Великой победе посвящается. Вспоминая ветеранов

Семенова Юлия, 13 лет.

РФ, Оренбургская область, горд Кувандык.

Руководитель: ,

учитель русского языка и литературы

МАОУ «Гимназия №1 города Кувандыка»

Великой победе посвящается. Вспоминая ветеранов.

9 Мая - День Великой Победы! Легкий ветерок путается в свежей зелени молодой листвы и разносит по улицам города торжественное: «Дни и ночи битву трудную вели. Этот день мы приближали, как могли». На площади возле памятника Ленину слышны поздравления, читают стихи о войне, поют военные песни. Ветеранов поздравляют с праздником, дарят им цветы. Ордена, медали, счастливые улыбки и слезы радости. По узенькой дорожке бежит девочка пяти-шести лет, за ней идут родители и пытаются хоть немного догнать непоседливого ребенка. Идут они к дедушке - ветерану Великой Отечественной войны. По пути девочка срывает несколько одуванчиков, чтобы подарить эту пушистую частичку солнышка любимому дедушке, Семенову Александру Николаевичу.

За чашкой чая с ароматным бабушкиным пирогом под звуки марша, доносящиеся с экрана телевизора, дедушка Саша заводит разговор о политике, работе и учебе, а потом, с заблестевшими от слез глазами, начнет воспоминания о войне.
- Дедушка, а ты воевал? - спрашивает маленькая непоседа, пристроившись на коленях у деда.
- Да, да, воевал, внучка... Воевал, родная, - мягко произносит дедушка.
- А там, на войне, тяжело было?- спрашивает малышка, не совсем понимая смысла слова, которое слышалось ей сегодня не раз.
- Очень тяжело, но нужно было воевать, освобождать от фашистов нашу страну.

Папа убавляет звук телевизора, мама присаживается рядом с дедушкой, потому что дальше дед продолжит разговор о войне. Эту историю родители будут слушать не в первый раз, но тем ценней она, тем значимей. Нужно запомнить все до мельчайших деталей, чтобы сохранить в памяти, чтобы потом рассказывать своим внукам, правнукам. Потому что память о войне должна жить вне времени и пространства. Зная о войне страшную правду, мы всегда будем стремиться сохранить мир для себя и своих детей.
- Когда началась война, мне было шестнадцать лет. Чтобы взяли на фронт, приписал я себе два года, не зная еще, какие ужасы войны мне придется пройти…

Дед, вздохнув, опустил голову и задумался, воспоминания нахлынули. И вот он, будто бы вновь не восьмидесятилетний старик, а совсем еще юный мальчишка с огромными голубыми глазами и вихрами светло-русых волос. Дедушка продолжает:

- На фронте я видел и голод, и холод, и страдания раненых. Это было страшное время, время войны…. Я могу сказать, что мне даже очень повезло: я не попал в плен, и мне не довелось ощутить на себе страшные муки допросов. Ребята постарше рассказывали мне об этих ужасах. Но страх, скорее, даже ужас я испытал, когда впервые оказался в пекле боя. На моих глазах горели заживо люди. А после сражения в наскоро сооруженном лазарете я видел совсем молоденьких ребят, моих ровесников, без рук, ног, лиц. Иногда при виде раненых солдат я не мог сдержаться от слез. Уже потом я видел подобные картины не раз, одна была страшнее другой, только слез больше не было, иссушила их война. Да и характеры наши закалила. Не смогла война память стереть; до сих пор часто просыпаюсь по ночам оттого, что слышу стоны тех молодых ребят. Имя одного из них помню поныне, потому что звали его, как меня, Александром. Юноша с копной светло-русых волос и большими голубыми глазами.

Дедушка снова замолчал, будто мысленно зажигал свечу памяти за душу этого мальчишки, охваченного пламенем горящего танка.

И снова продолжает дед свою историю. Война охватила величественный Ленинград.

