Проблемы управления водными ресурсами в зонах конфликтов. Водная дипломатия

Проблемы управления водными ресурсами в зонах конфликтов. Водная дипломатия.

В новом тысячелетии влияние глобальных проблем на геополитику и международные отношения еще более усилилось. В межгосударственных отношениях большую роль стали играть такие факторы, как загрязнение атмосферы, изменение климата вследствие деятельности человека, использование космического пространства и т. д.

Вместе с тем все эти факторы стали в руках государства основным политическим средством оказания давления друг на друга. В этом плане одним из важных компонентов политических отношений современности является проблема питьевой воды.

В современную эпоху недостаток источников питьевой воды стал одной из глобальных проблем, угрожающих миру. По подсчетам, в настоящее время в мире от нехватки питьевой воды страдают примерно 1,5 млрд. человек. В Отчете ООН по этому вопросу за 1998 год указано, что, если в 1950 году с проблемой дефицита воды столкнулись лишь 12 стран с населением менее 50 млн. человек, то в 1990 году с этой проблемой уже столкнулись 300 млн. человек в 26 странах. В 2050 году с проблемой воды столкнутся 65 стран с общей численностью населения примерно 10 млрд. человек.

Проблема дефицита пресной воды имеет тенденцию постоянно нарастать на протяжении истории. Первые международные конфликты по поводу воды были отмечены еще до нашей эры, но наибольшее распространение они получили в ХХ веке, перенеся причины вооруженных конфликтов с борьбы за землю на борьбу за воду.

Следует отметить, что по вопросам истории вооруженных конфликтов из-за водных ресурсов практически нет комплексных исследований (за исключением двух работ).

Уже в 2000 году была пройдена критическая точка несоответствия имеющихся и потребляемых водных ресурсов, в связи с чем Генеральным секретарем ООН было сделано заявление о постановке водного вопроса в один ряд с глобальными проблемами человечества, имеющими первостепенное значение.

Своего рода характерной особенностью материка стала проблема воды в Африке. На Ближнем Востоке актуальны водные конфликты Египет-Судан-Эфиопия в бассейне Нила, Израиль-Сирия-Иордания в бассейне реки Иордан, Турция-Сирия-Ирак в бассейне Тигра и Евфрат. Схожие споры идут между Уругваем и Аргентиной, Бразилией и Парагваем в Америке, между Таиландом, Камбоджей и Вьетнамом в бассейне реки Меконг. Но самая острая ситуация сложилась в Центральной Азии.

Водная проблема в новом тысячелетии стала геополитическим фактором. В XXI веке по своему геостратегическому значению вода может занять место, которое нефть занимала в XX веке. Скрытая и открытая борьба и даже войны за нефть могут перерасти в новом тысячелетии в войну за воду. По прогнозам экспертов США, до 2020 года вероятность войн развитых стран не за энергетические ресурсы, а именно за воду, очень высока.

Существуют различные классификации конфликтов из-за воды. Так, например, международные водные конфликты делят на:

1.  Реальные и потенциальные.

2.  Международные и внутригосударственные.

3.  Конфликты по поводу водных ресурсов и конфликты по иным поводам, в которых водные объекты рассматриваются в качестве средства или дополнительного аргумента для достижения целей.

4.  Использование водных ресурсов в террористических целях.

5.  Конфликты, в которых водные объекты используются в качестве боевого средства.

Специалисты Тихоокеанского института по изучению вопросов развития, окружающей среды и безопасности представили свою классификацию водных конфликтов:

- конфликты, где основная цель - контроль над водными ресурсами для удовлетворения собственных нужд (государственные или негосударственные акторы);
- конфликты, где водные ресурсы используются как военное средство (государственные акторы);

- конфликты, где водные ресурсы используются как политическое орудие (государственные или негосударственные акторы);

- конфликты, в которых водные ресурсы являются объектом терроризма: гидротерроризм (преимущественно негосударственные акторы);

- конфликты, в которых водные ресурсы являются объектом военной мишени (государственные акторы);

- конфликты, в которых контроль над водными ресурсами захватывается для препятствия развития государств, или других негосударственных акторов (государственные и негосударственные акторы).

