эффект и результат.
Диагностика результативности и эффективности развития социально-экономической сферы осуществляется в рамках построения упорядоченных рейтингов сфер субъекта на базе итогов интегральной оценки.
Отчетным периодом диагностики признается год, предшествующий данному. В первый год осуществляется определение эффективности и результативности процесса социально-экономического развития, в последующие годы – анализ его динамики посредством сопоставления результатов комплексной оценки с предыдущим годом.

В качестве первичной информации для проведения интегральной оценки эффективности социально-экономического развития рекомендуется использовать официальные сведения бухгалтерской и статистической документации территориальных учреждений Федеральной службы государственной статистики и финансовых органов регионов РФ [77].

Базируясь на идеях современной концепции государственного и муниципального менеджмента, опыте, накопленном в ряде субъектов России, при осуществлении диагностики результативности и эффективности развития социально-экономической сферы, на наш взгляд, следует использовать такие блоки показателей, как: экономический, характеризующий экономические возможности субъекта и показатель его развития; социальный, охватывающий потенциал в демографическом аспекте, качество жизни общества [8]. Экономические и социальные индикаторы отражают результативность и эффективность социально-экономического развития в общем и взаимодополняются друг другом.

В ходе выявления эффективности и результативности процесса социально-экономического развития представляется целесообразным применять наряду со стоимостными характеристиками, отражающими расходы или доходы от объектов менеджмента (эффективность), и натуральные индикаторы, определяющие степень удовлетворения нужд граждан в определенных ресурсах (результативность).

Набор показателей, предлагаемый для применения в процессе проведения интегральной оценки результативности и эффективности развития социально-экономической сферы, представлен в таблице 2.

Таблица 2

Показатели для проведения комплексного исследования эффективности и результативности процесса социально-экономического развития региона (составлена соискателем)

№	Наименование показателя	Значение
1	2	3
Экономическое развитие
1	Индекс промышленного производства	%
2	Темп роста / снижения объема инвестиций в основной капитал	%
3	Темп роста / снижения учтенных субъектов хозяйствования	%
4	Доля прибыльных организаций в общем объеме	%
5	Темп роста / снижения объема платных услуг гражданам	%
6	Темп роста / снижения выпуска продукции сельскохозяйственного назначения	%
7	Объем валовой выручки по ведущим отраслям на душу населения	Руб.
8	Динамика налоговых и неналоговых доходов местных бюджетов	%
9	Бюджетная обеспеченность на душу населения	Руб.
10	Доля капитальных затрат в суммарной величине расходов местных бюджетов	%
11	Отношение доходов к расходам местных бюджетов	%
12	Уровень дотационности местных бюджетов	%
13	Доля первоочередных расходов в общем объеме расходов местных бюджетов	%
14	Отношение полученных кредитов к доходам местных бюджетов	%
15	Динамика расходов местных бюджетов на обеспечение работы аппарата управления	%
16	Удельный вес расходов на содержание органов местного самоуправления в общем объеме расходов местных бюджетов	%
17	Динамика просроченной кредиторской задолженности бюджетных учреждений	%
18	Удельный вес просроченной кредиторской задолженности по исполнению обязательств перед гражданами в доходах местных бюджетов	%
Социальное развитие
19	Темп роста / снижение численности граждан	%
20	Доля трудоспособного населения в общей численности граждан	%
21	Величина среднемесячной зарплаты	Руб.
22	Темп роста среднемесячной зарплаты	%
23	Обеспеченность населения жильем	Кв. м.

Окончание табл.2

1	2	3
24	Темп роста / снижение ввода в действие жилых домов	%
25	Обеспеченность населения культурно-развлекательными учреждениями	Ед.
26	Объем расходов на социальную сферу	Руб.
27	Уровень безработицы	%
28	Темп увеличения / спада безработицы	%
29	Число зарегистрированных преступлений	%
30	Доля ветхого и аварийного жилья	%
31	Динамика численности работников бюджетной сферы	%

Таким образом, представленная таблица показывает что, для осуществления интегральной диагностики результативности и эффективности управления развитием социально-экономической сферы муниципальных территорий рекомендуется использовать 31 показа– отражающих экономическое развитие региона, 13 – отражающих социальное развитие территории.

Использование указанного набора показателей, по нашему мнению, дает возможность дать комплексную оценку уровня эффективности и результативности процесса социально-экономического развития территории, поскольку они охватывают ключевые характеристики жизнедеятельности: репрезентативны (выражают указанные характеристики глубоко и адекватно, в частности, в территориальном аспекте (учет объективных условий хозяйственной деятельности) и во временном аспекте (регистрация не только текущего состояния с применением статистических показателей, но и изменения хода процессов при помощи индексов)).

2. ОЦЕНКА ЭФФЕКТИВНОСТИ методического обеспечения управления региональной экономикой

2.1. Комплексная оценка современного состояния регионального экономического развития (на примере Краснодарского края)

Краснодарский край образован в 1937 г. на юге России, в юго-западной части Северного Кавказа. Его площадь – 75,5 тыс. квадратных километров. Граничит с юго-западной частью Северного Кавказа и входит в состав Южного федерального округа. На северо-востоке край граничит с Ростовской областью, на востоке — со Ставропольским краем, на юге — с Республикой Абхазия. Внутри региона находится Республика Адыгея. Территория края омывается водами Азовского на северо-западе и Чёрного на юго-западе морей [55].

На территории края проживает 5 млн 402 тыс. чел., более 50 национальностей и народностей. В состав края входит 38 административных районов и 26 городов.

Для минерально-сырьевой базы края характерно наличие многих видов ценных полезных ископаемых, но в то же время крайне неравномерная и явно недостаточная их изученность. В недрах края открыто более 60 видов полезных ископаемых [114].

Объем ВРП Краснодарского края за 2011 г. составил в текущих ценах 1,2 трлн. р. Индекс физического объема ВРП относительно 2010 г. составил 107,6% (таблица 3).

В первом полугодии 2013 г. объем валового регионального продукта Краснодарского края увеличился на 2,1%, реальные денежные доходы населения – на 13,4%. Основой роста стали динамичное развитие строительства, транспорта и связи, торговли, рост денежных доходов населения.

Таблица 3

Объем валового регионального продукта

(составлена соискателем по данным http://www. *****, http://krsdstat. *****)

Показатель	2010 г.	2011г.	2012 г.
Валовой региональный продукт, млрд. руб.	1028,3	1229,7	1378,2
В процентах к предыдущему году в сопоставимых ценах	106,2	107,6	101,5
Валовой региональный продукт на душу населения, тыс. р./чел.	235	235	316

Значительная часть добавленной стоимости формируется базовыми секторами экономики края – промышленностью и сельским хозяйством. В Краснодаре и его окрестностях сосредоточено 38 % объёма промышленной продукции и 47 % инвестиций в основной капитал, сконцентрировано 16 % населения. Аграрный комплекс края является отраслью, базирующейся на собственном ресурсном обеспечении (кроме топливно-энергетических ресурсов).

Таблица 4

Структура валового регионального продукта Краснодарского края, % к общему объему ВРП (составлена соискателем по данным http://www. *****, http://krsdstat. *****)

Показатель	2010 г.	2011 г.	2012 г.	По России в 2012 г.
1	2	3	4	5
Валовой региональный продукт, всего в том числе:	100	100	100	100
сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство, рыболовство и рыбоводство	12,5	12,7	13,1	3,9
добыча полезных ископаемых	0,8	0,8	0,7	10,9
обрабатывающие производства	10,0	10,5	10,0	15,2
производство и распределение электроэнергии, газа и воды	2,5	2,5	2,4	3,5
строительство	16,8	19,4	20,2	6,5
оптовая и розничная торговля; ремонт автотранспортных средств, мотоциклов, бытовых изделий и предметов личного пользования	16,6	16,4	16,1	19,7

Окончание табл. 4

1	2	3	4	5
гостиницы и рестораны	2,7	2,7	2,8	0,9
транспорт и связь	15,5	15,1	15,5	8,2
финансовая деятельность	0,4	0,5	0,3	4,4
операции с недвижимым имуществом, аренда и предоставление услуг	7,1	6,3	6,2	11,8
государственное управление и обеспечение военной безопасности; социальное страхование	5,9	4,5	4,6	6,6
образование	3,2	2,8	2,6	2,9
здравоохранение и предоставление социальных услуг	4,7	4,5	4,3	3,9
предоставление прочих коммунальных, социальных и персональных услуг	1,3	1,3	1,2	1,6

В 2010 г. ВРП составил 1008,2 млрд. р.. Индекс физического объема составил 106,2% к предыдущему году. Высокими темпами характеризовалась динамика расширения рынка финансов и недвижимости, операций с недвижимым имуществом, оказания услуг по обеспечению функционирования рынка. По объему валового регионального продукта регион стабильно находится в первой десятке среди субъектов страны и лидирует в ЮФО [37].

Край традиционно лидирует среди регионов Южного федерального округа по объему валового регионального продукта (на регион приходится 44% ВРП Южного федерального округа), в том числе в расчете на душу населения - 193,1 тыс. р.

В структуре валового регионального продукта по видам экономической деятельности наибольшую долю занимают: оптовая и розничная торговля, ремонт – 16,7%; строительство – 16,3%; транспорт и связь – 15,8%; промышленность – 13,5%; сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство – 12,2%; операции с недвижимостью – 6,9%.

Край занимает первое место среди субъектов Российской Федерации по объему производства зерна и сахарной свеклы, второе - по производству семян подсолнечника, плодов и ягод. В 2007 г. в Краснодарском крае собрано 9,9 процента валового объема зерна, собираемого в России, 17,5 процента сахарной свеклы, 15,2 процента семян подсолнечника, 6,4 процента плодов и ягод. Кроме того, переход российской экономики к рынку сопровождался для Краснодарского края заметным увеличением удельного веса расходов на конечное потребление в структуре использования ВРП. Рост производства и доходов, расширение платежеспособного спроса обеспечили стремительное увеличение потребления. Начиная с 2002 г. потребление в крае превышает объем произведенного ВРП.

Накопившиеся структурные диспропорции, недостаток инвестиционных вложений, ценовой диспаритет и другие проблемы переходного периода привели к снижению эффективности производства в крае. Назрела необходимость осуществления преобразований в социально-экономической сфере, в основе которых должна лежать политика по радикальному повышению уровня конкурентоспособности краевой экономики [47].

Краснодарский край является одной из главных житниц России, располагает мощным агропромышленным потенциалом, входит в число крупнейших российских производителей продовольствия.

Рис. 3 Удельный вес Краснодарского края в экономике России, в % на 1 января 2012 г. (составлен соискателем по данным http://www. *****, http://krsdstat. *****)

Доля Краснодарского края в экономике Российской Федерации в 2012 г. показана на рис. 3. [112]. По отдельным секторам экономики край демонстрирует устойчивый рост темпами, превышающими среднероссийские (рис. 4).

Рис. 4 Темп роста основных показателей по Краснодарскому краю и Российской Федерации в 2012 г. (составлен соискателем по данным http://www. *****, http://krsdstat. *****)

В настоящее время в Краснодарском крае наблюдается положительный и в целом динамичный рост объемов промышленного производства. В экономическом профиле края АПК продолжает занимать лидирующие позиции. На его долю приходится 42 % производимой продукции и 38 % занятых трудовых ресурсов (2010 г.).

Работа предприятий пищевой и перерабатывающей промышленности является индикатором работы АПК, так как они обеспечивают его средствами производства и перерабатывают сельскохозяйственное сырье [119].

Крупнейшими предприятиями в крае, имеющими общероссийское значение, являются комбинат «Краснодарский», , -Дюрсо», «Сочинский», рыбозавод», птицефабрика», фабрика «Южная звезда», Филиал №1 пиво-безалкогольный комбинат «Очаково», «Краснодарэконефть», Роснефть - Туапсинский нефтеперерабатывающий завод», ЗАО “Мясокомбинат “Тихорецкий”, ОАО “Сочинский мясокомбинат”,   Моррис Кубань», ряд предприятий по производству пищевых продуктов и фармацевтической продукции.

Ведущее место в структуре промышленности принадлежит перерабатывающим производствам. Пищевая отрасль обеспечивает 42,8 % общего объёма промышленной продукции; далее идут электроэнергетика (13,4 %), топливная отрасль (10,5 %), машиностроение и металлообработка (9,4 %) и промышленность строительных материалов (7,9 %). На химический и лесной комплексы приходится всего по 3—4 % промышленного производства. Доля легкой отрасли совсем незначительна (1,3 %).

Таблица 5

Структура промышленного производства Краснодарского края, % к общему объему отгруженных товаров (составлена соискателем по данным http://krsdstat. *****)

Показатели	На 1.11.2013 г.	На 1.11.2012 г.
1	2	3
Разделы C+D+E классификации ОКВЭД	100	100
Добыча полезных ископаемых – раздел С	3,1	3,2
Обрабатывающие производства – раздел D	79,8	80,4
Производство и распределение электроэнергии, газа и воды – раздел E	17,1	16,3
Производство пищевых продуктов, включая напитки, и табака	30,7	31,6
Текстильное и швейное производство	0,3	0,4
Производство кожи, изделий из кожи и обуви	0,3	0,3
Обработка древесины и производство изделий из дерева	0,5	0,5
Целлюлозно-бумажное производство, издательская и полиграфическая деятельность	1,8	1,8
Производство кокса и нефтепродуктов	19,7	18,6
Химическое производство	2,4	2,8
Производство резиновых и пластмассовых изделий	1,7	1,9

Окончание табл. 5

1	2	3
Производство прочих неметаллических минеральных продуктов	8,4	8,2
Металлургическое производство и производство готовых металлических изделий	5,2	5,0
Производство машин и оборудования	3,3	3,8
Производство электрооборудования, электронного и оптического оборудования	1,1	1,5
Производство транспортных средств и оборудования	2,1	2,2
Прочие производства	2,2	1,9

Самые высокие темпы роста объемов производства сегодня в металлургическом и химическом и производстве, небольшой, но стабильный рост - в легкой промышленности. В первом полугодии краевой бюджет получил от промышленников 1,5 млрд р. налоговых платежей, к концу 2013 г. этот показатель превысит 3,4 млрд р.

Географическое положение и природно-климатические условия, обусловленные границами поясов умеренного и субтропического климата, определили Краснодарскому краю место одного из ведущих регионов России по производству и переработке сельскохозяйственной продукции и поставкам продовольствия в промышленные центры страны.

Ведущую роль в агропромышленном комплексе Краснодарского края играет сельское хозяйство. Производством сельскохозяйственной продукции в крае занимаются 3303 предприятия, из них 452 крупных и средних коллективных хозяйства, 17,1 тысячи крестьянских хозяйств и 848,7 тысячи личных подсобных хозяйств.

 В настоящее время в крае оптимизирована структура посевных площадей, достигнут высокий уровень производства сельскохозяйственных культур и дальнейший рост объемов производства в растениеводстве возможен за счет дальнейшего восстановления плодородия почв, ускоренного обновления машинно-тракторного парка, внедрения в производство новых ресурсосберегающих адаптивных технологий возделывания и перспективных высокоурожайных гибридов сельскохозяйственных культур.

Техническая база в сельском хозяйстве края представлена 24 тыс. тракторов, 3,7 тыс. зерноуборочных комбайнов, 1 тыс. кормоуборочных комбайнов, 0,7 тыс. свеклоуборочных комбайнов.

В развитии машиностроения, химии и нефтехимии, легкой промышленности края обозначились барьеры, связанные с недостатком конкурентоспособных мощностей и продуктов. В Краснодарском крае действуют 43 крупных и средних предприятия, специализирующихся на производстве машин и оборудования.

Рост объемов производства в транспортном машиностроении вызван расширением внутреннего спроса на машины и оборудование для железных дорог. В настоящее время в крае производится более 120 наименований изделий для нужд железных дорог страны. Основным заказчиком ряда ведущих машиностроительных предприятий края является ОАО "Российские железные дороги".

Наиболее крупными предприятиями отрасли являются "Новороссийский вагоноремонтный завод" - филиал ОАО "Российские железные дороги", ОАО "Тихорецкий машиностроительный завод им. ", "Элтеза", ЗАО "Кубаньжелдормаш", ОАО "Армавирский завод тяжелого машиностроения".

По нашему мнению, Краснодарский край является энергозависимой территорией, 60 % электрической энергии поставляется из соседних энергосистем по магистральным электрическим сетям и только 40 % электрической энергии от необходимого объема потребления вырабатывается на территории края.

Вместе с этим последние годы (2011 – 2013 гг.) на Кубани характеризуются постоянным ростом энергопотребления. Анализ поступающих заявок на технологическое присоединение к электрическим сетям показывает, что спрос на присоединяемую мощность на территории Краснодарского края растет с большим превышением среднероссийского прироста электропотребления, который составляет 3 - 5 %. Перспективы развития производства энергоресурсов в крае предусматривают мероприятия по внедрению энергосберегающих технологий, строительству газотурбинных станций и переводу объектов на природный газ.

В 2011 г. в промышленности края произошли положительные изменения, наметились позитивные тенденции развития многих производств, улучшилось финансовое положение предприятий, повысилась их инвестиционная активность, усилились процессы технологического обновления и освоения производства конкурентоспособной продукции, что стало следствием как улучшения внешнеэкономической ситуации в целом, так и внедрения в работу с предприятиями на региональном уровне новых форм взаимодействия и государственной поддержки.

Анализируя развитие промышленности края в гг. в целом, можно сделать следующие выводы:

- к 2012 г. отмечается стабилизация и усиление позитивных тенденций во многих видах экономической деятельности сферы промышленного производства края;

- структурные сдвиги в промышленном производстве свидетельствуют о тенденции к большей ориентации на внутренние рынки сырья и готовой продукции, при этом остается достаточно высокой доля производств, зависимых от рыночных колебаний на российских и мировых рынках сырья, материальных ресурсов и совокупного спроса на готовую продукцию;

- наличие на территории края сырьевой базы для развития многих производств, резерва незагруженных производственных мощностей, создают условия для стабильного экономического роста промышленности края, внедрения новых технологий и увеличения доли инновационной продукции.

