На правах рукописи
школьникова ольга юрьевна
французское «житие святого этьена де мюре»:
историко-лингвистическое исследование текста и проблемы установления его рукописной традиции
Специальность 10.02.05 – романские языки
А в т о р е ф е р а т
диссертации на соискание ученой степени
доктора филологических наук
Москва
2009
Работа выполнена на кафедре романского языкознания филологического факультета ФГОУ ВПО «Московский государственный университет им. ».
Официальные оппоненты: | доктор филологических наук, профессор Эда Моисеевна Береговская, профессор кафедры французского языка факультета иностранных языков ГОУ ВПО «Смоленский государственный университет» |
доктор филологических наук, профессор Татьяна Юрьевна Загрязкина, заведующий кафедрой французского языка для естественных факультетов факультета иностранных языков и регионоведения ФГОУ ВПО «Московский государственный университет им. » | |
доктор филологических наук, профессор Маргарита Константиновна Сабанеева, профессор кафедры романской филологии факультета филологии и искусств ФГОУ ВПО «Санкт-Петербургский государственный университет» | |
Ведущая организация: | ГОУ ВПО «Российский университет дружбы народов» (Москва) |
Защита диссертации состоится « » 200 г. в ___ часов на заседании диссертационного совета Д-501.001.80 при ФГОУ ВПО «Московский государственный университет им. » по адресу:
119991, ГСП-1, Москва, Ленинские горы, МГУ, 1-й учебный корпус, филологический факультет
С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке ФГОУ ВПО «Московский государственный университет им. ».
Автореферат разослан «__» ________ 200 года
Ученый секретарь
диссертационного совета
доктор филологических наук, профессор
Данное диссертационное исследование посвящено историко-лингвистическому анализу текста французского прозаического «Жития святого Этьена де Мюре», представленного в четырех рукописях конца XIV-XV вв., и проблемам установления его рукописной традиции – выявления характера взаимоотношений внутри комплекса сохранившихся списков.
Агиография относится к числу наиболее популярных и авторитеных жанров средневековой литературы, оставившей нам огромный корпус текстов жизнеописаний святых, большая часть которых является переводами с латыни. К этому жанру относятся первые свидетельства французского языка («Житие св. Алексия, человека Божьего», «Житие св. Леодегария»). Начиная с XIII века, появляются агиографические сборники, самым популярным из них была «Золотая легенда», составленная во второй половине XIII века Яковом Ворагинским. Она была не только одним из самых копируемых текстов Средневековья, но также одной из первых была издана после изобретения книгопечатания.
«Житие св. Этьена де Мюре» - яркий памятник средневековой агиографической литературы, являющийся переложением латинского жития на французский язык, состоит из трех частей, вместе насчитывающих 68 глав.
Святой Этьен де Мюре (1044-1124) принадлежал к числу первых основателей монашеских орденов католической церкви на территории Франции и являлся крупной фигурой движения церковного обновления XI века. Основанный им близ Лиможа монастырь Гранмон на протяжении семи столетий играл очень важную роль в религиозной и политической жизни страны и пал первой жертвой борьбы с Церковью во времена Французской революции.
В распоряжении автора диссертации имелись четыре списка жития, обнаруженные на сегодняшний день в библиотеках Франции:
-ms. fr. 990 (Национальная библиотека Франции, Париж);
-ms. fr. 964 (Национальная библиотека Франции, Париж);
-ms. fr. 453 – Муниципальная библиотека г. Лилль;
-ms. fr. 811 – Муниципальная библиотека г. Камбре.
Мы присвоили им соответственно сигли P1, P2, L и C. Первый из списков датирован первой третью XV века, остальные три недатированные.
Переводной характер французского «Жития св. Этьена» во многом определяет особенности его рукописной традиции, восходящей к латинскому оригиналу Vita Stephani Grandimontensis.
Латинское жизнеописание святого было создано в середине XII века, затем несколько десятилетий спустя оно было расширено и дополнено по случаю канонизации святого. В 1427 году на его родине, в Оверни, житие во второй, пространной, редакции было переведено на французский язык. Инициатором перевода, приуроченного к торжественному переносу мощей в кафедральный собор Тьера, выступила герцогиня Мария Беррийская, Овернская и де Бурбон, представительница знатного рода, к которому принадлежал и святой Этьен.
В этот же период были созданы французские переводы латинского жизнеописания первоначальной краткой редакции. В отличие от овернской версии - эмоционального повествования, изобилующего чудесами и предназначенного для развлекательно-назидательного чтения знатных мирян, три кратких версии включены в богослужебные книги, используемые во внутримонастырском обиходе. Хотя данные версии жития принадлежат к разным типам агиографии, практически одновременное появление французских переводов жития могло быть связано с тем, что в то время в духовной жизни общества шла борьба с мистицизмом и пропагандировался образ активного святого – подвижника и организатора. Католическая церковь чтила святого Этьена не только как местного святого, но и как основателя монашеского ордена, поэтому его житие появилось в легендариях, происходящих из разных областей страны.
Ни один из существующих французских списков не был издан или исследован. Исключение составляет первая часть «Жития» по кодексу BNF ms. fr. 990, которая была опубликована с глоссарием и комментариями в 2002 г. автором настоящей диссертации[1].
Отсутствие исследований, посвященных данному памятнику агиографической литературы, возможно, было связано с фактом раннего закрытия ордена Гранмон и возобновлением интереса к его истории со стороны представителей католической церкви только в 80-х годах XX века. При этом все исследования, имевшие место в данный период, базировались на сохранившихся латинских документах, поскольку в церковном обряде латинский язык продолжает оставаться каноническим. Французские списки «Жития» XIV-XV веков как достаточно поздние остались без внимания и со стороны историков языка, поскольку лингвистов в первую очередь интересуют старофранцузские тексты. Однако рукописная традиция «Жития святого Этьена» представляет обширный материал, позволяющий пополнить существующие знания о французском языке данного периода, который в эпоху средневековья отличался диалектным разнообразием, о чем мы можем судить по его письменной фиксации – совокупности продукции региональных письменных традиций. Поэтому большое значение имеет рассмотрение памятников, принадлежащих разным скриптам, особенно малоизученным. Рукописная традиция каждого средневекового произведения на основе анализа материала лингвистического и исторического характера позволяет восстановить историю текста во взаимодействии всех его списков, их языкового и смыслового разнообразия как один из фрагментов целостного лингвокультурного пространства, из которых складывается общая картина средневековой Франции.
Методы исследования определены спецификой самого предмета исследования и материалов, на которых оно построено. Методологической основой исследования послужили принципы системности и историзма в научно-исследовательском анализе текста как источника многообразной многоуровневой информации с позиций единства содержания и формы.
В работе интегрированы лингвоисточниковедческие и функционально-стилистические подходы, составляющие в совокупности общий лингвотекстологический метод, «основанный на сопоставительном изучении состава чтений и языковых фактов всех сохранившихся или каких-то избранных в результате типологического анализа, составляющего предпосылку метода, списков произведений»[2].
