Славные имена чекистов Минщины

К 65-летию освобождения Беларуси

Славные имена чекистов Минщины

(по публикациям пресс-группы

управления КГБ по г. Минску и Минской области)

Содержание

Вступление

Начальники управления

Судьба чекиста

Руководитель спецгрупп

Чекист с наградой полководца

За 2 года от лейтенанта до майора

Участник первого партизанского боя

Командиры и разведчики, бойцы спецгрупп

Четыре Героя, четыре судьбы

Неуловимый учитель

Оперативник, контрразведчик, командир

Разведчица спецгруппы «Родные»

Приблизившая крах «Сатурна»

Вступление

Уважаемые товарищи, дорогие друзья!

65-летие освобождения Беларуси — славная дата в перечне событий, вписанных в историю нашего государства.

Славная потому, что наши деды, отцы и матери в едином порыве, объединенные общим горем, в очередной раз в мировой истории сумели разгромить многократно превосходящие силы агрессора, продемонстрировав всему миру высочайшие патриотизм, героизм и стойкость.

За период 1941-44 гг. вклад чекистов в общее дело всенародной борьбы против фашистских оккупантов следующий: сформировано и направлено в тыл противника 15 партизанских отрядов (около 800 человек) и 160 разведывательно-диверсионных групп (более 3 тысяч бойцов); всего в тыл врага заброшено 3410 человек в составе чекистских спецгрупп; непосредственно на оккупированной территории Белоруссии создано 66 партизанских отрядов (свыше 3,5 тысячи человек) и 181 разведывательно-диверсионная группа (2300 человек). Общая численность подчиненных органам госбезопасности отрядов и спецгрупп в 1944 году составляла свыше 6 тысяч бойцов.

Результатами оперативной деятельности органов государственной безопасности явилось выявление свыше 6,5 тысячи вражеских агентов, 36 резидентур противника. В непосредственном контакте проведено 646 боев, уничтожено 126 фашистских гарнизонов и штабов, убито и ранено около 73 тысяч фашистской живой силы, взято в плен 106 немецких генералов и видных офицерских чинов. Под откос было пущено 1078 вражеских эшелонов с живой силой, техникой и боепитанием. Взорвано и повреждено более 81,5 км железнодорожного полотна, 272 км линий телеграфно-телефонной связи. Уничтожено 226 танков, 64 бронемашины и 37 самолетов врага. 15 командиров чекистских партизанских отрядов за проявленный во вражеском тылу героизм удостоены высокого звания Героя Советского Союза.

По мнению историков, по своему масштабу действия белорусских партизан практически не имеют аналогов в истории войн.

Мужество, если задуматься о глубинном смысле слова, — категория, больше относящаяся к сильному полу. Но война и женщин научила обладать в нужную минуту этим качеством. Девушки с оружием в руках участвовали в походах, засадах, в разгроме гарнизонов, несли караульную службу, обеспечивали питание и уход за больными партизанами. Рука об руку со взрослыми против гитлеровцев в республике воевали дети, да и многим взрослым тогда было всего чуть больше 20 лет. Не ожидая призыва, более 74,5 тысячи подростков – юношей и девушек – включились в активную партизанскую борьбу.

Истерзанная, но непокоренная, Беларусь не стала на колени. Мы всегда будем помнить о тех тяжелых испытаниях, которые вынес наш народ. Данью вечной памяти в Беларуси являются многочисленные обелиски и мемориалы с именами воинов, фронтовиков.

Невозможно переоценить вклад в освобождение Беларуси ее граждан, которые самоотверженно сражались против врага и испытали на себе неимоверные тяготы и лишения самой продолжительной и кровопролитной войны.

Низкий поклон вам, отважные фронтовики, партизаны и подпольщики, мужественные труженики тыла. Бесконечная благодарность от ныне живущих и будущих поколений.

Сколько бы лет ни минуло, мы никогда не забудем освобождение Беларуси и никому его не отдадим, как бы ни пытались его присвоить или обесценить определенные силы в близком и дальнем зарубежье. Свобода досталась нам дорогой ценой – ценой неслыханных жертв и разрушений, колоссальным напряжением сил.

Подвиг участников Великой Отечественной войны, вечный пример силы духа, патриотизма и дружбы народов вдохновляет на достижение высоких целей: укрепление могущества Беларуси, развитие всестороннего сотрудничества с братскими народами.

Мирная и цветущая Беларусь – самый лучший памятник павшим и живым, всем тем, кто в жестоких сражениях отстоял ее независимость. Ведь именно ради этой благородной цели принесены на алтарь освобождения миллионы жизней.

С 65-летием освобождения Беларуси! Здоровья вам и вашим близким, мира вам и благополучия! С великим праздником!

Игорь Кузнецов,

начальник управления КГБ

Республики Беларусь

по г. Минску и Минской области,

генерал-майор

Начальники управления

Судьба чекиста

Артемий Евгеньевич Василевский родился в 1900 году в с. Олешин Каменец-Подольской губернии (Украина). Он связал свою судьбу с благородным делом защиты Отечества в девятнадцать лет, добровольно вступив в 1919 году в отряд красных партизан для борьбы с белоказаками. В 1923 году, получив звание красного командира, добровольно избрал местом службы Дальний Восток, где неоднократно участвовал в операциях против вооруженных контрабандистов.

После окончания Высшей Пограничной школы ГПУ направлен на работу в ГПУ БССР. В составе его спецбюро в 30-е годы занимался созданием баз для разворачивания партизанского движения вместе с К. Орловским, А. Рабцевичем, С. Ваупшасовым, В. Коржом, впоследствии ставшими Героями Советского Союза. Исполняя служебные обязанности на различных участках – в отделе контрразведки, начальником Минского райотделения НКВД и следственной части УНКВД по Минской области, характеризовался как честный и порядочный человек. Признавая его заслуги в деле обеспечения государственной безопасности, Коллегия ГПУ БССР в 1932 году наградила А. Василевского именными часами, а в 1941 году приказом Наркома госбезопасности СССР именным оружием.

В марте 1941 года Артемий Евгеньевич Василевский стал начальником образованного управления НКГБ БССР Минской области. Однако планы по становлению и совершенствованию данной структуры нарушила война.

В первые дни войны управлению было предписано эвакуироваться в Могилев. Двигаясь в автоколонне по направлению к месту дислокации, под гул бомбежек Василевский с горечью анализировал сложившуюся обстановку: «Как же так? В начале 30-х при создании резервных партизанских баз мы целенаправленно готовили тайники с оружием, боеприпасами, провиантом. За сутки можно было развернуть шесть отрядов до 500 человек, вооруженных, подготовленных к боевым действиям, профессионально обученным азам разведки и диверсии. Однако московские «военные стратеги» убедили командование в том, что партизанскую войну вести не придется, врага будем бить на его территории. Теперь приходится пожинать плоды».

Управление НКГБ Могилевской области стало своего рода чекистским штабом, сюда направлялись сотрудники органов государственной безопасности с уже оккупированных территорий Белоруссии для получения указаний по организации отпора оккупантам, здесь совместно с военными вырабатывалась система обороны города. В ведении начальника управления находился личный состав межкраевой школы НКГБ, сотрудники милиции, пограничники. Из их числа формировались оперативные группы и направлялись на борьбу с диверсантами противника. Фактически, это было прямым противостоянием чекистов гитлеровским спецслужбам, поскольку диверсантами являлись бойцы абверовского спецподразделения «Бранденбург-800».

29 июня 1941 года капитан госбезопасности А. Василевский возглавил оперативную группу в составе 100 бойцов из числа сотрудников НКГБ-НКВД, основной задачей которой являлось поддержание государственного порядка в прифронтовых районах и борьба с разведывательно-диверсионными формированиями противника. Во взаимодействии с частями 20-го механизированного корпуса генерал-лейтенанта А. Никитина чекистская группа под шквальным огнем, отражая танковые атаки, удерживала переправу через реку Березину, что позволило советскому командованию занять новые рубежи на реке Днепр и организовать оборону Могилева.

Вскоре от Военного Совета Западного фронта А. Василевский, как начальник УНКГБ и член бюро Минского обкома, получил задание организовать антифашистское движение на оккупированной территории. Распустив оперативную группу, Артемий Евгеньевич набрал 20 добровольцев – сотрудников УНКГБ, и в Крупском районе под массированным перекрестным огнем перешел линию фронта. Местом дислокации Василевский избрал удобные для партизанских действий болотистые леса на стыке Крупского, Березинского и Белыничского районов. Здесь проходили важнейшие в военно-стратегическом отношении дороги Минск-Орша-Москва и Минск-Могилев.

В докладной записке НКГБ БССР в НКГБ СССР об организации партизанских отрядов и групп от 5 июля 1941 года говорилось: «После захвата некоторой части территории БССР, для нанесения поражения немецким войскам в тылу ЦК КП(б) Белоруссии совместно с работниками НКГБ и НКВД, центрального аппарата и курсантов межкраевых школ 26 июня было приступлено к организации партизанских отрядов в районах, частично занятых противником и прилегающих к фронтовой полосе, с целью поднятия на борьбу с врагом всего населения. На 26 июня 1941 года организовано 14 партизанских отрядов общей численностью 1162 человека из числа сотрудников НКГБ и НКВД».