- Пришлось нам туго, когда прорывали Ленинградскую блокаду. Этому сражению суждено было попасть в историю Великой Отечественной войны.
Вспоминаю точную дату: 12 января мы встали на исходные позиции и пошли в атаку, наше положение у Невы. Враг стоял на высоком берегу. Стремительная атака началась в 9часов 30 минут, около 2 часов длилась ожесточенная битва, было очень тяжело. Потом был бросок пехоты, которая разгромила немецкие силы. Немцы не ожидали такого натиска наших войск. Освободили деревню Марьино и рощу «Фиалка». На следующий день мы вошли в рощу «Ромашка», там находился поселок №5.

«Атака», «бросок пехоты», «натиск» - все эти слова доносились до маленькой внучки звонким отголоском. Она совершенно не понимала их значения, но, глядя дедушке в глаза, в которых светились искорки (он будто снова и снова шел в атаку на вражеские позиции), затаив дыхание, вместе со всеми продолжала слушать. Хотя нет, некоторые слова ей были хорошо знакомы: «ромашка» и «фиалка». Так странно было среди разрывов снарядов, криков раненых, скрежета металла слышать о красоте. Но красота была, она лишь только ждала своего часа, ждала окончания ужасов и страданий. Не смогла война опустошить солдатские души.

В завораживающей тишине дедушка продолжал:

- Наши солдаты все лежали в окопах, в то время немцы ожесточенно стреляли. Люди устали, были заметные потери, половину солдат отвели во второй эшелон, люди спали на ходу… Думали мы, что до утра не выживем, но держались целую ночь, как могли. Утром пришло подкрепление, это был паром «Победа», на котором огромными красными буквами написано: «Смерть Гитлеру». Мы отбросили врага! Для меня, совсем еще молодого мальчишки, это был настоящий прорыв, важная победа, первая победа! Мы освободили станцию Синявино и Подгорная. И пусть до окончательного разгрома оставалось еще много времени, но мы верили, что в этой битве победа будет за нами. Душа ликовала, а впереди, словно яркое пламя надежды, проносили гвардейское Красное Знамя.

Особые чувства испытывали бойцы, когда удавалось доставить нам полевую почту. Эти редкие весточки из дома были незримой ниточкой, связывающей нас, солдат, с родными. Читая известия из дома, мы заряжались той силой и мощью, которая была необходима, чтобы вновь и вновь подниматься в атаку, решительно бороться за победу.

Среди писем, полученных тогда, сразу после боя, было письмо-обращение ленинградцев к нам, защитникам Великого города. «Товарищ! Дорогой Товарищ! Пусть любовь и признательность ленинградцев хранит Вас в бою!» - вот такими словами напутствовали нас люди, оказавшиеся в страшном гибельном кольце. В этих словах не только поддержка, в них частичка силы каждого из блокадников, силы, которая им была даже более необходима, чем нам. Но ленинградцы, не задумываясь, делились ею с нами. А мы, видя страшные картины голода, выделяли крохи нашего небогатого провианта жителям близлежащих деревень.

Жестоко дрались фашисты за Ленинград, но не смогли сломить боевой дух и мужество защитников города на Неве. От грохота раскалывались тучи, то опускаясь, то вздымаясь вверх. Все было разгромлено, горела земля под ногами. Петергоф, Пушкино, Красное Село, Шлиссельбург нельзя было узнать – все разбито, разорено и сожжено.

За Гатчину был сильный бой. Здесь стоял гарнизон врага, намного превосходящий наши силы. Был страшный артналет: ничего не слышно и не видно, но выстояли славные сыны своей Родины. 30 месяцев держались и дали отпор врагу! Патриотизм русского народа не утратил особой закалки, раскрыл одну из самых страстных черт его характера – готовность на любые жертвы ради Отчизны!

Именно там я был ранен и контужен, попал в госпиталь. Госпиталь находился в прифронтовой зоне, медикаментов и медиков не хватало. Солдат за солдатом умирали, кто-то от смертельной раны, а некоторые от холода. Из-за того, что у меня была контузия, я не мог говорить, но после того, как я увидел это…. Была зима, и было очень холодно. Умерших хоронить не успевали. Топить было нечем. Увиденное как-то раз мной возле топки было настолько ужасным, что я закричал. Сначала тихо, где-то внутри, а потом во весь голос. Не нахожу слов, чтобы описать увиденное, да, я думаю, вам и так все понятно…

Дедушка снова замолчал. Война стирала грани, заставляла делать вещи, которые в мирной жизни даже и в голову бы не пришли. И тем сильнее становилось желание приблизить ее конец. Чтобы закончились муки и страдания, чтобы люди перестали совершать бесчеловечные поступки.