Историко-лингвистический анализ текстов «Жития» включает принципы описания и сравнительно-сопоставительного анализа комбинации списков и имеет целью не только установление архетипа и выявление взаимосвязей внутри рукописной традиции памятника, но и рассмотрение всей группы списков в контексте языковой и культурной среды их бытования. Для создания стеммы списков применялся метод реконструкции генеалогии рукописных текстов. В применении данного метода был учтен опыт как отечественных, так и зарубежных исследователей рукописного текста.
Специфика материала, включающего житийные тексты, тематически и текстуально связанные, и воспроизводящие оригинал разными способами (список, редакция), вызывает необходимость уточнения и дополнения текстологического анализа герменевтическим. Герменевтическая текстология предполагает изучение средневекового текста с моментом толкования — лингвистического, исходящего из известных закономерностей истории языка, истории текста и изменения стиля, и экстралингвистического, основанного на результатах исторических, литературоведческих, культурологических, философских исследований.
Автор поставил целью исследования:
- установить французскую рукописную традицию памятника средневековой агиографической литературы «Жития св. Этьена де Мюре», восходящую к латинским источникам;
- дать полное и доказательное представление о данных рукописях как о продукции региональных скрипт и документальных свидетельствах состояния и развития общефранцузского письменного языка XIV–XV вв.;
- установить дату и место создания недатированных списков и подтвердить атрибуцию датированного;
- выявить базовые рукописи, которые можно принять за основу для издания памятника и, проанализировав исторический опыт западных и отечественных исследований рукописного текста, ввести текст «Жития» в научный оборот как новый эмпирический материал, а также представить конкретный опыт подготовки его издания.
Для достижения данной цели были решены следующие задачи:
1. проведен лингвистический анализ текстов, принадлежащих рукописной традиции «Жития» в грамматическом, стилистическом, лексикологическом и лексикографическом аспектах. Установлены датировка, локализация и диалектная атрибуция всех списков, рассмотрено отражение в текстах рукописей состояния французского языка в период XIV-XV вв., выявлены степень распространения общефранцузского языка в разных регионах и особенности местных письменных традиций;
2. дана археографическая характеристика (палеографических, графических, пунктуационных особенностей) всех звеньев рукописной традиции; определены важнейшие особенности динамики текстов «Жития» в археографическом аспекте; источники рассмотрены как материальные памятники культуры, охарактеризованы с точки зрения, кодикологии и оформления, установлена история их создания;
3. французские списки были сопоставлены с латинскими версиями, послужившими источниками перевода, с точки зрения структуры, языка и стиля и охарактеризованы в плане типологии средневекового перевода и эволюции жанровых характеристик агиографии;
4. были выявлены генеалогические отношения внутри рукописной традиции и установлен базовый список для исследования и издания текста «Жития»;
5. подготовлено научное издание «Жития святого Этьена де Мюре», опубликована монография «Рукописная традиция французского «Жития святого Этьена де Мюре» (М., 20п. л.).
Актуальность исследования.
В отечественных научных исследованиях, базирующихся на романском материале, наряду с большими достижениями в таких направлениях, как изучение палеографических характеристик, материальной истории кодексов и описание рукописных фондов, имеет место большая лакуна в области изучения памятников в контексте их рукописной традиции. Существует всего две работы отечественых романистов, касающиеся этой проблематики. В начале прошлого века акад. исследовал лирику Гийома де Машо по 22 спискам. Его издание, вышедшее в 1909 г. в Санкт-Петербурге, принесло автору премию Французской Академии и до сих пор считается лучшим. В советский период в 1968 г. была защищена диссертация, посвященная описанию одного старофранцузского кодекса из Библиотеки АН СССР. Рассматривая тексты, включенные в рукописный том, обращается к проблематике генеалогии рукописей, определяя место одного из анализируемых списков («Ordre de Chevalerie») в установленной А. Кьельманом рукописной традиции этого памятника. В последующий период эта тематика не разрабатывалась, отдельные рукописные документы, представляющие интерес с исторической, лингвистической или литературной точки зрения, исследовались и публиковались без рассмотрения всего корпуса списков и установления характера их взаимоотношений, без постановки вопроса об архетипе традиции, без исследования рукописной традиции как совокупности лингвистических свидетельств. На данном этапе развитие гуманитарных наук, поддержанное продолжающимся совершенствованием технических средств и все большей открытостью границ между разными странами, достигло такого уровня, когда описание памятника по одной рукописи может считаться только предварительным этапом, и только сопоставление всех его материальных свидетельств при включении их в максимально разносторонний контекст является необходимым условием для того, чтобы получить максимум полезной и достоверной научной информации. В отечественной романистике не сложилось научной школы филологического исследования и критического издания рукописных текстов. Между тем, в российских библиотеках находятся богатые коллекции текстов на романских языках, которые требуют комплексного исследования и критического издания. Поэтому актуальность данного диссертационного исследования обусловлена существующей необходимостью разработки научного подхода описания рукописных материалов, установления их места и значимости в группе списков, составляющих традицию передачи произведения, и их издание для введения в мировой культурный и научный оборот, а также повышения научного интереса к данной тематике.
Проблема комплексного диахронического изучения памятников старинной письменности предполагает широкий круг аспектов:
–публикацию новых текстов, отобранных с учётом историко-хронологических и культурологических данных;
–определение жанровой и стилистической специфики текстов;
–их осмысление с позиций разных современных направлений историко-лингвистической науки.
Теоретическая значимость и научная новизна предпринятого исследования определяются комплексным теоретическим подходом к исследуемому материалу при использовании широкой эмпирической базы.
В научный оборот вводится посредством публикации обширный, не публиковавшийся ранее корпус текстов XIV–XV вв. из фондов французских библиотек, общим объемом 5 печатных листов.
Впервые к романскому материалу был применен разработанный в отечественной диахронной русистике лингвотекстологический метод исследования, который дает, с нашей точки зрения, наиболее полную, подробную и всестороннюю картину изменений, происходивших в языке на протяжении всего периода функционирования в рукописной культуре исследуемого памятника.
В рамках диахронного исследования французского языка и исторической диалектологии на материале серии неизданных рукописей разрабатываются проблемы отражения диалектных особенностей в письменных текстах, взаимодействия диалектов и языка центральных областей Франции в условиях становления общефранцузского языка, исследуются особенности разных письменных традиций во Франции в XIV-XV вв. На основании выявления особого набора лингвистических характеристик, присущих тексту рукописи Р1 (BNF, ms. fr. 990) и представляющих черты окситанского и франкопровансальского языков, французских диалектов и языка Иль-де-Франс, впервые была выделена региональная овернская письменная традиция, ранее не описанная в работах по истории французского языка.
На базе лингвистического и археографического анализа были установлены время и место создания трех недатировнных рукописей: P2 (BNF, ms. fr. 964), L (Lille, ms. fr. 45) и С (Сambrai, ms. fr. 811).
Методом комплексного историко-лингвистического анализа были установлены взаимоотношения рукописей, место и значимость каждой из них в группе списков. На материале «Жития св. Этьена» разработан подход установления рукописной традиции переводного текста на народном языке, восходящего к прототипу с несколькими редакциями.
В связи с переводным характером французского «Жития» были разработаны вопросы типологии средневекового перевода, лингвистики текста, стилистики с привлечением текстов латинского жития Vita Stephani Grandimontensis краткой и расширенной редакций.
Результатом анализа словарного состава являются новые данные лексикографического плана, которые позволяют уточнить информацию авторитетных этимологических словарей.
