КОНЦЕПТОГЕНЕЗ – МИРОВОЗЗРЕНИЕ
ТРАНСПАРАДИГМАЛЬНОГО СТАНДАРТА
ФАРМАКОВСКИЙ В. В.
1. Нусогенный кризис цивилизации гомо-эго-центризма
Человека легко запутать частностями. Медиа-лавина событий может любого обратить в первозданный прах, так что за деревьями исчезает не только лес, но и небо над нашими головами, и нравственный закон внутри нас. В условиях отсутствия целостного мировоззрения происходит инволюция мира идей, перестают работать понятия и различия, определяющие возможность осмысления отдельных явлений, возникает феномен, в терминологии римского клуба именуемый как неосознанность происходящего. Участие в событиях в состоянии неосознанности делает неизбежными такие вещи как утрата определённости (Пригожин), конец науки (Хорган), темнота просвещения, международный или бытовой терроризм, финансовый кризис, и т. п. Некоторые уверены, что либерализм, как идеология безудержного эгоизма, и деньги - лучшее, что создал цивилизованный мир для избавления от всех этих проблем. Оказывается деньги, несмотря на полную утрату своего собственного объективного содержания, правят теперь жизнью людей в большей степени, чем когда-либо раньше (Д. Сорос), и, более того, власть денег создает самый справедливый порядок правления. (Ж. Аттали ) В рамках догматов либерализма, провозглашается окончание идеологической эволюции человечества и универсализация западной либеральной демократии, как окончательной формы человеческого правления. Но есть и другое мнение: фундаментальное противоречие нашей эпохи и одновременно главный вызов человечеству это противостояние либеральных стандартов, с одной стороны, и ценностей национальной культурно-религиозной идентичности с другой.
Становится весьма актуальной проблема мировоззренческой целостности в философии, решению которой препятствуют три причины:
1. предметный подход –
единственно возможный для решения частных проблем, но глубоко ошибочный для объединяющего все сущности целостного мировоззрения;
2. абсолютизация одного из предметов – вида homo sapiens в качестве единственного воплощения человеческой сущности в природе вещей;
3. гомо-эго-центризм (ГЭЦ).
Последний понимается как семейство систем концептуальных координат, имеющих своим центром широкий диапазон производных от homo sapiens концептов: эго отдельной личности, семья, партия, конфессия, корпорация, государство, этнос и т. д., интересы которых при выборе того или иного решения, полагаются в качестве безусловного приоритета. Такая позиция постоянно чревата конфликтом интересов и вытекающим из него противостоянием людей, групп, культур, цивилизаций и т. п.
Вместе с тем, цивилизационное самопровозглашение отдельным биологическим видом своей богоподобной исключительности сродни провозглашению себя Наполеоном или британской энциклопедией. Все попытки найти признаки, применимые исключительно к представителям вида homo sapiens наталкиваются на контрпримеры из жизни: животных, включая насекомых и микроорганизмы, растений, и предметов «неодушевлённого» мира, включая микрочастицы или антропный принцип, относимый к миру в целом.
Философы не любят дискуссий и определений, они лишь предлагают категориальный аппарат и мнения, выражаемые в рамках этого аппарата. И это вполне естественно – определение должно опираться на неопределяемые вещи, либо формально, либо в силу их предполагаемой самоочевидности. Но формальные решения не характерны для философии, а вопрос о самоочевидности является слишком дискуссионным.
Целостное мировоззрение должно базироваться не на разграничениях одного предмета от другого, а на онтологическом, сущностном сродстве всех вещей на уровне общеприменимых гиперкатегорий.
Концептогенез[1] – транспарадигмальное мировоззрение, каковым оно и должно быть для обеспечения возможности своей жизнедеятельности в условиях меняющихся научных парадигм и текущих манифестаций в социальных нормах и институтах, технике, морали, искусстве и т. д. Когда ценность накопленного опыта уступает место ценности адаптации к быстро меняющейся жизни во всех её проявлениях, происходит умаление былого авторитета старшего поколения, и тогда необходима реформация текущей парадигмы с учетом позиции новых участников жизненной драмы.