Сдерживающими факторами развития промышленности являются низкая конкурентоспособность выпускаемой продукции, являющаяся следствием старения и высокой степени износа основных производственных фондов, зависимости экономики предприятий от цен на продукцию и услуги естественных монополий (электроэнергию и железнодорожные перевозки); низкая готовность предприятий мобильно настраиваться на быстро меняющиеся условия рынка; медленное внедрение международных стандартов управления качеством; кадровая проблема, связанная с тенденцией «старения» персонала, недостатком квалифицированных рабочих, низким уровнем заработной платы и утерей системы подготовки квалифицированных кадров [86].

Краснодарский край является одним из крупнейших сельскохозяйственных регионов Российской Федерации [109]. Валовая продукция сельского хозяйства в хозяйствах всех категорий 2012 г. составила 225743 млн р. В расчете на душу населения производится больше, чем в среднем по стране, зерна – в 2,7 раза, картофеля – в 1,8 раза, молока – в 2,2 раза, мяса – в 1,9 раза. Вместе с тем динамика объемов производства сельскохозяйственной продукции имеет неустойчивый характер.

Таблица 6

Производство сельскохозяйственной продукции в Краснодарском крае (составлена соискателем по данным http://www. *****, http://krsdstat. *****)

Показатели	2009 г.	2010 г.	2011 г.	2012 г.
Валовая продукция сельского хозяйства в хозяйствах всех категорий (в фактических ценах, млн р.)	175198	201554	239235	225743
Индекс производства продукции сельского хозяйства в хозяйствах всех категорий, %	106,9	103,8	110,1	90,2
в том числе: растениеводство	107713	128886	159203	152603
животноводство	67485	72668	80032	73140
Производство продукции в натуральном выражении, тыс. тонн:
зерно	9486	9943	11455	9014
сахарная свекла	4461	7095	9283	7140
подсолнечник	1149	1029	1056	1071
молоко	1426	1397	1377	1414
скот и птица в живом весе	519	543	585	562

В крае функционируют более 767 сельхозпредприятий по производству, из них: 60 колхозов, 4 совхоза, 703 - новых формирований (АО, АОЗТ, ТО, АФ и др.), 137 предприятий по обслуживанию сельского хозяйства, 18997 - крестьянских (фермерских) хозяйств.

Строительный комплекс Краснодарского края является одним из крупнейших в России: он насчитывает свыше 250 крупных и средних подрядных организаций и предприятий, выпускающих строительные материалы, и более пяти тысяч предпринимательских структур.

Строительный комплекс Краснодарского края в основном удовлетворяет спрос экономики края на продукцию стройиндустрии.

Таблица 7

Основные показатели деятельности строительного комплекса в Краснодарском крае (составлена соискателем по данным http://krsdstat. *****)

Показатели	2009 г.	2010 г.	2011 г.	2012 г.
Объем подрядных работ, млн р.	204428	299575	399397	438254
Индекс физического объема в % к предыдущему году	114	131,6	121,4	98,5
Ввод в действие жилых домов, тыс. кв. м общей площади, всего	3411,7	3605,5	3691,7	4371,0
в том числе в сельской местности	1366,4	1139,7	1053,0	1060,4
Ввод в действие отдельных производственных мощностей за счет нового строительства, расширения и реконструкции
Линии электропередачи напряжением 35 кВ и выше, км	23,1	47,1	59,0	99,1
Линии электропередачи для электрификации сельского хозяйства напряжением 0,4 кВ, км	28,6	100,3	202,7	401,0
Нефтепроводы магистральные, км	29,0	15,0	1,6	57,6
Цехи комбикормовые, тонн переработки в сутки	130,0	-	192,0	121,1
Животноводческие помещения, тыс. ското-мест птицемест	9,4 86,5	15,1 -	8,8 2218,0	9,0 40,0
Зерносеменохранилища, тыс. тонн единовременного хранения	31,5	46,1	23,0	9,0
Автомобильные дороги с твердым покрытием, км	66,3	28,6	14,1	78,9
Причалы морских портов, пог. м	274,9	200,0	245,0	-
Перегрузочные комплексы морских портов, пог. м причалов	678	255	1760	739

В 2012 г. ввод жилых домов по сравнению с аналогичным периодом прошлого года увеличился на 16,8%, введено 48,0 тыс. квартир общей площадью 4311,9 тыс. кв. м. Из общего объема введенного жилья предприятиями и организациями сданы в эксплуатацию 33,1 тыс. квартир общей площадью 2408,3 тыс. кв. м, что на 34,1% больше зафиксированного показаг.

Доля индивидуального жилищного строительства в общем объеме жилищного строительства составила 44,1% от общей введенной площади жилых домов. Всего индивидуальными застройщиками построено 14,9 тыс. квартир общей площадью 1903,6 тыс. кв. метров (100,4% к показаг.).

Через Краснодарский край проходят более 2768 км железных дорог, принадлежащих и относящихся к Северо-Кавказской железной дороге. В крае расположено 154 станции, в том числе 27 разъездов, а также 11 опорных центров станций: Краснодар-1, Краснодар-Сортировочный, Новороссийск, Крымская, Тимашевская, Тихорецкая, Кавказская, Белореченская, Туапсе, Майкоп и Адлер.

Морской транспорт получил свое развитие в Краснодарском крае благодаря географическому положению региона. Грузооборот девяти морских портов Края превышает 150 млн. тонн в год. Два моря, омывающие край, позволяют осуществлять международные перевозки грузов и пассажиров. Основная масса перевозимых грузов приходится на порт Новороссийск.  Новороссийское морское пароходство () и Сочинский морской торговый порт перевозят более 30 млн. тонн грузов в год и более 140 тысяч пассажиров. Основные пассажиропотоки направлены в Турцию по Черному морю и в Украину через Керченский пролив. К числу грузов, перевозимых морским транспортом, относятся нефть и нефтепродукты, виноматериалы, сыпучие грузы, технические спирты, лес и другие.

Федеральные автомобильные дороги при протяжении 12% от общей протяженности дорожной сети Краснодарского края обеспечивают более 40% всех автомобильных перевозок, что свидетельствует об их значимости в общей транспортной системе края. Сложившаяся транспортная сеть дорог в основном соответствует современным потребностям края. При этом сеть автомобильных дорог по техническому состоянию, обустройству ниже уровня, удовлетворяющего потребности пользователей.

Таблица 8

Грузовые и пассажирские перевозки транспортом общего пользования в Краснодарском крае

(составлена соискателем по данным http://krsdstat. *****)

Показатель	2009 г.	2010 г.	2011 г.	2012 г.	2012 в % к 2009
Перевозки грузов
всего, млн тонн	168,0	179,5	187,1	179,1	106,6
в том числе: железнодорожные	30,4	36,9	40,0	38,9	128,0
автомобильные	18,0	17,8	18,0	18,2	101,1
магистральные трубопроводные	118,1	123,8	128,3	121,2	102,6
морские	0,7	0,3	-	-	-
внутренние водные	0,8	0,7	0,8	0,8	100,0
Перевозки пассажиров
всего, млн чел.	463,3	426,3	477,3	485,1	104,7
в том числе: железнодорожные	16,8	15,8	15,7	16,2	96,4
автомобильные	278,5	254,8	309,3	318,4	114,3
трамвайные	89,5	85,2	86,4	89,1	99,6
троллейбусные	77,5	69,6	64,7	60,2	77,7
морские, тыс. чел.	239,3	179,2	159,4	177,5	74,2
внутренние водные, тыс. чел.	208,7	105,9	111,2	111,9	53,6
воздушные, тыс. чел.	547,6	666,5	900,4	955,9	174,6

Благоприятная экономическая конъюнктура и рост реальных денежных доходов населения позитивно отразились на потребительском спросе населения и ускорении розничного товарооборота [100].

Таблица 9

Показатели розничной торговли в Краснодарском крае (составлена соискателем по данным http://krsdstat. *****)

Показатели	2009 г.	2010 г.	2011 г.	2012 г.
Оборот розничной торговли, млн р.	552354	646284	731408	816298
в том числе: продовольственные товары	237652	298767	340778	369852
непродовольственные товары	314702	347517	390630	446446
Индекс физического объема оборота розничной торговли, %	100,5	110,2	104,2	106,1
Оборот розничной торговли на душу населения, руб.	106336	123947	139849	154470

В целом за 2011 г. оборот розничной торговли вырос в сопоставимых ценах на 4,4%. По величине розничного товарооборота на душу населения Краснодарский край занимает 19-е место среди двадцати субъектов РФ, имеющих наибольший удельный вес в розничном товарообороте в целом по стране.

Динамично развивается сеть предприятий общественного питания, что благоприятно сказывается на увеличении его оборота. В Краснодарском крае сеть предприятий общественного питания насчитывает 8,6 тыс. объектов на 481 тысячу поса­дочных мест, из них 5,1 тысячи составляют предприятия общедоступной сети (рестораны, бары, кафе и другие).

Таблица 10

Показатели индустрии питания Краснодарского края (составлена соискателем по данным http://krsdstat. *****)

Показатели	2009 г.	2010 г.	2011 г.	2012 г.
Оборот общественного питания, млн р.	30740	35480	41927	48217
Индекс физического объема оборота общественного питания, %	101,3	104,6	105,5	108,7
Оборот общественного питания на душу населения, р.	5918	6804	8017	9124

По нашему мнению, приход на рынок края сетевых предприятий из других регионов значительно усилил конкуренцию и сделал рынок общественного питания более разнообразным. В 2012 г. активизировалась работа по восстановлению столовых на предприятиях и в организациях, расширился диапазон услуг питания в объектах городской инфраструктуры.

Услуги сети предприятий общественного питания востребованы в основном в городах и районных центрах края, вследствие чего оборот на душу населения в Краснодарском крае составил в 2012 г. 9,1 тыс. р.

Таблица 11

Индексы физического объема платных услуг, оказываемых населению Краснодарского края, в % к предыдущему году

(составлена соискателем по данным http://krsdstat. *****)

Показатели	2009 г.	2010 г.	2011 г.	2012 г.
Все оказанные услуги, в том числе:	98,6	107,0	106,7	107,2
бытовые	104,2	120,3	108,9	111,5
транспортные	94,7	100,3	104,6	103,9
связи	103,4	111,3	112,3	109,3
жилищные	107,8	123,6	105,6	106,6
коммунальные	104,5	101,7	107,9	103,3
учреждений культуры	112,4	108,6	105,8	108,3
туристские	102,8	118,1	104,5	106,4
услуги гостиниц и аналогичных средств размещения	99,8	106,3	103,3	104,4
физической культуры и спорта	100,7	117,0	113,5	121,4
медицинские	104,7	109,7	103,9	104,4
санаторно-оздоровительные	99,3	101,1	103,1	103,0
ветеринарные	95,9	109,2	101,2	103,5
системы образования	95,9	98,3	100,2	103,6

В гг. ситуация на рынке платных услуг сохраняла позитивную направленность развития за счет продолжающегося реформирования сферы услуг, создания конкурентной среды. Объем платных услуг населению в действующих ценах возрос в 2012 г. по сравнению с 2009 г. на 8,6 %.

На наш взгляд, спецификой региона является высокий природно-рекреационный потенциал, который востребован с точки зрения туризма. На российском рынке туристско-рекреационных услуг кубанские курорты обладают важным конкурентным преимуществом: являясь фактически единственным в России приморским бальнеологическим и курортно-рекреационным местом отдыха, Краснодарский край готов предоставить широкий спектр услуг разной ценовой категории, в число которых входят санаторно-курортное лечение, детский отдых, деловой туризм, экстремальные виды туризма, экскурсии и прочее. Доля туристов (внутренний туристический поток в Россию), отдыхающих в Краснодарском крае, составляет почти половину - 48 %. При этом число средств размещения в крае составляет 11,2 % от общего номерного фонда в Российской Федерации [109].

Правительством Российской Федерации принято решение об организации в Краснодарском крае особой экономической зоны туристско-рекреационного типа (Постановление Правительства России от 3 февраля 2007 г. № 70).

Динамика внешнеторгового оборота Краснодарского края в гг. формировалась под влиянием усиления международной конкуренции, конъюнктурных колебаний на мировых рынках сырьевых товаров, неравномерного развития торгово-экономических отношений России со странами СНГ.

Таблица 12

Объем внешней торговли Краснодарского края, млн. долл. США

(http://krsdstat. *****)

Показатели	2009 г.	2010 г.	2011 г.	2012 г.
Экспорт товаров – всего	3209	4265	9818	9810
в том числе: со странами СНГ	430	314	468	10691
со странами вне СНГ	2778	3951	9350	8741
Экспорт товаров на душу населения, долл. США	618	818	1877	1856
Импорт товаров – всего,	2782	4426	5026	4941
в том числе: со странами СНГ	350	537	441	5851
со странами вне СНГ	2432	3889	4585	4356
Импорт товаров на душу населения, долл. США	536	818	961	935

1 с учетом сведений о взаимной торговле с Республикой Беларусь и Республикой Казахстан

Структура экспортных поставок Краснодарского края характеризуется преобладанием экспорта нефтепродуктов, зерна, удобрений. Товарная структура экспорта выглядит следующим образом: минеральные продукты – 80,9%, продовольственные товары и сырье для их производства – 13,9%, химическая продукция – 1,8%, металлы и изделиями из них – 1,8%, машины, оборудование и транспортные средства – 0,8%.

Рис. 5 Динамика экспорта и импорта Краснодарского края в гг. (составлен соискателем)

Нефтепродукты экспортировались в Италию, Кипр, Турцию, Украину Израиль, Грецию, Францию и другие страны. Основные получатели металлоизделий из края – Шри-Ланка, Турция, Алжир, Тунис, химической продукции – Украина, Румыния, Хорватия, Зимбабве, Сербия, машин и оборудования – Абхазия, Литва, Украина и Азербайджан, древесины и целлюлозно-бумажных изделий – Турция, а также Чехия, Абхазия, Украина, Таджикистан, Азербайджан, Франция.

Инвестиционная активность в Краснодарском крае демонстрирует достаточно высокие темпы: за последние четыре года темп роста инвестиций в основной капитал за счет всех источников финансирования составил 211%.

Таблица 13

Основные показатели инвестиционной деятельности в Краснодарском крае

(http://krsdstat. *****)

Показатели	2009 г.	2010 г.	2011 г.	2012 г.
Инвестиции в основной капитал, млн. руб.	377013	589623	711720	797753
Инвестиции в основной капитал на душу населения в действующих ценах, руб.	72442	112909	135379	150312
Индекс физического объема инвестиций в основной капитал, %	111,7	141,5	111,5	102,2

От 3% до 4% инвестиций приходится на виды деятельности: производство и распределение электроэнергии, газа и воды; связь; операции с недвижимым имуществом, аренда и предоставление услуг; оптовая и розничная торговля, ремонт автотранспортных средств, мотоциклов, бытовых изделий и предметов личного пользования; сельское хозяйство, охота и предоставление услуг в этих областях.

Общий объем иностранных инвестиций (включая рублевые инвестиции, пересчитанные в доллары США), поступивших в экономику края, составил 284,2 млн. долл. США, и увеличился на 14,1% по сравнению с январем-мартом 2012 г. Основной объем иностранных инвестиций направлен в производство пищевых продуктов, включая напитки, и табака (34,1%), в оптовую и розничную торговлю, ремонт автотранспортных средств, мотоциклов, бытовых изделий и предметов личного пользования (19,9%), в финансовую деятельность (16,0%), в производство машин и оборудования (6,5%), в производство прочих неметаллических минеральных продуктов (4,5%)

Краснодарский край занимает 3-е место среди регионов Российской Федерации по числу жителей — после Москвы и Московской области [100]. В течение последних лет в Краснодарском крае наметилась положительная тенденция изменения некоторых демографических показателей. Важнейшей демографической проблемой остается высокая смертность населения трудоспособного возраста (мужчины - от 16 до 59 лет, женщины - от 16 до 54 лет). Краснодарский край относится к числу регионов с более благополучной демографической ситуацией. Численность населения края начала сокращаться значительно медленнее, чем в среднем по стране, посколькупроцентов естественной убыли (в целом по Российской Федерации%) компенсирует миграция.

Таблица 14

Основные демографические показатели Краснодарского края

(составлена соискателем по данным http://www. *****, http://krsdstat. *****)

Показатель	2009 г.	2010 г.	2011 г.	2012 г.
Численность постоянного населения на конец года, тыс. чел.	5194,4	5214,2	5230	5284,5
Число родившихся, чел.	63730	63624	64182	69193
Число умерших, чел.	70497	70728	71230	69814
Младенческая смертность, на 1000 родившихся	373	334	389	449
Естественный прирост, тыс. чел.	-6767	-7104	-7048	-621
Коэффициент естественного прироста, чел. на 1 тыс. населения	-1,3	-1,4	-1,3	-0,1
Миграционный прирост, убыль, чел.	25571	26746	61514	46338
Коэффициент миграционного прироста, убыль населения, чел. на 1 тыс. населения	51	44	117	1243
Продолжительность жизни, лет	70,7	71,5	71,7	72,3

В 2012 г. динамика общей смертности имела тенденцию к снижению в целом по краю, по территории проживания (город – село), а также по возрастным группам и отдельным причинам смерти. За последние два года отмечено увеличение младенческой смертности: с 373 чел. на 1000 родившихся в 2009 г. до 449 чел. на 1000 родившихся в 2012 г.

За счет естественной убыли край ежегодно теряет почти 0,5 % населения, что в расчете на одну тыс. населения ниже среднероссийского показателя. В 2013 г. естественная убыль наблюдалась во всех городах и районах края, за исключением города Анапы и Туапсинского района. Наибольшую убыль от миграции несут сельскохозяйственные районы края.