Практическим результатом данного исследования стало критическое издание литературно-исторического памятника «Житие св. Этьена де Мюре» пространной редакции с двумя разделами критического аппарата, глоссарием и приведением текстов трех списков «Жития» первоначальной и краткой редакций, введение в научный оборот нового лингвистического материала в области истории французского языка и литературы, который может быть использован в научных и педагогических целях. Результаты исследования рукописей с точки зрения истории французского языка могут быть применены в учебном процессе в университетском курсе истории французского языка, в спецкурсах по истории культуры, зарубежной литературы, истории письма. Методы научного анализа, примененные в данном издании, могут быть полезны при подготовке критических изданий рукописных текстов, а также могут представлять интерес для специалистов в области других гуманитарных знаний, включая историков-медиевистов, философов и религиоведов.
Методологические, теоретические и фактологические основы исследования.
Комплексный анализ, применявшийся в ходе данного исследования, был бы невозможен без использования теоретических разработок и методологических подходов, накопленных зарубежной и отечественной научными школами.
Из работ зарубежных ученых, в которых содержится анализ общих и конкретных проблем исследования и издания латинских и романских рукописных текстов, прежде всего, следует отметить исследования Д’, Ж. Бедье, Ф. Брамбилла Ажено, В. Бранка, П. Бургена, Фр. Вьейар, А. Диса, Дж. Инглезе, А. Кантена, Дж. Контини, П. Кунстмана, К. Лахмана, Ф. Лекуа, , П. Мааса, Р. Маришаля, П. Мейера, Ф. Менара, Г. Париса, Дж. Паскуали, М. Рива, М. Рока, А. Ронкалья, Ч. Сегре, , Ж. Старобински, Ж. Ди Стефано, А. Стусси, С. Тимпанаро, К. Уитти, Э. Фараля, Ж. Фроже, А. Фуле, Ж. Фурке, , Б. Черквилини. Очень полезным было ознакомление с критическими изданиями, подготовленными Ф. Гессаром, , Ф. Мишелем, П. Парисом, А. Эрну.
Из работ отечественных специалистов, в которых рассматриваются фундаментальные проблемы исследования рукописных памятников, следует отметить, в первую очередь, теоретические разработки , , ёлкова, , издательский опыт -Перетц, , , А. Шлецера, критические издания романских рукописных текстов, подготовленные и . Важное значение для выявления особенностей разных научных подходов имели материалы международной полемики по поводу издания «Задонщины», в которой участвовали Р. Дмитриева, Л. Дмитриев, , О. Творогов, А. Вайан, , А. Данти, А. Мазон, Л. Матейка, Я. Фрчек и Р. Якобсон и др.
При изучении палеографических особенностей манускриптов были использованы работы отечественных и зарубежных авторов: -Рождественской, , Ж. Азнор, Фр. Гаспарри, , Ж. Маллона, А. Петруччи, М. Пру, Ж. Стиеннона, .
При анализе особенностей языка французских рукописей соискатель опирался на работы отечественных ученых по проблемам романских языков в синхронном и диахронном аспектах, среди них , , , , а также зарубежных: Н. Андрие-Ре, Ш. Болье, П. Бонно, Ф. Брюно, Э. и Ж. Бурсье, , М. Вильмет, Ф. Де Ла Шоссе, А. Доза, Г. Зенк, Н. Лабордери, А. Ланли, Кр. Маркелло-Низья, Р. Мартен, С. Монсонего, Ж. Муанье, Ж. Пикош, Ж. Рено де Лаж, П. Фуше, Э. Этьен. Следует особо отметить исследования по диалектологии, среди которых работы , Р. Дебри, А. Диса, Ж. Лаверня, Л. Ремакля, и Ж. Шорана.
При изучении проблем средневековой культуры и литературы, в том числе жанра агиографии, автор опирался на работы Кл. Бюридана, К. Гинзбурга, П. Зюмтора, -Леркен, , Г. Филиппарта, Й. Хейзинги, М. Хензельмана, а также на исследования отечественных ученых , , . Большую помощь при написании данной работы автору оказали исторические труды, в том числе исследования, посвященные истории церкви, среди которых работы Ж. Бекета, Ж. Берлиоза, А. Воше, Ч. Виоланте, Ж. Дюби, Ж. Дюбуа, Ж. и М. Дюше-Сюшо, И. Гобри, , Р. Грегуара, П. Зерби, Ж. Ле Гоффа, А. Лекуа де ла Марша, М. Пако, Л. Пальма, , А. Плателя, , Ж. Сенсолье, Ж. Фуке.
Положения, выносимые на защиту:
Применение лингвотекстологического подхода, интегрирующего в себе методы лингвистического источниковедения и стилистики текста, впервые осуществленное на материале романских рукописей в историко-лингвистическом анализе среднефранцузских списков «Жития святого Этьена де Мюре», соответствует новому современному направлению развития синхронной и диахронной романистики. В нем сочетаются принципы и методика анализа одного и того же объекта языкознания с разных позиций, что облегчает научное осмысление региональных текстов прошлого и позволяет включить в анализ те аспекты, которые углубляют содержательный анализ текста. Списки «Жития святого Этьена де Мюре», исследованные в работе, представляют собой продукцию региональных письменных традиций: центральной, пикардской и овернской. Лингвистический материал, содержащийся в рукописях, подтверждает хронологию распространения лингвистических характеристик, присущих центральному диалекту, и становления единого французского языка. Языковые характеристики списка Р2 (BNF, ms. fr. 964), как и результаты палеографического анализа, позволяют датировать данный текст второй половиной XIV века и полагать, что он был создан в центральных областях Франции. На основании результатов лингвистического и палеографического анализа списки C (Саmbrai, ms. fr. 811) и L (Lille, ms. fr. 453) датированы второй половиной XV века, был сделан вывод об их северном происхождении. Список P1 (BNF., ms. fr. 990), созданный в Оверни, наряду с общефранцузскими чертами, демонстрирует совокупность языковых влияний близлежащих к месту создания регионов - в тексте отмечены влияния местных диалектов зоны oїle: востока центральной части и юго-востока (особенно последовательно - диалекта Бурбонне), в нем также присутствуют франкопровансальские и окситанские формы. Выявленное сочетание лингвистических влияний, характеризующее данный текст, является языковой характеристикой овернской письменной традиции, которая до настоящего времени не была изучена ни в отечественной, ни в зарубежной лингвистике. Историко-лингвистический анализ каждого из документов по выработанной схеме определяет их функционально-текстологическую значимость, лингвистическую содержательность, тематическую цельность и жанровую структуру текстов. Лингвотекстологический анализ списков памятника позволяет наметить ведущие тенденции эволюции рукописных материалов XIV-XV века по всем направлениям типологии (от археографии до стилистики):– рукописные шрифты эволюционируют в направлении курсивизации;
– графика текстов повсеместно имеет ярковыраженный релатинизирующий характер; в большей (центральные области, Овернь) или меньшей (Пикардия) степени она ориентирована на нормативность центральных «образцовых» текстов, и показывает постепенное освобождение от вариативности фонетического письма.
– оформляется юридическая, медицинская терминология, отражающая вытеснение латыни из номинаций, связанных с этими сферами деятельности человека.