2. Философия, наука и религия в едином контексте
Ситуация в философии сегодня напоминает сказку Андерсена «Новое платье короля», только наоборот: философы неустанно шьют концептуальные платья, но ни короли, ни кто другой, не хочет их носить. Демон неупорядоченного многообразия сбивает с толку - человек хочет ясности, а ему предлагается «тысяча плато» несбывшихся надежд.
Концепт единообразия, с необходимостью включенный в понятие стандарта, кажется, в принципе, несовместимым с многообразием систем ориентации в мире: бытовых, философских, научных, религиозных и т. д. Но, на самом деле, стандарт всегда возникает именно на почве некоторого многообразия, и всегда направлен на обеспечение соответствующей системы ориентации в рамках этого многообразия, составляющего пространство данного стандарта. Развитие фундаментальных парадигм естествознания от Парменида до Ньютона и наших дней сопровождалось поиском устойчивых универсальных принципов и категорий. Вся история философии может трактоваться как поиск стандартных, т. е. жизнеспособных, устойчивых концептов и, прежде всего, поиск концепции для самой философии, которую представляет многообразие философских школ.
Транспарадигмальный стандарт (ТПС), по самому его определению, должен опираться на систему категорий, применимых ко всему на свете, т. е. область применимости которых, на равных основаниях, включает события или концепты любой степени общности и концептуальной природы или сложности. Эта система независима от того, считаются ли возможные денотаты составляющих её категорий продуктами материи или духа; являются ли они объектами, или процессами; относятся ли к миру живых существ или неодушевлённой материи; микромиру или космическому пространству; единичному предмету или ансамблю и т. п. Триада таких гиперкатегорий ТПС: событие, манифестация и архетип, определяет стандартные отношения между любыми предметами.
Любое событие может означиваться как манифестация некоторого другого события, что определяет отношение представленности одного события другим, или явленности одного события другому. На уровне ТПС природа этой представленности не имеет значения, включая на равных основаниях связи знаковой или материальной природы.
Вместе с тем, очевидно, что любое событие является результатом изменяемости других событий. Гиперкатегория архетип служит для обозначения этого отношения между событиями, с ориентацией от события к его архетипу.
О каком событии идёт речь? Как оно представлено или какое событие оно представляет? Каков вектор его изменяемости? – вот три вопроса, определяющих взаимосвязь событий в триаде транспарадигмального стандарта. Заметим, что приведённое перечисление вопросов не означает единственно возможной последовательности их возникновения в процессе жизнедеятельности. Напротив – они могут актуализироваться и управлять процессом изменяемости в произвольном порядке и любых комбинациях.
Адекватность ответов на поставленные вопросы полностью зависит от контекста, ситуации, или, в наиболее общем выражении, от конъюнктуры, к которой они применимы в равной мере.
В условиях быстрой изменяемости мира, всё чаще требующих не только частных поправок используемых моделей, но и пересмотра основополагающей концептуальной базы, концептогенез, как целостное мировоззрение, обеспечивает возможность оценки концептуальной совместимости частного события с его событийным окружением в пространстве транспарадигмального стандарта.
Ядро ТПС - Закон Всеобщего Уподобления - универсальный закон природы, который действует во всех пространственно - временных перспективах, независимо от структуры наблюдаемых явлений и их концептуального статуса. Примеры частных реализаций Закона можно продолжать сколь угодно долго, поскольку все законы природы и общества, по существу, являются либо констатацией подобия, либо описанием процесса его становления.
Все вещи в чем-то похожи, а в чем-то не похожи друг на друга, и вопрос о подобии неотъемлем от критерия, используемого при сравнении, который, в свою очередь, определяется конъюнктурой. Есть много миров - один большой и очень много маленьких и Закон, описывающий процесс их становления, определяет, как они связаны друг с другом.