Таким образом, сложившаяся в гг. демографическая ситуация характеризуется дальнейшим увеличением численности населения вследствие естественной и миграционной прибыли.

 Доля лиц трудоспособного возраста на начало 2012 г. по России составила 63,2 % (выше показателя по Краснодарскому краю), а старше трудоспособного возраста - 21,0 % (ниже показателя по Краснодарскому краю). Возрастная структура населения края сильно постарела: доля детей (16,0 %) составляет значительно меньше доли населения старше трудоспособного возраста (22,8 %). В результате край имеет самый высокий уровень демографической нагрузки среди всех регионов ЮФО в основном за счет населения старше трудоспособного возраста.

Более половины населения Краснодарского края (в возрасте от 15 лет и старше) имеет профессиональное образование. За последние пять лет объемы подготовки кадров в системе профессионального образования в крае увеличились на треть. Однако при позитивных изменениях образовательного уровня рабочей силы в целом, на рынке труда организации производственного сектора испытывают потребность в квалифицированных специалистах и рабочих [86].

Прослеживается тенденция увеличения среднего возраста работающего населения. Относительно благоприятная возрастная структура работников сложилась в организациях медицинской промышленности, стройиндустрии и строительства, заготовительной деятельности, электроэнергетики, связи, торговли и общественного питания, в которых от 30 до 45 % специалистов и от 20 до 25 % рабочих – в возрасте до 30 лет.

В организациях отраслей: химическая, нефтехимическая, легкая промышленность, цветная металлургия, жилищно-коммунальное хозяйство, образование, здравоохранение, транспорт – каждый второй работник в возрасте старше 50 лет. В научных и проектных организациях, конструкторских подразделениях крупных предприятий – более 60% работников старше 50 лет. В сельских районах каждый пятый работник находится в предпенсионном возрасте.

В Краснодарском крае реализован ряд мер по повышению эффективности использования трудовых ресурсов [114]:

- реализацию специальных программ для граждан, испытывающих трудности в поиске работы, и осуществление социальной поддержки безработных граждан, для чего планируется оказывать данной категории граждан государственные услуги в области содействия занятости и осуществлять социальные выплаты безработным гражданам;

- совершенствование системы социального партнерства на рынке труда, поиск новых направлений их взаимодействия;

- реализацию мер информационной поддержки государственной политики занятости населения;

- повышение эффективности деятельности органов труда и занятости населения Краснодарского края;

- развитие и повышение качества системы профессиональной подготовки, переподготовки и повышения квалификации безработных граждан и профессиональной ориентации населения Краснодарского края в целях обеспечения их конкурентоспособности на рынке труда и удовлетворения спроса организаций Краснодарского края на рабочую силу;

- создание адаптивной системы образования в соответствии с результатами формируемого ежегодного прогноза дополнительной потребности организаций Краснодарского края в квалифицированных кадрах на среднесрочный период и формирование на его основе регионального заказа учреждениям профессионального образования Краснодарского края на подготовку кадров;

- ежегодную разработку прогноза баланса трудовых ресурсов Краснодарского края;

- оказание государственных услуг по выдаче заключений о привлечении и использовании иностранных работников в соответствии с законодательством о правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации.

Таблица 15

Экономическая активность населения Краснодарского края

(составлена соискателем по данным http://www. *****, http://krsdstat. *****)

Показатели	Единица измерения	2009 г.	2010 г.	2011 г.	2012 г.
Среднегодовая численность постоянного населения	тыс. чел.	5204	5222	5257	5297
Численность экономически активного населения	тыс. чел.	2639	2603	2587	2634
из них: занято в экономике	тыс. чел.	2448	2430	2433	2487
безработные	тыс. чел.	191	173	154	147
Уровень общей безработицы	%	7,2	6,6	6,0	5,6
Удельный вес экономически активного населения в общей численности населения	%	50,7	49,8	49,2	49,7
Численность официально зарегистрированных безработных на конец периода	тыс. чел.	28	26	25	20
Уровень официально зарегистрированной безработицы к экономически активному населению	%	1,1	1,0	1,0	0,8

Среднесписочная численность работников по полному кругу предприятий края за гг. увеличилась на 58 тыс. чел., или на 2,6%. По видам экономической деятельности сокращение отмечается в сельском хозяйстве (на 2,3 тыс. чел.).

Значительно возросла численность занятых в сфере оптовой и розничной торговли (на 29,7 тыс. чел), операции с недвижимым имуществом (на 10,4 тыс. чел.). За последние четыре года реальные располагаемые денежные доходы населения края так же, как и по России, имели устойчивую тенденцию роста и возросли. Увеличены темпы роста реальных располагаемых денежных доходов населения – с 96,6% год назад до 113,4% по итогам января-июня текущего года [109].

Таблица 16

Среднесписочная численность работников Краснодарского края, тыс. чел.

(составлена соискателем по данным http://krsdstat. *****)

Показатель	2009 г.	2010 г.	2011 г.	2012 г.
Численность работников, всего	2270,3	2274,2	2288,5	2328,3
в том числе: сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство	386,1	389,6	386,4	383,8
добыча полезных ископаемых	8,0	8,2	8,3	8,3
обрабатывающие производства	277,3	277,8	272,5	268,9
производство и распределение электроэнергии, газа и воды	48,8	52,1	52,8	52,4
строительство	190,1	200,1	203,8	215,4
оптовая и розничная торговля; ремонт автотранспортных средств, мотоциклов, бытовых изделий и предметов личного пользования	401,3	402,3	414,0	431,0
гостиницы и рестораны	66,2	63,2	64,4	68,4
транспорт и связь	187,4	185,5	190,2	196,6
финансовая деятельность	29,3	32,2	33,4	34,1
операции с недвижимым имуществом, аренда и предоставление услуг	122,3	122,1	126,5	132,7
государственное управление и обеспечение военной безопасности; обязательное социальное обеспечение	107,3	108,0	107,4	107,1
образование	173,2	167,3	163,9	164,1
здравоохранение и предоставление социальных услуг	183,4	181,7	181,0	180,4
предоставление прочих коммунальных, социальных и персональных услуг	89,6	83,8	83,9	85,0

Среднемесячный размер денежных доходов на душу населения достиг 19,4 тыс. р.

Таблица 17

Показатели уровня жизни по России и Краснодарскому краю

(составлена соискателем по данным http://krsdstat. *****)

Показатель	2009 г.	2010 г.	2011 г.	2012 г.
1	2	3	4	5
Среднедушевые денежные доходы (в месяц), р.
Россия	16895	18951	20755	22 880

Окончание табл. 17

1	2	3	4	5
Краснодарский край	13752	16892	18796	20623
в % к российскому уровню	81	89	91	90
Среднемесячная номинальная начисленная заработная плата одного работника, р.
Россия	18638	20952	23369	26629
Краснодарский край	14953	16330	18416	21409
в % к российскому уровню	80	78	79	80

В то же время абсолютные показатели уровня жизни населения края уступают средним по России, что определяется ограниченными возможностями сложившейся структуры экономики края.

В области социальной защиты населения в крае реализовывались мероприятия, направленные на обеспечение социальных гарантий, социальной защиты семьи, женщин и детей, граждан пожилого возраста, ветеранов и инвалидов, других категорий граждан, нуждающихся в особой защите государства. За последние шесть лет стабильно увеличивалось бюджетное финансирование мероприятий, направленных на эти цели.

Существующая сеть детских садов не удовлетворяет потребности населения в получении дошкольного образования. В результате значительно увеличивается очередь по определению детей в детские сады (в 2012 г. охват детей услугами дошкольного образования составил 68,2 процента).

Данная проблема особенно остро стоит в городах и многих районных центрах Краснодарского края [86]. В краевой системе образования в последние годы происходят активные процессы модернизации путем обновления структуры и содержания образования, развития практической направленности образовательных программ, формирования системы непрерывного образования.

2.2. Оценка эффективности пространственно-экономических трансформаций как условие управления экономикой Кубани

В последнее годы все чаще встает вопрос о том, какие показатели необходимо применять в целях диагностики уровня эффективности управления развитием социально-экономической сферой региона. Чтобы результативно осуществлять управление субъектом, административный аппарат должен быть в состоянии оптимально перераспределять ресурсы (финансовые, материальные, трудовые и др.), а в частности, способен предвидеть последствия этого перераспределения. В экономической сфере результаты видны не сразу и, как правило, в форме определенных процессов. Имеют место разнообразные финансовые, экономические, социальные, политические и прочие индикаторы предыдущих состояний, постоянно претерпевающих изменения.

На сегодняшний день формальная логика связи данных изменений недостаточно исследована. В практике управления экономикой не существует формализованных алгоритмов, связывающих методы управления хозяйством с перспективными процессами и состояниями, другими словами, отсутствует корректный инструмент прогнозирования эффективного управления регионом. Следовательно, способность предвидеть экономические изменения, выступающие результатом общественной деятельности людей, в основе которой лежит сопоставление результатов данной деятельности с затратами, - показатель профессионализма менеджеров [19].

На наш взгляд, в ходе реализации намеченных задач в экономике неизбежно происходят какие-либо потери. Так, управление экономической системой, которая обеспечивает рост ВВП, может быть сопряжено с ростом уровня напряженности в обществе и безработицы. Имеет место и управление экономической системой, при котором стабильность можно обеспечить за счет внешнеполитических потерь. Таким образом, эффективное управление дает возможность прогнозировать характер потерь, объем и время их осуществления и сопоставлять их с полезными приобретениями [53].

Администрация регионов для эффективного управления и точного прогнозирования результатов должна устранить ряд имеющих принципиальное значение трудностей. Прежде всего, сформировать индикатор эффективности управления социально-экономическим объектом, и установить, какая трансформация данного критерия возможна в будущем.

Во-вторых, определить, какими потерями и в какое время готов заплатить управляющий объектом и его сотрудники за потенциальные выгоды. Жертвовать чем-либо необходимо постоянно, так как любая деятельность или бездействие, в итоге, вызывают определенные потери. В-третьих, задать размер прогнозируемого отрезка времени, выбираемого для диагностики индикатора. В-четвертых, разработать процедуру оценки индикатора. Наконец, вывить, что должно выступать рычагами управления объектом, в каком порядке и с какой интенсивностью их применять для осуществления необходимых социально-экономических явлений [22].

Исследовать развитие субъекта в социально-экономическом аспекте не представляется сложным, так как имеется большое количество параметров и характеристик для осуществления мониторинга, однако анализ развития региона с позиции эффективного управления составляет некоторую трудность по той причине, что данную оценку можно произвести только на базе стратегии социально-экономического развития региона.

Системы показателей оценки социально-экономического развития государства в целом, и регионов в частности имеют место и в Российской Федерации, и в западных странах. Рейтинговое агентство Standard&Poor’s охватывает местные и региональные власти в 34 государствах мира, в том числе и в Российской Федерации. На базе многих показателей, основным из которых выступает оценка кредитоспособности, формируются рейтинги по критерию суверенности и кредитные рейтинги. Для всех государств используется одинаковый механизм анализа. Значительный акцент делается на экономических, системных и административных условиях, характеристикам исполнения бюджета и финансовой мобильности, а также состоянию финансовой сферы субъекта (муниципалитета). Комплекс параметров анализируется в совокупности, что дает возможность представить полную картину кредитоспособности региональных и местных органов власти анализируемой страны. Используемая единая методика дает возможность проводить анализ кредитоспособности различных стран, применяя общую шкалу кредитного рейтинга, невзирая на значительные отличия в эффективности управленческой деятельности, структуре, юридических полномочиях региональных и местных органов власти [27].

Мы считаем, что работа региональных и местных властных структур в различных государствах отличается, однако при осуществлении оценки кредитоспособности Standard&Poor’s основывается на том, что они имеют одну и ту содержательную нагрузку, равные полномочия, которые сводятся к предоставлению гражданам услуг, прямым или косвенным образом финансируемых посредством налогов, уплачиваемых гражданами, и перечислений из других органов власти.

Кредитоспособность региональных и местных властных структур находится в зависимости от макроэкономических показателей, а именно, от уровня инфляционных ожиданий, а также результативности кредитно-денежной и налогово-бюджетной политики, принимаемых во внимание при создании суверенного рейтинга.

Экономика региона, динамика её развития, а также уровень диверсификации − наиболее значимые факторы, на базе которых строится рейтинг. Также анализируются главные характеристики трудовых ресурсов, структура занятости жителей региона и величина их доходов. Ключевыми индикаторами устойчивости экономической базы выступают среднесрочные изменения темпов роста значений уровня занятости, личных доходов и масштабов выпуска в промышленной отрасли, а также показатель уровня безработицы. Значение показателя занятости населения территориального образования следует анализировать с учетом миграционной компоненты и динамики численности населения в трудоспособном возрасте [52].

Интегральный показатель социально-экономического развития региона выступает еще одним параметром, используемым в рамках аналитической деятельности. Доход в расчете одного человека и показатели личного благосостояния дают возможность органу власти повысить налоги или снизить объем предоставляемых услуг. Standard&Poor’s диагностирует гибкость данной сферы хозяйственной деятельности, осуществляя сопоставление объема ВВП и величины доходов на душу населения региона. Кроме того, принимается во внимание и степень влияния «теневой» экономики на величину доходов населения территории [75].

Демографические факторы имеют не последнее значение в присвоении позиции в рейтинге. Плотность населения, его численность, темпы роста, структура по возрастному и половому признакам рассматриваются как возможность осуществить дальнейший рост доходов и спроса на услуги сферы общественных финансов. Уменьшение численности населения или её резкое увеличение могут ослабить финансовые возможности региональных и местных органов власти ввиду ограничения прибыли или повышенного спроса на товары и оказываемые услуги. Всплеск роста населения региона, вызванный притоком трудоспособных граждан, представляет собой благоприятное условие для его кредитоспособности [85].

Доля нетрудоспособного населения субъекта выступает важнейшим демографическим показателем (лица в возрасте до 15 лет и более 65 лет), так как это население выступает главным потребителем таких услуг, как здравоохранение и образование, оказывая поддержку консолидированных доходов регионального бюджета.

В ООН используется собственный комплекс показателей диагностики социально-экономического развития регионов, в рамках которого формируется массив показателей, составляющих для нас интерес в качестве параметров оценки эффективности работы властных структур, в частности речь идет о массиве показателей развития человека. В данной группе выделяются 4 интегральных показателя, в том числе ПРВЖ (показатель расширения возможностей женщины), ИРЧП (индекс развития человеческого потенциала), ИРГФ (индекс развития с учетом гендерного фактора), ИНН (индекс нищеты населения для промышленно развитых государств, %).

ИРЧП отражает следующие характеристики: совокупная численность населения, прогнозируемая продолжительность жизни, уровень грамотности взрослого населения, общая доля учащихся, реальный ВВП в расчете на душу населения [39].

ИРГФ характеризует число мест в парламенте, закрепленных за женщинами, число сотрудников женского пола на руководящих и административных должностях, численность специалистов и технических сотрудников женского пола, ВВП в расчете на душу женского населения.

ПРВЖ охватывает интегральные социальные и экономические факторы, не достигшие нормативных величин: доля граждан, удельный вес граждан, которые, как прогнозируется, не достигнет возраста 60 лет, удельный вес функционально неграмотных граждан, процентная доля граждан, живущих за чертой бедности по уровню доходов, уровень так называемой «застойной безработицы».

ИНН представляет собой процентную долю нищеты населения (для сопоставления с максимально приемлемым для промышленно развитых государств).

Помимо интегральных показателей, состав показателей ООН содержит около 120 первичных показателей, разделенных на следующие группы:

- показатели роста продолжительности жизни;

- образование;

- здравоохранение;

- доступность информационных ресурсов;

- макроэкономическая ситуация;

- экономические индикаторы;

- потоки ресурсов;

- использование ресурсов;

- демографическая ситуация;

- потребление энергии;

- окружающая среда;

- питание и продовольственная безопасность;

- гарантии в области занятости населения;

- политическая сфера;

- преступность;

- пол и образование;

- пол и уровень экономической активности;

- пол, рабочая нагрузка и распределение времени;

- роль граждан женского пола в политической жизни.

По перечисленным индикаторам ООН каждый год формирует рейтинг наиболее благополучных государств. По результатам 2005 г. наилучшие характеристики у Норвегии (пять лет подряд). Также в пять самых благополучных государств попали Швеция, Швейцария, Ирландия, Бельгия. США находятся на седьмой позиции. Россия находится на 62-й позиции из 177 стран. Перед Россией в рейтинге прибалтийские республики: Литва на 39-м месте, Эстония (38-я позиция), Латвия на 48-й позиции. Так негативно воспринимаемая в западных странах Белоруссия находится 67-м месте, а «оранжевая» Украина − на 78-м [97].

Действенность региональной экономической системы носит дуалистичный характер, так как, с одной стороны, рассчитывается как отношение результатов регионального хозяйствования к объему совокупных затрат (эндогенная эффективность региональной экономики), с другой − как степень участия данного субъекта в выполнении национальных задач. Для диагностики эффективности регионального хозяйства применяются различные показатели, отражающие эндогенную эффективность региональной экономики и значимость его вклада в достижение государственных задач.

Совокупный показатель экономической эффективности территории рассчитывается как отношение величины ВРП к сумме затрат, включающей материальные затраты (МЗ), амортизационные отчисления (АО), заработную плату (3П):

СПЭЭ = ВРП / (МЗ + АО + ЗП) (3)

При сопоставлении показателей эффективности по конкретным субъектам РФ применяются территориальные индексы определенного состава, не учитывающие специфику производственной структуры. Еще одним совокупным показателем экономической эффективности региона выступает увеличение внутреннего валового продукта или созданного национального дохода в расчете на каждого жителя региона.