Представители Орегонского университета изучили все существующие международные водные бассейны. Было обнаружено 263 трансграничных бассейна, по каждому из которых был проведён анализ взаимодействий государств в области водных ресурсов. Исследование выявило 1 831 взаимодействие (507 конфликтов, 1 228 случаев сотрудничества, 96 нейтральных или незначительных взаимодействий).

Данное исследование показало, что существуют 3 основных фактора, которые угрожают международным водным бассейнам:

-  «интернационализация» водных бассейнов в связи с появлением новых независимых государств;

-  принимаемые в одностороннем порядке планы развития (прежде всего, проекты строительства плотин без предварительных двусторонних юридических соглашений);

-  общая напряжённость в отношениях между странами, не связанная с «водными» проблемами.

Остановимся на каждом из этих факторов подробнее.

Первый фактор говорит о появлении новых независимых государств, плохо обеспеченных водой, таких как Таджикистан, Киргизия, Узбекистан, Казахстан, Туркменистан. Среди примеров конфликтов можно отметить конфликты, возникшие в связи с использованием и потреблением вод рек Аму-Дарьи, Сыр-Дарьи, Иордана, Нила, а также бассейна Аральского моря и др.

Второй фактор заключается в том, что в определенный период развития, а именно «когда спрос на воду по показателям «приближается вплотную к уровню обеспеченности водными ресурсами, одно из государств, разделяющих трансграничный водный бассейн, как правило, региональная держава, принимает решение о реализации проекта, который серьёзно ущемляет интересы хотя бы одного из других приграничных государств. Региональная держава может пойти на такой шаг, рассчитывая продолжать обеспечивать свои существующие потребности в воде, столкнувшись со стремительно сокращающейся доступностью водных ресурсов. Среди примеров – планы Египта построить высокую дамбу на реке Нил, поворот реки Ганг властями Индии с целью защиты порта Калькутты».

По третьему фактору в качестве примера можно привести Палестинскую Автономию и Израиль. Между палестинцами и израильтянами и так существует достаточно большая напряжённость в отношениях, в которую также входит и религиозная составляющая. Конфликты из-за водных ресурсов между этими странами только накаляют общую политическую обстановку.

Основной причиной вооруженных конфликтов по проблемам пресной воды следует считать ее нарастающее потребление при остающемся неизменным количестве. Если обратиться к первопричине такого повышенного потребления, то можно заметить, что данная ситуация обусловлена ростом мировой экономики и нарастающим продовольственным кризисом.

Если изучить хронологию водных конфликтов на протяжении истории человечества, во все времена водные ресурсы служили не только целью войн, но и инструментами достижения государствами своих целей.

Поэтому можно утверждать, что проблема использования трансграничных водных ресурсов вышла за рамки двухсторонних отношений и требует принципиально новых подходов и неотложных мер со стороны мирового сообщества.

Таким образом, в новом тысячелетии и появился термин «водная дипломатия», которое занимает своеобразное и все возрастающее место в геополитике, поскольку, как мы уже отметили, в большинстве регионов мира периодически проявляются водные кризисы локального характера, которые порой перерастают в вооруженные конфликты.

Определенную роль в этом играет и отсутствие в международном праве единого подхода и универсальных норм в связи с водной проблемой. Но главная причина – в изменчивости самого международного права в соответствии с интересами некоторых государств.

Коварство обсуждаемой проблемы в том, что она нарастает и накапливается незаметно, оставаясь в течение длительного времени второстепенной для большинства не страдающих от нее стран и народов.

Опасность таких проблем в том, что, когда принимается решение обратить, наконец, на них внимание, часто обнаруживается, что изменить или устранить их уже просто невозможно. Надо понимать при этом, что дипломатическая активность без научно обоснованных и выверенных аргументов дает прямо противоположный эффект, надолго загоняя проблему в разряд нерешаемых.

