Война в жизни моей семьи
Ирина Викторовна Стешова
70 лет прошло с того времени, как отзвучали залпы победного салюта. Но и сейчас этот праздник болью откликается в сердце, так как нет ни одной семьи в России, которую не затронула бы война. И моя семья не исключение.
В 1941 году пропал без вести старший брат моего отца Василий. Восемнадцатилетним пареньком ушел на фронт мой папа . Родился он в 1925 году в г. Богородске Нижегородской области. В январе 1943 года был призван в армию. С января по июль 1943 года служил в 8-м отдельном запасном телеграфном полку в г. Чебоксары, где проходил обучение на телеграфиста.
С июля 1943 года до окончания войны принимал участие в боевых действиях в составе 980-го отдельного батальона связи 68-го стрелкового корпуса 57-й армии 3-го Украинского фронта. С боями прошел Украину, Молдавию, Румынию, Болгарию, Югославию, Венгрию, Австрию. Закончил войну в Чехословакии в звании рядового. Награжден медалями «За взятие Будапешта», «За взятие Вены», «За освобождение Белграда», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», юбилейными медалями и орденом Отечественной войны II степени.
После возвращения домой в 1948 году мой отец продолжил обучение в дизелестроительном техникуме, которое пришлось прервать из-за войны. Закончив его, в 1951 году поступил в политехнический институт на вечернее отделение и в это же время начал работать технологом на заводе «Двигатель революции». Затем работал в ГКТИ автопрома, НИИТМ «Сириус». В 1998 году Виктор Александрович ушел на заслуженный отдых.
Из сочинения «Моя семья в Великой Отечественной войне»
Нины Солодовниковой, учащейся 10 класса
школы № 3 г. Богородска
День Победы в нашей семье всегда считался святым днем. Об этом постоянно твердила мне мама. А ей говорили об этом отец и дед. На мой первый парад Победы я попала, когда мне не было еще и года. С тех пор каждый год 9 Мая мы с мамой ходим на торжественный митинг. Я часто задаю себе вопрос: «Что значит война для русских людей? И почему на этих митингах, кода звучат «Журавли» в исполнении Марка Бернеса, так горько плачет моя мама, родившаяся через 20 лет после окончания войны? Так что же это за война, и какой отпечаток наложила она на судьбы людей?
За ответом на эти вопросы я отправилась в Нижний Новгород, к нашему родственнику, ветерану Великой Отечественной войны Виктору Александровичу Стешову, который в середине января отметил свое девяностолетие.
Дверь открывает хозяин квартиры, он по-юношески подтянут, бодр, легок, мудр в суждениях. Остывает душистый чай… Я расспрашиваю его о войне, о боях, в которых он принимал участие, о фронтовых подвигах. Он по-мальчишески смущается: «Да какие подвиги, воевал, как все». А память услужливо рисует картины военного прошлого… Перелистывая странички своей боевой юности, Виктор Александрович рассказывает… Голос его негромок, взволнован и немного торжественен.
– Я родился в Богородске в 1925 году, – не торопясь начинает мой собеседник. – В январе 1943, едва мне исполнилось 18 лет, я получил повестку на фронт. Провожали меня мама и младший брат Борис. Мой старший брат Василий пропал без вести еще в октябре 1941 года. Вместе со мной были призваны на фронт все родившиеся в 1925 году, многие уходили семнадцатилетними. До июля я учился в Чебоксарах на телеграфиста. И только потом был отправлен в Пензу, там у нас была штабная рота, в которую входили телефонисты и телеграфисты. Я был телеграфист, но зачастую выполнял обязанности и телефониста: бегал с катушкой, налаживая связь.