Кроме того, наряду с совокупными показателями используются частные показатели, отражающие эффективность использования различных типов производственного потенциала территории: рациональное использование производственных фондов, уменьшение материальных затрат, повышение эффективности использования трудового потенциала.

По нашему мнению, частными характеристиками эффективности региональной экономики выступают уровень производительности трудовой деятельности, фондоемкость, трудоемкость и ресурсоемкость выпускаемой продукции. Значение указанных показателей зависит от следующих факторов [24]:

- природно-климатических, оказывающих влияние на экономические характеристики регионального хозяйства;

- территориальной отраслевой структуры;

- результативности использования организационных и управленческих технологий регионального развития.

Изучение динамики данных показателей, а также факторов, вызывающих их трансформации, дает возможность провести мониторинг эффективности регионального развития.

В современных условиях укрепления территориальной самостоятельности региональным властям передаются полномочия по формированию условий для повышения качества жизни населения и развития регионального воспроизводственного комплекса, что, как следствие, активизирует поиск инновационных технологий диагностики эффективности регионального хозяйствования.

Представляется целесообразным обновление системы управления региональными социо-экономическими системами тесно связано с выбором оптимальных параметров, дающих возможность осуществлять диагностику социально-экономического положения и тенденций развития территорий [101]. В рамках субъекта как динамичной, открытой системы социального типа, трансформаций, имеющих место во всех элементах данных систем (природно-экологическом, институциональном, социальном, хозяйственно-экономическом) приобретает актуальность проблема формирования сбалансированной системы показателей (в частности, показателей эффективности работы властных структур) и разработки методики анализа и диагностики социально-экономической результативности развития территории [60].

В концепциях диагностики результативности и эффективности господствует положение, что самым трудным представляется управление крупными многофункциональными механизмами, и, прежде всего, управление в государственной сфере, оценки которого должны корректно и точно отражать эффективность выполнения массы задач макро - и микроуровня, долгосрочных и текущих, международных и внутригосударственных, общегосударственных и региональных задач [71].

По нашему мнению, необходимо различать термины «эффективность» и «результативность» управления. В аспекте функционирования властных структур понятие «результативность» определяется как уровень реализации поставленных задач (ожидаемых последствий) работы определенного органа, осуществление определенной ступени (либо конкретного мероприятия) преобразований и др. Количественное и предельно точное выражение данного результата выступает основным условием оценки результативности.
Понятие «эффективность» трактуется как соотношение ресурсов и последствий управления. В то же время эффективность деятельности органов государственной власти проявляется не только в размере экономического эффекта, но и прежде всего в социально-политических результатах работы властных структур. В целях осуществления диагностики эффективности управления социально-экономическими системами региона требуется использование оценочных технологий и процедур, которые были бы стабильными, объективными и давали возможность оперативно корректировать деятельность органов государственной власти [107].
Эффективность экономики субъекта обусловливается значительным числом причин: экзогенными, вызванными спросом и конкурентоспособностью региональных товаров и услуг на национальном и мировом рынках, а также эндогенными, определенными высокой результативностью внутрирегиональных воспроизводственных процессов. На базе дескриптивного анализа автором произведена оценка устойчивости экономики Краснодарского края, а именно, разработана уточненная система соответствующих показателей (табл. 18).

Таблица 18

Показатели оценки устойчивости экономики Краснодарского края (составлена соискателем)

Показатель	Расчет оценки устойчивости
1	2
Удельный вес ВРП в ВНП, % (QВРП)	где VВРП – ВРП, тыс. р.; VВНП – ВНП, тыс. р.
Удельный вес площади региона в площади страны, % (Qпр)	где Sр –площадь региона, га; Sс–площадь страны, га

Окончание табл. 18

1	2
Эффективность региональных воспроизводственных процессов, % (Rрвп)	где D – весь спектр доходов, тыс. р.; Z – затраты на реализацию воспроизводственных процессов, тыс. р.
Удельный вес занятых в экономике регионе в общей численности занятых в экономике страны, % (Qз)	где Nзр – численность занятых в экономике региона; Nзс – общая численность занятых в экономике страны
Удельный вес лиц с высшим образованием в общей численности занятых в экономике региона, % (Qзво)	где Nзво – численность лиц с высшим образованием, занятых в экономике региона; Nзр – численность занятых в экономике региона
Обеспеченность занятого населения региона жильем, м2/чел. (Kg)	где Pg – площадь жилья занятых в экономике региона; Nзр – численность занятых в экономике региона

Показатели социально-экономического развития Краснодарского края за последние годы представлены в табл. 19. Выявляемая в ходе мониторинга информация в дальнейшем применяется при разработке программ устойчивого сбалансированного развития региональной системы. На ее основе выполняются задачи по привлечению инвестиций во все отрасли экономики субъекта, оптимизации и рационального использования трудовых и материальных ресурсов, достижению целей различного рода инновационных проектов [37].

Таблица 19

Показатели устойчивости экономики Краснодарского края

(составлена соискателем)

Показатель	2009 г.	2010 г.	2011 г.	2012 г.
1	2	3	4	5
Удельный вес ВРП в ВНП, %	2,2	2,2	2,2	2,2

Окончание табл. 19

1	2	3	4	5
Удельный вес площади региона в площади страны, %	2,47	2,47	2,47	2,47
Эффективность региональных воспроизводственных процессов, %	103	112	111	109
Удельный вес занятых в экономике региона в общей численности занятых в экономике страны, %	3,5	3,5	3,4	3,5
Удельный вес лиц с высшим образованием в общей численности занятых в экономике региона, %	25,1	25,3	26,5	24,9
Обеспеченность занятого населения региона жильем, м2/чел.	20,0	20,8	21,2	21,6

Однако самостоятельность этих видов эффективности относительна, поскольку они находятся в неразрывном единстве и взаимосвязи. В трудах итальянского экономиста В. Парето, эффективность интерпретируется ­ как положение дел, при котором не представляется возможным осуществление изменений, способствующих более полному удовлетворению потребностей одного индивида, не наносящие при этом ущерб удовлетворению потребностей другого индивида. Общественный оптимум, по Парето, представляет собой «такое распределение ресурсов населения, такую структура производственной системы и распределения товаров, которые представляются наиболее оптимальными с позиции выбора установленных целей» [92].

Следовательно, модель Парето освещает необходимость принятия во внимание как экономических, так и социальных потребностей и интересов различных участников экономического процесса, функционирующих в регионе.

На наш взгляд, сравнительный анализ моделей эффективности дает возможность выявить сложный комплекс, элементами которого выступают целевые направления, ценностные установки и экзогенная среда, организационная структура, инструменты менеджмента и методы диагностики эффективности.

Диагностика социально-экономического положения территорий и тенденций его развития необходима в ходе реализации задач региональной политики России, в планировании и прогнозировании и при сопоставлении фактического состояния с целевыми показателями, с уровнем их достижения. Осуществление подобной оценки достаточно трудная задача, она должна сводиться к всестороннему анализу социально-экономической сферы и эволюции развития субъекта, причем интегральная экономическая категория «эффективность» выступает основным критерием оптимальности развития [125].

Сущность данного критерия выражается в достижении максимума благосостояния граждан региона, и для реализации стратегических задач управления регионом следует построить общий критерий развернутой системы показателей таким образом, чтобы она соответствовала ключевым целям развития:

- нивелирование диспропорций уровня социально-экономического положения субъектов РФ;

- всестороннее развитие в аспекте отношений между регионами;

- совершенствование отраслевой специализации экономики региона с акцентом на ключевые виды деятельности с значительной добавленной стоимостью и ресурсоотдачей.

Таким образом, формирование эффективной стратегии соответствует единой задаче: обеспечить на долгосрочный период повышение уровня и качества жизни населения. С данной стратегией согласуется система показателей экономической и финансовой стабильности региона, дающая возможность производить идентификацию факторов-оценок, обусловливающих эту стабильность и ее динамику в числовом выражении. Несколько таких факторов-оценок следует определить индивидуально с учетом особенностей конкретного субъекта или группы однородных субъектов в районе экономического типа, макрорегионе, административном образовании [55].

Параметры оценки и отличия в состоянии, положении субъектов выявляются в качественных и количественных аспектах. Устойчивое развитие региона в долгосрочном периоде времени свидетельствует о том, что осуществляется постоянное пошаговое изменение качественных состояний без внезапных колебаний и обратного процесса. Устойчивость развития будет гарантирована в большей степени, если основывается на нескольких отраслях экономического производства, одновременно функционирующих в регионе и наделенных необходимыми воспроизводящимися ресурсами. Устойчивость предусматривает также существование единства автономности и целостности как системных свойств отдельно рассматриваемого субъекта в его отношениях с макрорегионом или национальной экономикой в общем [80].

Стратегии разных видов территорий (в том числе, сырьевых, густо - и слабонаселенных, сельскохозяйственных, старо-промышленных) заметно отличаются между собой, и переход на путь устойчивого развития в социальном, экономическом и экологическом направлениях для одних территорий не должен осуществляться посредством торможения в развитии других [103].

По этой причине необходимо производить измерение эффективности развития в сравнительной форме как стремление к эталону, определенному на базе анализа реальной, фактической информации в многомерной оценке социально-экономических показателей для ряда однородных субъектов.
Таким образом, при диагностике эффективности социально-экономического развития помимо концепции устойчивости развития следует учитывать фактор неоднородности экономического поля в России. Региональные отличия выражаются в виде очень значительных по различным параметрам: по уровню бедности, уровню занятости и безработицы, плотности населения, величине валового регионального продукта в расчете на душу населения, объему поступлений инвестиционного типа в основной капитал в расчете на душу населения, в бюджетной обеспеченности, по природно-климатическим особенностям, уровню развития транспортной и жилищно-коммунальной инфраструктуры, инновационному потенциалу. В этой связи для построения показателей эффективности важнейшим условием выступает объединение субъектов и в дальнейшем выборе критериев эффективного развития для схожих региональных объединений.

Не представляется возможным производить оценку эффективности состояния и развития территорий, основываясь на анализе «среднероссийских» показателей, не приемлемы и аналитические сопоставления показателей в количественном выражении по региону со значениями средних их значений в целом по стране. По нашему мнению, здесь подходящими являются способы сравнительного многомерного экономического анализа, а именно данный анализ следует применять в оценке и развитии инфраструктуры, и ресурсного потенциала, и его реализации. Помимо этого, появляется возможность получения оценок эффективности развития с учетом специфики условий, места и времени и использования их как в историческом аспекте, так и в планово-прогнозной деятельности.

2.3. Приоритетные задачи в сфере методического обеспечения управления экономикой Краснодарского края

Развитие воспроизводства территориально-хозяйственного комплекса субъекта обусловливается обеспечением постоянного поддержания устойчивости или экономического роста при минимальных издержках, экономической и социальной безопасности, содействующих более полному удовлетворению материальных и духовных потребностей граждан в регионе.

Мировой финансово-экономический кризис гг. углубил проблему становления механизмов обеспечения устойчивого развития регионов [46]. В региональных системах, действие которых находится в зависимости от конъюнктуры внешних финансово-экономических условий (в том числе, динамика фондового рынка, валютный курс, жизненный цикл определенной конкретной отрасли либо ряда взаимосвязанных в технологическом аспекте отраслей экономики и т. п.), появились более серьезные социально-экономические проблемы по сравнению с субъектами, отличающимися диверсифицированной структурой экономики, определенные финансовые резервы, требующиеся для противодействия неблагоприятным внешним факторам.

Вместе с тем, для ряда субъектов РФ, в том числе монопромышленных территорий или наиболее отстающих субъектов, вопрос недостаточной стабильности развития в течение наиболее острой стадии кризиса фактически превратился в вопрос выживания. Следовательно, обеспечение устойчивого развития территорий в длительном периоде времени выступает одной из главных задач сегодняшнего социально-экономического развития субъектов. С учетом тенденций развития социально-экономической сферы субъекта следует определять собственно экономическую устойчивость (конкурентоустойчивость), финансовую, экологическую и иные типы устойчивости регионального развития [57].

Например, финансовую устойчивость регионального развития следует интерпретировать как способность экономики субъекта оперативно и в полном объеме отвечать по имеющим обязательствам как государственным (обязательствам регионального и муниципальных бюджетов), так и корпоративным.

Устойчивость социальной сферы находит отражение в устойчивости развития социальных взаимодействий в субъекте, в минимальном числе социальных конфликтов различного рода.

Бюджетная устойчивость сводится к возможности исполнения всех региональных планов и стратегий даже в условиях неблагоприятных изменений бюджетного законодательства, поступлений налогов и др.

Все разновидности устойчивости регионального развития во взаимодействии образуют комплексную устойчивость развития региона. Как в теоретическом, так и в прикладном аспекте необходимо подразделять устойчивость регионального развития в зависимости от факторов, составляющих его базу. Например, возможна ситуация, при которой устойчивость регионального развития обеспечивается в основном посредством влияния естественных причин, исторического развития социально-экономической сферы субъекта, без существенного воздействия фактора государственного регулирования: ресурсной базы, сформировавшейся оптимальной отраслевой специализации территории, доступной рабочей силы [47].

Вместе с тем, чаще всего устойчивость развития региона обеспечивается как следствие целенаправленного государственного регулирования экономики или становления и реализации действенных инструментов государственно-частного партнерства.

По времени ее обеспечения устойчивость развития территорий следует классифицировать на долгосрочную, среднесрочную и краткосрочную – по длительности периода воздействия факторов риска для развития социально-экономической подсистемы.

Безусловно, именно достижение долгосрочной устойчивости регионального развития, а именно устойчивости к мировым кризисам, наиболее весовым экономическим решениям, предусматривает наиболее комплексное, системное, превентивное управления в неразрывном взаимодействии региональных властей, предпринимательского сообщества и социальных институтов [108].

На современном этапе развития России в становлении множества составляющих процесса развития субъектов, в частности и его устойчивости, большое значение имеет субъективный фактор. С социальной позиции исследования целесообразным представляется подразделить устойчивость развития территории на социально-конструктивную и социально-деструктивную. Например, устойчивость социально-деструктивного типа может быть достигнута, если развитие экономической подсистемы субъекта обусловливается, в том числе путем многочисленных увольнений, необоснованной экономии на величине заработной платы, экономии на проектах, направленных на развитие социальной сферы и инфраструктуры.

Следует отметить, что несоответствие устойчивости развития и социальной эффективности может наблюдаться только в течение непродолжительного периода; в долгосрочном периоде достигнуть устойчивого развития региона не представляется возможным без генерирования позитивных социальных результатов [81].

Помимо прочего, в методическом аспекте следует подразделять устойчивость развития территории по критерию осуществимости и характера ее диагностики.

Оказывается, точность и согласованность оценки уровня устойчивости регионального развития существенно оказывает влияние на эффективность реализации мероприятий по ее росту [23]. Следует отметить, что эффективность развития региона выступает настолько многоаспектным и непростым понятием, что непосредственное количественное измерение ее уровня и динамики довольно затруднено. Развитие социально-экономической системы, сообразовывающееся с региональной спецификой, приобрело актуальность в рамках современной трансформационной экономики России, управленческий механизм которой отличается постоянным поиском, формированием и совершенствованием способов и методов влияния на социально-экономические процессы, которые обеспечивают достижение институциональной устойчивости [88].

Объектом управления институциональной устойчивостью являются субъекты и процедуры, преобразовываемые путем управленческих методов различных уровней – факторы, вызывающие разбалансированность существования экономики субъекта (внутренние и внешние). Внешние факторы разбалансированности, на наш взгляд, целесообразно классифицировать на следующие группы: макроэкономические, геополитические, рыночные, социальные, экологические­ и т. д. [13].

В число эндогенных факторов разбалансированности функционирования экономики территории входят:

- производственные;

- инвестиционные;

- финансовые;

- организационно-управленческие.

Приведенный перечень факторов экономической дестабилизации дает возможность интерпретировать ключевое направление управления институциональной устойчивостью как формализацию действий, направленных на ослабление неблагоприятных факторов, вызывающих кризисное состояние экономики субъекта.

Управление институциональной устойчивостью ориентировано на формирование условий для оптимизации устойчивости посредством использования широкого спектра предупредительных и профилактических действий:

- эффективные механизмы государственного управления устойчивостью региональной инфраструктуры;

- преобразование экономической системы с целью достижения роста ее устойчивости;

- процедуры хозяйствования, обусловливающие стабилизацию рыночных систем.

Субъектно-объектное взаимодействие в ходе стабилизации экономического развития отличается высокими темпами изменений. Сложность решения этой проблемы состоит в отсутствии необходимой оперативности в тактике и стратегии­ достижения устойчивости, обеспечивающих результат лишь на первоначальных этапах проявления нестабильности.

Однако решения, реализуемые на первоначальных стадиях нестабильности, не в полной мере соответствуют потенциальным рискам развития кризисных явлений, так как в большей степени направлены на преодоление частных территориальных проблем, не касаясь при этом более глубоких кризисных процессов. Более того, различные пути сбалансированности и стабилизации процессов, предопределенные субъективной спецификой регионального управления, формируют многообразие стратегических предпочтений [91].

На наш взгляд, целесообразно выделение двух видов реакции на состояние региональной неустойчивости и разбалансированности:

- «атакующая реакция», нацеленная на активные процессы, вызванные модернизацией основных производственных фондов, использованием инновационных технологий, изменением ценовой политики, расширением рынков сбыта товаров и услуг, обновлением маркетинговых и менеджмент-технологий и др.;

- «оборонительная реакция», ориентированная на минимизацию издержек и реструктуризацию производства, реализацию товаров по демпинговым ценам, снижение­ ассортимента продукции и др.

Важнейшие направления по достижению институциональной устойчивости территории определяются его функциями:

- технико-технологической (рациональное и научно обоснованное использование инновационных технологий);

- прогнозно-плановой;

- интеграционной;

- защитной;

- коммуникационной;

- информационной;

- социо-культурной [2].