- Я не спрашивал никого, почему так происходит, я сам понимал весь ужас войны и ночами задавался одним лишь вопросом: зачем нужна война? для кого она нужна? В госпитале я лежал относительно недолго. Многие ребята, мои однополчане, писали своим близким и любимым людям…. Я не писал никому, я думал, что не выживу в этом страшном пекле войны и не хотел подавать бессмысленную надежду… Как я позже узнал, мои родные получили целых три извещения о том, что я без вести пропал, поэтому и они мне не писали… Из госпиталя я вернулся в свою часть, мои однополчане в шутку спрашивали: «Ну как, отдохнул?» Я ничего не отвечал, потому что не могу сказать, что там, в госпитале, мне было плохо, но и о том, что я там отдыхал, говорить язык не поворачивался.

Война… За то время, пока я был в госпитале, на душе всегда было безысходно и тоскливо. Когда вернулся в полк я снова влился в ряды своих однополчан, в колею, когда смерть идет за тобой по пятам и ты уже не можешь думать ни о чем другом, как о войне… Опять мы били немцев, бои не прекращались сутками. Изнемогая, теряли силы, но поддерживали друг друга, помогали друг другу, как могли: добрым словом, криком, просто подставив плечо оступившемуся товарищу. А еще пели песни. О Родине, о мире, о любви, о красоте. Тогда я, юный мальчишка, мечтал о мирной прекрасной жизни, о любви. А еще читали письма (не все, конечно), чтобы поделиться друг с другом теплом домашнего очага, пришедшим к нам оттуда, где нас очень ждали, где верили в нас. И мы наконец-то выстояли, хотя валились с ног… Только теперь я смог получить отпуск, причитавшийся мне по ранению, 23 дня без присутствия смерти и боли.

Всю войну прошел я. Как я выжил в этой страшной войне, не знаю… Видно Ангел-Хранитель у меня был сильный. Ведь выжил… простой, практически безграмотный деревенский парнишка. И не просто остался в живых, а дошел до Победы! Вот, внучка, так мы и воевали, - со слезами на глазах закончил дедушка.
Теперь, сидя за рабочим столом и перебирая ордена и медали деда, я вспоминаю ту теплую погоду, тот день, когда мы засиделись допоздна, ту маленькую девочку, которой я была 9 лет назад. Конечно, вряд ли бы я запомнила всю дедушкину историю, если бы не его тетради, в которых неровным почерком очень скупо дед записал хронику военных лет. Сейчас, осторожно просматривая нашу семейную реликвию, я вспоминаю дедушку, участника и одного из героев Великой Отечественной Войны. Особенно дороги эти воспоминания в дни торжественного празднования 70-летия прорыва блокады под Ленинградом, прорыва, который был осуществлен и при участии моего деда.

прошел всю войну, домой вернулся только в 1947 году. Был награжден двумя орденами Славы, орденом Отечественной войны, многочисленными медалями, в том числе медалью за оборону Ленинграда. Всю свою жизнь честно работал. Вырастил четырех прекрасных детей. Старшим сыном был мой пап - . Для него большим примером в жизни являлся его отец. Может быть, поэтому он тоже воевал, был участником боевых действий в Чечне.

Деда давно уже нет в живых, он умер в 2006 году, я уже стала взрослой. Но каждый год, 9 мая, когда выхожу с букетом гвоздик на праздничную площадь и вижу ветеранов, комок к горлу подходит от тех воспоминаний о героических самоотверженных защитниках Отечества.

В нашей семье свято чтут память об участниках Великой Отечественной войны. Два моих прадеда погибли в боях за освобождение Сталинграда. У нас дома хранятся старая тетрадь с воспоминаниями дедушки о тех Великих годах и награды.

Никогда я не смогу забыть рассказы моего деда о войне, победа в которой была одержана русскими солдатами. Герои! Поклон Вам, живым и павшим за нашу страну, за Родину!