Номинация – Пьеса - сказка
Мухаметова Ирина
ТЫСЯЧЕЛЕТИЕ КАЗАНИ
Пьеса для чтения
Действующие лица
Маша Артемьева
Даша Артемьева
Наташа Артемьева
Елизавета Павловна, очень древняя старушка
Тимур, молодой человек
Олег Игоревич, сосед сестер Артемьевых, ему скоро на пенсию
Сестры – близнецы, тройняшки, хотя это и не обязательно. Их возраст также не определен. Им может быть как 17, так и 57 лет. Даже, может быть, и так, что в каждом конкретном спектакле, играют актрисы определенного возраста. Например, в одном спектакле исполнители – это молоденькие девочки, а в другом – пенсионерки.
У всех троих сестер волосы могут быть покрашены в разный цвет. Например, одна из них – блондинка, другая – брюнетка, а третья – рыжая.
Во время исполнения пьесы должно присутствовать ощущение, что за действующими лицами постоянно следят. А для этого время от времени должны раздаваться подозрительные звуки, слышатся чьи-то шаги, мелькать чьи-то тени.
Действие 1
Часть 1
Редакция газеты «Клуб хороших дел» в Казани. Большие окна и массивная дверь. На стене плакат «Тысячелетие Казани». Несколько шкафов, столов и стульев. На столах - компьютеры. Совладелицы газеты – сестры Артемьевы готовятся к приему посетителей. Маша двигает стол и стулья, а Даша и Наташа перетаскивают кипы бумаг с одного места на другое. Маша выглядывает за дверь.
Маша: Заканчивайте! Уже кто-то пришел.
Даша: Сейчас.
Наташа: В редакции газеты «Клуб хороших дел» все должно быть идеально.
Даша: Кто, кстати, там за дверью?
Маша: Какая-то древняя старушенция!
Наташа: Значит, опять будет на соседей жаловаться.
Маша: Или на родственников.
Даша: Сейчас мы все сами услышим.
Маша открывает дверь.
Маша: Заходите, пожалуйста.
с сумкой.
Маша: Здравствуйте! Проходите, садитесь сюда.
Даша: Здравствуйте!
Наташа: Здравствуйте!
Елизавета Павловна: Добрый день!
Елизавета Павловна садится.
Елизавета Павловна: Это редакция газеты «Клуб хороших дел»?
Даша: Да, это редакция газеты «Клуб хороших дел».
Елизавета Павловна: А вы - сестры Артемьевы?
Наташа: Да, это мы.
Даша: Мы - сестры Артемьевы.
Елизавета Павловна: Ваши фамилии и имена написаны на последней странице газеты. Извините, но можно мне посмотреть ваши документы?
Маша: Что?
Елизавета Павловна: Документы.
Даша: Почему такая предосторожность?
Маша: Вот, пожалуйста, мой паспорт. Но зачем вам это?
Маша достает из сумки паспорт и передает Елизавете Павловне, та внимательно его рассматривает.
Елизавета Павловна: Я должна быть уверена, что вы - это вы.
Наташа: Это мы.
Елизавета Павловна: Теперь я вижу, что это так.
Даша: Тогда начинайте рассказывать, с чем вы к нам пришли.
Наташа: Мы вас внимательно слушаем.
Елизавета Павловна: У меня к вам дело.
Елизавета Павловна замолкает. Сестры терпеливо ждут.
Елизавета Павловна: Понимаете, я уже очень давно живу на свете. Вы не поверите, но мне уже почти 100 лет.
Наташа: Не может быть!
Елизавета Павловна: Уверяю вас, что такое иногда случается. И со мной в любой момент может произойти все. Сами видите, какая на улице стоит погода! И в мире что делается! А здоровье у меня уже не то. И я чувствую, что дни мои сочтены.
Маша: Что вы!
Наташа: Никто не знает, сколько ему жить на свете.
Елизавета Павловна: Я знаю. Но дело сейчас не в этом. Мне надо кому-то передать тайну, которую я храню несколько десятков лет.
