ISBN 5-87-484-025-7
ОСЕНЬ В ЗЕРКАЛАХ. Стихи.
Содержание:
БЕЛЫЕ БУКВЫ НА ЧЕРНОЙ ДОСКЕ (1983-1987)
ОТРАЖЕНИЯ (1985-1997)
ПОД РЮКЗАКОМ (1988-1998)
БЕЛЫЕ БУКВЫ НА ЧЕРНОЙ ДОСКЕ
(1988-1998)
«Здравствуй, Школа!»
Звонок. Минутная тишина.
И вновь по классу летит шепоток.
Солнечный зайчик спрыгнул с окна,
Тихо в школе. Идет урок.
Солнечный лучик скользнул по лицам,
Прыгнул на парту, бежит по стене.
И улыбается ученица
Солнцу, уроку и тишине.
Мальчик выводит слово за словом,
Держит уверенно мел в руке.
Слово за словом: «Здравствуй, Школа!» —
Белые буквы на черной доске.
***
Из-за тучи вышло солнце,
И светлеет путь.
Заведи меня, тропинка,
В лес куда-нибудь.
По лесной пройдусь опушке,
Окунусь в росу.
Прокукует мне кукушка:
«Хорошо в лесу!»
***
Мир полон чудес и тайн,
И все в этом мире непросто.
С неба срываются звезды,
На землю приходит май…
***
Если ты только знаешь,
Если ты только видел,
Если ты только помнишь,
А это было давно:
Во сне иногда летаешь,
Охапками снег бросаешь,
А в небе мерцают звезды,
Смотрят в твое окно…
***
Земля укрыта белым снегом,
И над вулканом ночь повисла,
И месяц бледным коромыслом
Слегка поддерживает небо…
***
Хочу бежать куда-нибудь в поля,
Хочу перед ромашкой замереть
И петь хочу, про все, что вижу, петь,
И слышать, как откликнется земля!
Хочу смотреть на полную луну
И воду пить из чистого ключа,
Ждать первого рассветного луча,
Что принесет нам новую весну!..
***
Апрель был жаркий, таял снег,
И радовались мы
Зеленым стебелькам травы,
Проросшим не везде.
Мы видели среди травы
Трудягу-паука,
А в небе плыли облака
Цветные, словно сны.
***
Я рисую, на краски щедра,
Море, озеро, лес и вулканы,
На лице твоем отсвет костра,
Изумрудную зелень поляны…
Разгорелся над морем восход,
Из часов мне кукушка кукует,
Где-то к людям пришел новый год,
А я снова рисую, рисую…
***
Почему-то стала тревожить
Океана синяя глубь,
Бесконечность троп и дорожек,
Что зовут за собою в путь.
Почему-то меня тревожат
Порыжевшие травы болот
И у берега озера брошенный,
Позабытый хозяином плот.
Почему-то тревожит снова
То, что было давным-давно:
Невзначай оброненное слово
И снежок, залепивший окно.
***
Снова небо осеннее хмурится,
Солнце прячется в облаке где-то,
Теплый вечер выходит на улицу,
Нам напомнив ушедшее лето.
И опять провода не качаются
Под напором холодного ветра.
Все на свете когда-то кончается,
И, конечно, кончается лето.
Отчего ж вдруг сердце сжимается,
Если вижу я птиц перелетных?
Все на свете когда-то кончается,
Но всегда начинается что-то.
***
Подули с севера холодные ветра.
И вот уже подряд четвертый час
Сосед пластинку ту же, что вчера,
Гоняет.
Шепелявит старый вальс.
И отразилась снова осень в зеркалах:
Шиповника привядшие кусты
И мамины усталые глаза,
И поздние осенние цветы.
Владивосток
А закаты здесь не багряны —
Солнце встает и заходит в туманы.
Все надоело — трамваи, машины.
Тихо, наверное, на Кунашире,
Клонится к речке синей осока…
Мне бы уехать из Владивостока.
Дома вечерние выпали росы,
Дома цветут на шиповнике розы…
***
Когда становишься взрослым, то замечаешь,
Что с каждым годом погода хуже,
И солнце все реже светит.
А совсем недавно, когда мы еще были дети,
Мы пускали кораблики в мутных от грязи лужах
И были счастливы чувствуя, как мутную лужу
В прозрачное озеро своею рукой превращаешь.
И дни за днями так быстро летели,
Мы бегали, где хотели,
И делали — что хотели.
И мимолетными были печали.
На непогоду тогда мы внимания не обращали…
ОТРАЖЕНИЯ
(1985-1997)
***
Снова пришла зима,
Снова вокруг сугробы,
Белой шеренгой дома
Высятся над дорогой.
Снова мне шепчешь ты
Так непонятно, невнятно.
Шиповник — в снегу кусты —
Цветными покрылся пятнами..