Все были убеждены в скором наступлении основных сил Красной Армии. Офицеры НКГБ открыто ходили в форме по белорусским деревням и селам, вели пропаганду среди населения, призывали крестьян браться за оружие и уничтожать врага.

В сентябре 1941 года трое местных жителей, пытаясь выслужиться перед «новой властью», привели к партизанскому лагерю около 200 гитлеровцев. Однако внезапного нападения не получилось – охранение вовремя заметило врага. Василевский с группой чекистов вырвался из окружения и добрался до урочища Пуховщина Крупского района, где вскоре остаткам отряда вновь пришлось с боем прорывать кольцо карателей.

Тяжелая болезнь застала Василевского в д. Козки Толочинского района в ноябре 1941 года. Чтобы не подвергать риску жизнь товарищей, он принял решение о разделе группы. Начальник секретариата УНКГБ сержант госбезопасности Владимир Лявошко, с первых дней войны сражавшийся рядом с Василевским, остался со своим командиром, а остальные продолжили пробираться в сторону фронта. Василевский и Лявошко, который являлся уроженцем Витебской области и неплохо знал эти места, обустроили небольшую землянку в лесу. Они были вынуждены обратиться к местному кузнецу Филиппу Нарчуку с просьбой помочь продуктами. Однако тот оказался предателем, по его наводке немцы окружили землянку и попробовали взять чекистов живыми. Получив ожесточенный отпор, гитлеровцы забросали укрытие гранатами. Так и остались тела чекистов непогребенными…

Из показаний осужденного после войны Нарчука: …О том, что в лесу находятся двое военнослужащих Красной Армии, я знал. Я привел немцев к месту расположения землянки… Винтовки убитых немцы оставили мне. На второй день я взял людей и отправился в лес с целью зарыть землянку и закопать трупы, но ввиду того, что земля была мерзлая, мы ничего не смогли сделать и вернулись обратно».

Только в 1999 году в результате проведенной сотрудниками столичного УКГБ кропотливой работы найдены останки А. Василевского и В. Лявошко, установлены истинные обстоятельства их гибели. Их прах с воинскими почестями похоронен на Восточном кладбище. На могиле установлен памятник, где молодые офицеры возлагают венки и цветы, отдают дань признательности и уважения.

Семейные и служебные фотографии, награды, личные документы и вещи Артемия Василевского и Владимира Лявошко экспонируются в Зале Истории, Доблести и Славы столичного управления КГБ.

Руководитель спецгрупп

В Великой Отечественной войне наряду с противоборством Красной Армии с Вермахтом на тайном фронте в непримиримой схватке сошлись советская и вражеская спецслужбы. С января 1942 года для действий на оккупированной территории и нанесения точечных ударов начали создаваться оперативно-чекистские группы НКГБ. Как правило, они направлялись в районы расположения наиболее важных коммуникаций неприятеля, сосредоточения его воинских формирований и спецслужб, баз и складов. Осуществляя разведывательную, контрразведывательную, диверсионную и иную боевую работу, чекисты внесли свою долю во всенародную борьбу с немецко-фашистскими оккупантами.

Командиры таких групп должны были обладать широким кругозором, военной опытом, знать опыт оперативной работы, хорошо ориентироваться в географии и топографии оккупированной местности, знать обычаи и нравы жителей, состояние железнодорожных магистралей, шоссейных и проселочных дорог. Когда речь зашла о кандидатуре начальника всех чекистских оперативно боевых групп по Минской области, выбор пал на Прокопия Крысанова.

Прокопий Егорович Крысанов родился в 1901 году в селе Лужки Чапаевского района Московской области (ныне - Российская Федерация) в семье крестьян-бедняков. Трудовую деятельность начал с 13 лет: работал учеником, подмастерьем в шорной мастерской. В 19 лет призван на службу, служил в Красной Армии и войсках ОГПУ, где прошел путь от рядового красноармейца до начальника отряда. Пришлось служить на западной границе с панской Польшей, в Минске и Гомеле, Смоленске и Брянске.

В 1929 году Прокопий Крысанов демобилизуется из армии. Вскоре молодой талантливый красный командир становится военруком - начальником спецчасти Копыльского районного исполнительного комитета. Его трудолюбие, усердие, достигнутые результаты в работе и умение работать с людьми заметило и оценило руководство. В 1933 году он возглавил Спецотдел наркомата пищевой промышленности БССР, а спустя 4 года назначен секретарем Кагановичского райкома партии. Через полтора года по решению ЦК КПБ Белоруссии Крысанов направлен в органы НКВД, и в феврале 1939 года назначается начальником управления НКВД по Витебской области и энергично включается в работу. Через полгода в аттестации на присвоение ему очередного звания напишут: «За короткий период пребывания начальником УНКВД товарищ Крысанов показал хорошие образцы в развертывании агентурно-оперативной работы. Энергично взялся за изжитие вражеских последствий. Правильно мобилизовал аппарат на выполнение поставленных задач. Работает вдумчиво и серьезно».

На момент начала Великой Отечественной войны капитан госбезопасности Крысанов руководил областным управлением НКВД по Барановичской области. После эвакуации П. Крысанов, как чекист, хорошо знающий армейскую среду, возглавил особый отдел Сибирского военного округа в Новосибирске. А уже в феврале 1942 года его вызывают в Москву и назначают начальником оперативно-чекистских групп по Минской области.

Почти год Прокопий Крысанов осуществлял подбор и заброску в тыл противника диверсионных групп и разведагентуры, лично координировал действия диверсионных групп на территории региона. В то время на Минщине действовало более 10 отрядов и оперативных групп. Именно тогда была выработана их тактика, организация совместных действий и связи с Большой землей. Многие операции того периода вошли в золотой фонд спецмероприятий органов госбезопасности.

В 1978 году в книге «В годы суровых испытаний» начальник УКГБ по Минской области в 1954-56 годах Константин Груздев опишет, как в декабре 1942 года в лютый мороз капитан Крысанов спасся от облавы, выпрыгнув из окна в одной гимнастерке, и только чудом доставил своим сведения особой важности… За успешную координацию групп и выполнение ряда специальных заданий Прокопий Крысанов награжден орденами Боевого Красного Знамени и Красной звезды, ему досрочно присвоено внеочередное звание «подполковник государственной безопасности».

В ноябре 1943 года Крысанова вновь назначают начальником управления НКВД по Витебской области. На освобожденной от фашистских захватчиков территории Прокопий Крысанов быстро и решительно принимает меры по организации оперативной работы, обеспечивает своевременное выявление и изъятие вражеского элемента и создание агентурно-осведомительной сети. За время его работы начальником УНКВД на оперативный учет взято около 9000 человек, арестовано более 400 участников бандитских формирований, во время спецопераций убито более 1300 и взято в плен более 7000 немецких солдат и офицеров, задержано более 1200 предателей и изменников Родины.

После проведения операции «Багратион» в августе 1944 года возникла острая необходимость ведения борьбы с националистическими бандами и другим враждебным элементом на освобожденной территории Западной Белоруссии. назначается на ответственную должность начальника оперативного отдела НКВД БССР. Дополнительными сложностями новой работы стало то, что территория Западной Белоруссии до 1939 года находилась в составе бывшей панской Польши, а в 1941-44 годах – под оккупацией немецко-фашистских захватчиков. За это время бывшие польские правители и немецко-фашистские захватчики сумели создать большое количество различных нацформирований, которые после освобождения области Красной Армией, пользуясь хуторской системой населения и значительным количеством лесных массивов, остались на территории области, где проводили свою враждебную деятельность. Менее чем за год подразделение Крысанова выявило около 30 банд, насчитывающих в своем составе более 900 бандитов.

В феврале 1945 года Прокопий Крысанов стал начальником управления МВД по Минской области, которым руководил 8 лет. За достигнутые положительные успехи в службе он награжден редкими среди офицеров орденом Трудового Красного Знамени и медалью «За доблестный труд». Помимо названных наград, китель полковника Крысанова украшали орден Ленина, 2 ордена Красной Звезды, медали «За победу над Германией», «Партизану Отечественной Войны 1-й степени», «ХХХ лет Советской Армии и Флота».

Наряду со служебной деятельностью Прокопий Крысанов активно участвовал в общественной жизни: являлся депутатом Минского областного Совета депутатов, членом Минского обкома партии, вместе с супругой воспитывал троих детей.

Управление КГБ по г. Минску и Минской области свято хранит память о П. Крысанове.

Чекист с наградой полководца

Еще остаются неизвестными многие страницы из истории органов государственной безопасности Республики Беларусь, свидетельствующие об активной борьбе с врагом в годы Великой Отечественной войны. Столичные чекисты наравне со всем белорусским народом прошли ее нелегкими дорогами, добывали ценную разведывательную информацию, дерзко и беспощадно воевали с немецко-фашистскими захватчиками, внося значительный вклад в дело разгрома врага. Многие из них имеют боевые ордена и медали, отмечены различными правительственными наградами.