Не подлежат никакому сомнению базовые принципы международных отношений о целостности и суверенитете государств, нерушимости границ, равно как и правило о невмешательстве во внутренние дела. Вместе с тем следует еще раз проанализировать несколько важных понятий, которые уже сегодня лежат в основе всех соглашений по использованию трансграничных водных объектов. Накопленный громадный опыт выработал множество форм и способов эффективного разрешения сложных вопросов при совместном пользовании водными ресурсами.

К сожалению, вода стала одним из мощных способов давления в политике. Она лежит в основе развития экономической мощи государств и благосостояния их народов. Следовательно, вода (как и воздух) — совершенно особый, жизненно необходимый фактор, к которому малоприменимы общепринятые подходы при выборе способов управления ее ресурсами.

Современные технические средства позволяют проводить практически постоянный мониторинг объемов и качества водных объектов на всех континентах планеты. Это означает, что любая попытка превысить допустимый уровень забора воды будет зафиксирована. Очевидно, что справедливое распределение водных ресурсов не означает раздачу воды каждому по потребностям, хотя бы потому, что потребность — постоянно изменяющаяся величина (и в большинстве случаев — в сторону увеличения).

Ключевой вопрос — признание всеми заинтересованными странами единых, научно обоснованных, подкрепленных расчетами, прозрачных, а потому справедливых принципов, подходов и правил распределения водных ресурсов.

«ДОРОЖНАЯ КАРТА» ВОДНОЙ ДИПЛОМАТИИ

Современная практика поиска дипломатических решений сложных международных проблем выработала целый арсенал методов и приемов поэтапного продвижения сторон к конечной цели переговоров. Один из таких хорошо зарекомендовавших себя приемов — разработка и принятие «дорожной карты», которая должна быть получена для каждого потенциально конфликтного водного бассейна. Такая карта, скоординированная по срокам и мероприятиям, помогает последовательно разрешать проблемные вопросы, уменьшая их количество.

Необходимо учитывать и психологический фактор при формировании общественного мнения. Подготовленная на основе понятной, научно обоснованной и прозрачной методики аргументация будет способствовать, пусть медленно, формированию большинства из присоединившихся стран, которое в конце концов окажет решающее влияние на принятие международных правил. Нельзя уклоняться от обсуждения вопросов о мерах и способах принуждения стран и правительств к исполнению общепринятых правил пользования водными ресурсами. Прежде чем начинать международно-правовую дискуссию по урегулированию водопользования в трансграничных районах, всем заинтересованным странам и их правительствам следует ответить на простой вопрос: готовы ли государства уже сегодня начать движение по «дорожной карте вододеления» с учетом сохранения окружающей среды? Ответ на него покажет истинное отношение правительств к данной проблеме.

Следует помнить печальный опыт с Киотским протоколом, когда за чистоту воздуха ратовали все без исключения, а в итоге под разными предлогами его не подписали самые активные загрязнители воздуха. Любая страна, отказывающаяся принять рекомендованный ООН документ по согласованному водопользованию, должна рассматриваться как потенциально опасный противник природы. Только общими решениями мирового сообщества (вплоть до принуждения) можно сдерживать эгоистичные устремления отдельных государств.

Вода и связанные с ней проблемы способны оказать определенное влияние на развитие дипломатической практики и строительство международных отношений в ближайшем будущем.

Главное — не опоздать.

Регионы потенциального водного конфликта

Центральная Азия

Для справки: с распадом СССР нарушилась единая система экономических и хозяйственных связей между бывшими республиками Союза. Разрушился и единый водно-энергетический комплекс центрально-азиатских республик. Кыргызстан и Таджикистан, расположенные в верховьях бассейнов Амударьи и Сырдарьи и владеющие основными водными ресурсами региона, Казахстан, Узбекистан и Туркменистан, расположенные в низовьях, без учета земледельческого хозяйства стали строить гидросооружения.

В Кыргызстане и Таджикистане более высокая потребность в воде приходится на зимние месяцы – с целью более эффективной работы электростанций излишние воды сливаются в реки. В итоге зимой почва в Узбекистане и Казахстане остается под водой. Напротив, весной и летом в этих странах орошение полей становится главной проблемой. Большую потребность в воде регион, производящий в массовом масштабе технические культуры, – хлопок, кукурузу и т. д., испытывает в летние месяцы.