В рамках транспарадигмального стандарта явления эпистемологии и природные явления могут и должны рассматриваться с единых позиций, что непосредственно реализует идею союза философии и науки, раскрывает «область, внутри которой отношение сущего к бытию становится представимым» (М. Хайдеггер). А это, в свою очередь, предполагает систематическое выявление и минимизацию метафизических презумпций философии и науки.
Плюрализм, составляющий основу ТПС, снимает фундаментальную для философии проблему существования объектов научного знания. Догматическая позиция, опирающаяся на принцип возможности достижения абсолютного знания, теряет всякий смысл и торжествует скептическая реакция на догматизм, что соответствует классическому направлению в философии науки.
В религиозном сознании аналогом гиперкатегории является представление о вездесущем Творце, триада ТПС воплощается в образе Святой Троицы и мотив применимости человеческого измерения ко всем сущностям звучит в вездесущем Слове священных текстов: «Вначале было Слово, в нём была жизнь, и жизнь была свет человеков» (Ин.1:1-5)
На высшем уровне обобщения триада (событие, манифестация, архетип), может интерпретироваться как: философия, которая концептуально позиционирует события, наука, что изучает их проявления и религия, призвание которой в спасении души человеческой через систему нравственных архетипов.
Возможности ТПС не ограничиваются взаимным позиционированием обобщенных парадигм философии, науки и религии, но обеспечивает и возможность ориентации на уровне отдельных философских школ, научных дисциплин и их частных приложений, религиозных конфессий и т. д.
Предельная обобщенность гиперкатегорий, доходящая до их общеприменимости, не исключает возможности учета и аксиологической составляющей. При потенциально бесконечном многообразии манифестаций и архетипов для каждого события, особую роль играют случаи, когда они совпадают с самим событием, в результате чего, тяготение к самосохранению жизни и идентичности составляют доминанту изменяемости любого события.
Мир един, но есть бесконечное множество систем предметных координат для представления и понимания вещей и событий друг другом, что в равной мере относится ко всем предметам, и, в частности, к представителям вида homo sapiens, к научным и философским концептам. События сами проектируются друг на друга, что и даёт возможность видеть всё во всём, обеспечивая «голографическое» видение мира во всех его проявлениях.
3. Перспективы преодоления
Являясь естественным продолжением истории философии от премодерна к модерну и постмодерну, концептогенез противостоит прочим философским системам не как истина по отношению к заблуждению, а как общий случай по отношению к своим частным реализациям.
Но зададимся вопросом: может ли, пусть и адекватное, мировоззрение обеспечить реальное избавление от перечисленных выше препятствий на предлагаемом им пути и, в особенности, от установок гомо-эго-центризма, если любое «воззрение» исходит от человека, предназначено для употребления человеком и в его интересах, ориентированных на конкретную ситуацию?
Не только возможно, но движение в этом направлении давно уже имеет место de facto!
Стихийное размывание ГЭЦ - установок соответствует генеральной линии развития цивилизации, что проявляется, как ни парадоксально, не в сокращении сферы применимости Человеческого измерения, но, напротив, в её неуклонном расширении!
Здесь, прежде всего, отказ от априорной ценностной неоднородности внутри самого вида homo sapiens: потерпели крах идеи безусловного национального или культурного превосходства, давно изжили себя сословные приоритеты и принцип монархии как реальной власти, считается неполноценной однопартийная система правления и т. д.
Происходит распространение и развитие экологического самосознания, оформление моральной и правовой базы признания прав животных, растений, территорий и т. п.
Возникает так называемое энд-историческое мышление, где человек, как представитель биологического вида, перестает считаться субъектом истории.
Последнее вызывает у некоторых алармические и даже панические настроения в страхе, что их неотъемлемые права в перспективе будут низведены, до прав животных, а может быть и бактерий. Это ли не гомо-эго-центризм, в его самом откровенном выражении! А между тем интересы некоторых бактерий давно учитываются на пользу им и всему человечеству – их «заселение» в организм во время прививки, со времён Пастера, стало привычным способом укрепления здоровья бесценных человеческих особей.