Наташа: Тайну?
Даша: Вы это серьезно?
Елизавета Павловна: Абсолютно! Такими вещами не шутят. Вы согласны, чтобы эту тайну я передала вам?
Наташа: Смотря, какая это тайна!
Маша: Разберемся.
Елизавета Павловна: Вам может показаться, что я все это придумала или что я сошла с ума, но уверяю вас, что это не так.
Маша: Да говорите же, наконец, в чем дело!
Наташа: Мы согласны вас выслушать.
Даша: Начинайте!
Елизавета Павловна: Только не перебивайте меня.
Маша: Хорошо.
Наташа: Мы вас слушаем.
Елизавета Павловна: Моя фамилия Чернобелова. До революции 1917 года наша семья была очень известна в Казани. У нас было несколько домов. В одном из них располагался известный магазин, который вспоминают до сих пор. Потом, конечно, у нас все отобрали, но некоторые дома еще существуют, и дом, где был знаменитый магазин, тоже стоит. Там сейчас продают книги.
Наташа: Вы в нем живете?
Елизавета Павловна: Нет, моя квартира в пристрое к нему, тоже кстати дореволюционном. Но квартира отдельная и почти со всеми удобствами.
Наташа: Понятно!
Маша: А где находится этот дом? Не рядом с Университетом?
Елизавета Павловна: Скорее рядом с Кремлем!
Маша: Тогда я его знаю. И вы все тоже. Мы в нем постоянно книги покупаем.
Наташа: А, понятно!
Даша: Ясно, где это.
Елизавета Павловна: Но сейчас главное не это. Не будем отвлекаться… Я должна рассказать вам одну историю. И историю очень оригинальную! В Казани где-то спрятаны огромные сокровища.
Наташа: Что?
Маша: Золото?
Елизавета Павловна: Этого я не знаю. Но, скорее всего, да, золото. Это фонд для поддержки великих людей страны. Великий фонд! Как я поняла, здесь и город был заложен, потому что Казан - это значит, котел. Котел с золотом и деньгами.
Маша: Не может быть!
Елизавета Павловна: Это началось очень давно. Больше тысячи лет назад. И этот Великий фонд продолжал действовать до начала двадцатого века. А мой отец в течение своей жизни отвечал за его хранение.
Маша: Не может быть!
Наташа: Ну и дела!
Даша: Не перебивайте!
Елизавета Павловна: Фонд управлялся Великим советом. Кто в него входил, я не знаю. Но этот фонд решал, кому из людей помочь материально, чтобы они принесли нашей стране славу и мировое уважение. За этими людьми какое-то время наблюдали, а потом, если они отвечали заданным критериям, то начинали помогать. Вы же прекрасно понимаете, что если материальные вопросы как-то решены, то остается время и на великие свершения.
Маша: А Великий совет тоже находился в Казани?
Елизавета Павловна: Этого я не знаю.
Наташа: Что-то мне во все это не очень верится!
Даша: Какие у вас есть всему этому доказательства?
Елизавета Павловна: Прямых никаких. А косвенных достаточно! В Казани начался рост таких личностей, как Толстой, Горький, Ленин, Шаляпин, Лобачевский, Бутлеров! Вам этого мало?
Маша: Так, спокойно! То есть вы хотите сказать, что за ними следили, а потом им давали денежки?
Елизавета Павловна: Примерно так! Понимаете, деньги быстрее помогают раскрыться тому, что в человеке заложено. Как положительным, так и отрицательным качествам. Великим людям эти деньги помогали создавать великие произведения.
Маша: А они, эти люди, знали, что им помогают?
Елизавета Павловна: Это мне неизвестно.
Наташа: Как интересно!
Даша: Подождите! Но в России были и другие великие люди, а не только те, которые какое-то время жили в Казани!
Елизавета Павловна: А вы уверены, что они здесь никогда не бывали?