Дошедшая до нас рукописная традиция «Жития святого Этьена де Мюре» имеет следующее строение. Список P1 (BNF., ms. fr. 990) является переводом-переложением пространной редакции латинского жизнеописания Vita Stephani Grandimontensis. Списки C (Саmbrai, ms. fr. 811) и Р2 (BNF, ms. fr. 964) являются переводами первоначальной версии Vita Stephani Grandimontensis и представляют одну редакцию. Список L (Lille, ms. fr. 453) является сокращенной редакцией перевода латинского памятника. Базовым текстом для исследования и издания «Жития» следует выбрать список P1 (BNF, ms. fr. 990) как единственный список жития пространной редакции, поскольку:-пространная редакция содержательно включает в себя первоначальную и поздние добавления к ней;
-список P1 демонстрирует хорошую сохранность;
-список P1 представляет наибольший интерес с точки зрения особенностей языка.
Апробация. Основные положения работы были представлены в ряде докладов, прочитанных на Ломоносовских чтениях в МГУ (Москва, 2000-2009 гг.), на научных конференциях «Романские языки и культуры: от античности до современности» (Москва, 2001, 2003, 2005, 2007 гг.), на межвузовских научных конференциях «Риторика в свете современной лингвистики» (Смоленск, 1997, 2007 гг.), на международном научном конгрессе «International Medieval Congress» (Лидс, Великобритания, 2003 г.), на международной научной конференции «Слово о полку Игореве и его эпоха» (к 200-летию первого издания на Украине) (Путивль, 2007 г.), на международных научных конференциях в Свято-Тихоновском православном гуманитарном университете (Москва, 2008, 2009 гг.).
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Структура работы
Работа состоит из Введения, 8 глав, Заключения, Приложения и Библиографии.
Во Введении формулируются цели и задачи работы, дается описание источников и методов работы с ними.
Глава 1 «Основные направления изучения истории текстов и проблемы установления рукописной традиции» посвящена анализу тенденций и динамики развития филологического исследования рукописного материала, а также рассмотрению теоретических принципов и методологических установок отечественной и западной научных школ, работающих с рукописными текстами.
Исследования рукописных памятников лежат в основе зарождения филологии как научного знания. Формирование критики текста как науки сопровождалось сменой научных методов и подходов. Рукописи изучались как исторические свидетельства и литературные памятники, как лингвистические документы, для их изучения и классификации применялись математические законы. Традиционно воспринимаемая как искусство, критика текста в начале XIX века попыталась утвердиться как точная наука, предложив стемматический метод и математически обоснованную модель реконструкции оригинала, однако особенность материала, изучаемый критикой текста, состоит в высокой степени индивидуальности каждой рукописи, поэтому строгий математический подход был признан неприемлемым.
Поиском универсального метода, оптимального для работы со старыми текстами, занимались специалисты по истории русского языка. Во второй половине XX века в российской филологической науке появилась новая отрасль - лингвотекстология, сочетающая источниковедение и историю русского языка. Этот метод был разработан и применен на практике при изучении памятников письменности традиционного содержания[3]. На огромном рукописном материале (она исследовала более 600 славянских рукописных Евангелий, находящихся в книгохранилищах СССР, Болгарии и Югославии) продемонстрировала, что текстологический анализ памятника во всех его сохранившихся списках является необходимой предпосылкой лингвистического изучения. Исследование истории текста интересовало ее, как лингвиста, в первую очередь, с точки зрения типологии списков, отражения в них структуры памятника. Эта сторона исследования особенно важна для произведений со сложной композицией, которые по-разному компоновались из разных отрывков одинакового содержания.
Лингвотекстологический метод оказался продуктивным для текстов разного объема и разных жанров: от первых летописных источников до архивных документов XVIII века. Результаты его применения представлены в недавних публикациях сотрудников Института русского языка им. (Отдел лингвистического источниковедения и истории русского литературного языка), Новосибирского, Казанского, Одесского университетов, а также в работах зарубежных славистов в Болгарии и Нидерландах.
Среди отечественных работ, посвященных поиску методов исследования и издания старых текстов на романском материале следует отметить труды акад. , подготовившего несколько изданий средневековых романских текстов. Среди самых известных - «Провансальское житие св. Маргариты» [4], сохранившееся в четырех списках и сочинения Гийома де Машо, за которое Французская Академия удостоила его премии Сентура[5]. Проанализировав 22 манускрипта с произведениями Машо, он установил их генеалогические взаимоотношения на основании композиции стихотворных сборников. Выбор списка К в качестве базового для издания был обоснован в предисловии как «лучшего» и самого полного.
В Главе 2 «Французский язык в XIV-XV вв.» представлены основные тенденции эволюции французского языка в период создания рукописей – в XIV-XV вв. Этот период был исключительно важным для становления французской нации и ключевым для формирования единого французского языка.
По мере расширения аппарата королевской администрации и увеличения количества ее представителей на местах, язык местных документов все больше приобретал центральные характеристики. Первыми потеряли свою диалектную окраску скрипты областей, расположенных вблизи от Парижа. Нивелировка лингвистических черт письменной традиции северных областей окситанского региона, таких, как Овернь, также произошла относительно рано – к 1350-1400 гг. местная скрипта была практически заменена общефранцузским языком. Столь ранняя замена была, очевидно, связана с исключительно тесными контактами во 2 половине XIV века между королевским двором и дворами герцогов Беррийских, Овернских и де Бурбон, чьи владения располагались к югу от центральной части страны. Скрипты северных областей, напротив, оказались менее восприимчивыми к центральному влиянию, чему способствовала большая независимость как в политическом, так и в культурном плане. Они начинают терять свои диалектные характеристики только к 80-м годам XV века.
Особенности среднефранцузского языка представлены на разных уровнях – фонетики, морфологии, синтаксиса, словарного состава, а также орфографии.
Глава 3 «Святой Этьен де Мюре (1044-1124) и его роль в истории Церкви» посвящена краткому описанию исторической эпохи, в которую жил св. Этьен, истории монастыря Гранмон и его роли в церковной и политической жизни Франции.
Рубеж XI и XII века является переломным этапом в духовной жизни средневековой Европы. Бенедиктинский орден, очень могущественный и влиятельный в эпоху раннего средневековья, в начале двенадцатого века стал обнаруживать признаки упадка и постепенно превращаться в закоснелые структуры. Общество в этот период входило в фазу глубоких преобразований, такие же преобразования были необходимы и в духовной жизни, и в церковной организации. Среди новых орденов, которые дала эта эпоха, был орден Гранмон или орден Великой горы, основанный св. Этьеном де Мюре в 1076 г. Орден просуществовал семь веков (до 1787 года), в первые века своего существования был очень влиятельным и почитаемым. Он дал Церкви трех пап (в числе которых был Иоанн XXII (1316-1334)), ряд кардиналов и епископов, а государству – послов и министров. Формально находясь на территории, принадлежавшей Английскому королевскому дому до окончания Столетней войны, орден пользовался особой милостью Плантагенетов: Генриха I, Генриха II и Ричарда Львиное Сердце.
В Главе 4 «Латинский оригинал Vita Stephani Grandimontensis – рукописи и первые издания» систематизированы сведения об истории текста латинской версии жития святого Этьена, а также кратко представлены Устав и Учение святого Этьена.