Из Пензы меня отправили служить на Украину, под Харьков. Вспоминаю один случай: выдали нам саперные лопаты и велели рыть окоп в полный рост. Время идет, мы копаем – не копаем: ведь приехали сюда воевать, а не окопы рыть. И вот командование пригнало к нам три «Катюши», они встали на опушке, дали несколько залпов и уехали, немцы вычислили это место и стали прицельно бить по нему из минометов, мы закричали: «Мама!» и попадали носом в землю, умирать-то не хотелось. Это послужило для нас хорошим уроком: буквально за час были выкопаны все окопы. Больше игнорировать приказы начальства мы не посмели. В этом первом боевом крещении из нашей роты ранило двоих. Одного очень тяжело, – вздыхает Виктор Александрович и о чем-то ненадолго задумывается.
Может быть, он снова переживает этот страшный момент. Вспоминает… И, словно вернувшись из той далекой его войны в наше время, неторопливо продолжает рассказывать:
– Между тем мы продвигались на запад. Наш корпус был присоединен к 3-му Украинскому фронту и подчинялся непосредственно штабу фронта. Командующим 3-го Украинского фронта был Федор Иванович Толбухин. Однажды мне посчастливилось увидеть его, это было в 1944 году в Югославии. Он тогда приехал на переговоры в штаб, а я в это время стоял часовым у телеграфной станции.
Но это было позже, а зимой 1943 года, мы освобождали Кировоград. Он тогда был в руках немцев. В марте фронт перешел в наступление. И мы гнали фашистов до самой Молдавии, до Днестра. 
А дальше была Ясско-Кишиневская операция, в ней участвовали 2-й и 3-й Украинские фронты. Мы переправились по мосту от Днестра к румынскому городу Констанца. 9 сентября вышли на берег Дуная. В городе Руса, погрузившись на баржи, отплыли вверх по Дунаю в город Видин, оттуда пошли в Югославию. По всему пути следования мы проверяли и восстанавливали линии связи. Из Югославии в начале декабря 1944 года нас перебросили на территорию Венгрии, под Будапешт. Он был окружен в то время советскими войсками, а немцы пытались вывести оттуда свои силы. Мы держали внешнюю линию обороны, Будапешт взяли 13 февраля 1945 года.
Виктор Александрович с легкостью перечисляет даты и события, названия городов, местечек, рек, а я не устаю удивляться его поистине молодой памяти.
– А потом по Венгрии двигались, – продолжает мой собеседник, – освобождали венгерские населенные пункты. Так дошли до Вены, в апреле взяли и ее.
А уже потом нас перебросили в Чехословакию, в Братиславу. Там я и встретил Победу. Хорошо помню этот день 8 мая… Прибегает девушка из радиороты и кричит: «Братцы, милые, кончилась война, немцы капитулировали. Победа! Слышите, победа!». Что тут началось! Мы орали как сумасшедшие, обнимали друг друга, пускались в пляс. А потом такой победный салют устроили! Из винтовок, из автоматов, из ракетниц – у кого что было открыли огонь в воздух. Такая великая радость была!
Виктор Александрович замолчал, задумался. Не знаю, о чем думал он, а я думала о ребятах того поколения, которые ушли воевать в свои 17-18 лет, о матерях, которые тихонько плакали по ночам, о сотнях тысяч солдат, погибших на поле боя за свою родину, за будущее, за нас. Я думала обо всех выживших и ныне здравствующих. Их осталось так немного. Сегодня внуки и правнуки спрашивают у них: как было на войне. Каково это – спать стоя, пробираться тропами, которыми до тебя никто не шел, или идти болотами, подняв над головой автомат. Каково это – сидеть в промерзшем окопе с самым близким другом, мечтать о победе, о доме родном. А через минуту будет страшный бой, и ты прощаешься с другом, быть может, навсегда… Да, сколько похоронок получили наши бабушки и прабабушки, сколько горя легло на их хрупкие плечи. Это не должно повториться! Я думаю, наш долг – всегда помнить о Великой Отечественной войне, рассказывать о ней своим детям, внукам, чтобы и в их сердцах, как сейчас в наших, пылал огонь уважения и благодарности к тем, кто отвоевал нам мир, чтобы Святым Днем для них, как и для нас, был день 9 Мая.
