старший преподаватель кафедры теории
государства и права ВИУ
СПОСОБЫ УГОЛОВНО – ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ПРАВОМЕРНОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ ОРУЖИЯ
Уголовно-правовая оценка действий лица, наделенного правом применения оружия осуществляется в двух направлениях: 1) исключения уголовное ответственности в случае правомерного его применения и 2) привлечения к ней, если в действиях применившего оружие имеются нарушения предписаний соответствующих законов, уставов и инструкций, находящиеся в причинно-следственной связи с уголовно-наказуемыми последствиями.
Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 года № 14 «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств»[1] и Пленума Верховного Суда СССР от 22 сентября 1989 года № 9 «О применении судами законодательства об ответственности за посягательство на жизнь, здоровье и достоинство работников милиции, народных дружинников, а также военнослужащих в связи с выполнением ими обязанностей по охране общественного порядка»[2], практически отождествили условия правомерности необходимой обороны с применением оружия на основе соответствующих приказов, уставов или инструкций. Данные разъяснения давались судебно-следственным органам применительно к Уголовному Кодексу РСФСР 1960 года[3], который содержал значительно меньший перечень обстоятельств, исключающих преступность деяний[4], фактор чего не может не учитываться современной теорией уголовного права.
На временном периоде начиная с 16 августа 1984 г. (время принятия вышеуказанных Постановлений Пленумов Верховного Суда СССР) неоднократно указывалось о наличии аналогии закона при исключении уголовной ответственности за причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление правилам необходимой обороны[5]. Следует отметить, что с введением в действие УК РФ 1996 года эта проблема была решена путем расширения количества обстоятельств, исключающих преступность деяния. Однако устранив аналогию закона в отношении задержания преступника, законодатель «забыл» о п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 года № 14, содержащем прямое указание на то, что работники правоохранительных органов, военизированной охраны и иные лица не подлежат уголовной ответственности за вред, причиненный посягавшему или задерживаемому, если они действовали в соответствии с требованиями уставов, положений и иных нормативных актов, предусматривающих основание и порядок применения силы и оружия. Это означает, что исключение уголовной ответственности за причиненный вред формально сопоставимый с уголовно-наказуемым по факту правомерно примененного оружия происходит по аналогии с необходимой обороной и другими обстоятельствами, исключающими преступность деяния.
Сопоставительный анализ (соотношение) между условиями правомерности применения оружия и обстоятельствами, исключающими преступность деяния по формальным признакам показывает, например, что:
1) часовой, применяющий оружие против лица, незаконным образом пытающегося преодолеть запретную границу поста (ст. 210-212 УГиКС), правомерно может причинить смерть лицу, совершившему административное правонарушение (ст. 20.17 КоАП РФ – нарушение пропускного режима охраняемого объекта). В то время как ситуация необходимой обороны (возможна ситуация и задержания преступника) считает причинение смертельного вреда посягающему правомерным только если он совершает общественно опасное деяние, угрожающее жизни обороняющегося. Таким образом, выявляется формальное превышение пределов необходимой обороны;
2) ч. 3 ст. 13 УВС предписывается применять оружие «для защиты военнослужащих и гражданских лиц от нападения, угрожающего их жизни или здоровью, если иными способами и средствами их защитить невозможно». Необходимая оборона с причинением смерти может охватывать данную ситуацию при угрозе жизни. Указание на иные способы и средства защиты ограничивает пределы правомерности необходимой обороны, в первую очередь предусмотренные ч. 1 ст. 37 УК РФ. Фраза «если иными способами и средствами их защитить невозможно» формально предписывает военнослужащему предпринять еще какие-то меры перед применением оружия;
3) наличие дополнительных обязанностей для применившего оружие в виде, например, требования обеспечения доврачебной помощи лицам, получившим телесные повреждения, предусмотренного абзацем вторым части 3 ст. 25 Закона о внутренних войсках. Здесь мы обнаруживаем норму, непосредственно относящуюся к правилам применения оружия, находящуюся за рамками наличности применения самого оружия, и ее следует рассматривать в качестве дополнительных обязанностей, возлагаемых на военнослужащего по отношению к простым гражданам. Формально, дополнительным в сравнении с необходимой обороной, является и требование о необходимости предупреждения о намерении применить оружие.
Представленные примеры наглядно демонстрируют, что между условиями правомерности причинения вреда признаваемого правомерным при обстоятельствах, исключающих преступность деяния, и правилами правомерного применения оружия имеются значительные отличия (хотя это далеко не полный перечень отличий). А если так, то исключение уголовной ответственности за причиненный вред в результате правомерного применения оружия не может быть тождественным механизму исключения уголовного преследования при обстоятельствах, исключающих преступность деяния. Выступая в качестве специального субъекта уголовного правоотношения, работники силовых структур требуют специального уголовно-правового регулирования правомерности применения ими огнестрельного оружия как средства защиты уголовно-охраняемых интересов личности, общества и государства.