Даша: Нет, не уверена. Но проверить это будет очень сложно.
Елизавета Павловна: Давайте примем пока без доказательств, что Великий совет осуществлял свою деятельность по всей нашей стране.
Маша: Ладно, будем считать, что вы нас уговорили!
Даша: А так как в 20 веке никаких особенно ярких личностей в России не появилось, то, наверное, можно с большой долей вероятностью сказать, что Великий совет никому после семнадцатого года деньгами не помогал.
Наташа: Слов нет!
Маша: А вы не думаете, что Великий фонд просто взял и кончился?
Елизавета Павловна: Нет, это не так. Не использована даже маленькая часть его. И из-за этого я и пришла к вам.
Наташа: Как интересно!
Маша: Это вам рассказал ваш отец?
Елизавета Павловна: Нет, это мне рассказала моя мама. А ей – мой отец.
Даша: Подождите! Значит, вы уверены, что этот фонд существует и его до сих пор не нашли?
Елизавета Павловна: Да, не нашли. Мне, по крайней мере, ничего подобного неизвестно!
Маша: Да, мне тоже кажется, что если бы такие огромные денежки нашли, то какие-то слухи по городу ходили бы.
Наташа: Естественно. Помните, сколько говорили о ханском золоте?
Елизавета Павловна: А почему вы думаете, что это было ханское золото?
Маша: Действительно, может быть, это и было золото этого Великого совета, передаваемое из поколения в поколение?
Даша: Но кто входил в этот совет? Это-то ваш отец знал?
Елизавета Павловна: Мне ничего об этих людях неизвестно. Может быть, отец и не знал этих людей лично. Он же только отвечал за сохранность фонда и за своевременную выдачу денег тем людям, кому Великий совет решал помочь в этой жизни.
Наташа: Неужели у вашего отца никогда не появилось желание присвоить себе эти деньги?
Елизавета Павловна: Он получал достойное вознаграждение за свою работу, а потом мой отец был очень порядочный человек.
Наташа: Да уж!
Даша: Значит, ваш отец также организовывал сохранность этого фонда. Так?
Елизавета Павловна: Так. И за это ему щедро платили.
Даша: Но он же не мог оплачивать эту охрану золотом!
Маша: Как он платил эти так называемые стипендии?
Елизавета Павловна: Наверное, он переводил золото в деньги через посредников. И потом я не могу утверждать, что там было именно золото. Отец ничего такого маме не говорил. Я только могу обо всем догадываться. Я еще раз вам повторяю, что мой отец только выдавал деньги из фонда по распоряжению Великого совета людям, который этот совет ему указывал.
Маша: Это же сенсация!
Наташа: Это тайна!
Даша: И теперь вы весь этот груз хотите переложить на наши плечи?
Елизавета Павловна: У меня нет другого выхода.
Маша: Тихо! Мне кажется, что за дверью кто-то стоит.
Маша открывает дверь. От двери отпрыгивает и убегает Тимур. Сестры и Елизавета Павловна его не видят. Где-то хлопает еще одна дверь.
Часть 2
Сестры выглядывают в окна и дверь.
Маша: Там кто-то был.
Даша: Подозрительно.
Наташа: Никого.
Даша: Там мог быть какой-то посетитель, который пришел к нам в редакцию.
Маша: Вполне естественно. Сегодня же день приема.
Наташа: И, значит, этот посетитель мог все слышать!
Маша: Какой кошмар!
Наташа: И мы не знаем, кто это!
Даша: Так, спокойно! Сейчас уже ничего не изменить. Но впредь нам надо быть острожными.
Елизавета Павловна: Но это еще не все.
Маша: Не все?
Елизавета Павловна: У меня есть одна шкатулка. Вы сейчас ее увидите.
Елизавета Павловна достает из сумки шкатулку. Сестры ее рассматривают, даже берут в руки.
Маша: Довольно-таки тяжелая!
