Доклад, посвященный 700-летнему юбилею преподобного Сергия Радонежского
«Лавра и Смутное время»
К концу XVI века Троицкий монастырь был крупнейшим монастырём России; в его собственности насчитывалось 2780 поселений, велась активная торговля — торговые суда монастыря ходили в зарубежные государства.
В 1608 году Троицкий монастырь был окружен мятежными полчищами польско-литовских интервентов, русских изменников, татар, черкесов, казаков, которые поддерживали Лжедмитрия II. Предводителями были литовский гетман Петр Сапeга и пан Александр Лисовский. Число неприятельскаго войска, по показаниям захваченных в плен, простиралось до 30,000 человек.
Защитою обители было, во-первых, упование на всесильную помощь Божию и ходатайственное заступление безсменного Начальника сего монастыря, которому сама Матерь Божия дала обетование быть неотступною от его обители; потом благоразумие и попечительность ее временных правителей архимандрита Иоасафа, келаря Лавры Авраамия Палицына и других.
Троицкая обитель имела тогда более 300 человек братии; в их числе были такие, которые в мире служили отечеству на поле брани. Сверх того, для защиты монастыря были присланы Царем Василием Иоанновичем Шуйским два воеводы с отрядом войска, едва ли превышавшим 500 человек. Их скудное число восполнялось слугами монастырскими и жителями окрестных селений. При всем том число защитников монастыря простиралось до двух с половиной тысяч.
Стены и башни монастыря были снабжены принадлежностями, нужными для осадных случаев. Но непрочность укреплений была видна еще прежде осады. Во многих местах стены имели седины, особенно худа была западная стена. Хлебными запасами обитель была нескудна. А дров и сена не могло быть достаточного запаса. (Во время осады в подмонастырском лесу шли кровопролитные бои за каждое бревно.)
Таким образом, обыкновенные человеческие средства защиты не обеспечивали обители: она не могла положиться ни на число воинов, ни на крепость стен, ни на довольство запасов, – и, если бы Господь, по молитвам Угодника Своего, не сохранил града, конечно, всуе бдели бы стрегущие.
Осада началась 23 сентября 1608 года. Сапега и Лисовский хотели склонить Архимандрита и воевод к добровольной сдаче монастыря, для чего прислали грамоту, обещая милости самозванца, и грозя истреблением в случае упорства. Осажденные не поколебались. «Надежда наша и упование, говорили они, – Святая Живоначальная Троица; стена, заступление и покров наш – Пренепорочная Владычица наша Богородица и Приснодева Мария; помощники наши и молитвенники о нас к Богу – Преподобные отцы наши Сергий и Никон.» И в сем уповании писали к полякам и изменникам: «Да будет известно вашему темному царству, что напрасно прельщаете вы Христово стадо; и десятилетнее отроча в Троицком монастыре смеется вашему безумному совету. Как же вeчную оставить нам святую истинную свою православную христианскую вeру Греческого закона и покориться новым еретическим законам отпадших христианской вeры, которые были прокляты четырьмя вселенскими патриархами? Не изменим ни вере, ни Царю, хотя бы предлагали вы и всего мира сокровища».
Тогда монастырь начали обстреливать со всех окопов из 63 пушек. Стены и башни тряслись, но не падали. Неприятель, обманувшись в надежде скоро овладеть монастырем, решился вести под него подкоп. Осажденные с своей стороны производили частые вылазки, и наносили вред неприятелю.
Враги многократно пытались взять монастырь штурмом. Однажды пономарю Иринарху во сне явился Преподобный Сергий и предуведомил осажденных о новом приступе, который был впоследствие успешно отражен. В скорбное время после очередного нападения явился настоятелю Преподобный Сергий, молящийся пред образом Святой Троицы, и по окончании молитвы, сказал: «бдите и молитеся! Всесильный Господь, по множеству щедрот Своих, еще милует вас, и дает вам время на покаяние.»
Преподобные Сергий и Никон чудотворцы являлись и врагам, грозя и запрещая им. Многие казаки видели около стен монастыря двух старцев, светозарных образом. Один из них кадил свою обитель и ограждал честным и животворящим крестом, а другой кропил святой водой и пел тропари. По ним пытались стрелять, но стрелы и пульки отскакивали от них и, возвращаясь, многих врагов ранили и убили. Некоторые из казаков, видя знамения и осуждение от чудотворцев, покаялись и бежали от монастыря.
В день Архистратига Михаила неприятельские ядра пробивали святые иконы, от чего народ пришел в ужас; церковное пение замедлялось от плача. Но тогда же изнемогшему от уныния Архимандриту явился Архистратиг Михаил с лицем сияющим, и скипетром в руках, и грозя врагам, говорил: «вскоре Всесильный Бог воздаст вам отмщение». Упование на помощь Божию еще более укрепилось, когда некоторые старцы и миряне видели Преподобного Сергия ходящего по монастырю и зовущего братию в церковь. Каждый раз, ободренные видениями, защитники отражали неприятеля.