Единственным белорусским чекистом, удостоенным «полководческого» ордена Кутузова 2-й степени, стал Алексей Петрович Максименко, начальник управления НКГБ по Минской области (в наст. время – УКГБ по г. Минску и Минской области) в 1945-52 гг.

Основаниями для представления к этому ордену являлись успешно выполненные стратегические и тактические задачи, находящиеся в компетенции крупных военачальников, но никак не чекистов. Или же важность проделанной работы или полученной информации должна быть по настоящему стратегической, огромной. Максименко удавалось через своих разведчиков добывать важнейшие данные о дислокации вражеских гарнизонов, складов с топливом и боеприпасами, и – химическом оружии.

Справка. Орден Кутузова учреждён Указом Президиума Верховного Совета СССР от 01.01.01 года. Имеет три степени: 1-я (высшая), 2-я и 3-я. Награждение орденом Кутузова производится Указом Президиума Верховного Совета СССР.

Орденом Кутузова 2-й степени награждались за исключительное упорство в противодействии наступлению превосходящих сил врага, удержание занимаемых позиций с последующим переходом в решительное и успешное наступление; за хорошо организованное управление и создание, в трудной обстановке боя, превосходства сил на решающем участке и достигнутое хорошим взаимодействием поражение противника; за умелое проведение боя в окружении с превосходящими силами и организацию прорыва с выводом своих войск из окружения в полной боеготовности; за организацию умелых действий своих частей, причинивших противнику большой урон и вынудивших его к отступлению. За годы войны произведено 3325 вручений ордена Кутузова 2-й степени, в том числе более чем 530 соединениям и воинским частям.

Алексей Максименко родился в 1905 году в г. Орск Оренбургской области (ныне - Российская Федерация). Трудовую деятельность начал с 13 лет: батрачил у кулаков, работал рассыльным, учеником в мастерской. С 1925 года в органах госбезопасности: служил в Витебской области (1925-28, и с 1931), затем в Кара-Калпакской автономной области (). Принимал участие в борьбе с басмачеством, за активные результаты в которой в 1931 году награжден именным оружием.

Война застала лейтенанта Максименко в Орше, где он работал начальником городского отдела НКВД. В лесах под Оршей он закладывал базы с оружием, продовольствием, медикаментами для будущих партизан и подпольщиков, помогал горкому партии подбирать людей для работы в тылу врага. Предполагалось, что он останется в районе, будет одним из руководителей местных партизан и подпольщиков.

Однако обстоятельства сложились так, что его назначили начальником опергруппы и направили под Витебск, уже оккупированный гитлеровцами. И здесь Алексей Петрович, обладающий особым чутьем на надежных людей, подтвердил правоту своего давнего начальника, который еще за 10 лет до войны писал в аттестации, что «Максименко хорошо ориентируется в меняющейся обстановке».

Знавший Алексея (начальник управления КГБ БССР по Минской области в 1954-56 гг.) в своей книге «В годы суровых испытаний» впоследствии так опишет состояние командира перед заданием: «В последние дни перед выходом в поселок торфозавода (место дислокации отряда – прим. пресс-группы) Максименко часто думал о Витебске. Думал не просто потому, чтобы вспомнить, сколько раз там бывал, где встречался, с кем останавливался, а, вспоминая и обдумывая все это, прикидывал, как он организует работу, кто из числа горожан станет его помощником, какие объекты врага он должен вывести из строя. Пока он знал только то, что в июле 1941 года в Витебске было оставлено несколько чекистов…»

В то время витебский регион представлял серьезный интерес для командования Красной Армии как мощная тыловая база, включающая в себя многочисленные склады с горючими и смазочными материалами. Ряд предприятий региона выпускал продукцию военного назначения, осуществлял ремонт боевой техники. На аэродромах области базировались значительные силы бомбардировочной и истребительной авиации.

Информация о деятельности вышеуказанных объектов, замыслах и планах немецкого военного командования представляла огромный интерес. Особое внимание привлекали транспортные коммуникации, по которым проходил основной поток военных грузов и людских резервов к местам предстоящих сражений, возможный анализ их с точки зрения диверсионной уязвимости.

Оперативно-чекистская группа во главе с А. Максименко обосновалась под Витебском в апреле 1942 года и развернула активную разведывательную и диверсионную деятельность. Отряд Максименко постоянно расширял и укреплял связи с действующими в Витебске подпольными патриотическими группами, содействовал их организационному и конспиративному усилению, дисциплинированности и целеустремленности. Информацию получали путем направления бойцов в занятые врагом населенные пункты и с помощью своих связных.

Под его руководством активно действовали подпольные группы К. Акалович (передавали сведения о расположении воинских частей, аэродромов и складов в Витебске, результатах бомбардировки их нашей авиацией), В. Вербицкого (вели разведку, антифашистскую пропаганду, поставляли партизанам оружие, боеприпасы, медикаменты, обеспечивали военнопленных и жителей города документами и направляли их к партизанам), (осуществляли разведку и диверсии на железнодорожном узле), А. Гарули, М. Нагибова, Л. Березкиной и др. Одна из групп вела работу среди мигрирующих на Восток, вычисляя в потоке беженцев вражеских агентов и диверсантов.

Особо важные данные были получены разведчиками А. Максименко в июне 1942 года касательно замыслов противника использовать химическое оружие. 15 июня Алексей Петрович Максименко в докладе С. Юрину, командиру Витебской областной оперативно-чекистской группы, доложил о наличии химической воинской части вермахта на границе Беларуси и Смоленской области: «В местечке Рудня Смоленской области расположена химическая воинская часть. Территория, где расположена воинская часть, сильно охраняется. В городе Витебске среди населения ведутся разговоры о том, что в ближайшее время немецкое командование опять предпримет поход против партизан, находящихся в Витебской области. На этот раз немцы намерены применить усыпляющие газы, которые действуют в течение четырех часов».

Сделано майором Максименко было немало, и в ноябре 1942 года его вызвали в Центр для нового задания... В окрестностях Орши в тот период базировалось несколько партизанских бригад, в городе действовало патриотическое подполье. Нужен был опытный чекист, который сумел бы организовать и возглавить диверсионную и разведывательную работу. Алексей Петрович стал руководителем группы, основные задачи которой состояли в том, чтобы парализовать работу Оршанского железнодорожного узла, застопорить движение к фронту эшелонов с живой силой и техникой противника.

Вскоре одно за другим в Центр начали поступать сообщения о диверсиях на железной дороге. Накануне и в дни сражений на Курской дуге особенно часто стали громыхать взрывы в Орше. В августе 1943 года Максименко присвоили звание подполковника, а в сентябре за образцовое выполнение специального задания в тылу врага наградили орденом Красного Знамени.

В те же дни по просьбе Белорусского штаба партизанского движения А. Максименко назначили одновременно заместителем командира по разведке партизанской бригады имени К. Заслонова.

Организация диверсий, разведывательная и контрразведывательная работа были не только служебными обязанностями подполковника Максименко, но и его призванием. Алексей Петрович постоянно искал людей, способных и готовых выполнить сложные задания, связанные с большим риском для жизни.

Во главе с ним разведчики, подпольщики и связные добыли и составили более 200 схем, карт и письменных сообщений о воинских частях, аэродромах и складах, оборонительных укреплениях противника. Эти документы и поныне хранятся в архивах. Спустя 65 лет они являются страницами истории, достоверными свидетельствами мужества, отваги, огромного труда и смертельного риска. Добытые Алексеем Петровичем Максименко и его соратниками сведения об обороне гитлеровцев весьма пригодились для наступавших частей Советской Армии, освобождавших Витебскую, Минскую и другие области Белоруссии.

В мае 1944 года, за месяц до операции «Багратион», его отозвали на Большую землю. Получив новое назначение в Наркомате государственной безопасности Белорусской ССР, он занимался организацией и заброской спецгрупп и агентуры в тыл противника с разведывательными и диверсионными заданиями особой важности…

Помимо ордена Кутузова, грудь Алексея Петровича Максименко украшали орден Ленина, три ордена Красного Знамени, два ордена Красной Звезды, Трудового Красного Знамени и Отечественной войны, многие медали, и самая почетная среди чекистов того времени награда – знак «Заслуженный работник НКВД».

В 1945-52 гг. полковник Алексей Максименко возглавлял управление Министерства госбезопасности БССР по Минской области (в настоящее время – управление КГБ по г. Минску и Минской области). В те годы основными направлениями деятельности столичного управления являлись борьба с многочисленными бандформированиями, поиск военных преступников. Ситуация осложнялась тем, что преступники владели большим количеством оружия и боеприпасов, оставшихся на террритории Беларуси. Несмотря на трудности, возглавляемое Алексеем Петровичем управление свои задачи выполнило.

В 1959 году Алексея Петровича не стало. Но память о нём жива: в Орше в честь героя-чекиста названа улица, в Зале Истории, Доблести и Славы столичного УКГБ ему отведено достойное место.

При подготовке использовались материалы пресс-группы УКГБ по Витебской области.