***
На окне запотевшем
я имя твое
напишу.
Ни пустых обещаний,
ни клятв
я с тебя не спрошу…
Слов пустая игра,
ты пойми и поверь,
ни к чему —
По лицу твоему
все, что нужно мне будет,
пойму…
***
Я жду тебя,
а за окошком шепчет дождь.
Я жду тебя,
ты обязательно придешь.
Я жду тебя —
придешь промокший и родной,
Я жду тебя,
я жду давно.
А помнишь, милый, солнечное утро? —
проснувшись, усмехнулся ты чему-то,
а уходя, в мой дом впуская грусть,
сказал: «Не сомневайся, я вернусь».
Я жду тебя, а дождик также каплет
в деревья одноногие, как цапли.
Я жду ежеминутно, ежечасно,
я жду и верю – это не напрасно.
Я жду тебя,
аусть шелестят дожди в траве.
Я буду ждать
и в октябре, и в январе.
Я жду тебя —
сама с собой хожу в кино,
Ты возвращайся,
жду тебя
уже давно.
***
Ты все сказал и снова мил.
Ты — ангел с мягкою улыбкой.
Вини меня во всех ошибках.
Ты прав. Ты просто не любил.
***
Ты не в первый раз решил уйти,
чтобы никогда не возвращаться.
Глупо как звучит твое «прости»,
оброненное на лестничной площадке.
И снова за крутилась карусель —
я брошена!
Я так люблю и — брошена!
Не верь моим слезам,
не верь, хороший мой,
мне скучно от привычности потерь.
Так дети плачут, в пол ногами бьют,
когда привычную игрушку не дают.
***
В моих снах море бьется о скалы…
В моих снах увядают травы…
Я в разлуке с тобой устала.
Мы ведь оба были не правы.
Прочь тревоги и прочь сомнения,
приезжай — ты мне нужен снова!
Самолюбие, самомнение —
я забуду два этих слова.
У меня не заперты двери.
За окном снова ветер снежный.
Возвращайся ко мне…
Не верь мне —
не меняюсь я. Все как прежде.
***
Желтое кружево осени ветер с берез оборвал,
Черные стаи ворон над рябинами кружат,
Хрупким ледком на дороге подернулись лужи…
Ты не пришел ко мне — теплые стынут слова.
Желтое платье, шурша, соскользнуло с плеча,
Шелковым мягким комком на полу улеглось.
Ночь холодна. В тишине оплывает свеча.
Жаль… Ах, как жаль! Ничего не сбылось…
***
Снег дорогу к тебе запорошил.
Мне приснилось твое лицо.
Подманила я хлебной крошкой
Птицу синюю на крыльцо.
Мое счастье — оно без крыльев,
По земле оно где-то бродит,
Припорошено снежной пылью,
Утомленное долгой дорогой.
И ему почти уже равно
В чье стучаться окно.
***
Как странно тихо в комнате моей.
Я на столе раскладываю карты,
чтоб расспросить бумажных королей
и дам бумажных:
где сейчас ты, как ты?
Прости меня когда-нибудь потом,
за то, что говорила не о том —
что требовать от женщины ума?..
Зима…
***
Я ехала к тебе. Был белым снег, и тени
Полосками ложились на дорогу.
Нетронутым лежит снег на крутых ступенях.
Как снежный ком растет моя тревога.
Оставила я дом таким пустым и тихим.
Незапертые двери вслед скрипели.
Смотрю в огонь — страницы твоих писем
Почти сгорели.
***
Как-то сразу отболело, улеглось,
Как-то сразу позабылось, что любила.
И не жаль, что не случилось, не сбылось.
Я лицо твое почти уже забыла.
Я забыла твои руки, твои плечи,
Не напрасно говорят, что время лечит.
***
На лестнице звучат шаги твои.
Такой чужой — и вот желанный вновь.
Теперь я знаю, память о любви
Гораздо долговечней, чем любовь.
***
Помнишь, осень сменила лето?
В речке, на ямах, стояла горбуша.
Алые крестики бересклета
Словно сережки я вдела в уши.
Ели нас поедом мелкие мошки,
Было тепло и скучно немножко.
Был ты со мной грубоват и небрежен
В том сентябре, от кленов рыжем.
Сколько же лет миновало, мой нежный?
Нет перемен. Или я их не вижу?
Мелкую мошку зовут белоножкой.
Ходим мы там же по тем же дорожкам.
***
В остывшем доме тишина,
И страшно тени растревожить.
На фотографии она
Так на живую не похожа.
Так по-нездешнему спокойна,
Невозмутима и добра.
Цветы кладу на подоконник —
Мы с нею виделись вчера.
***
Знаешь, я письмо твое сожгла,
В синих птиц давно уже не веря.
В комнате за запертою дверью
Тихая печаль гнездо свила.