Когда узнали, под какую башню ведется подкоп, обороняющиеся построили напротив нее вторую стену, а затем в ходе вылазки двое крестьян взорвали подкоп и сами сделались жертвой своего подвига.
Осажденные предпринимали множество успешных вылазок на неприятеля. Быстро разнесшаяся по России весть о славном бое за Троице-Сергиеву Лавру послужила сильным ободрением для верных сынов отечества на защиту земли Русской, опустошаемой врагами.
Сапега намеревался взять монастырь измором, но осажденные в своих вылазках выказывали неодолимое мужество, и по временам наносили неприятелю значительный ущерб. Даже не умевшие владеть никаким оружием порой останавливали толпы врага.
От тесноты, сырости, недостатка чистой воды в монастыре началась цинга. Умирало по нескольку десятков человек в сутки. Стоны раздавались в стенах монастыря днем и ночью. Во время эпидемии умерло свыше двух тысяч человек. Всех умерших относили в Успенский собор.
В тоже время недостойные воины, забыв страх Божий, предавались безчиниям, пиршествам, упиваясь крепкими медами. Однажды, когда воины, побежденные страстями, с робостью шли на брань против поляков, приступавших к стенам, встретил их муж святолепный, идущий от надворотной церкви Чудотворца Сергия, и грозно сказал им: «что вы трепещете? Если и никто из вас не останется в живых, Господь не предаст святого места сего. Не будет услышано во вразех, яко пленихом обитель Пресвятыя Троицы. Скажите в обители, что нечисто живущие в святом месте сем погибнут; Господь не нечистивыми спасет место сие, но имени ради Своего без оружия избавит».
Из-за губительной болезни к концу зимы людей, способных защищать монастырь с оружием в руках, осталось менее 2мая с утра стали видны приготовления врага к новому штурму. Скудные числом и большею частию немощные от болезни, но хранимые Богом, защитники монастыря кипятили вар, серу, смолу, таскали известь и камни на стену, очищали окна в нижнем ряду стенных укреплений и вечером все стали на стене для стражи и защиты, – мужчины и женщины. Когда смерклось, пальбой из пушек был открыт жестокий приступ; поляки и литовцы лезли на стену. Но везде были отбиваемы оружием, камнями, известию, смолою, варом. Приступ продолжался с первого часа ночи до первого часа дня. В то время как одни сражались на стенах, другие в храмах молились Всемогущему и Всемилостивому Богу и его угодникам об избавлении от врага. И к утру враги со стыдом и потерею стенобитных орудий и множества людей принуждены были отступить.
Таким образом, несмотря на все трудности монастырь стойко оборонялся, по характеристике самих поляков он был вооружён «людьми, железом и мужеством».
У Сапеги оставалась еще надежда на измену. Много было покушений употребить против монастыря оружие коварства: но и в сем не было успеха. Язвой измены заразились даже казначей монастыря и один из воевод, но их замыслы открыть полякам ворота были заблаговременно раскрыты.
Летом 1609 г. была предпринята попытка нового приступа, который решили произвести как можно правильнее, расстановка войск тщательно планировалась. Для приступа велено было ожидать сигнала. Но все распоряжения расстроились от того, что вестовая пушка сделала выстрел ранее надлежащего. И осаждающие в беспорядке отступили, убив одну женщину на стене. А сколько было защитников в монастыре? Не более 200 человек, изнуренных и томительной осадой и немощью. Не явно ли заступление невидимой силы?
12 января 1610 г. осада, продолжавшаяся 16 месяцев, была снята русскими войсками под предводительством князя Михаила Скопина-Шуйского. Освобождение Лавры от осады торжествовала с ней вся Россия.
Настоятель монастыря архимандрит Дионисий (Ржевитин) и келарь Авраамий Палицын в письмах-грамотах поднимали дух русского воинства, убеждали собрать силы для защиты Москвы. Сергиева обитель пожертвовала на защиту Отечества драгоценные вещи из ризницы и значительные денежные суммы, принимала у себя раненых. Монастырь стал одной из опор Второго ополчения Минина и Пожарского. В эти смутные годы святая обитель поистине стала оплотом русской национальности, она влила веру и мужество в сердца русского народа и много способствовала освобождению России от иноземцев.
А. Кудрявцев
Список литературы
1. . Историческое описание Свято-Троицкия Сергиевы Лавры. Часть I. Глава VI. С. 100–1г.
(http://www. *****/lib/book4/chap6.htm)
2. Сказание Авраамия Палицына. Гл. 7 – 51. СПб. 1909 г.
(http://www. *****/lib/palitsin/palitsin-index. php)
3. Википедия
(http://ru. wikipedia. org/wiki/Троице-Сергиева_лавра)