За два года от лейтенанта до майора

Среди офицеров высшим поощрением является досрочное присвоение воинского звания. Основанием для этого является образцовое исполнение своих служебных обязанностей наряду с выполнением заданий исключительной важности. Поэтому досрочные присвоения званий чрезвычайно редки. Еще реже случаи присвоения внеочередного звания. Такое поощрение – результат выполнения особо значимых опасных заданий, равных подвигу. История управления КГБ по г. Минску и Минской области хранит имена нескольких таких офицеров. Константин Груздев – один из них.

Константин Александрович Груздев родился 16 июня 1916 года в деревне Тарханово Середского района Ивановской области (ныне - Российская Федерация) в семье рабочих-ткачей. Отец погиб на фронте еще до рождения сына. Трудовую деятельность начал с 16 лет: работал секретарем сельсовета, статистиком, экономистом, техником-химиком. В 1939 году способного юношу направили на учебу в Межкраевую школу НКВД в Ташкенте.

В чекистской школе Константин проявил себя исключительно способным и дисциплинированным курсантом, был выпущен досрочно и направлен в распоряжение НКВД БССР, а впоследствии назначен следователем Гродненского уездного отдела НКВД Белостокской области. За год работы Груздев провел и закончил следственных дел на 349 человек, среди которых 5 шпионов, множество бандитов, контрабандистов и нарушителей государственной границы. Помимо этого, неоднократно участвовал в острых операциях по ликвидации банд и контрреволюционных организаций в Западной Белоруссии.

В начале Великой Отечественной войны вместе с другими чекистами Константин Груздев направляется в распоряжение УНКВД г. Москвы и Московской области. Пока враг не был отброшен от Москвы, Груздев занимался оперативной работой: выявлял в потоке беженцев вражеских диверсантов и шпионов, обеспечивал безопасность промышленных объектов, которые спешно переоборудовались под выпуск военной продукции.

В феврале 1942 года К. Груздев включен в состав оперативно-чекистской группы НКВД БССР по Витебской и Минской областям и до сентября 1943 года выполнял специальные задания за линией фронта. Константин Александрович осуществлял подбор и вербовку агентуры, занимался организацией каналов переброски и приема бойцов из тыла врага, комплектацией диверсионных групп и переправкой их за линию фронта. За успешные действия ему в апреле присвоено первое специальное звание «сержант государственной безопасности», которое соответствовало лейтенанту Красной Армии. «Активный, выдержанный и добросовестный товарищ», - так характеризовал его капитан госбезопасности П. Крысанов, начальник оперативных чекистских групп НКВД-НКГБ по Минской области в 1942-43 гг.

Осенью 1943 года Константин Груздев назначается заместителем командира спецгруппы «Стойкие», которая действовала на территории Гродненской, Брестской и Минской областей. В ночь на 7 октября опергруппа была переброшена самолетом за линию фронта.

«Мы выбрасывались тепло одетыми, за спинами были парашюты, спереди - вещевые мешки с НЗ, на ремнях через плечи автоматы. Если же ко всему этому прибавить личное оружие, гранаты, снаряжение, то общий вес парашютиста составит 110-120 кг, почти столько, сколько может выдержать перкалевый парашют». Из книги К. Груздева «Солдаты партизанского фронта», 1969.

Спустя 2 месяца К. Груздев становится начальником группы, ему присваивается внеочередное звание «Лейтенант государственной безопасности». За время пребывания в тылу противника под его непосредственным руководством группой спущено под откос 2 вражеских эшелона, разрушено 400 метров железнодорожного пути, взорвано 2 моста, сожжены водокачка, 3 шоссейных моста, склад автомашин, 11 мотоциклов, вырезано 9 км телефонного кабеля, убито 77 немецких солдат и офицеров, разгромлено 6 немецко-полицейских гарнизонов.

В результате проведенной агентурной работы завербовано 50 человек, создано 7 резидентур, выявлено 77 агентов противника, разоблачено 145 изменников Родины. Среди других операций – подрыв тягача и орудия особо крупного калибра, множественные случаи дезинформации врага, добывание сведений особой важности. В боевых операциях К. Груздев получил 2 легких и 1 тяжелое ранение, но предпочел остаться и воевать в тылу врага. За выполнение специальных заданий К. Груздев награжден орденами Красной Звезды, Отечественной войны 1-й степени, медалью «Партизану Отечественной войны». За достигнутые успехи в службе в феврале начале 1945 году старшему лейтенанту Груздеву досрочно присвоено внеочередное звание «майор госбезопасности».

После освобождения Груздев занимал руководящие посты в системе госбезопасности республики. В 1954-56 гг. он возглавлял управление КГБ при Совете Министров БССР по Минской области (в наст. время – управление КГБ по г. Минску и Минской области). За успешное выполнение заданий награжден вторым орденом Красной звезды, медалями «За боевые заслуги» и «За безупречную службу» 1-й степени, юбилейными медалями, нагрудным знаком «Почетный сотрудник госбезопасности» - самой уважаемой среди чекистов наградой, традиционно вручаемой за успешные контрразведывательные мероприятия. Так, в 1952 году К. Груздев принимал участие в знаменитой операции «Ракета», когда была задержана группа выброшенных с американского военного самолета парашютистов-разведчиков.

К. Груздев – автор книг «Солдаты партизанского фронта» (1969) и «В годы суровых испытаний» (1976) о действиях чекистских спецгрупп на территории Белоруссии. Он единственный из начальников столичного УКГБ, кто выполнял спецзадания по линии внешней разведки в Польше (1947) и Венгрии (1956К сожалению, время раскрыть подробности этих заданий еще не пришло…

Длительный и непростой жизненный путь этого чекиста завершился 25 сентября 1999 года. Но память о службе Константина Груздева в ставшей ему родной Беларуси жива. В Зале Истории, Доблести и Славы столичного УКГБ экспонируются его личные вещи, книги и документы.

Участник первого партизанского боя

Эдуард Болеславович Нордман родился в г. Речица Гомельской области БССР 25 февраля 1922 года. Родители Эдуарда умерли рано: мать в 1925, а отец – в 1930 году. После смерти отца мальчика отдали в детский дом, из которого вскоре его забрала Мавра Ивановна Лопатенко - труженица колхоза имени Ленина Тереховского района, в семье которой он воспитывался.

С раннего возраста Эдуард трудился на подсобных работах в колхозе. С 15 лет начал самостоятельную жизнь: днем учился в техникуме, вечером подрабатывал на разгрузке вагонов. В 1939 году работал старшим пионервожатым в школе, с 1940 года - на комсомольской работе: инструктор, заведующий отделом райкома комсомола в Пинске и Телеханах.

В первые сутки Великой Отечественной войны Нордман вместе с В. Хоружей, С. Корниловым, И. Чуклаем, Г. Карасевым и другими товарищами вступил в отряд Василия Коржа, один из первых партизанских отрядов в Белоруссии.

«Начали бомбить в 4 часа утра, а вечером, я думаю, это уже было 20, может, 23, а может, это был первый час ночи, 23-го, то есть первые сутки войны, мы получили винтовки. Я получил винтовку выпуска 1896 года, чуть не в мой рост. Выдали нам по 90 патронов, и кому повезло, еще и гранату. Я еще и гранату получил, счастливчик был. С таким оружием мы и начали войну». Из книги Э. Нордмана «1119 дней в тылу врага», 1986.

28 июня 1941 года партизаны и среди них Эдуард получили боевое крещение на дороге Пинск-Логишин. 60 партизан, вчера еще людей гражданских, вступили в бой с танками вермахта. Взяли первых пленных, трофеи. Это был самый первый партизанский бой во Второй мировой и Великой Отечественной войне.

Более трех лет Эдик, как его называли, ходил партизанскими дорогами Пинской, Полесской, Минской, Брестской и Волынской областей. 1119 дней и ночей в тылу врага воевал он рядовым, командиром отделения разведки, помощником комиссара отряда, а затем партизанской бригады по комсомолу. На его боевом счету бронепоезд и 9 пущенных под откос воинских эшелонов противника, за плечами десятки боев, дерзких партизанских операций, о которых ходят легенды.

Так, зимой 1941-42 года во главе группы разведчиков принимал активное участие в партизанском рейде по районам Минской, Пинской и Полесской областей, который предопределил появление прочной и обширной партизанской зоны. Многие районы, по которым пролег маршрут партизанского рейда, были очищены от гарнизонов оккупантов. И это было за 1000 км от линии фронта!

Одной из самых дерзких операций 1941 года, проведенных отрядом «Комарова» (псевдоним В. Коржа) стал разгром полицейских гарнизонов в деревнях Червоное Озеро, Осово и Забродье. Нордмана переодели в форму немецкого офицера, два десятка партизан в роли полицейских, а Корж в роли переводчика у «немецкого коменданта». На рассвете без единого выстрела разоружили полицейских в Забродье, а затем в Червоном озере. Полицейские деревни Осово, услышав выстрелы, поспешили на помощь соседям. Быть бы беде, но Эдуард молниеносно рванул навстречу полицаям и так грозно орал на ломаном немецко-русском, что полицаи подчинились и сложили оружие, как того требовал «пан комендант».