В последние годы водный конфликт между странами региона еще более обострился. Во время своего визита в Казахстан в сентябре 2012 года Президент Республики заявил о необходимости перед строительством Рогунской ГЭС в Таджикистане и Камбаратинской ГЭС-1 в Кыргызстане и подписания с каким-либо государством соглашения в этой области проведения международной экспертизы. Глава государства отметил, что строительство Рогунской ГЭС высотой 350 м и Камбаратинской ГЭС высотой 275 метров может вызвать катастрофу в регионе, предупредив, что проблема может даже стать причиной войны.

Основной фактор, накаляющий ситуацию в регионе, – это вмешательство больших государств. Глобальные игроки поступают в соответствии со своими интересами, вкладывая инвестиции в строительство ГЭС, выделяя кредиты. Вода уже стала в регионе самым щепетильным вопросом, основным средством дипломатического и политического давления. Резкий шаг с какой-либо стороны может привести к перерастанию конфликта в войну.

Ряд аналитических центров уже дают прогнозы относительно обострения событий. Известный в мире журнал «Foreign Policy» в 2013 году включил в список конфликтных регионов, приковывающих внимание всего мира, и Центральную Азию. В отчете ЦРУ «Глобальные тенденции до 2030 года: альтернативные миры» указано, что в Центральной Азии до 2030 года возможны конфликты между государствами за водные ресурсы.

Ближний Восток

С начала XX века Ближний Восток считается одним из самых горячих точек мира. Самое обычное противостояние в регионе, даже происшествие на бытовой почве, может стать причиной крупномасштабной войны. В беспокойной среде, обусловленной политическими, религиозными, этническими различиями, водные ресурсы также могут стать искрой. Роль, которую в прошлом веке в регионе играла нефть, сейчас играет вода.

На Ближнем Востоке возникли водные конфликты Египет-Судан-Эфиопия в бассейне Нила, Израиль-Сирия-Иордания в бассейне реки Иордан, Турция-Сирия-Ирак и Иран-Ирак в бассейне Тигра и Евфрат, которые считаются потенциальными горячими точками.

Существует мнение о том, что «вода может и не быть причиной войны на Ближнем Востоке, но, если нужно спровоцировать войну на Ближнем Востоке, то «вода» может стать поводом». На наш взгляд, в регионе, где сталкиваются интересы глобальных сил, вода может считаться не только дипломатическим средством, но и дипломатическим оружием. Поэтому у всех сил, желающих спровоцировать войну в регионе, существуют свои стратегии водных войн. При подходе к вопросу сквозь эту призму становится ясно, что регион – реальный кандидат на то, чтобы попасть в историю «водных войн».

Нильский бассейн

В странах бассейна реки Нил уже имеются первые жертвы цепного противостояния Египет-Эфиопия-Судан-Южный Судан. Правда, в конфликте Судан-Южный Судан основную роль сыграли запасы нефти и газа. Но в отношении стран нильского бассейна к конфликтующим сторонам проявляется именно водная дипломатия. Так, в ответ на проблемы, созданные Суданом при использовании водных ресурсов, Египет поддержал Южный Судан, что противоречило мусульманской солидарности.

Одновременно с этим здесь прощупывается еще один очаг конфликта. Так, из стран региона Эфиопия активно сотрудничает с Израилем. Тем самым против газовых санкций и угроз Египта Израиль посредством Эфиопии создает водную угрозу для Египта. Бомбардировка Израилем оружейного завода в Судане, вслед за этим визит кораблей иранского флота в Судан свидетельствуют о напряженности ситуации в регионе. На энергетическое давление Египта тандем Израиль-Эфиопия отвечает водной дипломатией.