Функции управления институциональной устойчивостью территориального образования целесообразно принимать во внимание при:

- диагностике социально-экономических условий устойчивости региональной экономики, предполагающей его мониторинг и сопоставление результатов деятельности с целевыми показателями;

- оценке устойчивости экономики субъекта, предполагающей выявление как изменений показателей, так и причин и тенденций дальнейшего развития;

- прогнозировании возникновения кризисных явлений, сводящемуся к обобщению и анализу информационного массива факторов, оказывающих влияние на формирование кризисных ситуаций, а также выявлению специфики и закономерностей развития кризисных явлений;

- формализации направлений деятельности по достижению­ устойчивости экономики территории, включающих создание антикризисного программного обеспечения, способов интеграции региональных властей, бизнес-сообщества, населения и структур гражданского общества;

- разработке социо-эколого-экономических стандартов региональной экономической системы, мониторинге их применения.

Исследование функций управления институциональной устойчивостью региона позволило сделать вывод о том, что управление институциональной устойчивостью региональными органами власти представляет собой непрерывную и конструктивную деятельность, осуществляемую институтами органов государственной власти, базирующуюся на специфических факторах воздействия на возникающие проблемы и основанную на единых принципах государственного управления для интеграции федеральных, региональных и муниципальных властей, бизнес-сообщества, населения и структур гражданского общества [66].

Систематизированные типы устойчивости регионального развития неразрывно взаимосвязаны друг с другом. Например, долгосрочная устойчивость развития территории в современных условиях чаще всего выступает устойчивостью, сложившейся на базе механизма государственно-частного партнерства, в рамках оптимального соотношения объективного и субъективного факторов. Такая устойчивость непременно носит социально-конструктивный характер и направлена на реализацию функций институциональной устойчивости региона. Следовательно, расширенная классификация дает возможность определить руководству отдельных регионов наиболее оптимальный вид устойчивого развития в соответствии с целями, задачами, ресурсным обеспечением и другими особенностями функционирования региональной социально-экономической системы.
На устойчивость социально-экономического развития территориального образования оказывают влияние уровень самообеспеченности, самофинансирования, самоокупаемости и экономической самостоятельности. Уровень самообеспеченности отражает самодостаточность региона ресурсами (производственными, трудовыми, природными, финансовыми), дающими возможность обеспечить стабильное положительное торговое сальдо вывоза и ввоза товаров региона, учитывая и внешнеэкономические связи [10]. Приемлемый уровень самообеспеченности региона выступает фундаментом для осуществления самостоятельной экономической политики, ориентированной на достижение устойчивости социально-экономического развития региона [136].

Устойчивость самофинансирования экономической системы обеспечивается посредством реализации­ эффективной бюджетной, финансово-кредитной, налоговой и ценовой политики, формирования справедливых межбюджетных взаимоотношений с государственным центром, развития рынка ценных бумаг, создания механизма регулирования инвестиционной и инновационной деятельности, роста объема экспортной продукции, уровня доходов граждан.

Самоокупаемость территории достигается путем получения дохода от хозяйственной деятельности территориальных структур, нацеленного на обеспечение расширенного воспроизводственного процесса на базе самоокупаемости расходов, извлечения максимальной прибыли. Экономическая самостоятельность региона характеризует степень обеспеченности его экономическими (прежде всего, финансовыми) ресурсами, дающими возможность осуществлять самостоятельную экономическую политику, ориентированную на поддержание устойчивости социально-экономического развития региона. Отсутствие одного из перечисленных условий является одной из серьезных проблем в достижении устойчивости социально-экономического развития региона.

Устойчивое развитие субъекта предусматривает поддержание внутренней и внешней устойчивости региональной экономики. Под внутренней устойчивостью понимается устойчивое­ развитие производства, обеспечение стабильного положительного сальдо вывоза-ввоза товаров, гарантии занятости и приемлемого уровня жизни граждан.
Внешняя устойчивость трактуется как устойчивость платежного баланса региона, положительное внешнеторговое сальдо, существование стабилизационного фонда, стабильность равноправных федеральных межбюджетных взаимоотношений, позиция региона в общегосударственном разделении труда [20].

Другими словами, устойчивое развитие региона представляет собой его способность противодействовать условиям различного характера, оперативного возврата в базовое состояние в ситуации нарушения, либо достижения более высокого уровня своего развития, постоянное повышение качества жизни граждан и обеспечение непрерывного расширенного воспроизводства территориально-хозяйственной системы.

Сбалансированность региональной экономики подразумевает соответствие взаимосвязанных и взаимозависимых отраслей экономической деятельности, количества производимой продукции и оказываемых услуг потребностям рынка. Основой сбалансированности является соразмерность. Сбалансированность и соразмерность в реальной практике, чаще всего, неустойчивы и подвержены изменениям.­ Так, экономическое развитие дает толчок установлению новых пропорций и нового баланса. Так как совершенное корреспондирование взаимосвязанных и взаимозависимых секторов экономической деятельности на практике недостижимо, то возникает постоянная необходимость в сохранении сбалансированности посредством корректировки пропорций между некоторыми секторами экономики, а также внутри них. В материальном производстве для этого необходимо, в первую очередь, достигнуть соответствия между первым и вторым подразделениями, другими словами, между производством средств производства и предметов потребления [105].

Сбалансированность региональной системы во многом предопределяется особенностями институциональной среды, включающей законы, правовые нормы, традиции поведения хозяйствующих субъектов и формальные препятствия. Эти препятствия представляют собой комплекс стимулов предпринимательской активности и оказывают значительное влияние на становление разнообразных целей субъектов регионального хозяйства, а также методов их реализации [40].

Итак, регион правомерно можно определить как социо-эколого-экономическую систему, планомерно осуществляющую воспроизводственные функции. Основными составляющими­ сбалансированности региональной социо-эколого-экономической системы выступают:

- равновесность и равнозначность социальных, экономических и экологических целей;

- пропорциональность между обществом и производством;

- единая ориентированность краткосрочных и долгосрочных интересов субъектов регионального хозяйства;

- коммуникационная сбалансированность;

- оптимальность структуры воспроизводственного процесса;

- сбалансированность ресурсной основы территории;

- пропорциональность развития различных видов экономической деятельности в регионе;

- нивелирование пространственных диспропорций;

- сбалансированность интеграционных процессов между региональными властями, бизнес-сообществом, населением и структурами гражданского общества.

Необходим особый подход к разрешению проблемы устойчивого развития, касающейся структуры экономической системы. Упразднение действующих отраслевых структур управления организациями, располагающимися на территории региона, вызывает у региональных органов управления необходимость нахождения новых форм и способов управления кооперацией отраслевых и региональных производителей в общей структуре экономики территории. Образование на­ основе подобной кооперации крупных межотраслевых комплексов по производству конкурентоспособной продукции укрепляет устойчивость развития региона. Данные межотраслевые комплексы в состоянии решить проблемы роста безработицы, создавая новые рабочие места, и повышать доходы территориальных бюджетов посредством налоговых отчислений от прибыли, извлеченной в результате реализации продукции данных предприятий на внутреннем и внешних рынках [139].

Устойчивость экономики региона в недалеком прошлом полностью обусловливалась тем значением, которое она имела в механизме территориального разделения труда, и тем самым была составляющей устойчивости всей экономики государства, но кризисные процессы последних лет в наибольшем выражении проявились в узкоспециализированных многоотраслевых субъектах. Относительно позитивной оказалась ситуация в регионах с диверсифицированной структурой экономики, показавшей себя более адаптированной к новым условиям [80]. Отсюда можно сделать, как минимум, два существенных вывода:

а) прежняя концепция устойчивости основывалась на принципах обеспечения локальной устойчивости посредством достижения глобальной устойчивости макросистем;

б) в рамках современной­ России идее устойчивости развития региональной экономической системы следует основываться на углублении специализации регионального хозяйства или направлять её на диверсифицированную модель.

Нам представляется, что нехватка финансовых ресурсов является тормозом при достижении устойчивости развития региона. Принимая во внимание данное обстоятельство, требуется осуществить работы по формированию кругооборота финансовых ресурсов в субъекте с целью выявления тенденций в изменении структуры образования, первичного распределения, перераспределения и конечного использования доходов в регионе. На базе этого следует определить проблемные места, ограничивающие адекватный кругооборот финансовых средств и разработать мероприятия по их устранению.

Существенная часть финансовых поступлений перераспределяется из бюджета регионов в пользу федерального бюджета ввиду несовершенства межбюджетных взаимоотношений регионов с государственным центром. В частности, ЮФО согласно бюджетному кодексу РФ производит отчисление налогов в федеральный бюджет 100% НДС и 100% таможенных пошлин без учета особенностей региона, что снижает его финансовую устойчивость [83].

Препятствиями к достижению социальной стабильности общества выступают­ рост безработицы, дифференциация населения по уровню получаемых доходов. Существенным вопросом выступает разработка стабильного федеративного устройства, охватывающего интересы центра и регионов для получения максимальных совокупных результатов на базе взаимовыгодного разделения труда, что осложняет формирование прогнозных сценариев устойчивого развития экономики региона, выявление его количественных критериев устойчивости [93].

На наш взгляд, к центральным проблемам, имеющим место в регионах в рамках обеспечении устойчивого и сбалансированного социально-экономического развития, следует отнести:

- разделение полномочий в экономической сфере между федеральным центром и регионами, в первую очередь, в бюджетной сфере;

- отсутствие диверсифицированности структуры экономической системы региона, что является ключевой проблемой в рамках вступления РФ в ВТО;

- диспропорции в финансовой сфере (нехватка финансов в реальном секторе);

- осуществление структурной перестройки экономики субъекта в увязке с требованиями новой концепции «устойчивого развития»;

- рост социальной напряженности (расслоение общества, рост доли населения, находящейся за чертой­ бедности в регионе);

- отсутствие регионального фондового рынка как источника для перемещения капитала в региональные отрасли экономики;

- недостаточная развитость внутрирегиональных и межрегиональных отношений, в том числе внешнеэкономических;

- выявление источников инвестиций для структурной экономической трансформации;

- достижение экологической безопасности;

- отсутствие четко проработанной системы количественных целевых индикаторов устойчивости развития регионов.

- отсутствие действенной системы государственного регулирования устойчивого социально-экономического развития территории;

- отсутствие модернизированной, научно обоснованной парадигмы устойчивого развития региона;

- низкий уровень конкурентоспособности продукции регионов, вытеснение российских производителей с внутреннего рынка ввиду импорта иностранной продукции, что будет усложняться в связи со вступлением России в ВТО;

- угроза продовольственной безопасности региона по причине импорта более дешёвых товаров из-за границы.

Для преодоления указанных проблем необходимы новые подходы при формировании экономической региональной политики, становлении эффективных форм и механизмов управления устойчивым­ развитием территории.

Таким образом, ключевыми направлениями региональной политики по достижению устойчивого развития должны стать:

1. Осуществление институциональных изменений, способствующих согласованности действий общественных институтов по достижению устойчивого развития региона.

2. Становление системы управления устойчивым развитием территории.

3. Разработка государственных направлений поддержки развития высокотехнологических и конкурентоспособных ключевых производств и отраслей экономики, обусловливающих повышение устойчивого развития территории.

4. Создание благоприятного инвестиционного климата, обеспечивающего получение зарубежных инвестиций.

5. Активная социальная политика, ориентированная на уменьшение имущественной дифференциации граждан региона.

6. Поддержка развития инвестиционной активности региона.

7. Развитие регионального фондового рынка.

8. Повышение качества жизни граждан.

9. Осуществление структурной трансформации экономики, соответствующей требованиям ВТО, делающей возможным увеличение производства конкурентоспособной продукции.

10. Достижение более рационального использования­ ресурсов региона.

11. Организация обучения персонала современным подходам к анализу хозяйственной деятельности организации и принятию управленческих решений по устойчивому развитию хозяйствующих субъектов.

Управление устойчивым развитием территории производится посредством разработки прогнозов и программ устойчивого и сбалансированного развития территории. Причем не менее важной выступает оценка экономического потенциала, который представляет собой отправную точку становления научно-обоснованной концепции устойчивого и безопасного развития региона. Большое значение в ходе разработки программы устойчивого социально-экономического развития региона приобретает прогнозирование [138]. Оно отражает различные сферы функционирования региона: демографические процессы, ресурсный потенциал, в том числе природные ресурсы, потребительский спрос, динамику производства по секторам и территориям, последствия внедрения инноваций в экономику и другое [6].

Завершающим этапом прогнозной деятельности выступает сводный экономический прогноз, отражающий в обобщенном виде макроэкономическую ситуацию в субъекте, темпы и основные пропорции экономического развития. Трудность заключается в­ том, чтобы произвести не простую констатацию возможностей потенциального развития, а направить механизм прогнозирования на выявление обоснованного устойчивого и безопасного социально-экономического развития региона [7].

Для реализации данных целей следует разработать целостную модель воспроизводственного процесса экономики региона и на её базе сформировать взаимосбалансированную систему основных критериев безопасного и устойчивого развития, создать инструментарий управления устойчивым развитием территории.

На наш взгляд, для устойчивого сбалансированного развития территории указанные задачи должны быть выполнены преимущественно регионами и муниципальными образованиями. Включение регионов в состав субъектов устойчивого сбалансированного развития предусматривает модернизацию региональной политики. В то же время фундаментом эффективной региональной политики выступает адекватная территориальная ресурсно-воспроизводственная основа, что предопределяет формирование стратегических программ развития региона.

Следовательно, согласно общесистемным принципам, принципам устойчивого развития, закономерностям инновационного развития, а также специфики региональной экономической системы приоритет­ должен быть отдан укреплению некоторых ее свойств:

1) гибкости (адаптации к трансформирующимся условиям);

2) экономичности (реализации конкурентных преимуществ);

3) инновационности (соответствия современным технологическим укладам);

4) экологичности (реализации конкурентных преимуществ);

5) гуманистичности (повышения культурно-интеллектуального потенциала населения).

3. совершенствование методов оптимизации региональных экономических трансформаций

3.1. Инновационные методические подходы к оптимизации региональных трансформаций

В условиях высокой динамики и сложности хозяйственной среды построение модели устойчивого развития экономики региона выступает ключевой проблемой с научной и прикладной точек зрения. В этой связи фактором успешной деятельности в регионе является верное определение роли региона в системе государственного управления и хозяйственной деятельности.

Вместе с тем, рассматривая концепцию регионального развития, следует отметить условия, способствующие достижению устойчивости территориального образования:

- прозрачность регионального рынка;

- уход от сырьевой направленности региональной экономики;

- межрегиональный­ обмен инновационными технологиями;

- нацеленность на производство наукоемких и высокотехнологичных товаров;

- гарантия соответствия выпускаемой продукции международным стандартам качества и экологическим требованиям.

К системе обеспечивающих методов контроля устойчивости и сбалансированности развития региональной экономики, на наш взгляд, целесообразно отнести:

- систему механизмов государственного регулирования устойчивого развития территории;

- систему ­ рычагов саморегулирования развития экономической системы;

- систему инструментов совершенствования механизма частно-государственного партнерства;

- систему механизмов гармоничности интересов всех региональных субъектов;

- систему механизмов сбалансированности управления региональным развитием.

Формирование эффективных программ устойчивого развития региона в существенной степени находится под влиянием эффективности регионального управления, неотъемлемым элементом которого является оценка состояния региона, которую, по нашему мнению, для обеспечения наибольшей корректности и точности оценки целесообразно осуществлять по нижеперечисленным ориентирам.

1.  Выявление критических ситуаций и их диагностика.

2. Определение основной цели и направления развития, выбор оптимальных методических подходов к управлению регионом в условиях критических ситуации. Следует отметить, что это направление принимает во внимание лишь проблемы экономического характера.

3. Демаркация процедур и процессов управления, предполагающая мониторинг, оценку фактического состояния, прогнозирования и формирование региональных программ обеспечения устойчивости и сбалансированности региональной экономики.

В то же время для реализации концепции повышения устойчивости и сбалансированности региональной хозяйственной системы необходима модернизация традиционной методической основы. На наш взгляд, требуется инновационный подход, основанный на глубоких исследованиях, широком применении математических моделей и методов, многоаспектном анализе сценариев развития.

Имеющиеся в настоящее время модели устойчивого регионального развития являются в большей степени теоретическими и отличаются нехваткой эффективных прикладных мероприятий ввиду отсутствия квалитативного инструментария для выявления условий, факторов и препятствий устойчивости и сбалансированности­ регионального хозяйствования [64]. Важнейшим и достаточным условием достижения устойчивости регионального развития является корректный выбор показателей, наиболее достоверно характеризующих состояние региональной экономики, а также сбалансированность и гармоничность интересов всех участников регионального хозяйствования.

Эффект сбалансированности устойчивого развития территории достигается за счет оптимального сочетания воспроизводства и использования региональной ресурсной основы и выражается в росте значений макроэкономических показателей при одновременном устранении дифференциаций по уровню социально-экономического развития его отдельных субъектов.

Анализ условий, оказывающих влияние на разработку и реализацию программ устойчивого развития различных регионов, осуществленный на примере Краснодарского края, дает возможность сделать вывод о недейственности институциональных технологий, активизирующих инновационную активность всех участников региональной экономической системы. На наш взгляд, устойчивое и сбалансированное развитие территории обеспечивается посредством совершенствования следующих технологий:

- активизирующих формирование инновационной­ активности в бизнес-сообществе;

- оптимизирующих согласованность региональных властей, бизнеса, населения и структур гражданского общества;

- улучшающих качество трудовых ресурсов для эффективного внедрения и использования инноваций;

- побуждающих бизнес-сообщество и граждан региона к более широкому использованию информационно-коммуникационного инструментария.