Десятки раз Эдуард попадал в труднейшие, казалось бы, безвыходные ситуации. И каждый раз у него хватало выдержки, самообладания и мужества выйти победителем, не запятнав при этом совести.

С июля 1941 по июль 1944 года Эдуард Нордман – секретарь и член Пинского подпольного обкома комсомола. «Комсомольский комиссар», как его называли на Пинщине, обошел пешком десятки деревень, подбирая надежных людей и создавая подпольные райкомы комсомола. Одновременно с руководством подпольем Эдуарда назначили помощником комиссара по комсомолу партизанской бригады имени Молотова. Бригада была одной из самых крупных и боевых в соединении. На ее счету разгром крупных гарнизонов в райцентрах Ленино, Любешове, ж. д. станции Синкевичи, десятки боев, более 60 спущенных под откос воинских эшелонов. Бригада 42 дня героически сражалась с дивизией оккупантов на Днепробугском канале и не далиаувести на запад речной флот. После соединения бригады с советскими войсками в конце марта 1944 года Э. Нордман с группой разведчиков из 70 человек остался в тылу врага - фронту ежедневно требовались разведданные.

После освобождения области от оккупации, Эдуарда Нордмана назначили первым секретарем Пинского горкома комсомола. Восстанавливали разрушенное войной хозяйство, школы, больницы. Затем выдвинули на партийную работу: в 28 лет избрали первым секретарем Телеханского райкома Компартии Белоруссии.

В 1955 году послали на учебу ВПШ в Москву, а осенью 1960 года направили работать начальником управления КГБ БССР по Минской области. В мае 1965 года Нордмана выдвинули на ответственную работу в центральный аппарат КГБ СССР. С 1968 года Нордман - начальник Старопольского краевого управления КГБ, куда ездили на отдых все члены Политбюро, а в 1974-78 годах - председатель КГБ Узбекистана.

В 1983 году правительство утвердило Э. Нордмана в должности заместителя Председателя Государственного комитета СССР по иностранному туризму.

В 1992 году Эдуард Болеславович вышел на пенсию. Активно работал в ветеранском движении, избирался членом Советского комитета ветеранов войны, членом Всесоюзного совета ветеранов войны и труда, являлся почетным председателем Пинского городского совета ветеранов.

Э. Нордман - автор многочисленных публикаций, посвященных истории партизанского движения в Белоруссии, а также книг «Никогда не забудем!» (1961) и «1119 дней в тылу врага» (1986). Его ратный и трудовой путь отмечен орденом Октябрьской Революции, двумя орденами Красного Знамени, двумя орденами Отечественной войны 1-й степени, высшим военным орденом Польши – Золотым крестом Польского ордена Виртути Милитари, более чем 20 медалями. Почетный сотрудник госбезопасности, почетный гражданин города Пинска. Неоднократно избирался депутатом Пинского, Брестского, Минского Советов депутатов трудящихся, Ставропольского краевого совета и депутатом Верховного Совета СССР.

Э. Нордман скончался 13 июня 2006 года, похоронен на Троекуровом кладбище Москвы. Сейчас на месте первого партизанского боя на Пинском тракте стоит памятный знак. И стоит он благодаря инициативе и настойчивости, которое уже в мирное время проявил генерал-майор Нордман.

Командиры и разведчики, бойцы спецгрупп

Четыре героя, четыре судьбы

Дорогой ценой досталось освобождение Беларуси в 1944 году. Наряду с противоборством Красной Армии с Вермахтом в непримиримой схватке участвовали советская и вражеская спецслужбы. Это была напряженная и суровая борьба, в которой победителями вышли сотрудники органов госбезопасности. Плечом к плечу со всем белорусским народом чекисты бесстрашно сражались с врагом, нанося существенный урон оккупантам в живой силе и технике, добывая стратегически важную информацию, внося неоценимый вклад в победу над гитлеровской Германией.

За время войны в Минской области действовало 23 чекистских отряда и спецгруппы, насчитывающих более тысячи бойцов. Среди них 4 Героя Советского Союза: Олег Бычек, Борис Галушкин, Федор Озмитель, Петр Лопатин. Все они удостоены этого высокого звания в 1944 году. Трое из них – посмертно…

Выпускник Буйнакского пехотного училища Олег Сергеевич Бычек в июне 1941 года был зачислен в отряд особого назначения НКВД СССР. После нескольких месяцев подготовки в сентябре 1941 года отряд, куда входил и Олег Бычек, перешел линию фронта в районе Смоленска, громя небольшие гарнизоны, взрывая мосты и коммуникации противника. В декабре 1941 года чекисты вернулись на Большую землю. За решительные и смелые действия в тылу врага Олег был награжден орденом Ленина.

Вскоре Красная Армия отбросила врага от Москвы, разрушив планы фашистского блицкрига. Бычека назначают комиссаром отряда «Третьи», который готовился к заброске на территорию Минщины. В апреле 1942 года отряд из 50 бойцов перешел линию фронта и приступил к боевым действиям: начали проводиться диверсии на коммуникациях противника, разрушались линии связи, из местных патриотов формировались новые партизанские отряды. Чекисты обучали их минно-подрывному делу, умению выявлять в своих рядах агентов СД и Абвера, вести разведку и многим другим партизанским премудростям.

Вдохновитель и непосредственный участник многих акций, Олег Бычек в 1943 году награждается вторым орденом Красного Знамени, а затем становится командиром отряда. К весне 1944 года на счету отряда значились разбитых и поврежденных 113 паровозов, 752 вагона, 49 уничтоженных автомашин и 2565 убитых гитлеровцев. Недаром комендант станции Дретунь объявил: «Кто доставит командира-комиссара живым или мертвым, получит большую денежную премию».

Готовя операцию по освобождению Беларуси, командование советских войск обратилось к боевым группам в тылу противника с просьбой максимально активизировать деятельность, направленную против снабжения вражеского фронта живой силой и техникой. В ночь на 7 мая Бычек со своими людьми вышел на очередную диверсию. Олег закладывал мину, когда предрассветную тишину разорвала автоматная очередь из засады. Бойцы отбили атаку, но спасти командира не удалось.

Олега Сергеевича Бычека с воинскими почестями похоронили на окраине деревни Липово Мядельского района, где в то время располагался штаб отряда. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 ноября 1944 года Олегу Бычеку посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. До освобождения Белоруссии он не дожил два месяца…

В мирной жизни Борис Лаврентьевич Галушкин учился в институте физкультуры в Москве. В первые дни войны двадцатидвухлетний Борис обратился в ЦК комсомола с просьбой отправить его на фронт. Вскоре Галушкина зачислили во 2-ю Ленинградскую ополченческую дивизию. В одном из боев был ранен, но, недолечившись, вернулся в свою часть, где сразу получил новое задание: догнать и уничтожить роту немецких десантников. Всю ночь Борис со своим взводом по лесам и болотам гнался за противником, и на рассвете догнал и в ожесточённом бою уничтожил врага. За героизм бойцы взвода были представлены к наградам, сам Борис получил орден Красного Знамени. Долгое пребывание в холодной воде и старая рана вызвали тяжёлую форму туберкулёза, и Галушкина уволили из армии. Это известие оказалось хуже смертного приговора.

Вскоре Борис встретил однокурсников, которые служили в отдельной мотострелковой бригаде особого назначения, готовились к заданию в тылу врага. С просьбой о назначении Галушкин обратился к комиссару бригады Максимову, которому упорство парня пришлось по душе. Вскоре Галушкин с отрядом оказался за линией фронта. На участке Смоленск-Орша-Витебск бойцы пускали под откос эшелоны, громили вражеские гарнизоны. Галушкин был всюду, где разгорались особенно ожесточённые схватки. Его уважали за смелость и решительность, за то, что никогда не оставлял в беде товарищей. Так, Борис получил второй орден Красного Знамени за то, что 120 километров вместе с товарищами нес тяжело раненного подрывника и доставил его в госпиталь за линией фронта.

Весной 1943 года гитлеровцы организовали карательные акции против партизанской республики «Дяди Коли» – Петра Лопатина. В помощь были подготовлены и выброшены с парашютами штурмовые группы Бориса Галушкина и Федора Озмителя. В ожесточенных боях Галушкин проявил себя редким мастером короткого боя, засад, внезапных налетов. И если речь шла о спасении товарищей, попавших в беду, ничто не могло удержать его от того, чтобы прийти на помощь. Однажды, в январе 1944 года, вырвавшись из окружения, Борис с жаром доказывал: «Когда решается судьба целого отряда, стоит пойти на любой риск». А потом тихо добавил: «Даже если бы мне пришлось погибнуть...».

В начале июня 1944-го крупные силы гитлеровцев окружили в районе озера Палик Борисовского района Минской области несколько партизанских отрядов. Бойцы сражались мужественно, пытаясь прорвать кольцо окружения. В самые напряжённые минуты боя Галушкин находился там, где отрядам угрожала наибольшая опасность. Своим примером он увлекал бойцов и командиров на решительные действия, всегда шёл впереди атакующих. 15 июня окружение было прорвано, партизны ушли от разъярённых неудачей гитлеровцев. Это был последний бой чекиста Галушкина. Он пал в нём смертью героя, спасая своих боевых товарищей ценой своей жизни.