Елизавета Павловна: Как я понимаю, мои родители этой шкатулкой очень дорожили. Но сначала этот мир покинул отец, потом пришел черед и мамы. И вот тогда она показала мне и сестрам эту шкатулку и рассказала о Великом фонде и Великом совете. Да, я забыла вам сказать, что нас было три сестры, как и вас. Сейчас их уже тоже нет в живых. Никого уже нет. Одна я совсем осталась! Да, о чем это я? Ах, да! Мама взяла с нас слово, что если за этой шкатулкой в течение жизни к нам никто не придет, то в старости та из нас, которая будет последней, передаст ее на хранение или своим детям, или достойным людям, которых она сама выберет. И вот теперь наступило такое время. Ни детей, ни внуков у меня нет. Поэтому я почти год наблюдала за вашей газетой, и пришла к выводу, что из всех моих знакомых, вы больше других подходите для этой шкатулки.
Маша: А у ваших сестер внуки, дети были?
Елизавета Павловна: Нет.
Даша: Понятно. А еще скажите, вы были замужем?
Елизавета Павловна: Нет. И что?
Даша: Я понимаю, куда моя сестра клонит. Может быть, эта ваша шкатулка приносит людям неприятности! А этого нам было совсем не нужно!
Елизавета Павловна: Понимаете, когда я была еще совсем маленькой, случилась, как вы знаете, революция, потом гражданская война, потом Великая Отечественная. И как-то все не сложилось! Но я не думаю, что это связано со шкатулкой. Мы ее получили, когда уже были достаточно взрослыми.
Наташа: А кем вы работали?
Елизавета Павловна: Учительницей. Я всю жизнь отдала в школе.
Даша: Понятно!
Наташа: Можно мы между собой посоветуемся?
Сестры отходят в сторону.
Наташа: Ну что? Берем?
Даша: Нет шкатулки, нет проблемы.
Маша: Перестань! Мне кажется, что надо брать.
Даша: И если эту шкатулку не возьмем мы, то бабушка все равно ее кому-то отдаст. Тогда почему не нам?
Наташа: Правильно!
Маша: Значит, берем?
Даша: Берем!
Сестры возвращаются к Елизавете Павловне.
Даша: Мы берем эту шкатулку!
Наташа: Только давайте откроем ее сейчас все вместе.
Елизавета Павловна: Хорошо, давайте откроем. Вы боитесь, что там может лежать бомба?
Маша: Сами понимаете, сейчас время такое!
Елизавета Павловна: Да-да, конечно.
Елизавета Павловна достает ключ, и сестры открывают шкатулку.
Даша: Что тут?
Наташа: Выцветшие листы бумаги.
Маша: Какие-то счета.
Елизавета Павловна: Я много раз перечитывала здесь все бумаги. По-моему, здесь нет ничего важного. Это какие-то черновики, бессмысленные записи и рисунки. Но это я повторяю, только на мой взгляд. И ничего такого, что объясняло бы, почему наш отец, а потом и мама хранили эту шкатулку, я не нашла.
Даша: Может быть, в ней есть тайник?
Елизавета Павловна: За столько лет мы с сестрами уже много раз давили на все ее выпуклости, столько раз старались как-то сдвинуть хоть какую-нибудь ее деталь, но результат всегда был отрицательным. Мне стыдно сказать, но я даже бросала ее со стола на пол, но из нее так ничего и не выпало. Понимаете, одно время мы надеялась, что в шкатулке каким-то образом спрятаны драгоценности. И если бы мы их нашли, то это нам очень бы помогло материально. Но, увы! Ничего! Поэтому я просто решила выполнить последнюю волю родителей и отдать шкатулку хорошим людям.
Наташа: Спасибо!
Даша: И эта шкатулка – ключ к Великому фонду?
Елизавета Павловна: Не знаю… Но с другой стороны получается, что да, эта шкатулка – ключ!
Наташа: Слов нет!
Даша: И кому вы должны были отдать шкатулку?
Маша: Да, как вы должны ее были передать?