Для достижения результативности управления инновационным потенциалом территории, формирования мероприятий повышения устойчивости и сбалансированного регионального хозяйства нами построен алгоритм сбалансированности управления устойчивым развитием региона (рис. 6).

Главным звеном этого алгоритма является оценка ресурсного потенциала региона для диагностики территорий с низким потенциалом саморазвития и разработки технологий оптимизации институционального пространства для обеспечения более широкого использования ресурсного потенциала в программирование устойчивости региона.

Для построения институциональной среды, способствующей интеграции определенных региональных субъектов в механизм устойчивого развития регионального хозяйства требуется:

- смещение приоритетов в программах социально-экономического­ развития территорий в сферу выявления ключевых задач обеспечения устойчивости регионального хозяйства путем повышения его сбалансированности;

- увеличение числа наукоемких и высокотехнологичных производств;

- оптимизация функционирования транспортной, инфраструктурной и социальной сфер региональной экономики;

- совершенствование информационно-коммуникационной сферы.

В целях эффективного внедрения концепции методического обеспечения устойчивости развития территорий следует разработать действенный механизм сбалансирования социо-эколого-экономического развития его хозяйствующих субъектов, содержащий три ступени (табл. 20).

Таблица 20

Алгоритм реализации механизма сбалансирования устойчивого развития региона (составлена соискателем)

Ступени	Мероприятия
I ступень
Аккумулирование ре­сурсов в приоритетных сферах регионального развития	Модернизация ведущих сфер деятельности регионального хозяйства Повышение многоуровневой конкурентоспособности региона Интеграция региональных властей и бизнес-структур с целью рационализации использования и распределения региональных ресурсов
II ступень
Формирование оптимальных условий для сбалансирования социо-эколого-экономического развития региона	Реализация геополитических, природно-климатических, социально-экономических, институциональных, логистических и т. д. преимуществ региона Становление инновационной системы регионального управления Интеграция региональных властей и бизнеса, населения и структур гражданского общества
III ступень
Целедостижение на ос­нове сбалансирования ключевых показателей и маркеров устойчивого разви­тия региона	Стабильный прирост ВРП. Рост прибыли хозяйствующих субъектов региона Увеличение производительности труда и повышение качества товаров и услуг Повышение инвестиционной активности в регионе Формирование предпосылок создание условий для повышения уровня жизни населения региона

В ходе формирования концепции методического обеспечения устойчивости регионального развития следует принять во внимание, на наш взгляд, следующие региональные параметры: ресурсную базу, потенциальные резервы, специфику ­ структуры экономической системы, инерцию экономического роста, географическое положение, социально-институциональные критерии, конкурентные преимущества, социально-экономический дисбаланс развития и др. (рис. 7).

В процессе мониторинга основных трудностей развития Краснодарского края как региона базового эксперимента, преодоление которых представляется возможным только на основе полномасштабного использования принципов устойчивого развития, были определены главные проблемные участки социально-экономического развития края и разработаны приоритетные направления деятельности по использованию принципов устойчивого развития в практике управления территорией.

В значительном числе отраслей экономики Краснодарского края имеет место научное сопровождение и действенная политика в области инновационной деятельности, созданы научные школы, цель которых состоит в поддержании и развитии инновационной деятельности; работают специалисты и эксперты высокого уровня в сфере инновационной деятельности, увеличиваются возможности получения высшего профессионального образования по направлению инновационного менеджмента.

Заметим, что степень социального развития территории, качества жизни ее населения наиболее точно отражают такие индикаторы как существование привлекательных рабочих мест и величина заработной платы [61]. Следовательно, основной целью обеспечения устойчивости в социальной сфере является увеличение­ денежных доходов граждан региона как производная функция от числа занятых в экономике региона и фонда заработной платы.

Осуществленный анализ свидетельствует о том, что приоритетными направлениями социальной политики, реализуемой в Краснодарском крае, являются:

- предупреждающее профессиональное обучение и переобучение, а также повышение квалификации работников;

- развитие самозанятости, вторичной занятости, неполной занятости и других форм нетрадиционной занятости населения региона;

- формирование благоприятных условий для развития малых предприятий;

- построение институциональных условий для увеличения трудовой мобильности населения территории;

- разработка целевых региональных программ стажировки, временного трудоустройства, общественных работ.

Экологическая сфера в Краснодарском крае, как и других субъектах РФ, получивших статус промышленных регионов, остается неутешительной. Главные экологические проблемы региона, как правило, вызваны негативным техногенным воздействием на природную среду и отсутствием действенной региональной природоохранной политики.

Современная ситуация в хозяйственной системе Краснодарского края­ отличается довольно высоким уровнем развития малого и среднего предпринимательства. Однако одновременно с благоприятными тенденциями существует и ряд причин, сдерживающих экономическое развитие края, к которым целесообразно отнести снижение ликвидности, неплатежи, уменьшение инвестиционной активности на отдельных территориях. Для преодоления указанных трудностей в экономической отрасли Краснодарского края, на наш взгляд, требуется смещение приоритетов в плоскость построения устойчивой финансово-ресурсной основы малого и среднего бизнеса. Рекреационный и олимпийский статусы Краснодарского края обусловливают развитие технологий, ориентированных на становление благоприятной инвестиционной среды, в том числе развитой региональной инфраструктуры, благоприятного климата для ведения бизнеса, высококвалифицированных работников, экономической безопасности, доступных тарифов на энергоносители, приемлемых условий для жизнедеятельности, оптимальной логистической структуры.

Информационное пространство края имеет целью обеспечивать эффективное производство, сохранение и рационально использование информационных ресурсов. Информатизация в современных условиях является интеграционным фактором,­ предопределяющим квалитативные трансформации общества, что дает возможность модернизировать производство и управление, дает толчок социально-экономическому росту региона.

Отметим, что современные экономическая ситуация и вступление России в ВТО активизируют становление инновационных общественных и рыночных институтов для построения социо-эколого-экономической основы устойчивого регионального развития [141].

Все вышеизложенное делает обоснованным вывод о том, что построение концепции устойчивого развития представляет собой длительный пошаговый процесс, обусловливающий решение ряда проблем перспективного развития региона. Достижение устойчивого развития Краснодарского края представляется возможным, по нашему мнению, именно при соблюдении принципа сбалансированности экономической, инвестиционной, социальной, инновационной, экологической компонент регионального развития (табл. 21).

На базе дескриптивного анализа профильной монографической литературы и выявления главных проблем социально-экономического развития Краснодарского края посредством дисперсионного и декомпозиционного методов сформирована, предложена и внедрена абрисная концепция методического обеспечения устойчивого регионального развития,­ содержащая в себе восемь блоков:

- достижение прозрачности регионального рынка;

Таблица 21

Основные направления по обеспечению устойчивого развития Краснодарского края на основе принципа сбалансированности

(составлено соискателем)

Опорные блоки	Основные проблемы	Практические рекомендации
Инновационный блок	Неэффективное использование имеющегося НТП Низкая инновационная активность Отсутствие корреспондирования между сферой науки и бизнес-сообществом	- Активизация научно-технического и инновационных процессов - Оперативное внедрение инноваций в различных отраслях экономики региона - Увеличение ассортимента выпуска инновационной продукции с более высокими потребительскими качествами - Развитие научно-технических направлений, ориентированных на приоритетные технологии и базирующихся на реальных производственно-технологическом потенциале промышленных предприятий
Социальный блок	- Прогрессирующее социальное расслоение общества - Несбалансированность регионального и локальных рынков труда - Структурный характер безработицы, обусловленный организационно-технологической модернизацией производства	- Повышение конкурентоспособности на рынке труда сотрудников предприятий, в отношении которых имеется риск сокращения - Активизация создания новых рабочих мест - Стимулирование предпринимательской активности безработных граждан - Содействие территориальной трудовой мобильности населения
Экологический блок	- Рост техногенной нагрузки на территорию - Нарушения геологической среды и ландшафтов - Загрязнение биосферы отравляющими веществами - Рост объема промышленных и бытовых отходов - Общее сокращение запасов природных ресурсов.	- Экологизация производства - Применение безотходных технологий - Внедрение современных высокоэффективных технологий утилизации отходов производства. - Рациональное природопользование - Формирование благоприятного экономического климата для реализации экологически ориентированного бизнеса - Экологическая ориентация стратегий развития региона
	- Гиперразвитие экспортоориентированного сектора экономики региона - Рост зависимости от добывающих отраслей - Увеличение износа производственных фондов организаций	- Реализация эффекта межотраслевого взаимодействия - Формирование устойчивых диверсифицированных связей - Структурная перестройка и диверсификация экономической системы посредством инновационного развития

Окончание табл. 21

Экономический блок	- Низкая активность развития малого и среднего бизнеса региона: 1) сокращение доступа к дополнительным финансовым возможностям инвестирования; 2) рост зависимости от внутреннего спроса; 3) снижение гос. поддержки малого бизнеса; 4) увеличение доли теневого сектор малых предприятий - Неэффективная инфраструктура	- Стимулирование малого и среднего бизнеса и т. п. - Развитие региональной инфраструктуры
Информационный блок	- Неэффективное применение и использование средств информатизации в производственных и управленческих процессах. - Низкая компьютерная грамотность населения региона	- Динамичное образование и массовое использование ресурсов информационного типа - Развитие культуры применения современных технологий информационной сферы - Динамичное развитие информационной сферы экономической системы
Институциональный блок	- Низкая адаптивность нормативных актов к специфическим условиями регионального хозяйствования - Неэффективность институциональной инфраструктуры - Отсутствие координированности законодательной и исполнительной власти на местах	- Обновление законодательных и правовых основ деятельности - Формирование институтов социальной и рыночной направленности, отвечающих современным требованиям ведения хозяйства - Согласованность работы общественных и государственных институтов в рамках перехода на путь устойчивого развития

- преобразование сырьевой модели регионального хозяйства в сервисно-технологическую;

- обеспечение роста доли производства высокотехнологичных наукоемких продуктов в ВРП;

- соответствие стандартам экологического качества, в частности, за счет организации и проведения методических семинаров, вебинаров, «круглых столов» по проблемам достижения устойчивости и сбалансированности регионального развития;

- активизация аппарата государственного регулирования устойчивого развития субъекта и организаций;

- стимулирование саморегулирования устойчивого и сбалансированного развития бизнес-структур края на базе их социально-направленной и эколого-ориентированной деятельности;

- совершенствование частно-государственного партнерства, в частности, в виде федеральных целевых программ, научных и образовательных грантов, формирования методических рекомендаций и практикумов, обеспечивающих оперативное приспособление к условиям устойчивости и сбалансированности развития территории;

- увязка интересов федеральных, региональных, муниципальных органов власти с бизнес - и гражданским сообществами субъекта, в том числе на базе социо-экологического­ просвещения, образования и воспитания граждан и молодежи в частности.

Таким образом, в процессе оценки ­ уровня эффективности развития социально-экономической сферы вместе с политикой устойчивого развития следует учитывать и фактор разнородности экономического пространства в России. Региональные отличия особенно значительны по таким параметрам, как: величина валового регионального продукта в расчете на душу населения, плотность населения, показатель бедности, объем инвестиционных поступлений в основной капитал в расчете на душу населения, уровень занятости и безработицы, бюджетная обеспеченность, природно-климатические особенности, развитость транспортной и жилищно-коммунальной инфраструктуры, характеристики инновационного потенциала и активности,. В этой связи для построения показателей эффективности неотъемлемым условием выступает объединение субъектов и в дальнейшем выявление критериев эффективности развития в рамках однотипных групп регионов. Не представляется возможным осуществлять оценку эффективности состояния и развития территории, основываясь на анализе «среднероссийских» показателей, не подходят и аналитические сопоставления количественных региональных параметров с величиной средних их значений в общестрановом аспекте. На наш взгляд, здесь применимы инструменты сравнительного многомерного экономического анализа, данный анализ приемлем для использования в оценке и развитии инфраструктуры и ресурсного потенциала и его реализации. Помимо прочего, имеет место возможность осуществления оценок эффективности развития в соответствии с конкретной спецификой места и времени, и учет их как в историческом аспекте, так и в планово-прогнозной деятельности.

3.2. Когнитивное моделирование управления региональными экономическими трансформациями

В последнее время утверждения о том, что устойчивое развитие происходит в пространственных координатах, все глубже укореняются в теории и практике регионального управления. А именно, понятие «пространственное развитие» оказалось тесно связанным с понятием «стратегического планирования» при помощи использования дефиниции «пространственное планирование». Данная трактовка обозначает именно пространственное развитие, а не процесс воспроизводства, которое целесообразно производить в аспекте дополнения квантитативных представлений о сценариях устойчивого развития пространственными взаимосвязями. Вместе с тем, становление устойчивости региональной экономической системы следует рассматривать через призму регионального «пространства инноваций»­ [103]. В рамках данного пространства хозяйствующим субъектам целесообразно продавать, а покупателям приобретать определенные товары. Взаимоотношения, имеющие место между компонентами регионального хозяйства в рамках «пространства инноваций», не должны быть обусловлены лишь взаимодействием между продавцами и покупателями. Эффективное решение проблемы сбалансированного развития территории предусматривает устранение противоречий между долгосрочными приоритетами субъекта, ориентированными на достижение устойчивого социо-эколого-экономического эффекта, и частными интересами бизнес-сообщества, стремление которого сводится к получению прибыли в текущем периоде и снижению степени ответственности только проблемами, заключающимися в технико-технологической специализации данной отрасли экономической деятельности.

Вышеизложенное обусловливает актуальность модернизации методов управления устойчивым сбалансированным развитием региональной экономики с точки зрения увеличения значимости ресурсного обеспечения устойчивости и сбалансированности в развитии экономики субъекта. Заметим, что устойчивость региональной экономики, на наш взгляд, представляет собой такую форму организации­ регионального хозяйствования, которая обеспечивает аккумулирование наиболее востребованных видов ресурсов. Важность корреспондирования ключевых задач устойчивого развития региона с их ресурсным обеспечением делает необходимым использование декомпозиционного и дисперсионного подходов, которые ввиду нехватки ресурсов дает возможность достигнуть сбалансированного развития и повышения социально-экономического потенциала территории.

В современной экономической науке весьма широко рассмотрены вопросы воспроизводства, накопления и перераспределения наиболее востребованных видов ресурсов на микроуровне. На мезоуровне эти вопросы раскрываются, в большинстве случаев, лишь в отраслевом разрезе, не принимая во внимание пространственное взаимодействие субъектов хозяйствования. Это может стать причиной того, что вследствие перемещения ресурсных потоков в субъекте создаются территории, на которых аккумулирование ресурсных потоков в конкретный момент наиболее востребовано для роста эффективности его развития (значительный уровень предложения труда, прежде всего, в отраслях, не нацеленных на использование инновационного потенциала, высокая степень неоправданной конкуренции). В таких условиях­ ключевая ­ цель планирования на региональном уровне будет сводиться к тому, чтобы из большого числа местностей определить территории, испытывающие потребность в сбалансированном развитии и не располагающие для этого необходимым потенциалом, и местности, располагающие избыточными ресурсами. При реализации программ устойчивого сбалансированного развития необходимо организовать движение ресурсных потоков так, чтобы осуществилось перемещение ресурсов из сферы их чересчур большого сосредоточения в сферы, где ощущается их нехватка, то есть привести в соответствие потребности в ресурсах с потоком этих ресурсов. Следовательно, эффект региональных программ устойчивого сбалансированного развития в значительной степени вызван благоприятной пространственной и целевой концентрацией и распределением ресурсов [96].

Для достижения цели диссертационного исследования следует изучить ключевые компоненты ресурсного потенциала региона (природные, материальные, трудовые и финансовые − Y, G, T, D) в виде соответствующих значений их интегральных показателей.

При существовании актуальной информации о состоянии ресурсного потенциала территории представляется возможным построения корректных и действенных программ устойчивого регионального развития, в то же время каждая компонента ресурсного потенциала региона может быть корректно использована при разработке к-ой программы (к=1,2,...м). В роли критериев оценки устойчивости и сбалансированности развития региона будем рассматривать его потребность в материальных, трудовых, финансовых и природных ресурсах, следовательно, ресурсоемкость к-ой программы устойчивого сбалансированного развития региона Uk вычисляется по формуле:

Uk=f(Yk, Gk, Tk, Dk), (4)

Для формирования оптимальных условий распределения ресурсных потоков следует осуществлять мониторинг и оценку ресурсного потенциала территории. При нехватке у региона ресурсов, необходимых для реализации данной программы, следует произвести активизацию межрегиональной интеграции, направленную на привлечение требующихся ресурсов из внешних источников. Выполнение программы устойчивого развития региона в отдельном регионе представляется возможным посредством оптимизации управления ресурсными потоками и следовании определенным условиям:

- становление инновационного потенциала для осуществления основных видов хозяйственной деятельности;

- сбалансированность регионального развития за счет рационального использования ресурсной базы.

Существование широкого спектра направлений распределения ресурсных потоков является определяющим при выборе наиболее оптимального для конкретного региона сценария обеспечения устойчивости и сбалансированности его хозяйственной системы. С этой целью, на базе оценки ресурсного потенциала, создается матрица, в ячейках которой для каждого региона отмечается ­ величина избыточных запасов (табл. 22).

Таблица 22

Матрица значений избыточных (недостающих) ресурсов в регионе

(составлена соискателем)

Потенциал	Регион 1	Регион 2	Регион n
Трудовой	+A1	-A2	-An
Материальный	-B1	+B2	+Bn
Финансовый	+C1	-C2	-Cn

На наш взгляд, для удовлетворения потребности в ресурсах в рамках реализации программы устойчивого развития в отдельном регионе необходимо решить распределительную задачу. В то же время следует учитывать стоимость отдельных компонент ресурсного потенциала, в том числе их стоимость при производстве, использовании и перемещении. Ряд территориальных образований, между которыми осуществляется перераспределение ресурсов, образуют кластер. Следствием функционирования кластера является показатель ресурсного потенциала, требующийся для реализации определенного проекта, определяющего социально-экономическое развитие региона без ущерба для других, посредством которых происходит перераспределение ресурсов, и самого региона. Необходимыми условиями существования подобного кластера выступают [54]:

- существование требующегося количества ресурсов для развития, а также их концентрация на конкретных объектах;

- реализация задачи по оптимизации рассредоточения ресурсных потоков;

- сопоставимость интересов субъектов распределения со стратегией регионального развития.