Первичная редакция «Жития святого Этьена» (в критической традиции получившая обозначение Vita A) была создана при настоятельстве четвертого приора Этьена Лисиакского, ему традиционно и приписывается авторство. При нем же были записаны «Речения и деяния св. Этьена». При седьмом настоятеле Жераре Итье оба этих текста были объединены, и написана еще одна часть, посвященная посмертным чудесам святого. Вместе они образовали расширенный текст «Жития», который обычно приписывается Жерару Итье. Тексты дошли до нас в следующих рукописях:
A Cambridge, Trinity College, 1222 (O.3.50), fo 90-95 (s. XIII in.).
B Paris, BNF, lat. 10891, fo 1-28 (s. XII ex.).
C Limoges, Séminaire, 81, fo fo 3 (s. XVI).
S Limoges, Séminaire, 68, fo 3-30 и 50-74 (s. XII ex.).
S’’ id., folium initiale sine numero.
Первое печатное издание «Жития св. Этьена» датируется 1657 годом - в февральском томе «Acta Sanctorum» И. Болланд и Г. Хенскенс опубликовали «Житие» редакции Ж. Итье[6]. В 1729 году «Житие св. Этьена» было издано бенедиктинскими монахами Э. Мартеном и У. Дюраном[7]. Они первыми обратили внимание на неоднородность текста и выделили под заголовком «S. Stephani dicta et facta» 16 глав, принадлежащих перу Этьена Лисиакского и содержащих описание добродетелей и изречения святого Этьена. В 1855 году «Житие св. Этьена де Мюре» было опубликовано в составе собрания агиографий «Patrologia Latina» Ж.-П. Миня[8]. «Житие» включает 74 небольшие главы. Вторая часть «De revelatione beati Stephani» состоит из 35 глав, повествующих о чудесах святого. Далее следуют 16 глав «S. Stephani dicta et facta».
Последним на данный момент и самым полным изданием документов ордена Гранмон является том «Scriptores Ordinis Grandimontensis» в коллекции «Corpus Christianorum Continuatio Mediaevalis»[9]. Это собрание, подготовленное Ж. Бекетом, включает критическое издание латинского «Жития святого Этьена», в котором опубликован первичный текст жития, написанный Этьеном Лисиакским, и выделены более поздние дополнения Жерара Итье. Устанавливая текст ранней версии, Бекет ссылается на два основных манускрипта, хранящиеся в Кембридже и Париже, на три дополнительных рукописи из Лиможа, а также на издания Мартена-Дюрана и Миня (в том, что касается расширенной версии). Основываясь на этих рукописях и изданиях, он вычленяет более ранние фрагменты и более поздние включения. Дополнения или изменения, принадлежащие перу Жерара, Бекет приводит в третьем отделе критического аппарата и, кроме того, собранные все вместе, в специальном приложении после текста жития.
В Главе 5 «Пространная редакция французского «Жития святого Этьена» (BNF, ms. fr. 990)» представлен самый большой по объему список «Жития» Р1 (BNF, ms. fr. 990) и дано описание лингвистических характеристик и палеографических особенностей текста. Также установлена материальная история кодекса.
Кодекс ms. fr. 990 Национальной Библиотеки Франции (старый шифр 7308) представляет собой том формата in-4, объемом 315 листов тонкого пергамента, строки по всей длине листа, три миниатюры, виньетки и инициалы. Перевод жития, переплетенный в этом кодексе (листы 252v–314v), был создан канониками кафедрального собора Сен-Жене города Тьер (Овернь) и преподнесен герцогине Марии Беррийской по случаю передачи собору реликвария с мощами святого.
Тип письма, которым переписан кодекс ms. fr. 990 Национальной библиотеки, можно охарактеризовать как littera bastarda или готическое книжное письмо с влиянием канцелярского курсива, распространенное в конце ХIV - начале ХV века. Весь кодекс переписан одной рукой.
Кодекс представляет особый интерес для исследования истории пунктуации, поскольку текст обнаруживает следы системы знаков препинания: особых штрихов, заглавных букв, маркированных цветом (pied-de-mouche), особых форм букв; различные сочетания этих элементов выполняли функцию знаков препинания. Штрихи были обнаружены нами только при работе с оригиналом, поскольку они нанесены очень тонким пером и не видны на фотокопиях страниц.
С точки зрения графической сегментации, манускрипт 990 представляет собой сравнительно поздний образец текста, в котором присутствует разделение в рамках синтаксических групп и графические единства не сильно затрудняют процесс чтения. Графические сегменты, выделенные на письме пробелами, представляют собой единства двух уровней: 1) единства, получившиеся в результате агглютинации элидированных безударных односложных элементов; 2) однородные соединения в рамках именной синтагмы или глагольной синтагмы. Самыми частотными среди вышеперечисленных типов в данном тексте являются следующие категории сегментов:
1. Предлог + имя существительное, местоимение;
2. Определенный артикль + имя существительное;
3. Предлог +определенный артикль + имя существительное;
4. Безударное личное местоимение в косвенном падеже + глагол.
Специфика лингвистических характеристик данного текста обусловлена местом его создания. Рукопись была написана в Оверни, в городе Тьер, который, находясь на территории распространения окситанского языка, расположен в непосредственной близости от лингвистической границы между окситанским и французским языками. Кроме того, к этим землям близко расположена территория распространения франко-провансальского языка. Такое уникальное лингво-географическое сочетание отразилось в языке рукописи. Написанная на «стандартном», общефранцузском языке, который рано распространился в данном регионе в связи с важными политическими контактами и деятельностью местной знати, рукопись содержит многочисленные свидетельства местных влияний.
Графика и отображение звуков на письме
В тексте списка BNF ms. fr. 990 отразились основные тенденции среднефранцузской графики, традиционной и этимологической.
Графемы, служащие для облегчения чтения: y, j длинную и v - копиист не использует. Отсутствие y, получившей широкое распространение в текстах XIV-XV вв. в разных позициях в слове, может указывать на принадлежность нашего переписчика к кругу эрудитов, которые в этот период избегали ее по той причине, что она встречалась в латинских текстах только в словах греческого происхождения. На образованность писца указывают также встретившиеся в тексте буквенные сочетания ch, th, ph в грецизмах: chrestien< christianu от гр. khristos, catholique <catholicu<гр. katholikos, theusme<thema<от гр. theinai, prophete<propheta <гр. prophetes, очевидно, по аналогии: Thiert и sepulchre<sepulcru. Такие сочетания стали появляться во французских текстах в XIV веке, однако их употребление не стало повсеместно распространенным, что было связано с недостаточным знанием греческого языка.
Графема h используется в середине слова для обозначения раздельного произношения гласных: esbahiz, fuhast, а также восстанавливается в начале слова. В ряде случаев действует ложная этимолология, например: habundament, habundance, очевидно, возводят не к abundare, а к habere; в случае hutilité<utilitate также неэтимологический h, возможно, является знаком того, что следующая буква обозначает гласный звук и служит для облегчения чтения слова. Графика колеблется, возможно, это связанo со слитным написанием с определенным артиклем: histoire / l’istoire, hermitage / l’ermitage, honneur / l’onneur, homme / l’omme, huis / l’uis.