Человек – мера всех вещей, но сознательное восхождение к Человеку, по существу, только начинается. Вслед за Протагором и Диогеном, виду homo sapiens предстоит бесконечно долгий и чудотворный путь открытия и сотворения Мира, и поисков Человеческого начала во всех реалиях, его составляющих.
Это, в частности, означает, что люди должны освобождаться от рабских представлений: о размножении, насыщении и доминировании как исчерпывающих человеческих потребностях; о рентабельности или нерентабельности человека и человечества и т. п. Общество, а в идеале и государство, должны взять на себя духовную миссию.
Сознательное преодоление ГЭЦ - установок является необходимой концептуальной основой и для транспонирования смыслов в отношениях научного и религиозного контекстов, хотя грех гомо-эго-центризма иногда бывает присущ и носителям религиозного миросознания, когда они распространяют благость Божью только на один биологический вид сомнительного происхождения. Принцип симфонии русской православной церкви состоит в том, что считаются искусственными и чуждыми любые разделения.
Насколько реальна предложенная концепция преодоления нусогенного цивилизационного кризиса? Если оказывается, что ветер времени дует в правильном направлении и, вопреки мнению не всегда молчаливого большинства, туман ГЭЦ - установок рассеивается, то есть ли какие-нибудь успехи на этом пути?
Вопрос заслуживает самого пристального внимания, но здесь придётся ограничиться только некоторыми наблюдениями, непосредственно относящимися и к жизни современной России:
Миф о вечной борьбе Добра и Зла полностью оправдывается только в случае, кода поле битвы – сердца людей. Во внешнем мире Зло не жизнеспособно, оно самоуничтожается.
У огромных масс людей возникло чувство глобальной человеческой близости и общего интереса, чему, в частности, способствуют современные средства коммуникации.
Попытки искусственного поддержания высокого уровня невежества возвращают к жизни интерес к классическому образованию с гуманитарным уклоном.
Попытки осознанной дезориентации человека и трансформации его сознания частично нейтрализуются за счет прямого доступа людей друг к другу, независимо от их взаимной удалённости, гражданства или этнической принадлежности.
Искусственное навязывание "общечеловеческих ценностей", отождествляемых с либеральным стандартом, наталкивается на возрождение и развитие религиозного сознания.
Антинаучность атеизма получает всё большее признание. Действительно, считать отсутствие Бога научно доказанным - то же самое, что делать вывод об отсутствии китов в океане на том основании, что их нет в воде, зачерпнутой из этого океана чайной ложечкой. ()
Последние суждения объясняют крайнюю враждебность представителей либерального «креативного» класса к русской православной церкви, и продвижение ими насквозь фальшивого утверждения о том, что религия враждебна науке, демократии и правам человека. Живущий Благодатью, Раб Божий,– это человек по настоящему свободный, не раб человеческий, и не раб социальной роли, политической идеологии или ложной системы житейских стандартов и ценностей и т. п. В XI веке митрополит Иларион писал: «Законом оправдывались, но не спасались, христиане же Благодатью не оправдываются, а спасаются»
Призвание религии в спасении души человеческой. Противоречие между наукой и религией будет снято, когда и для деятелей науки эта цель станет приоритетной: способствуя решению земных проблем, и облегчая земную жизнь людей, ученый, как, впрочем, и любой другой человек, должен в своём угождении потребностям, по возможности, воздерживаться от угождения «злобе дня».
Есть одна национальная идея, пригодная для любой нации – Думай о Царствии Небесном, остальное приложится. Упоминание о Царствии Небесном в научном контексте весьма рискованно, но, в условиях транспарадигмального стандарта, любые метафоры и уподобления вполне допустимы как посыл к размышлению. Так что, братья и сестры: люди, львы, орлы и куропатки, рогатые олени, пауки, безмолвные рыбы, живущие в воде, и сам незабвенный и многоуважаемый шкаф, словом все жизни, все жизни, все жизни, «Да принесут горы мир вам и холмы правду» (Пс.71.3)
[1] , Концептогенез. Нижний Новгород, 2005
