Как же в Бога не верить?
Мария Александровна Елохина (девичья фамилия Мариничева). Ее детство и юность пришлись на годы войны. Много интересного она рассказала нам о своей военной и послевоенной жизни. Родилась она в деревне Денисьево Богчинского сельского совета
Мария Александровна рассказывает: «Семья была большой: отец, Александр Александрович, мать, Любовь Федоровна, и пятеро детей: Валя, Борис, Маня (это я), Витя, Саша. Вот такие семьи были раньше. Мать была колхозницей. Я помню, как работали на току, сушили хлеб в овинах. Отец работал охранником на кожевенном заводе в Шокше. Дом наш в Денисьеве стоял как раз напротив Введенской церкви, поэтому я с самого раннего детства я посещала церковь, молилась Богу, так и до старости хожу в церковь и молюсь. Вся семья у нас была религиозной, все были верующие. Священником в нашей церкви был батюшка Николай, жил в Сипятрове. Как сложилась его судьба, не знаю. Около церкви мы, маленькие, играли в классики, в мяч, в лапту. Там рано земля оттаивала. Вот я маленькой совсем была, а все помню. В 1939 году церковь закрыли и все иконы перевезли в Галич, в Рыбную, в церковь, которая тоже называется Введенская. Люди переживали, плакали. А церковь наша и до сих пор заброшенная стоит.
В 1939 году сгорел и наш дом, мы жили у тети Маши. Правда, нам потом дом поставил кожзавод. Папа занимал не простую должность и был хорошим работником. Жили тяжело, бедно. У нас большая семья была и у других тоже такие же семьи. Жили, можно сказать, своим хозяйством. Скотину держали, все растили свое: картошку, главное, овощи. И работали. Работали все, и родители, и дети. Сейчас дети-то так не работают. А ели-то что? Щи из крапивы. Сказали бы мне сейчас, поешь таких щей – нет, плохое-то отвыкли есть.
Маленькая я была, а помню, как папу на фронт провожали, это был 41 год. Но не довелось отцу дослужить до конца войны. Оторвало ему руку, и отправили его домой. Подлечился он, и назначили его председателем колхоза имени Розы Люксембург, в состав колхоза входили 3 деревни: Табуново, Выползово и Денисьево. А в Шокше потом был организован колхоз «Победа». Помню еще, что в Шокше офицеры жили, их на отдых направили сюда. А мыться они ходили в баню в Денисьево, попарятся, а потом в снегу валяются. В школу я ходила в Михайловское, деток было много, то пешком идем, то на лошади подвозили. Плохо жили, а ведь все равно детки: и дрались, и в снегу валялись, и писали друг про друга «Миша + Маша». Потом я уже училась в Шоковской школе. Окончила 7 классов. Выучилась, работала на деревообделке (деревообделочной фабрике), работала и «на торфу», и на кожзаводе.
14 лет я пекла просвиры в церкви Введенской. Они пекутся по-особому. Раньше опарные были, теперь по-другому пекут. Но я уж 2 года не работаю. Бог мне во всем помогает. Хорошо, что сейчас много народу в церковь ходит, главное, молодежь в церковь пошла. Церкви восстанавливать начали. Без веры нельзя жить.
Вот я расскажу, такой случай был. В Михайловском председателем колхоза была , неверующая. 12 июля, в праздник Петра и Павла, послала она колхозников на покос. Гроза собиралась. Все люди просили дать выходной, говорили грех работать. Она не послушала. А других работников она заставила в церкви двери выломать, перенести и поставить на конюшню и на коровник. Двери выломали, перенесли. И вдруг разразилась такая гроза, что двери с конюшни вырвало ветром и выбросило «в зеленец». С тех пор председатель Полина Андрияновна верующей стала.
Как же в Бога не верить? Сейчас я живу одна, хорошо живу. Детей у меня своих нет, но всю жизнь я помогала воспитывать своих племянников и внуков и сейчас помогаю, чем могу. Они для меня дети родные. И они меня не забывают.»
,
Скородумова Мария,
ученицы 9 класса
МОУ СО школы №2