Звуки [g] и [dz] на графике не различаются: menga, mangoit, bourgois, se gecta. Графема gu, утратившая лабиальный элемент, чаще всего используется перед e, i, чтобы обозначить твердый характер g: interrogué, congreguez, однако встречается и перед а: guarir.
Латинский диграф sc используется в латинизмах: science<scientia, discipline<disciplina, scai, scet от нар. лат. sapere, но в графике прослеживается влияние кл. scire. Кроме того, он служит для обозначения глухого s: liesce<laeticia, наряду с графемами с и ss: grace<gratia, trasse от нар. лат.*tractiare.
Графема z, уже давно переставшая обозначать [ts], конкурирует с графемой s: ils/ilz, nos/noz, fois/foiz.
В тексте зафиксированы восстановления как гласных, так и согласных. Среди первых следует отметить восстановление ударного латинского а в открытом и закрытом слоге: larme<lacrima (ст. фр. lerme - Gr.[10]); приближенное к этимону написание старофранцузского e < a в открытом слоге с помощью диграфа ai: clair<claru (ст. фр. cler - Gr.), donnairent<donaverunt (ст. фр. donerent), laissier<laxare (ст. фр. lessier –VD.) (не восстановленные написания: clerment, gresse< нар. лат. grassu, свидетельствуют о реальном звучании таких форм); восстановление этимологических гласных i, u в безударной позиции: mortifier<mortificare (ст. фр. mortifier -Gr.), diable<diabolu (ст. фр. deable -Gr.), discipline<disciplina (ст. фр. descepline - Gr.), multiplier<multiplicare (ст. фр. molteplier - Gr.), histoire<historia (ст. фр. estoire - Gr.). В ряде написаний текста этимологический i в безударной позиции не восстановлен: enferme<infirm, enfermeté<infirmitate, confermer<confirmare. В исконных словах не восстановлено сочетание au для обознчения o закр.< лат. au: povreté<paupertate, диграф au используется только в латинских заимствованиях: cause<causa, auctorité<auctoritate.
Наряду с формами, в которых зияния, возникшие в старофранцузский период, были упразднены (например: penitence<poenitentia (ст. фр. peneance - Gr.), region<regione (ст. фр. roion - Gr.)), встречаются формы, демонстрирующие сохранившиеся на письме зияния: aou: aourner<adornare, aouroit от adorare, saouler<satullare, ea: creance<credentia, ei: feisse (subj. imp. от faire). Дифтонг ie, упростившийся к этому периоду регулярно сохраняется на письме: manger / mangier, aidier, brief. Такие написания свидетельствуют о традиционности графики этого периода.
В тексте есть написания, свидетельствующие об упразднении протетической гласной: spirituel<spirituale (ст. фр. espirituel - Gr.), однако они чередуются с написаниями, ее сохраняющими: еspirituel. Группы sp, st в начале слова встретились или в латинских заимствованиях: spacieux<spatiosu, sterile<sterile, statut<statute, или в новообразовании на латинской основе: studieusement от studiosu (этимологический словарь Дюбуа-Миттерана-Доза указывает, что эта форма впервые зафиксирована в 1641г. у Рабле - мы видим значительно более раннее ее появление).
Этимологические согласные корня, замолкшие на конце или в середине слова, восстанавливаются на письме: sang<sanguine (ст. фр. sanc - Gr.), second<secundu (ст. фр. secunt - Gr.), vingt<viginta (ст. фр. vint - Gr.), baptesme<baptisma (ст. фр. batesme - Gr.), corps<corpus (ст. фр. cors - Gr.), temps<tempus (ст. фр. tens, tans - Gr.), voix<voce (ст. фр. voiz, vois - Gr.), paix<pace (ст. фр. paiz, pais - Gr.) – в последних двух примерах восстановлена конечная согласная именительного падежа латинского этимона. Восстанавливаются конечные согласные корня, замолкшие перед флексией во множественном числе: champs<campos (ст. фр. chans), draps< позд. лат. drappos (ст. фр. dras). О том, что согласные, восстановленные на конце слов, не произносились, свидетельствуют написания без них: doi<digitu, pié<pede, как и ошибочные восстановления, например: cloc, clot<cloppu.
Многочисленны примеры восстановления согласных в группах, упростившихся в старофранцузский период, например: obscure<obscuru (ст. фр. oscur - Gr.), doubte<dubito (ст. фр. dout - VD.), soubdainement от subitanu (ст. фр. soudainement - DMD.), obtenir<obtinere (ст. фр. optenir –DMD.), dextre<dextera (ст. фр. destre - Gr.), pseaulme<psalmu (ст. фр. saume - DMD.). Многие появления согласных связаны с восстановлением латинских приставок: adversité<adversitate (ст. фр. aversité - Gr.), advenir<advenire (ст. фр. avenir - Gr.), admonester<admonestare (ст. фр. amonester - DMD.), abstinence<abstinentia (ст. фр. astenance -Gr.). Восстановление группы -ct имеет этимологический характер: saincteté<sanctitate (ст. фр. saintee - Gr.) однако в большом количестве случаев является гиперкоррекцией[11]: mectre <mittere (ст. фр. metre - Gr.), lectres < littera (ст. фр. letre - VD.).
Двойные согласные, упростившиеся в старофранцузский период, восстанавливаются как этимологически правильно, так и ошибочно, например: belle<bella (ст. фр. bele - Gr.), appelloit от appellare (ст. фр. apeler -Gr.), commander<commendare (ст. фр. commander - Gr.). Во многих случаях такие восстановления ошибочны: parolle<нар. лат.*paraula (ст. фр. parole - Gr.), eschielle< scala (ст. фр. eschiele - Gr.), appostre<apostolu (ст. фр. apostre - Gr.). Ошибочные написания чередуются с правильными: ennemi / enemi <inimicus, eddifice / edifice <aedificium.
Вокализованный еще в XII веке l восстанавливается в соответствии с этимологией: malfaiteur<malefactore (ст. фр. maufaitour - Gr.), однако этимологическая l, как и в других текстах XV века, регулярно пишется в формах, где прошла вокализация в группе l+согласный: сhault<calidu, moult<multu, assault<assaltu, cardinaulx<cardinales (acc. pl.).
Насколько можно судить по написаниям о произношении того времени, носовые [e] и [a] звучали одинаково, об этом свидетельствуют рифмованные окончания строк «Проповеди о святом Этьене»: relievement: enfant, enfant: aucunement, humblement: ouant. В прозаическом тексте также наблюдаются колебания в написании назального гласного: sambloit / sembloit, fame / femme, mangoit / menga, mambres / membres.
Из колебаний в написаниях следует, что безударный о в начальном слоге звучит очень закрыто: volenté / voulenté<voluntate, poroit / pourroit< от нар. лат. potere, povez et povons / pouvez, pouvons< от нар. лат. potere, а также: souleil< нар. лат. soliculu, poutage от фр. pot.<нар. лат. pottu. O, происходящий из лат. аu, в зиянии перед ударным гласным также носит закрытый характер, судя по колеблющейся графике: loenge / louange от фр. loer< laudare, oit / ouit, oioit / ouioit от audire.