в братской могиле в д. Маковье, неподалёку от места своего последнего боя. За мужество и отвагу, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 ноября 1944 года лейтенанту Галушкину Борису Лаврентьевичу посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Федор Федорович Озмитель начал службу в Красной Армии в 1938 году. Войну встретил в боях с гитлеровцами на подступах к Москве. А зимой 1942 года лейтенант Озмитель со своим разведывательно-диверсионным отрядом «Грозный» был направлен в район Орша-Витебск-Смоленск и приступил к активным боевым действиям. Горели полицейские гарнизоны, гремели взрывы на железной дороге. Росло число добровольных помощников во многих населенных пунктах. В отряд стала стекаться важная информация.

Разведка сообщила, что гитлеровцы намерены провести против отряда операцию «Грейф». В солнечный теплый августовский день наблюдатели заметили врага – противник показался со стороны Любовичей и стал охватывать лес с двух сторон. Можно было незаметно выйти из окружения, но тогда под ударом могли оказаться стоявшие в тылу отряда другие партизанские бригады. Чтобы задержать противника и дать возможность товарищам приготовиться к встрече карателей, Озмитель приказал начать бой.

Сражались два дня. Гитлеровцы пустили в ход авиацию и артиллерию. Искусно маневрируя, Озмитель выводил отряд из-под ударов врага. Лишь когда стали заканчиваться боеприпасы, он увел своих бойцов в другой лес. Выйдя из окружения, отряд продолжал действовать – подрывники пустили под откос очередной, девятый по счету эшелон врага.

Вернувшись в Москву, Озмитель формирует отряд «Гром» и весной 1943 года вместе с отрядом «Помощь» Бориса Галушкина десантируется на Минщине, на базе бригады «Дяди Коли».

Летом 1944-го, готовясь к освобождению Белоруссии, партизаны превратили жизнь оккупантов в сущий кошмар – летели под откос эшелоны, горели немецкие гарнизоны. Только группой Озмителя было подорвано 18 воинских эшелонов противника, уничтожено 45 грузовых автомашин, 6 танков, 3 моста на автомагистрали Москва-Минск, взорвано и уничтожено 8 складов противника, убито 2540 немецких солдат и офицеров, 15 раз одновременно в двух местах перерезался подземный кабель, дающий фашистскому командованию связь с Берлином. Тыл врага превратился во второй фронт.

В ответ в начале июня крупные немецкие части окружили в районе озера Палик более 20 партизанских бригад, в том числе опергруппу «Гром». объединил несколько партизанских отрядов и повел их на прорыв блокады. 15 июня во время прорыва линии окружения в самый напряженный момент боя Озмитель поднял и лично повел бойцов в атаку на огневые точки противника. Большая часть бойцов прорвалась из окружения. Прикрывая товарищей, Озмитель оказался в окружении. Предпочтя смерть плену, командир подорвал себя гранатой, унеся жизни более десятка фашистов.

Федор Федорович Озмитель и Борис Лаврентьевич Галушкин геройски погибли в один день, звание Героя Советского Союза им присвоено одним указом, их останки покоятся в одной братской могиле у д. Маковье Борисовского района.

Пётр Григорьевич Лопатин хорошо известен как командир знаменитой партизанской бригады «Дяди Коли», наводившей ужас на фашистов во время войны. Но далеко не все знают, что Лопатин прежде всего чекист и прибыл воевать в наши края в начале 1942 года как командир разведывательно-диверсионного отряда «Бывалые».

Лопатин назвал свой отряд не случайно – сформировал он его из товарищей, с которыми в самом начале войны воевал на оккупированной Брянщине и Могилёвщине. В 1942 году руководство поручило Лопатину сформировать свою группу. В ночь на 18 марта вблизи д. Торопец отряд из 21 бойца перешёл линию фронта и направился в сторону Борисова, в район озера Палик.

Дерзко и самоотвержено воевали лопатинцы. К августу отряд вырос в бригаду «Дяди Коли», объединив партизанские отряды им. Сталина, им. Чапаева, «Коммунар». Летели под откос эшелоны, под ногами оккупантов горела земля – это бригада Лопатина выполняла боевые задания. Наряду с этим чекисты, в силу своей профессиональной специфики, занимались разведкой и контрразведкой, выявляя агентуру абвера и СД, направляемую в партизанскую зону.

Вот лишь один из эпизодов боевой работы лопатинцев, но, наверное, наиболее значимый. Всё началось с того, что с Большой земли пришло очередное задание – раздобыть новейший образец противогаза. Нужные сведения можно было получить в военном городке Уручье. Внедренный агент обратила внимание на лояльность Карла Круга, обер-лейтенанта тщательно охраняемого штаба военно-воздушных сил группы армий «Центр». В результате проведенной работы Круг перешел на сторону партизан, захватив с собой образец нового офицерского противогаза, карты 32 действующих и строящихся аэродромов, системы их охраны, инструкции радиотелеграфной службы авиации, сведения о готовящемся применении химического оружия, и главное - о наступлении врага на Курской дуге.

15 августа 1944 года Петру Лопатину было присвоено звание героя Советского Союза.

После войны Петр Григорьевич остался в Борисове, работал заместителем председателя горисполкома, потом райисполкома. Умер он через 30 лет после освобождения Белоруссии, в 1974 году. Бывший комбриг завещал похоронить себя в Буденичах, рядом с братской могилой бойцов бригады «Дяди Коли»…

Управление КГБ по г. Минску и Минской области свято хранит память о героях-чекистах. Ежегодно в День Победы сотрудники управления выезжают на места захоронений, чтобы почтить память Олега Бычека, Бориса Галушкина, Петра Лопатина и Федора Озмителя. В экспозиции Зала Истории, Доблести и Славы столичного УКГБ им отведено достойное место. К 65-летию освобождения Беларуси в нем установлен манекен в маскхалате бойца чекистской разведывательно-диверсионной группы НКВД-НКГБ, действовавшей в тылу врага.

Неуловимый учитель

Евстрат Денисович Горбачев родился в 28 января 1915 года в деревне Хомичи Домановичского района Полесской области (ныне – Калинковичский район Гомельской области). Получив среднее образование, в 1932 году поступил учиться на педагогическое отделение рабфака в г. Жлобин. В 1934-36 гг. работал учителем начальных и средних классов в школах Смолевичского района. В 1938 году толкового парня заметили и пригласили работать в органы НКВД БССР.

После соответствующей подготовки направляют на службу в Любанский райотдел. Молодой оперработник быстро освоил премудрости чекистской работы, что не ушло от внимания руководства и к началу войны Горбачев стал начальником Стародорожско-Любанского межрайотдела управления НКГБ Минской области.

С началом войны Евстрат Денисович был оставлен на оккупированной территории для разворачивания партизанского движения. Под его непосредственным руководством уже летом 1941 года были созданы первые подпольные группы из местных патриотов и партизанские отряды. В области во многих полицейских гарнизонах действовали его агенты, добывавшие важные сведения о замыслах врага.

«Это был молодой, голубоглазый весельчак, отважный и смелый в бою, - с большой теплотой отзывался о Горбачеве секретарь подпольного Минского обкома партии . – О его смелости ходили легенды. Одно его имя наводило ужас на врага. Оккупанты обещали большое вознаграждение тому, кто доставит им Горбачева – живым или мертвым. Но Евстрат Денисович был неуловим. Он пробирался во вражеские гарнизоны, находил нужных ему людей, добывал ценные сведения, выполнял различные рискованные задания командования».

Приведем один из эпизодов боевой работы Горбачева. Еще по мирному времени Евстрату Денисовичу приглянулся комсомолец Владимир Раменьчик. Он знал, что Горбачев ушел в лес, чтобы бороться с врагом.

- Принимайте к себе, - сказал он при встрече Горбачеву. – Будем вместе бить фашистов.

- Очень хорошо, - похвалил хлопца Евстрат Денисович. – Считай, что ты уже партизан. – Горбачев задумался, внимательно посмотрел на парня и добавил: - Но работать будешь не в отряде. Дам тебе другое задание… куда более сложное. Возвращайся-ка ты, братец в Любань и поступай добровольцем в полицию. Так и скажи оккупантом, пришел служить добровольно.

Владимир сразу не понял замысла Горбачева, а тому пришлось еще раз долго убеждать молодого человека, пока тот не согласился.

- Трудная тебе выпала доля. Будешь ходить меж двух огней. За малейшее подозрение тебя немедленно повесят гитлеровцы. Но и нашим я не могу сказать, что ты свой. Может случиться так, что тебя будет подстерегать ненависть и презрение своих земляков. Ты все должен стерпеть, потому как в стране врага нам позарез нужны свои глаза и уши… Очень нужны.

Горбачев вовремя внедрил своих людей в полицию. В начале ноября командованием было принято решение разгромить Любанский полицейский гарнизон. К этому времени Горбачев не без труда и риска привлек на свою сторону самого начальника полиции Адама Гидрановича.