Следует отметить, что дифференциация уровней социально-экономического развития регионов и их потенциалов не являются барьером к развитию их интеграционного взаимодействия, так как эффективная реализация потенциала некоторых территорий обеспечивает дополнительный эффект и, как следствие, оказывает влияние на региональные процессы роста. Наиболее важно, что региональные субъекты, незначительно удаленные друг от друга территориально, имеют возможность создавать взаимодополняющие инфраструктурные объекты, тем самым снижая издержки на развитие собственных. Малые субъекты, характеризующиеся низким значением социально-экономических показателей, как правило, располагают латентной ресурсной базой, содействующей формированию условий для создания программ устойчивого сбалансированного развития региональной хозяйственной системы. Для достижения устойчивого кумулятивного эффекта, требуется активизация интеграционных процессов в рамках регионов. В частности, региональная система должна строится как определенная сетевая структура, охватывающая все территориальные образования.

В широком­ смысле устойчивое сбалансированное развитие региона на принципах дисперсионного и декомпозиционного подходов будет подразделяться на следующие этапы (рис. 8).

1. Диагностика фактического состояния ресурсного потенциала конкретных территорий региона, анализ проблемных зон, факторов, оказывающих влияние на их развитие, оценка перспектив развития важнейших сфер экономической деятельности субъекта.

2. Выявление задач и направлений устойчивого развития территорий.

3. Разработка, анализ и выбор проектов отраслевого развития, составляющих основу решений о перспективах устойчивого развития отдельных территорий. Создание портфеля инвестиционных проектов на базе сравнения уровня достижения интересов отраслевого и регионального развития, обеспечение их согласованности.

4. Разработка процедур и технологий по согласованию деятельности отдельных субъектов региона в рамках распределения ресурсных потоков.

5. Реализация программ устойчивого развития территории.

6. ­ Диагностика и анализ показателя социально-экономического развития субъекта. Разработка и использование технологий нивелирования диспропорций регионального развития.

Устойчивое развитие субъекта на базе дисперсионного и декомпозиционного подходов предусматривает изменение акцента от приоритетного развития крупнейших производственных центров, аккумулирующих ресурсный потенциал территориальных образований, к сбалансированному развитию всех региональных субъектов на базе эффективного перераспределения их ресурсного потенциала. Дисперсионный и декомпозиционный подходы в рамках управления устойчивым развитием регионального хозяйства изменяют акценты от управления возможностями к управлению стратегическими приоритетами регионального развития. Вместе с тем, процесс устойчивого развития субъекта не только усиливается, но и распределяется по его территории, нацеливается на перспективу [96].

Декомпозиционный анализ местной фактологической базы дал возможность раскрыть взаимообусловленность ключевых параметров социально-экономического развития и сбалансированной устойчивости экономики Краснодарского края и выделить пять наиболее существенных факторов обеспечения устойчивости экономики региона, а также создать кумулятивную матрицу экспертных оценок данных факторов:

U1 − ВРП на одного жителя региона, % к РФ;

U2 − денежные доходы на одного жителя региона, % к РФ;

U3 – объем реализации товаров и услуг малых предприятий на одного жителя региона, % к РФ;

U4 − объем совокупных инвестиций на одного жителя региона, % к РФ;

U5 − объем собственных доходов консолидированного бюджета региона на одного жителя, % к РФ (табл. 23).

Матрица дала возможность произвести уточнение формулы определения значений ключевых маркеров устойчивости региональной экономической системы:

(5)

где tlf− значение критерия оценки;

Elf − экспертная оценка f-ого фактора по l-ому критерию

N − количество экспертных оценок;

l-1,2…….x (x − число критериев оценки);

f-1,2……. y (y − число оцениваемых факторов).

Таблица 23

Кумулятивная матрица экспертных оценок

(рассчитана и составлена соискателем)

Критерии	Значение критерия	U1	U2	U3	U4	U5
Удельный вес экспорта в ВРП	0,67	0,18	0,03	0,4	0,9	0,13
Удельный вес продукции импортозамещающего производств в ВРП	0,61	0,17	0,04	0,35	0,93	0,19
Коэффициенты вариации экспертных оценок		0,14	0,25	0,21	0,14	0,19
Коэффициенты относительной значимости		0,21	0,02	0,4	0,1	0,25
Общие коэффициенты относительной значимости		0,025	0,037	0,058	0,015	0,026
Ранги факторов		1	5	4	2	3

Предложенный нами подход и изложенные в формализованном виде условия экономического роста при обеспечении его качества с параллельной преимущественной интенсификацией производства, дают возможность применять их в процессе планирования и прогнозирования сбалансированной устойчивости экономики любого региона на базе региональных межотраслевых балансов, сформированных согласно с представленным выше их изменениями.

Дескриптивный анализ социально-экономического развития Российской Федерации и Краснодарского края подтвердил обоснованность вывода, что экономика региона отличается устойчивостью и сбалансированностью развития (табл. 24).

Таблица 24

Показатели устойчивости и сбалансированности развития

Краснодарского края (составлена соискателем по данным http://www. *****)

Показатели	2010 г.	2011 г.	2012 г.
РФ	Кк	РФ	Кк	РФ	Кк
Эконо­ми­че­ские	Объем ВВП и ВРП в расчете на одного жителя региона, тыс. р./чел.	316	235	316	235	323	316
Производство валовой промышленной продукции в расчете на одного жителя региона, тыс. р./чел.		457		457		456
Производство валовой сельхозпродукции в расчете на одного жителя региона, тыс. р./чел.	24	298	24	298	22	24
Доля убыточных предприятий, %	28	20	28	20	26	28
Инвестиции в основной капитал в расчете на одного жителя региона, тыс. р./чел.	7	1,292	7	1,292	8
Удельный вес организаций, осуществляющих инновационную дея­тельность, в совокупном числе предприятий, %	10	6,1	10	6,1	9,4	10
Со­ци­аль­ные	Среднедушевой доход населения, тыс. р./чел.	24,31	18,42	24,31	18,42	26,50	24,31
Размерзадолженности по выдаче зарплаты в расчете на одного жителя региона, тыс. р./чел.	12	0,2	12	0,2	10	12
Доля лиц, получающих доходы, величина которых не достигает прожиточного минимума, %	12,8	13,5	12,8	13,5	12,1	12,8
Разрыв между доходами 10% населения, получающего максимальные, и 10% населения, получающего минимальные доходы, раз	16,2	16,1	16,2	16,1	16,4	16,2
Уровень безработицы по МОТ, %	6,6	6	6,6	6	5,4	6,6
Эко­ло­ги­че­ские	Выбросы в атмосферу загрязняющих веществ на 1 чел, т./чел.	9473	68,8	9473	68,8	9603	9473
Инвестиционные вложения в охрану окружающей среды в объеме вложений в основной капитал, р. / р.	66	455	66	455	8	66

Для выявления уровня устойчивости экономики субъекта в работе рекомендуется применять удельный вес объема промышленного и сельскохозяйственного производства в объеме ВРП. Интервалы значений для выявления уровня устойчивости экономики правомерно распределять следующим образом: 0-25% представляют критический уровень устойчивости; 26-50% означают низкий уровень устойчивости; 51-85% − средний уровень устойчивости; 86-100% − высокий уровень устойчивости. Анализ, проведенный в ходе исследования, обусловливает утверждение, что в современных условиях экономическая система Краснодарского края отличается высоким уровнем устойчивости (рис. 9).

Рис.9 Динамика уровня устойчивости экономики Краснодарского края

(рассчитан и составлен соискателем)

С использованием дисперсионного подхода было скорректирована формула агрегированной оценки устойчивой сбалансированности экономики территории:

(6)

где: AОус - агрегированная оценка устойчивой сбалансированности экономики региона в i-м г.;

Pэу- показатель экономической устойчивости в i - м г.;

Pсу- показатель социальной устойчивости в i - м г.;

Pэку - показатель экологической устойчивости в i - м г.

Значение параметров экономической, социальной и экологической устойчивости экономики региона определены по следующей формуле:

(7)

где: Wi − агрегированная оценка в i -м г.;

− тип устойчивости экономики региона;

− коэффициент значимости.

Для выявлении всех типов устойчивости экономики региона соискатель применил следующую формулу:

(8)

где: − n-й показатель устойчивости экономики региона l-го типа в i - м г.

Использование данной методики агрегированной оценки устойчивой сбалансированности экономики региона дает возможность точно оценить степень воздействия основных ­ параметров развития субъекта в социально-экономическом аспекте на его устойчивость, а также сбалансированность.

Также представляется возможным произвести оценку уровня достижения и факторы устойчивости регионального развития.
Данные, полученные в процессе расчетов, обусловили вывод, что регрессионный анализ взаимосвязи уровня сбалансированности региональной экономики и агрегированного показателя её устойчивости дает возможность корректно оценить степень корреляционной взаимосвязи, другими словами, рост уровня сбалансированности экономики региона сопряжен с ростом её устойчивости. Результаты комплексной агрегированной оценки проиллюстрируем с помощью рис. 10, 11.

Рис.10 Графическое изображение динамики агрегированных показателей

устойчивости экономики Краснодарского края (визуализация соискателя)

Рис.11 Графическое изображение влияния сбалансированности

на совокупный показатель устойчивости экономики Краснодарского края (визуализация соискателя)

Таким образом, разработка и выбор программ формирования, сохранения и воспроизводства сбалансированной устойчивости экономики территориального образования сделает возможным:

- получение адекватного представления о регионе как о динамичной социально-экономической системе, отличающейся трансформацией устойчивости под влиянием эндогенных и экзогенных­ факторов;

- осуществление увязки ресурсных возможностей основных субъектов регионального хозяйства с результатами их использования в региональном воспроизводственном комплексе;

- разработку действенных технологий распределения ресурсных потоков между конкретными элементами региональной системы с определением их величины и структуры в региональной экономическом комплексе;

- обеспечение эффективного включения отстающих территорий в механизм регионального воспроизводства.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Региональное развитие представляет собой изменение комплекса показателей социально-экономического состояния, структуры экономики и жизнеобеспечения региона, гарантирующее повышение уровня и качества жизни его населения. Это понятие охватывает рост экономики (ВРП), рост ВРП на душу населения, увеличение доходов населения, развитие социальной сферы, развитие инфраструктуры, рост уровня и качества человеческого капитала. Следовательно, развитие региона является процессом накопления благоприятных изменений, которые обеспечивают рост эффективности его деятельности

Развитие национальной экономики обеспечивается посредством осуществления эффективного распределения ресурсов между территориальными образованиями с использованием принципов свободной конкуренции. Таким образом, в процессе сравнительного обзора базовых теорий регионального экономического развития было освещено значительное число различных концепций, что подтверждает тот факт, что теории регионального развития выступают результатом социально-экономического развития общества. Теории регионального развития обеспечивают адекватную оценку уровня развития регионов, определяют ключевые направления региональной политики, а также выявляют наиболее эффективный путь дальнейшего регионального развития. Каждая концепция охватывает отдельные региональные процессы и учитывает определенные региональные характеристики. Из этого можно заключить, что теории оказывают обусловленное воздействие на социально-экономические условия развития населения определённой территории.

Формируемые сценарии развития, а также изучение базы данных о неблагоприятных тенденциях, имеющих место в биосфере, подтверждают необходимость осуществления радикальных преобразований в глобальном развитии и формирования новой политико-экономической стратегии. Долгосрочный прогноз развития позволяет сделать вывод о том, что усиливающиеся тенденции деструкции экологической системы, разрушения природно-климатического комплекса, неблагоприятные изменения в условиях жизнедеятельности людей сохранятся и с течением времени усилятся.

На наш взгляд, сущность инновационной концепции развития сводится к становлению высоконравственного общества, повышению качества жизни и обеспечению устойчивого развития. Устойчивость территориального развития не предусматривает лишь эколого-экономический аспект, однако стоит заметить, что данная проблема является ключевым моментом. Таким образом, в качестве главного критерия устойчивости развития конкретного территориального образования представляется возможным рассматривать состояние здоровья населения, предопределенное экологической, инновационной, экономической и социальной составляющими развития.

Из всего вышеизложенного можно сделать вывод, что термин «устойчивое развитие» по ряду отдельных аспектов значительно отличается от привычного понятия «развитие». Категория «устойчивое развитие» весьма противоречива ввиду двойственности характера, в этой связи многие зарубежные исследователи воздерживаются от его употребления, особенно, в экономическом смысле данного понятия. Хотя понятие «устойчивого развития» отражает совокупность социальных, институциональных, моральных, демографических и множество других проблем, экономическая составляющая выступает как наиболее существенная.

Исследуя региональный подход к реализации идеи устойчивого развития, заметим, что территориальное развитие определяет порядок функционирования региональных систем, который нацелен прежде всего на достижение позитивной динамики показателей уровня жизни населения. Следовательно, устойчивое развитие является главным признаком эффективного территориального развития, предусматривающего длительное воспроизводство потенциала региона в режиме сбалансированности и социальной ориентированности

Эффективная региональная политика охватывает различные области социо-эколого-экономических отношений: производственно-экономические, социальные и этнические, финансово-кредитные, налогово-бюджетные, организационно-управленческие, аграрные и прочие отношения. Вместе с тем следует отметить, что региональные трудности неразрывно связаны с социально-экономическим аспектом развития территории. Изменение концепции стратегии развития приведет к систематическому обеспечению целеориентированной самоорганизации общества в социальном, экологическом и экономическом направлении в масштабе региона. В этом аспекте устойчивое развитие предполагает обеспечение экологической безопасности, социальной защищенности и экономической эффективности.

Становление данного типа экономики, которая бы обеспечивала сохранение экологии, составляет одну из главных задач устойчивого развития, причем экологическая составляющая должна рассматриваться не в качестве источника пополнения ресурсной базы, а как основа для эффективной жизнедеятельности, сохранение которой выступает важнейшим условием социально-экономического развития.

Базируясь на идеях современной концепции государственного и муниципального менеджмента, опыте, накопленном в ряде субъектов России, при осуществлении диагностики результативности и эффективности развития социально-экономической сферы, на наш взгляд, следует использовать такие блоки показателей, как: экономический, характеризующий экономические возможности субъекта и показатель его развития; социальный, охватывающий потенциал в демографическом аспекте, качество жизни общества. Использование указанного набора показателей, по нашему мнению, дает возможность дать комплексную оценку уровня эффективности и результативности процесса социально-экономического развития территории, поскольку они охватывают ключевые характеристики жизнедеятельности: репрезентативны, а именно выражают указанные характеристики глубоко и адекватно.

В последнее годы все чаще встает вопрос о том, какие показатели необходимо применять в целях оптимизации пространственно-экономических трансформаций региона. Чтобы результативно осуществлять управление субъектом, административный аппарат должен быть в состоянии оптимально перераспределять ресурсы (финансовые, материальные, трудовые и др.), а в частности, способен предвидеть последствия этого перераспределения.

На сегодняшний день в практике управления региональным хозяйством не существует формализованных алгоритмов, связывающих методы управления хозяйством с перспективными процессами и состояниями, другими словами, отсутствует корректный инструмент прогнозирования эффективного управления регионом. По нашему мнению, частными характеристиками эффективности региональной экономики выступают уровень производительности трудовой деятельности, фондоемкость, трудоемкость и ресурсоемкость выпускаемой продукции.

Оптимизация пространственно-экономических трансформаций в регионе обусловливается обеспечением постоянного поддержания устойчивости или экономического роста при минимальных издержках, экономической и социальной безопасности, содействующих более полному удовлетворению материальных и духовных потребностей граждан в регионе.

В рамках таких трансформаций в регионе решения, реализуемые на первоначальных стадиях нестабильности, не в полной мере соответствуют потенциальным рискам развития кризисных явлений, так как в большей степени направлены на преодоление частных территориальных проблем, не касаясь при этом более глубоких кризисных процессов.

На наш взгляд, для оптимизации пространственно-экономических трансформаций в регионе указанные задачи должны быть выполнены преимущественно регионами и муниципальными образованиями. Включение регионов в состав субъектов устойчивого сбалансированного развития предусматривает модернизацию региональной политики. В то же время фундаментом эффективной региональной политики выступает адекватная территориальная ресурсно-воспроизводственная основа, что предопределяет формирование стратегических программ развития региона.

В условиях высокой динамики и сложности хозяйственной среды построение модели устойчивого развития экономики региона выступает ключевой проблемой с научной и прикладной точек зрения. В этой связи фактором успешной деятельности в регионе является верное определение роли региона в системе государственного управления и хозяйственной деятельности.

Анализ условий, оказывающих влияние на разработку и реализацию программ устойчивого развития различных регионов, осуществленный на примере Краснодарского края, дает возможность сделать вывод о недейственности институциональных технологий, активизирующих инновационную активность всех участников региональной экономической системы.

Для достижения результативности управления инновационным потенциалом территории, формирования мероприятий повышения устойчивости и сбалансированного регионального хозяйства нами построен алгоритм сбалансированности управления устойчивым развитием региона

В процессе мониторинга основных трудностей развития Краснодарского края как региона базового эксперимента, преодоление которых представляется возможным только на основе полномасштабного использования принципов устойчивого развития, были определены главные проблемные участки социально-экономического развития края и разработаны приоритетные направления деятельности по использованию принципов устойчивого развития в практике управления территорией.