Графика текста демонстрирует ряд диалектных черт, зафиксированных в среднефранцузский период на территории области Бурбонне, на границе с которой находится город Тьер, где был создан данный список «Жития»[12]. Так рифма umbre: nombre, а также колебания в графике tombez / tumbez показывают неразличение о/u перед назальным; написание sepmaine<septimana - дифтонгизацию a>ai перед назальным; формы entrepranre от prendre, prenre<prendere, vinroit, venredi указывают на отсутствие эпентезы в сочетании nr. О, дифтонгизировавший в ударной позиции, в XIV веке еще сохраняется в диалекте Бурбонне перед r в виде дифтонга. В формах pastour<pastore, plour от pleurer<plorare, flour<flore, зафиксированных в нашем тексте XV века, диграф ou, возможно, уже не отображает дифтонг, а служит для обозначения [u], поскольку в этих областях дальнейшим развитием дифтонга была монофтонгизация ou>u. Общей для центральных областей и Бурбонне являлась такая черта, как переход a>ie после палатальных, зафиксированный в формах chier<caru, pechiez<peccatu, eschielle<scala, gangnier<франс. wajdanjan, seignier<signare. Форма montaigne<нар. лат. montanea, указывает на развитие i между гласным под ударением и последующим мягким n, отмеченное в юго-восточных говорах. К XV веку эта черта перешла в центральные диалекты. Форма soigle с переходом ei>oi перед мягким l свидетельствует о наличии северо-западного влияния. Переход e>i в контртонике перед палатальными [š] и [ž] отмечен на северо-востоке (Пикардия, Лотарингия, Шампань): ligier <нар. лат. leviariu, sicheté от secher. Форма roine<regina фиксирует переход ei>oi перед n, отмеченный в Бургундии.
Морфологические характеристики текста отражают тенденции унификации и выравнивания форм, характерные в целом для языка среднефранцузского периода.
Имена. Двухпадежное склонение старофранцузского периода уже прекратило существование, однако в рукописи можно встретить слабые отголоски старой системы: il estoit nez, onсques homs ne vit, je suis povres homs.
Унификация основ не завершена, судя по формам как существительных (chastel), так и прилагательных (bel de cuer, nouvel prieur, fol gouvernement).
В тексте зафиксированы колебания в роде у лексем, происходящих от латинских слов среднего рода: la fervent amour, l’amour singuliere / ton amour, la joieuse douleur, telle douleur /tel douleur. Колебания в роде у существительных doubte и ordre: sans faire aucun doubte/ sans nulle doubte; quelle ordre /du venerable ordre могло быть связано с наличием группы согласных и необходимостью присутствия конечного е.
Текст фиксирует колебания в написаниях прилагательных, имевших одну форму для мужского и женского родов. Например, у прилагательного grand в ж. р. ед. ч. чередуются старая форма grant: ta grant saincteté - и форма с аналогическим показателем рода grande (встречается значительно реже): grande misericorde. Во множественном числе употребляются старая форма grans и аналогическая grandes: grans lermes и grandes doctrines. Во множественном числе для мужского рода чередуются формы grant / grans: grant signes / grans hommes, grans pleurs. Выступая в роли именной части сказуемого, grant также допускает колебания: grant fut la renommee, grande est la paie. В текстах XV века формы чередуются, старые формы grand появляются еще в начале XVI в. Такие же колебания мы видим в написаниях родовых окончаний прилагательных, происходящих из латинских причастий: treshaulte et puissant dame, ta pacient humilité, ta plaisant adversité, tresgrande et fervent devocion / fervente saincteté, puante maladie.
Местоимения.
Личные и возвратные местоимения. Ударная и безударная формы местоимений 1-го лица единственного числа совпадают в форме je: je, frere Estienne, что было типично для языка центральных и юго-восточных областей.
При возвратных глаголах употребляются и возвратные, и личные местоимения. Возвратные – чаще при личных глагольных формах: s’en tournerent, se rompirent, se trouva, хотя встречаются и при неличных глагольных формах: soi garir, en soi riant; личные местоимения сопровождают инфинитивы и причастные обороты, если подлежащее выражено существительным во множественном числе: en eulx excusant, eulx en tourner, eulx garder, ilz ne doivent eulx de riens mesler, eulx aprester, eulx mectre en oroison. Такие чередования были уже в старом языке, а в среднефранцузский период форма eux регулярна при инфинитиве, что мы и видим в тексте. Результатом такого смешения является употребление, наоборот, возвратного местоимения вместо личного, что также встречается в текстах данного периода: et oultre lui dist que Dieu avoit monstré cestui miracle, affin que fust exemple tant a soi comme a tous autres. Следует также отметить, что возвратные местоимения появляются в двух формах soi и se, первая из них, как в старом языке, употребляется перед неличными глагольными формами (единственное исключение: se gaster), а вторая – перед личными.
Как характерную особенность среднефранцузского языка можно отметить использование возвратных глаголов для передачи идеи пассивности действия: comme … se declarera en sa vie, a poines sans grans pleurs… se pourroit dire. Такие примеры появляются уже в XIV веке, но распространение получают в XV.
Указательные местоимения, использующиеся в тексте, не демонстрируют разнообразия форм. Формы бывшего прямого падежа cist и cil в тексте не появляются ни разу, хотя последняя появляется в текстах до XVII века. Их заменяют формы косвенного падежа: сelui и cestui, выступающие в функции прилагательных: icellui Dieu, en cestui lieu. Многочисленны примеры употребления сelui как подлежащего: grant clerc celui le fist estre (тот сделал его очень ученым человеком), дополнения: la maladie d’icellui. Форм с наречными частицами ci и la, усиливающих указательные местоимения, в тексте встречено не было.
Относительные местоимения qui и que. Как и в других рукописных текстах среднефранцузского периода, в нашем тексте наблюдается регулярное смешение форм относительных местоимений, обусловленное разными причинами (нарушением склонения, смешением похожих форм qui и cui, исчезнувшего в XIV веке, элизией перед гласными). Que выступает в функции подлежащего: estoit au lit Giraut malade que ne povoit alainer, souspirer ne parler, и, наоборот, qui - в роли дополнения: Dieu vange ses amis du tort qui leur font leurs mauvaillans.
Смешение qui и qu’il также является распространенным явлением в среднефранцузских текстах и тому подтверждением являются многочисленные примеры из нашего текста: les freres de cest miracle louerent Dieu et le glorieux corps saint du miracle qui leur avoit fait; ces deux continuellement prioient saint Estienne qui les voulsist delivrer; les freres de cest miracle louerent Dieu et le glorieux corps saint du miracle qui leur avoit fait; Je vous asseure qui sont tous en priere pour vous envers Dieu et monseigneur saint Estienne.
Глагол. Глагольные формы текста показывают, что к XV веку уже прошли основные изменения, отличающие старофранцузскую глагольную систему от современной. Старые формы еще встречаются, но на общем фоне они выглядят, как реликты.
Уравнивание основ, судя по тексту, завершилось, но можно наблюдать остатки чередований, например, в глаголе aimer: cильная форма ai, слабая форма a: ceulx qui l’aiment et ameront, tant m’amez et tant vous doi amer; или в глаголе mener: сильная форма с ei, слабая – с e: celui qui telle vie meine / vous menez bonne vie. В рукописи обнаружены как старая форма глагола querre, так и утвердившаяся в XIV веке querir, а также личные формы, представляющие слабые и сильные варианты: queroit, requerons, je vous requier.