Вечером 6 ноября 1941 года партизаны отправились в путь. Две боевые группы со станковыми пулеметами выдвинулись вперед, чтобы заблаговременно перерезать дороги из Любани на Уречье и Старобин, Погост-Слуцк. Эти же группы перерезали телефонные провода, связывавшие Любань с другими гарнизонами.

Пятеро смельчаков пробрались в райцентр, бесшумно сняли часовых в тех местах, откуда можно было обнаружить подход партизан к городу.

Разведчикам сопутствовал успех благодаря полной и достоверной информации, полученной Горбачевым о расположении постов и графике смены часовых.

Самым трудным участком явился мост через реку Орессу, который основательно охранялся. Однако часовых и здесь удалось бесшумно снять. Это дало возможность ударным группам незаметно подойти к зданию, где фашисты устроили свою комендатуру. В окна полетели гранаты. Партизаны ворвались внутрь здания и в упор расстреливали обезумевших от неожиданного удара оккупантов. Кому удавалось выскочить на улицу, попадали под партизанские пули. Бой продолжался около двух часов. Партизаны разгромили вражеский гарнизон, захватили много оружия, боеприпасов, продуктов и одежды. Таких операций, проведенных чекистом Горбачевым, было немало...

И в этот раз он шел на очередную встречу со своим разведчиком. Автомат с двумя запасными дисками, пять гранат, два пистолета, кинжал – обычное вооружение Евстрата Денисовича. Он часто повторял: «Партизан должен быть неприступной огневой крепостью». На всякой дороге партизан может вступить в бой.

Из-за поворота показался конный отряд фашистов. До леса не добежишь, прикинул Горбачев. Мгновенно пришло решение: окопаться в снегу и принять бой. Прицельным огнем из автомата Горбачев снял с седла нескольких всадников. Остальные спешились и ползком стали окружать чекиста. Он понял, что отступать невозможно и ринулся в атаку. Метнув несколько гранат в эсесовцев, поднялся во весь рост и пошел на прорыв. Но тяжелое ранение заставило залечь. Отчаянно отстреливался до последнего патрона. Силы тоже оставляли его. Оставалось одно – подороже отдать свою жизнь. Фашисты все тесней смыкались над Горбачевым. Пальцы плотно охватывают гранату. Вот они уже совсем близко, наклоняются над ним. Последним усилием воли Горбачев бросил две гранаты. Мгновение – и огненный смерч оборвал жизнь героя…

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 01.01.01 года он посмертно награжден орденом Красного Знамени. Имя героя было присвоено одному из первых партизанских отрядов на Любанщине. А с 1950 года имя Евстрата Денисовича Горбачева носит объединенный колхоз из жителей деревень Старые и Новые Юрковичи.

Оперативник, контрразведчик, командир

Дело сопротивления врагу, начатое , продолжили его сослуживцы. Среди тех, кого он отправил за линию фронта, был Иван Иосифович Брановицкий.

До войны он служил оперуполномоченным Червенского межрайонного отдела управления НКГБ по Минской области. В начале июля 1941 года был направлен в Крупский район в составе чекистского отряда, который возглавлял начальник управления Василевский. Через 2 недели тот отправил его за линию фронта с докладом о проделанной работе и положении отряда.

пробирался к своим, но линия фронта уходила все дальше на восток. В конце октября жители деревушки в Смоленской области подсказали, что за линию фронта можно перейти под Великими Луками. Отправился в ту сторону. Почти месяц шел на северо-запад, только по ночам заходя в деревни. Несмотря на все, казалось бы, принятые меры предосторожности, вконец обессилевший офицер уснул в заброшенном сарайчике и в это время был взят в плен. Пытался выдать себя за уголовника, якобы отбыввшего наказание. Немцы не поверили этому, приняли Брановицкого за бойца Красной армии и отправили в лагерь военнопленных. Сначала содержали в Егереницах, потом в Невеле, а в мае сорок второго года его в составе большой группы военнопленных погнали в Германию.

В пути Брановицкий организовал побег. Общими усилиями узники сорвали проволоку с защелки на двери и на полном ходу стали прыгать из вагона. Немцы заметили побег и открыли стрельбу. Далеко не всем удалось спастись. Те, кому удалось уйти от врага, во главе с Брановицким добрались до партизанского отряда , действовавшего в Полоцком районе. Оттуда их направили за линию фронта через Пудоть.

Как раз в эти дни в прифронтовой полосе формировался партизанский отряд под руководством Василия Семеновича Пыжикова. Брановицкий изъявил желание вновь отправиться в тыл врага и продолжать борьбу с врагом. Его назначили начальником Особого отдела отряда.

Командир отряда , которому тогда шел пятьдесят пятый год, по сравнению с другими партизанами выглядел стариком. Поэтому его стали величать «Стариком», а отряд — «отрядом Старика».

Придя на Борисовщину, в район озера Палик, отряд быстро пополнился местными жителями и вскоре вырос в бригаду.

Брановицкий быстро наладил работу, подготовил себе помощников. Однажды Пыжиков обратился к нему: «Вот что, Иван. Отправляйся-ка ты в отряд «Смерть фашизму». Расположены они поблизости от Минска. Помоги им организовать особый отдел».

Прибыв в отряд, Брановицкий стал внимательно присматриваться к личному составу, чтобы подобрать кандидата на должность начальника особого отдела. Выбор пал на командира разведвзвода Евгения Чуянова. Кандидатуру одобрили командир и комиссар отряда. И с этим нельзя было не согласиться. Бывший студент Минского мединститута, он был достаточно образован, смел, решителен, к тому же хорошо владел немецким языком. В тыл врага пришел добровольно из-за линии фронта в июле 1942 года, участвовал во многих боях. Брановицкий взялся за обучение Чуянова.

Затем вдвоем стали подбирать группу разведчиков, которые должны были устанавливать и поддерживать контакты с местными патриотами в Смоленске и Борисове. Вскоре удалось выяснить, что среди связистов жодинского гарнизона есть Ян Долгов, поляк по происхождению, насильно мобилизованный в немецкую армию. Удалось организовать встречу с Долговым. Оказалось, что он и раньше искал контакты с партизанами. На одной из очередных встреч Долгов передал схему жодинского участка телефонно-телеграфного кабеля, соединявшего ставку Гитлера со штабом группы армий «Центр». В 1943 году Ян Долгов окончательно перешел на сторону партизан в отряд «Смерть фашизму», а затем был принят в чекистскую группу «Мстители».

Брановицкий по долгу службы должен был первым беседовать с теми, кто приходил в отряд из Борисова, Минска и других городов, где стояли гарнизоны врага и дислоцировались гитлеровские спецслужбы: полиция безопасности и СД, Абвер, полевая жандармерия и др. Особенно знакомо ему было разговаривать с теми, кто вырвался из фашистского плена: все ужасы неволи он испытал на себе.

Весной 1943 года решением Борисовского межрайкома партии Брановицкий назначается заместителем по разведке и контрразведке бригады им. Кирова.

Осенью прилетел с Большой земли радист Владимир Вынаев. Он привез приказ о назначении руководителем разведывательно-диверсионной группы НКГБ БССР “Решительные“. В его подчинение перешли две группы, ранее направленные в тыл противника.

Участниками спецгруппы были получены сведения о новых видах вооружения Вермахта, проведено несколько диверсий на магистралях и железнодорожном транспорте, в том числе по подрыву линии связи «Ставка фюрера – фронт», проведена значительная контрразведывательная работа в партизанских отрядах и подполье. 29 июня 1944 года спецгруппа соединилась с частями Красной Армии.

Разведчица спецгруппы «Родные»

Необычная судьба выпала на долю Валентины Петровны Буйкевич, уроженки деревни Шумщина Дзержинского района Минской области.

«До войны отец мой работал на сельском хозяйстве, в семье нас было 13 детей», – рассказывает Валентина Петровна. «В школе нас учил грамоте солдат-инвалид. На 4 класса - одна книга. Хорошо, рядом находилась погранзастава, откуда часто приходили офицеры, многое рассказывали, особенно как распознавать лазутчиков по речи, одежде, вопросам... Одного мы вычислили и задержали, хотя он успел застрелить жителя нашей деревни.

…О том, что началась война, узнали днем 22 июня. Первые отступающие красноармейцы начали проходить через деревню 26 июня, а 28-го ворвались немецкие оккупанты. Началась облава на скрывающихся красноармейцев, фашисты убили старого, больного деда Матея, который не мог стоять на коленях… Но основная масса их занималась грабежом, отбирали все, что попадается под руку: кур, поросят, яйца, молоко. Мы увидели, что они несут нашему народу…»

В эту ночь в доме колхозного бригадира и старшего брата Вали Леонида собрались все мужчины деревни. Говорили долго, особенно пожилые люди, участники Первой мировой и гражданской войны. Главная мысль была - надо что-то делать. Решили продолжать прятать красноармейцев, пристраивать их в семьи, выдавая за родных или батраков, подбирать и ремонтировать выброшенное и сломанное оружие. Тогда думали, что это ненадолго…

К осени 1941 года в районе образовалось несколько партизанских групп, укомплектованными не только жителями окружных деревень, но и выходящими из окружения командирами и красноармейцами. Ушли в партизаны и три Валиных брата, а Валя и ее сестры Маша и Катя стали связными.