Судебно-следственная практика применения оружия сотрудниками правоохранительных органов в новейшей истории нашей страны изучена достаточно широко[6]. Резюмируя эти исследования выдержкой из указанной работы , , следует отметить, «что в Уголовном кодексе Российской Федерации специальной статьи, предусматривающей ответственность за незаконное применение огнестрельного оружия сотрудниками органов внутренних дел нет. С учетом обстоятельств происшедшего им вменяется в вину, как правило, совершение умышленного либо неосторожного преступления против личности и (или) должностного преступления либо превышение пределов необходимой обороны или мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ст. 108, 114 УК РФ)»[7]. Из последнего следует, что имеет место применение уголовного закона по аналогии.
Модельно, урегулирование данного несоответствия одному из основных уголовно-правовых принципов законности (ст. 3 УК РФ) могло бы быть осуществлено путем введения в Особенную часть УК статью под названием «Нарушение правил применения оружия». Диспозиция нормы, в основе которой лежат положения Постановления Пленума Верховного Суда СССР № 14 от 16.08.84 г. могла бы иметь формулировку следующего содержания: «Применение оружия в нарушение требований законов, уставов, положений и иных нормативных актов повлекшее по неосторожности смерть, причинение вреда здоровью человека или иные тяжкие последствия». Субъективная сторона этого состава преступления может быть сформулирована только в форме неосторожности т. к. умысел отождествляет деяние с уже имеющимися нормами о должностных преступлениях и преступлениях против личности.
Предлагаемым способом могла бы быть решена представленная в первом абзаце задача, автоматического исключения уголовной ответственности при соблюдении правил применения оружия по процедуре предусмотренной п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – в связи с отсутствием в деянии состава преступления. И, наоборот, вменение в вину неправомерно (при отступлении от предписанных правил) применившему оружие уголовно-наказуемых последствий его деяния.
Устранение уголовно-правовой оценки правомерности применения оружия по аналогии не самоцель и не направлена на усложнение и без того отягощенной психо-эмоциональной напряженностью ситуации применения оружия. Наоборот, обеспечение этой сферы правоотношений правовой базой лишенной пробелов позволит, во-первых, сотрудникам правоохранительных органов получить четкие, лишенные ошибочности, юридической избыточности и оценочности правовые ориентиры. Во-вторых, исключит даже попытки обжалования в судах действий формально подпадающих под признаки преступления, и, в-третьих, поможет избежать все еще встречающиеся ошибки в правильности квалификации ситуаций, связанных с применением оружия.
[1] Бюллетень Верховного суда СССР. 1984. № 5. С. 10-11.
[2] Бюллетень Верховного суда СССР. 1989. № 6. С. 9.
[3] Закон РСФСР от 27 октября 1960 года «Об утверждении Уголовного кодекса РСФСР» // Ведомости Верховного Совета РСФСР от 31 октября 1960 года. № 40 ст. 591.
[4] Теоретические разработки и судебная практика того периода содержали положения об урегулировании причинения вреда в результате задержания преступника и применения оружия по правилам необходимой обороны (как при необходимой обороне). См., например: Основные вопросы учения о необходимой обороне в советском уголовном праве. - М.-Л., 1948. С. 16; Обстоятельства, исключающие общественную опасность и противоправность деяния. - М., 1961. С. 24-25; Вопросы теории и практики необходимой обороны. М., 1961. С. 166-170; Он же: Учение о необходимой обороне в советском уголовном праве. М., 1967. С. 21-23; «О недостатках судебной практики по делам, связанным с применением законодательства о необходимой обороне»: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 23 октября 1956 года № 8 // Сборник действующих Постановлений Пленума Верховного Суда СССР 1924 – 1957 гг. Под ред. . М., Госюриздат, 1958. С. 12-13; «О практике применения судами законодательства о необходимой обороне»: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 4 декабря 1969 года № 11 // Бюллетень Верховного суда СССР. 1970. № 1.
[5] См., например: Обстоятельства, исключающие уголовную ответственность // Советское государство и право. 1987. № 11. С. 114; Обстоятельства, исключающие преступность деяния: понятие и виды // Уголовное право. № 3, 1999. С. 6; Обоснованный риск в системе обстоятельств, исключающих преступность деяния // Уголовное право. № 1, 1999. С. 17.
[6] Необходимая оборона и задержание преступника в деятельности органов внутренних дел: Учебное пособие/ , , - М.: Академия МВД СССР, 1987; Внимание оружие! (Правовые основы применения огнестрельного оружия сотрудниками российской милиции). Учебно-практическое пособие / , , М.: Интердетектив, 1992; Обстоятельства, исключающие преступность действий сотрудников органов внутренних дел, совершаемых в сфере их профессиональной деятельности. Дисс. канд. юрид. наук. Нижний Новгород. 2001; Уголовно-правовые и криминологические аспекты применения физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия сотрудниками органов внутренних дел. Дисс. канд. юрид. наук. Краснодар, 2004; Правовые основы применения и использования огнестрельного оружия сотрудниками органов внутренних дел: Учебное пособие. Издание второе, переработанное / , , / под. ред. М., 2004.
[7] Правовые основы применения и использования огнестрельного оружия сотрудниками органов внутренних дел: Учебное пособие. Издание второе, переработанное / , , / под. ред. М., 2004. С.169.