Окончание -e в 1-ом лице единственного числа, в целом, обобщается в индикативе на все глаголы 1-го спряжения, например: je me loue et gloriffie, однако встретились и написания без -е: je vous suppli.
Аналогическое -s для 1 лица ед. ч. распространено у глаголов III спряжения, кроме ряда форм: je vous promect, je croi, je vous requier, je voi.
Окончание 3-го лица единственного числа перфекта - t, отпавшее еще в старофранцузский период, было восстановлено в написании после i, u по аналогии с dit, fit, fut. Написание колеблется – встречается форма il fu без t конечного, чередуются написания il vesqui / vesquit. Предпочтение отдается формам с восстановленным t: mourit, nasquit, vit.
Перфекты на -sr 3-го лица мн. ч. представлены центральными формами. В перфектах с основой на гласный развивается звонкий зубной d: prisdrent, requisdrent, с основой на согласный – глухой зубной t: distrent. Обмен между ними зафиксирован в тексте: promisdrent / promistrent.
Форма 3 лица subjonctif настоящего времени на -oit: mectoit типична для юго-восточной скрипты.
Встретилась форма 1 лица множественного числа будущего времени без -s: pourron. Подобные формы зафиксированы в юго-восточных областях, их присутствие может быть связано с франко-провансальским влиянием.
Следующие характеристики текста также демонстрируют франкопровансальское влияние. В тексте чередуются формы перфекта 3 лица мн. ч. на -erent и -arent: donnerent, demourerent / violarent et forsarent, tombarent, последние, франкопровансальского происхождения, преобладают. Франкопровансальскими являются также формы 3 л. мн. ч. имперфекта сюбжонктива на -ont, хотя они зафиксированы и в юго-восточных диалектах: feussiont, peussiont, fussiont mussez, eussiont joie.
Так же франкопровансальские формы чередуются с центральными во 2 лице ед. ч. имперфекта индикатива и условного наклонения настоящего времени: -ies / oies: si tu esties malade / se tu n’avoies; feries / vouldroies.
Синтаксис. Падение двухпадежной системы в синтаксическом плане имело следствием такие тенденции, как закрепление порядка слов (подлежащее – глагол – дополнение) и его грамматизация, а также развитие системы вспомогательных средств, в первую очередь, союзов.
В анализируемом тексте памятника группы «существительное +прилагательное» еще не отличаются стабильностью порядка слов: une dame noble / une noble dame, voluntaire povreté / povreté voluntaire. Как в пре-, так в постпозиции может употребляться группа эпитетов: gens saiges et honnestes / clercs et saiges hommes. Однако можно проследить связь между позицией прилагательного и его значением: gens morteles / mortelle vie. Порядок слов в группе может также быть связан с ритмом, эмфазой или рифмой: une belle maison, но: jeune personne belle et bonne; glorieux confesseur / O confesseur glorieux! / par son ange moult glorieux : moult seur gardien gracieux.
На уровне простого предложения текст демонстрирует стяжение членов предикативной группы – смысловой глагол следует за вспомогательным. Нередко, однако, между ними помещается обстоятельство: il avoit a Mureton veu une eschielle; il avoit en cest lieu tenue la vie contemplative; il avoit en sa main choisi de ses ouefs. Внутри предикативной группы порядок слов иногда нарушается, что напоминает свободное расположение ее членов в старофранцузский период: la misericorde de Dieu... vouloit et disposé avoit que…; grande estoit la virtue…
Доля простых предложений в тексте невелика – они встречаются, в основном, в прямой речи героев или в риторических отступлениях автора. Текст повествования построен сложными периодами, в которых прослеживается влияние латинского оригинала.
Cреднефранцузским периодом датируется целая серия новых аналитических подчинительных союзов, некоторые из них мы можем наблюдать в нашем тексте. Подчинительный союз с временным значением, пришедший на смену старофранцузскому puis que, функционирует в двух формах – aprés ce que/ empres ce que: aprés ce que le corps saint eust preschié a ses disciples et freres l’espace de IIII jours entiers; empres ce que cestui tresglorieux corps saint monseigneur saint Estienne se fut fait profés. Puis que употребляется в тексте со значением логического обоснования, причины: puis que il plaist a Dieu de donner chascun jour viande es jumens. Из новых, появившихся в языке в среднефранцузский период уступительных союзов в тексте встречаются combien que, supposé que: saint Estienne ne se i reputa pas digne d’estre moine, chanoine ne hermite, combien que il menoit la vie et regle des trois religions, supposé que il eust fait pour son repos, toutesfoiz … cellui lit estoit tout contraire a bon repoz. Новые условные союзы представлены союзом au cas que: en lui suppliant.. ou cas qu’il plairoit a Dieu a donner santé a son dit enfant.
Характерной синтаксической особенностью исследуемого текста является реприза подлежащего и дополнения. Такой «разорванный» синтаксис обусловлен сильным распространением предложений, включающих большое количество придаточных, а также обстоятельств и дополнений в своем составе. В результате синтаксическое строение фразы получается очень громоздким и тяжелым для чтения. Например: en celui temps un jeune homme de village, reempli de mauvais esperit et dire, encorut en indignacion de Dieu et adversaire des freres de Grantmont, qui demouroit en ung lieu de l’ordre, appellé d’Elestluse, ledit hors du sens brisa, froissa et mist en pieces toutes les croix…
Лексика. Словарный состав памятника включает как устаревшие единицы, так и активно функционирующие в языке того времени – они выступают в тексте как синонимы: cuidier / penser, mander / envoyer, bailer / donner, talent / voulenté, enquerir / interroger (1380 – DMD), trespasser / mourir. Глагол entendre теряет значение ‘стараться’ и уступает его глаголу vaquer à (entendre / vaquer à (нач. XIV в. – DMD)), однако, приобретает значение ‘слышать’ и вытесняет с этой позиции oir (oir / entendre). Fermer еще не заменил clore, а употребляется в производных ferme, affirmer, confermer - носителях первого значения ‘укреплять’. Travailler употребляется в старом значении ‘мучить’, в значении ‘работать’ встретилось labourer. Глагол cuider используется как модальный, обозначая действие ожидавшееся, но не состоявшееся: on lui cuida copper le bras, l’en cuidoit estre mort. Использоваться таким образом cuider стал, наряду с devoir и pouvoir, в XV веке.
Лексический состав памятника характеризуется большим количеством латинизмов, например: exultacion <exulatatione, devocion<devotione, progenie<progenie, luminaire<luminariu; схоластических терминов, например: equipoller<aequipollere, cogiter<cogitare (XV в. –DMD); латинизмов греческого происхождения: prophete<propheta, phariseux<pharisaeus ‘фарисеи’, melodie<melodia ‘гармония, удовольствие’.
На лексическом уровне проявилось также окситанское влияние: alle ‘aile’, lugendier ‘locataire’, consult ‘consultation’ (des consulz), telle (un suaire de telle), sonner ‘appeler’, parrin ‘parrain’ (il sonna son parrin), boules ‘bornes’ (par maniere de boules), galline ‘poule’, naves ‘navire’, beluges ‘é