«В мае 1943 года в нашей разведке появились неизвестные люди. Одеты они были в советскую военную форму, и отличались от партизан. При первой встрече офицер с деревянной кобурой несколько часов расспрашивал обо мне, чем я занимаюсь, зачем хожу в лес. А я отвечала, что хожу туда за ягодами, за лыком для лаптей, словом, ничего не сказала… Потом узнала, что забросили их самолетом с Большой земли, и что они выбрали меня своей разведчицей».

Впоследствии заместитель командира спецгруппы НКГБ БССР «Родные» по разведке Михаил Калашников терпеливо учил 16-летнюю девушку премудростям разведчицы, конспирации, навыкам общения с людьми, добывания нужной информации. Опытный чекист, он дважды побывал в тылу врага, и, зная все особенности и опасности этой работы, взял в правило обязательные инструктажи перед каждым заданием.

«Идя в гарнизон, мне нужно помнить точное время и место встречи с подпольщиком, его пароль, предыдущее задание. Запомнить добытые им сведения. Передать новое задание. Условиться о месте и времени новой встречи, основной и дополнительной. При этом ни единого слова писать было нельзя. Категорически запрещалось иметь при себе любые письменные принадлежности, т. к. в случае ареста они могли стать серьезной уликой. А если учесть, что за один поход приходилось встречаться с тремя-четырьмя подпольщиками, то нужно было помнить очень много данных и не перепутать их. Я вынуждена была повседневно и упорно тренировать свою память и это выручало».

Сначала Валя выполняла роль связной, но вскоре смышленой девушке доверили работу резидента. Это значило руководить деятельностью связных и агентов, давать задания, а потом собирать информацию. Причем, зачастую приходилось ходить пешком по 40-50 километров в Минск и обратно. Результатом ее работы стали несколько дерзких диверсий, выявление агентов СД, награждение орденом Красной Звезды.

Из наградного листа: «… С риском для жизни во время блокады приносила группе боеприпасы и медикаменты. Бесперебойно обеспечивала группу материалами разведки. Добыла и передала в отряд планы укреплений Дзержинска и железной дороги Минск-Барановичи. Достойна представлению к награде – ордену Красной Звезды».

За этими сухими строками официального документа стоят сотни пройденных километров, где на каждом шагу поджидала смертельная опасность. На этом пути ей пришлось увидеть страшную смерть отца, сожженного полицаями в своем доме. 16-лентяя белорусская девушка вступила в схватку с коварным, жестоким врагом, причем не в открытом бою, а в качестве разведчицы, где каждый шаг, каждое слово, каждая встреча с новым человеком таили в себе смертельную опасность. Задания приходилось выполнять самые разные, но все они были связаны с риском для жизни..

После войны Валентина Петровна вышла замуж, окончила педагогический институт, стала историком, трудилась на комсомольской и партийной работе. Награждена Орденом Отечественной войны 1-й степени, трудовыми и юбилейными медалями, орденом “Знак Почета”, тремя Почетными грамотами Президиума Верховного Совета БССР. В 1960 году Валентина Петровна выступала на съезде ООН с речью «Белорусская молодежь в Великой Отечественной войне». С 1983 года находится на заслуженном отдыхе.

В настоящее время Валентина Петровна – активный член Партизанского районного Совета ветеранов, секретарь Комитета ветеранов войны. К 65-летию освобождения Беларуси готовит к изданию очередную книгу воспоминаний участников Великой Отечественной войны. Активно работает с молодежью. Живет в Минске.

Приблизившая крах «Сатурна»

Справка. Борисовская разведшкола “Сатурн“находилась в подчинении «Абверкоманды-103», приданной армейской группировке «Митте», действовавшей на направлении главного удара на Москву. Радиопозывной - «Сатурн». Начальник абверкоманды – подполковник Герлитц. Располагалась в военном городке Печи под Борисовом. Штаб и вербовочные пункты находились в Минске.

В Великой Отечественной войне наравне с мужчинами в тайной борьбе спецслужб участвовало много бесстрашных и презревших смерть женщин. В историю белорусских спецслужб навсегда вписано имя Любови Ефимовны Матусевич, разведчицы в разведшколе «Сатурн».

Люба родилась в 1914 году на Логойщине, в многодетной крестьянской семье. Работала портной в Минске, вместе с мужем Владимиром воспитывала двух сыновей. Когда грянула война, Владимир был в Подмосковье на воинских сборах, и Люба с двумя малолетними детьми в колонне беженцев отправилась на восток. Дойти удалось лишь до Борисовщины. Там она устроилась на работу поваром в автомастерские при немецкой части. Позже выяснилось, что это не простая воинская часть…

«Работать в разведшколе «Сатурн» я начала в ноябре 1941 года», – вспоминала Любовь Ефимовна. – «Поначалу бросилось в глаза, что на автомастерскую это не очень похоже. Вскоре познакомилась с денщиком начальника школы Утгофа – Василием. Он-то и рассказал, что это немецкая школа, где готовят разведчиков для засылки в тыл Красной Армии».

Вынужденная бездействовать, патриотка с трудом сдерживала свои истинные чувства к врагу. К тому же пришло известие, что родная деревня сожжена карателями, погибли два брата и сестра.

«Для меня это было тяжелейшей потерей. Работать в фашистском логове было просто невыносимо», - рассказывала Любовь Ефимовна. «И я твердо решила найти возможность отомстить за гибель своих близких. Несмотря на слежку, я все-таки поддерживала связь с партизанами, просилась в отряд, но когда они узнавали, что у меня на руках двое малолетних детей, конечно же, отказывали».

К счастью, осторожная Люба делилась своими сокровенными мыслями только с подругой Галей Вилковой. Ее мужем был сотрудник школы Александр Иванович Меньшиков.

Справка. (наст. Козлов), в 1941 году оказался в плену. Впоследствии дал согласие пройти подготовку в школе «Сатурн» с целью использовать эту возможность для возвращения к своим. Выполняя задание немецкой разведки, добровольно обратился в военную контрразведку «СМЕРШ», где получил задание вернуться в «Сатурн» уже в качестве советского разведчика под кодовым именем «Следопыт».

Проницательный Меньшиков, догадавшись об истинных чувствах Матусевич, предложил Любе оказывать ему помощь в подборе среди курсантов надежных людей, которые при переброске за линию фронта должны были сдаться советской контрразведке, сообщив всю известную ему информацию об абверовской школе. «Для связи с нашими будешь давать им пароль «Байкал-61». По этому сигналу их встретят на Большой земле», проинструктировал Меньшиков.

С этого момента Люба начала новую жизнь, полную риска и вместе с тем осознания своей значимости. «Первенцем» Любы стал Андрей Кухтик. Заметила, что тяготится парень своим положением, поговорила с ним раз, другой и перед отправкой передала пароль. Сначала опасалась попасть на провокатора, но потом тревога улеглась: подтвердилось, что Андрей перешел к своим. Первая удача окрылила ее, но вместе с тем прибавила чувства ответственности, наблюдательности и осторожности. За Андреем на Большую землю с паролем отправились другие…

стала советской разведчицей, работающей в самом логове грозной фашистской спецслужбы.

В школе к Любе привыкли, и она заметила, что слежка за ней поослабла. Воспользовавшись этим, вновь установила контакт с партизанами, тем более, что Меньшиков был отправлен в Восточную Пруссию. Однажды на встречу пришли люди, по одежде и поведению не похожие на партизан. Это были чекисты из спецгруппы «Активные». Благодаря им о Матусевич и ее работе в Абвере стало известно в Центре.

…Победное наступление Красной Армии заставило руководство Абвера передислоцировать школу на Запад. Вместе со школой двинулась в чужие края и Любовь Матусевич, продолжая свою кропотливую, смертельно опасную работу. Прошли Восточную Пруссию, остановились в Польше. Абверовская школа продолжила подготовку и заброску в наш тыл агентов немецкой разведки. Многие из них уходили с паролем «Байкал-61», все чаще усилия немецкой разведки по добыванию информации о передвижении наших войск оставались безрезультатными. В апреле 1945 года «Абверкоманда-103» прекратила свое существование.

После этого Любовь Ефимовна с детьми добралась до расположения советской контрразведки, которая разыскивала ее еще в Борисове. С ее помощью были разысканы и обезврежены немало сотрудников школы и агентов.

В с детьми вернулась в 1946 году, отстроила домик на окраине города. Жила очень скромно, о себе никому не рассказывала, наград не требовала. Продолжалось это до тех пор, пока не разыскали ее сотрудники управления КГБ по г. Минску и Минской области. С их помощью ей возвращен статус участника войны и все причитающиеся награды. Особенно дорога ей была медаль «За победу над Германией», вклад в которую внесла и эта простая белорусская женщина.