Современная ситуация в хозяйственной системе Краснодарского края отличается довольно высоким уровнем развития малого и среднего предпринимательства. Однако одновременно с благоприятными тенденциями существует и ряд причин, сдерживающих экономическое развитие края, к которым целесообразно отнести снижение ликвидности, неплатежи, уменьшение инвестиционной активности на отдельных территориях. Для преодоления указанных трудностей в экономической отрасли Краснодарского края, на наш взгляд, требуется смещение приоритетов в плоскость построения устойчивой финансово-ресурсной основы малого и среднего бизнеса.

Анализ, проведенный нами в ходе исследования, обусловливает утверждение, что в современных условиях экономическая система Краснодарского края отличается высоким уровнем устойчивости экономики.

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ

1. Авласович, регионов: тенденция развития: Монография / , и др. – Волгоград, 2009.

2. Акимова экономики устойчивого развития / . – М., 2013.

3. Альгина, развитие региона: концепция и мониторинг // Экономика устойчивого развития. – 2012. – №5.

4. Андреев, региональной экономики / . – М., 2012.

5. Андреев, , , Э. В., Региональная экономика / , , . – СПб., 2012.

6. Аралбаева, как инструмент исследования региональной социально-экономической системы // Вестник экономической интеграции. − 2008. − № 5.

7. Аралбаева, направления мониторинга региональной социально-экономической системы / . – М., 2009.

8. Байгереев, М. Корпоративность социальной ответственности государства и гражданского общества // Человек и труд. − 2005. − № 8.

9. Баранов, межрегиональной дифференциации // Региональная экономика: теория и практика. − 2007. − №6.

10. Барабанов структурных сдвигов экономики региона// Проблемы развития территории.- 2012.-№1.-Т. 57.

11. Бардаков, аспекты формирования условий устойчивого развития экономики региона // Экономический вестник Ростовского государственного университета. – 2009. – №1.

12. Бастрыкин, развитие предприятия как фактор стабильного развития региона // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки, − 2008. − №5.

13. Батурин, природопользования в условиях устойчивого развития // Государственное и муниципальное управление. Ученые записки СКАГС. – 2001. – №4.

14. , Шанин показателей оценки эффективности экономической деятельности промышленного предприятия // Общество: политика, экономика, право. – 2012. – №1.

15. Белокрылова экономика и управление / . – М., 2013.

16. Бельгисова, условия устойчивого развития регионов // Известия Российского государственного педагогического университета им. , 2009. − №96.

17. , , «Зеленая» экономика как двигатель устойчивого развития // Сибирский торгово-экономический журнал. – 2012. - №15.

18. Бизяркина, экологически устойчивого развития / . – М., 2007.

19. Бобков, В. Влияние финансово-экономического кризиса на отечественный рынок труда и уровень жизни граждан // Человек и труд. – 2010. – №4.

20. Бобылев, устойчивого развития: региональное измерение / Бобылев по региональной экологической политике. − М., 2007.

21. Бобылев, оценка издержек для здоровья населения России от загрязнения окружающей среды / , , И др. −М., 2002.

22. Бобылев, на пути антиустойчивого развития? // Вопросы экономики. – 2004. – № 2.

23. Бобылев, устойчивого развития / , , Р. А. – М., 2004.

24. Богатырёв, В. Об актуальности создания «социального госплана» в регионе // Человек и труд. – 2011. − №11.

25. Большаков, С. Социальная ответственность бизнеса: методы оценки // Человек и труд. − 2012. − № 8.

26. Большой экономический словарь / под ред. . – М., 1997.

27. Бондарев, система мо­ниторинга социально-экономического развития ре­гиона // Регион: экономика и социология. – 2009. – №2.

28. Булгакова, JI. H. Методические аспекты формирования условий устойчивого развития экономики региона // Экономический вестник Ростовского государственного университета. 2009. − №1.

29. Булгакова, и оценка взаимосвязей показателей предельной производительности ресурсов и интенсификации производства на предприятиях отрасли (региона) // Управленческий учет. – 2008. − №4.

30. Бушмин, И Основные подходы к формированию стратегических партнерств государства и бизнеса на региональных и локальных рынках труда // Человек и труд. − 2012. − № 5.

31. Вагин, А. Оценка устойчивости развития эколого – социально-экономических районов // Диалог. – 1999. – №2.

32. Варшавский, планирование социально-экономического развития региона / , , и др. – Краснодар, 2008.

33. Васильев, потенциал Российской Федерации и регионов ЮФО: проблемы формирования и использования в условиях экономического кризиса: монография / .– Р-н-Д., 2010.

34. Вернадский, мысли натуралиста [Текст] / . – М., 1988.

35. Видяпин экономика: Учебник / . – М., 2012.

36. Вукович конкурентоспособности предприятия как результат эффективизации его кадровой политики // Вестник государственного торгово-экономического университета (РГТЭУ), – 2009, – №9.

37. , Бухтаяров социально-трудовых в России // Современные наукоемкие технологии, – 2008, – №1.

38. Вукович рабочей силы: компетентностный подход // Экономика устойчивого развития, – 2011, – №8.

39. Гусев, -правовые аспекты экологически устойчивого развития // Экономика природопользования, − 2007, − № 5.

40. Данилов-Данильян, и проблемы охраны окружающей среды в РФ // Научные и технические аспекты охраны окружающей среды. – 1995. – № 10.

41. Данилов-Данильян, вызов и устойчивое развитие / -Данильян, . – М., 2000.

42. Джери, Д. Большой толковый социологический словарь / Д. Джери, Дж. Джери // – М., 1999. – Т. 2.

43. Дмитриев, аспекты устойчивого развития региона / , , . – М., 2004.

44. Дудка региональной экономики сквозь призму модернизации// Известия Тульского государственного университета: экономические и юридические науки. – 2011. – №1-1.

45. Ермолаев, повышения эффективности управления социально-экономическим развитием региона // Регионология. – 2010 – № 4.

46. Забелин, С. Глобализация или устойчивое развитие. / С. Забелин, Д. Кортен, Д. Медоуз, Х. Норберг-Ходж, К. Шуберт – М., 1998.

47. Зарубин, -экономический механизм управления устойчивостью воспроизведенного комплекса региона (на материалах Республики Адыгея) / , . – Майкоп, 2011.

48. Зиберт, Х. Эффект кобры / – Спб., 2009.

49. Стимулирование инновационного развития российских регионов // Вестник Института экономики РАН. – 2013. – №5.

50. Игнатов, обеспечения региональной экологической безопасности в сбалансированном природопользовании // Государственное и муниципальное управление. Ученые записки СКАГС. − 2000. – №2.

51. Игнатьев, М. Факторы эффективного социального развития моногородов // Человек и труд. − 2011 − № 9.

52. Имайкина, экономики региона // Регионология. – 2012 – № 2.

53. Индикаторы устойчивого развития России (эколого-экономические аспекты) /под ред. и . – М., 2001.

54. Иогман, региона: от кризиса к устойчивому развитию // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз, 2009. − №7.

55. Использование и охрана природных ресурсов в России // Бюллетень НИА «Природные ресурсы». − 2003.− № 9-10.

56. Калинина многофакторная оценка эффективности управления регионом в условиях модернизационных преобразований российской экономики // Вестник ВолГУ. Серия 3. Экономика. – 2012. — № 1 (20).

57. Калинина безопасность региона: сущность, угрозы и меры обеспечения // Сибирский торгово-экономический журнал. – 2010. - №10.

58. Калиникова социально-экономическим потенциалом региона / – СПб., 2012.

59. Кистанов, экономика России: Учебник / , . − М., 2011.

60. Климов, развитие и проблемные территории: социально-экономические аспекты / – М., 2006.

61. Ковалева эффективности инновационной составляющей устойчивого развития // Проблемы современной экономики. – 2011. – №3.

62. Концепция Стратегии социально-экономического развития регионов Российской Федерации. [эл. ресурс]: Режим доступа: http://www. *****/

63. Коптюг, ООН по окружающей среде и развитию (Рио-де-Жанейро, июнь, 1992) // Информационный обзор, РАН, СО. – Новосибирск, 1992.

64. Кормановская, эффективности управления устойчивым развитием региона // Санкт-Петербургский государственный университет сервиса и экономики, − 2009.

65. Коршунов и экономические аспекты устойчиво-безопасного развития региона // Ползуновский Альманах. – 2011. – №3.

66. Корчагина оценки устойчивого развития региональных социально-экономических систем // Проблемы современной экономики. – 2012. – №1.

67. Криничанский -экономические аспекты формирования модели регионального развития в России// Региональная экономика: теория и практика. – 2013. – №7(286).

68. Ксенофонтов, устойчивого развития российских регионов: конкурентоспособность и инвестиции // Вестник университета Российской академии образования. − 2010. − № 1 (49).

69. Ксенофонтов, и методология управления сбалансированным развитием регионов / . – Краснодар, 2010.

70. Ксенофонтов, системы индикаторов сбалансированного развития региона // Экономика и управление / Сборник научных трудов. Часть I. – СПб., 2010.

71. Кувшинова, О. Новые центры / О. Кувшинова, Е. Кравченко.// Ведомости. – 2009. − № 211 (2481).

72. Кузнецов, толковый словарь русского языка/ . – СПб., 2000.

73. Курнышев, экономика. Основы теории и методы исследования: учеб. пособие для вузов / , . – М., 2010.

74. Леш, А. Теория о размещении производственных сил или Теория пространственной экономики. / А. Леш: Пер. с нем. – СПб., 2010.

75. Мальцева, Е. Миграция трудовых ресурсов как индикатор состояния рынка труда и социально-экономического развития территорий // Человек и труд. − 2011. − №4.

76. Мартышина развитие как концептуальная форма проявления динамической устойчивости региона // Вестник Адыгейского государственного университета. Серия 5: Экономика. – 2013. – №2(120).

77. Матвеев, факторы развития национальной промышленности // Экономические науки. – 2011. – №82.

78. Мекуш, политика и устойчивое развитие. / − М., 2007.

79. Методические подходы к выбору стратегии устойчивого развития территорий. / В 2-х томах под общей ред. – Днепропетровск, 1996.

80. Микишин, развития российского и европейского рынков газа // Нефтегазовая вертикаль − 2000 − № 9.

81. Моисеев, В. Особенности взаимодействия власти и бизнеса в социальной сфере регионов // Человек и труд − 2012. − № 4.

82. Моисеев, теории оптимальных систем / . – М., 1975.

83. Молчанова, региональная политика и ее роль в управлении социально-экономическим развитием макрорегиона (на примере Южного и Северо-Кавказского федеральных округов) // Научный вестник УрАГС: политология, экономика, социология, право. − 2011. − № 1.

84. Наше общее будущее. Доклад Международной комиссии по окружающей среде и развитию (МКОСР); пер. с англ. – М., 1989.

85. Невейкина тенденции социально-экономического развития российских регионов // Региональная экономика: теория и практика. – 2013. – №7(286).

86. О Стратегии социально-экономического развития Краснодарского края до 2020 года / Закон Краснодарского края от 01.01.2001 г. [эл. ресурс]: Режим доступа: http:// www. *****

87. Овсиенко, развитие: концепция и стратегические ориентиры // Экономика и математические методы, том 43, − 2007. − № 4.

88. Осипов, России. Правовые, социально-экономические и научно-технические аспекты. Региональные проблемы безопасности с учетом риска возникновения природных и техногенных катастроф / [и др.]. – М., 1999.

89. Основные положения региональной политики в Российской Федерации. Утверждены Указом Президента  № 000 РФ от 3г. [эл. ресурс]: Режим доступа: http:// www. *****›

90. Островский, устойчивого развития: национальные аспекты // Сборник материалов Всероссийской научно-технической конференции «Наука − производство − технологии – экология». Киров: Вятский государственный университет, − 2005 г. – т. 2.

91. Парамонов экономика Природно-ресурсные и экологические основы / . – М., 2012.

92. Парето, В. Компендиум по общей социологии / В. Парето; пер. с итал. . – М., 2007.

93. Первушин, С. Возможности предотвращения глобальной экологической катастрофы // Российский экономический журнал. – 1996. – № 2.

94. Перелет, к пониманию устойчивого развития и экономика // Управление пониманием для устойчивого развития. Ярославль, 2003 .

95. Перфилов и типы устойчивости развития региональных социально-экономических систем // Проблемы современной экономики, – 2012. – №2.

96. Пилиев, С. Возможности устойчивого развития // Экономист. – 2001. – № 4.

97. Повестка на 21 век. Конференция ООН по охране окружающей Среды и развитию, Рио-де-Жанейро, июнь 1992 г. Извлечения. М.: Центр координации и информации Социально-экологического союза, − 1997.

98. Попов, региона: теория, методология, методика: монография / . – М., 2012.

99. Портер, М. Конкуренция. / М. Портер - М., 2003.

100. Постановление главы администрации (губернатора) Краснодарского края от 21 октября 2011г. No1204 «О постоянно действующем Общественном экологическом совете при главе администрации (губернаторе) Краснодарского края» [эл. ресурс]: Режим доступа: http://www. *****›

101. Путь в XXI век: стратегические проблемы и перспективы российской экономики / рук. авт. колл. . – М.: -во «Экономика», 1999.

102. Пчелинцев, экономика в системе устойчивого развития / – М.: Наука, − 2004.

103. Радченко, демографических и миграционных процессов в развитии общества // Регионология. – 2012 – № 1.

104. Райзберг, экономики. / , – М., 2008.

105. Райзберг, экономический словарь / , , . – М., 1999.

106. Региональная экономика. Природно-ресурсные и экологические основы / Под ред. В. Глушковой, Ю. Симагина. – М., 2012.

107. Региональная экономика/ под ред. проф. . – М., 2008.

108. Региональная экономика / под ред. . - М., 2012.

109. Регионы России. Социально-экономические показатели [эл. ресурс]: Режим доступа: http://www. *****

110. Регионы: общее и особенное. // Человек и труд. − 2011. − №4.

111. Розенберг, ступени перехода к устойчивому развитию // Вестн. РАН. – 1996. – Т. 66. – № 5.

112. Россия в цифрах: Стат. сб. – М., 2012.

113. Самуэльсон, П Экономика / П. Самуэльсон, В. Нордхаус: Пер. с англ. − М., 1999.

114. Скатершикова, проблемы и направления социально-экономического развития ЮФО // Региональная экономика: теория и практика. – 2008 – № 20.

115. Скуфьина, развитие России в контексте глобальных процессов // Пространственная экономика. – 2007. – №4.

116. Смирнов, аспекты формирования концепции и парадигмы эффективного социально-экономического развития региона // Региональная экономика: теория и практика. – 2008. – № 10.

117. Социальный атлас российских регионов – [эл. ресурс]: Режим доступа: http://www. atlas. *****

118. Стратегия и тактика развития экономики России до 2020 года на федеральном и региональном уровнях: Монография // Под общ. ред. , . - М., 2011.

119. Территориальный орган федеральной службы государственной статистики по Краснодарскому краю. [эл. ресурс]: Режим доступа: http://www. *****

120. Титов, управления социально-экономическим развитием регионов // Региональная экономика: теория и практика, – 2009. – №4(97).

121. Указ Президента Российской Федерации от 21 августа 2012 года № 000 «Об оценке эффективности деятельности органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации» [эл. ресурс]: Режим доступа: http://www. *****›

122. Умаханов, развитие региона: модель, основные направления, концепция. / , . – М., 2006.

123. Ушакова, осмысление современных проблем устойчивого развития региона // Региональная экономика: теория и практика, − 2009. − №35(128).

124. Федотов, , Земля, человечество, экономика // Экономист. – 1995. − №11.

125. Фетисов и региональное управление / . – М., 2013.

126. Чапек экономика / . – М., 2011.

127. Шалмуев, -методологические основы устойчивого развития региона // Инновации, −2006. − №3.

128. Щеулин, А. С. О новой парадигме управления региональным развитием // Устойчивое развитие. Наука и практика. – 2002. – №1.

129. Щеулин, инновационное региональное развитие как научно-прикладное направление // Устойчивое развитие. Наука и Практика. – 2004. – № 2.

130. Экология и экономика природопользования: Учебник для вузов/. под общей ред. − М., 1998.

131. Экономика / под ред. , . – М., 2008.

132. Экономический словарь / под ред. . – М., 2007.

133. Яшалова факторов обеспечения устойчивого эколого-экономического развития регионов // Региональная экономика: теория и практика. – 2013. – №17(296).

134. B-news : новости экономики и бизнеса. [эл. ресурс] Режим доступа: http://www. bin-n. *****.

135. Boudeville J.-R. Problems of Regional Economic Planning. Edinburgh, 1966.

136. Becker, Gary S. Human Capital. N. Y.: Columbia University Press, 1964.

137. Bogoviz A. V., Vukovich G. G., Stroiteleva T. G. Operation and Develovment of the Regional Labor Market // World applied sciences journal, 2013.

138. Bogoviz A. V., Vukovich G. G., Stroiteleva T. G. Study of Regional Labor Market Based on Factor Analysis // World applied sciences journal, 2013.

139. Forrester J. W. World Dynamic. Cambridge, 1971.

140. Meadows, D. H. The Limits to Grow – A Report for the Club of Rome’s Project on the Predicament of Mankind / D. H. Meadows, D. L. Meadows, J. Randers, W. W. Behrens. – New York, 1974.

141. Human Development under Transition / Summaries of National Human Development Reports? 1966. N.-Y. Turope and CIS. 1966.

142. Goodland, R. J. A. Imperatives for environmental sustainability: decries / R. J. A. Goodland, H. E. Daly, J. Kellenberg.

143. Serageldin, I. (Eds). Making Development Sustainable. From Concepts to Action // Environmentally Sustainable Development Occasional Paper Series. № 2. The World Bank. Washington: D. C., 1994.

144. Leontev, V Input-Output Analysis, in Encyclopedia of Materials Science and Engineering. Oxford, England: Pergamon Press, Ltd., 1986.