Бассейн реки Иордан

В странах бассейна реки Иордан водные ресурсы также имеют стратегическое значение. Израиль, Палестина, Ливан и Сирия постоянно страдают от нехватки воды. Уровень воды в реке Иордан низок, вода постепенно убывает. Причем Израиль устанавливает серьезные квоты на использование воды, что с недовольством воспринимается в арабском мире. Основная причина борьбы за воду в регионе же заключается в Голанских высотах, захваченных Израилем в 1967 году. Река Иордан протекает через эту территорию. Тивериадское озеро, обеспечивающее общеизраильские каналы водой, также расположено здесь. Поэтому Голанские высоты можно считать решающим ориентиром водной дипломатии в регионе.

Уровень Мертвого моря, являющегося одним из основных источников воды, снижается ежегодно на 1 метр. По подсчетам, если нынешняя динамика продолжится, до 2050 года озеро вообще исчезнет с карты. Несмотря на инициативы как со стороны Иордании, так и со стороны Израиля, достичь договоренности между странами, использующими эти водные источники, не удалось. Поэтому вода в регионе имеет жизненно важное значение, и вероятность возникновения вооруженного конфликта за воду в будущем всегда актуальна.

Тигро-евфратский бассейн

Реки Тигр и Евфрат оказывают влияние на отношения, с одной стороны, Турции с Ираком и Сирией, с другой, – на отношения между Ираном и Ираком. В связи с этим в регионе уже возникала война. Как известно, одним из основных поводов к ирано-иракской войне гг. был раздел реки Шатт-эль-Араб, возникшей в месте слияния рек Тигра и Евфрат.

В настоящее время ситуация продолжает оставаться напряженной. После вторжения США в Ирак сложилась новая геополитическая ситуация. Если прежде перед водными притязаниями Ирака и Сирии Турция была одна, то сейчас в этом вопросе ее поддерживает и Курдистанская автономия, расположенная на севере Ирака.

Турция на юге страны приступила к самому крупному за период республики проекту GAP (Güneydoğu Anadolu Projesi). Этот проект, предусматривающий строительство 21 водохранилища на реке Евфрат, имеет стратегическое значение для региона, так как в результате реализации этого проекта количество воды, втекающей в Сирию, может максимально уменьшиться, а плотины могут еще более уменьшить объем текущей в Ирак воды. Это может повлиять и на водоснабжение Израиля.

Чтобы обеспечить свою национальную и экономическую безопасность среди окружающих ее арабских стран, Израиль строго контролирует все доступы в альтернативные источники.

В этом смысле выход к водным ресурсам – самое слабое звено в стратегии национальной безопасности Израиля. Реализуя проект GAP, Турция получает рычаги влияния на все страны, включая и Израиль.

Поэтому тандем Запад-Израиль пытается противостоять водной дипломатии Турции. Так, Евросоюз (ЕС) предусматривает превентивные шаги в процессе членства Турции в этой организации. В качестве условия для обсуждения вопроса о членстве в ЕС организация выдвинула совместное с другими странами, включая и Израиль, использование вод рек Тигра и Евфрат и строящихся на них сооружений, хотя это условие в плане интеграции в Европу не имеет никакого значения. Даже если Турция и станет членом ЕС, она может быть полезной в качестве механизма оказания Евросоюзом влияния на Ближний Восток. Очевидно, что водная дипломатия имеет большое значение в отношениях Турции и Израиля и Турции и Евросоюза.

Тибет

Другой щепетильный район, способный стать причиной конфликта за водные ресурсы, – китайско-индийская граница. Специалисты полагают, что в настоящее время основная проблема между двумя гигантами Азии –Китаем и Индией – это вопрос о воде. 8 рек региона имеют жизненно важное значение для 1 млрд. 800 тыс. человек.

Между Китаем и Индией, имеющими самую высокую плотность населения в мире, до сих пор наблюдается, хотя и прикрытый, все же спор. Периодическое открытие крыш водохранилищ, построенных Китаем на 8 реках вблизи Тибета, наносит серьезный ущерб экономике соседней страны.

Так как одним из основных экономических соперников Китая в Азии является Индия, водная дипломатия между двумя странами еще долго будет о себе заявлять. Но в нынешней ситуации вероятность перерастания этих отношений в конфликты слишком мала.