Даша: Этот человек должен был сказать пароль?
Наташа: Или что-то сделать?
Елизавета Павловна: Он должен был упомянуть о Великом фонде и Великом совете. Сами понимаете, что обычный человек о них ничего знать не мог.
Даша: И к вам никто за эти годы не пришел?
Елизавета Павловна: Никто.
Даша: Можно ли дать, например, объявление об этой шкатулке в нашей газете? Например, нам ее как бы подкинули. Мы же о ней абсолютно ничего не знаем. Или может быть, можно написать статью?
Елизавета Павловна: Наверное, это очень опасно.
Даша: Почему? О Великом фонде и Великом совете не будет сказано ни слова.
Маша: Есть подкинутая шкатулка и все.
Даша: Подождите, надо обо всем хорошо подумать!
Маша: Значит, ваш отец точно знал, где лежит этот клад?
Елизавета Павловна: Я так понимаю, что знал.
Маша: Но никому не сказал?
Елизавета Павловна: Нет. Он только дал понять маме, что ключ к фонду в этой шкатулке.
Наташа: Странно, что он ничего вам не объяснил.
Елизавета Павловна: Наверное, он пожалел нас. С таким грузом на душе жить очень тяжело.
Даша: И вы никому о шкатулке не говорили?
Елизавета Павловна: Нет.
Маша рассматривает бумаги в шкатулке.
Маша: Смотрите, здесь какая-то карта!
Елизавета Павловна: Да, я знаю. Это план нашего бывшего поместья.
Наташа: Вашего поместья?
Елизавета Павловна: Да, кроме домов в городе, у нас еще было и поместье. Там мы всегда проводили лето.
Наташа: Тут какие-то крестики!
Елизавета Павловна: Да, я их, конечно, видела. Но только, пожалуйста, не повторяйте наших с сестрами ошибок. Сами понимаете, времена были тяжелыми, мы жили небогато, короче говоря, хоть мне сейчас и стыдно в этом признаваться, мы ездили в наше поместье и там, где указаны эти крестики, копали землю. Можете только представить, как нам это удалось осуществить, через какие трудности пройти!
Даша: А что там было на месте вашего бывшего поместья?
Елизавета Павловна: Тогда и сейчас там находятся санаторий, детский лагерь и чьи-то дачи.
Наташа: И как вы эти крестики находили?
Елизавета Павловна: Очень просто. На местах, указанных на карте, лежали и, наверное, до сих пор лежат большие камни.
Маша: Так может быть, эта карта только и нужна для того, чтобы рассказать об этих камнях.
Наташа: Может быть, сокровища внутри них?
Елизавета Павловна: Нет. Это самые обычные камни. Огромные валуны. Только совсем старые. Мы с сестрами их очень хорошо осматривали.
Наташа: А вы копали под ними
Елизавета Павловна: Да, мы их немного сдвигали и под всеми ними копали.
Даша: Как вам это удалось? Три слабых женщины и какие-то огромные камни!
Елизавета Павловна: В те времена я была учительницей и уговорила свой класс жить летом на природе. Нетрудно понять, что все это происходило в нашем бывшем поместье, хотя дети об этом, конечно, не знали! Там, в поместье, к нам присоединились мои сестры. А двадцать подростков и три слабых женщины – это уже что-то!
Наташа: Короче, вы под всеми этими камнями ничего не нашли!
Елизавета Павловна: Абсолютно ничего!
Даша: А как вы объяснили детям, зачем они копают?
Елизавета Павловна: Это была такая пионерская игра. Я срисовала эту карту. И они как бы искали клад. Сейчас я уже не помню всех деталей, но результат мне известен – под камнями ничего не было и не было никаких следов, что когда-то что-то было.
Наташа: Печально!
Маша: Значит, клад до сих пор не найден!
Елизавета Павловна: Значит, так!
Даша: Сейчас самое главное решить, берем ли мы эту шкатулку или нет, после того, что мы о ней узнали.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 |