Я вчера письмо твое сожгла —
Скорчились в огне его страницы,
Пролегли сгоревшие слова
Между нами вечною границей.
***
Не оставляй меня одну,
Не покидай меня надолго.
Не лги мне, милый, — я пойму
И все прощу тебе без торга.
Не оставляй меня, прошу…
Я без тебя почти не женщина,
Я так скучна, так переменчива,
Я без тебя так жить спешу.
Не оставляй меня совсем
Средь этих стен, таких холодных,
Среди подруг, журналов модных,
Средь книг твоих, твоих вещей.
Не оставляй меня, прошу!
Я тишины боюсь и ветра,
Яс плюс невыключенным светом
И по ночам стихи пишу.
Однажды голубем бумажным
Вдруг птица счастья обернется.
Любовь уйдет и не вернется,
И станет много неважным.
Мне будет странно, что грущу,
Когда надолго ты уходишь.
Однажды просто не впущу,
Когда ты станешь на пороге.
Не оставляй меня одну.
***
Прости меня когда-нибудь
За то, что в тихий этот вечер
Я так не рада нашей встрече.
Прости за то, что время лечит,
За то, что ничего не вечно,
И что улыбкою беспечной
Уже меня не обмануть…
***
Я царствую в спокойном мире снов!
Не спать тебе, мой милый, по ночам —
Тебя разбудят звук моих шагов,
Движенье рук, коснувшихся плеча…
Не спать тебе, мой милый, безмятежно,
Мне власть дана входить в чужие сны…
Так неверны, несбыточны надежды,
И нелюбовью женщины сильны!..
***
Поймешь ли ты чужую боль,
Когда своя не отболела?
Так сердце радовалось, пело,
И в миг один заледенело —
ушла любовь.
Растает ли холодный лед
В ответ на ласковые речи?
Но так не скоро будет встреча
С тем или с той, кто нас излечи,
Кто нам поверит,
нас поймет.
***
Как сердцу одиноко было!
Вдвоем — не легче.
Я все хорошее забыла
В холодный вечер.
На крыльях ветра осень мчится
К моим воротам.
У нас такие злые лица,
У нас — заботы.
Пришла пора желтеть березам,
Бесцветны ветры,
Стуча в окно дождинки-слезы,
Уходит лето.
***
Отсветился жемчужный закат,
Заглянула в окно луна.
Я глупа, но и ты виноват.
Ты обижен, а я смешна.
Ты мне нужен, и я — тебе,
Но так трудно прийти к решению,
И написана на воде
Сказка наших с тобой отношений.
Заглянули друг другу в глаза
И опять разошлись красиво.
Почему ты мне не сказал?
Потому ли, что я не спросила?
***
Над болотом туман голубой,
Я брожу по безлюдным тропинкам,
Парусами висят паутинки,
Все как прежде — до встречи с тобой.
Я уже от тебя отступилась,
Я уже от любви отреклась,
Ну и что ж, что любовь не сбылась —
В моей жизни так много не сбылось.
***
Пусть тебе нелегко, но все же
Улыбнись печальной улыбкой.
Так неверно счастье, так зыбко
И на счастье-то непохоже.
Всех от боли время излечи,
Ге-то радость по свету бродит,
Еще будет на долгой дороге
Самый памятный в жизни вечер.
***
Я живу в ожидании октября,
В ожидании желтых и красных листьев,
Как когда-то жила в ожидании писем,
Приходивших мне изредка от тебя.
Я живу от дождей до дождей,
От холодных ветров до болотных туманов
над увядшими травами.
Это ли странно?
Так другие живут от гостей до гостей.
Я люблю паутинки на ветках ольхи,
Первый иней и первый хрупкий ледок.
Я люблю написать про тебя стихи
И запрятать, чтоб ты их прочесть не мог.
***
Я думала, счастье пахнет
Опавшей прелой листвой
Или привядшими травами…
Я думала, счастье выглядит
Как бересклет по осени:
Яркий и все же печальный,
Весь в парусах паутинок,
Свисающих с каждой ветки…
Я думала, слышу счастье,
Когда ворковала горлица,
И нежно журчал ручей,
Бегущий к дренажной канаве…
Я думала, мое счастье
Похоже на тихое озеро,
На синих стрекоз, заполнивших
Прибрежные тростники.
Теперь я знаю, что счастье
Ползает здесь, по комнате,
Гукает и хохочет
Вместе с моим ребенком.
***
Было время синих стрекоз,
И в лугах распускался клевер.
Ты меня на лодке увез
В тень склоненных к воде деревьев.
***
Я полнолунной ночью
Росу соберу в ладони.
Ты ее пить не хочешь —
Ты уже понял.
Так получилось, милый,
Некуда деться,
Кажется, что любила
С детства.
Не уходи, пожалуйста,
Я скучала.
Дай, я тебе пожалуюсь:
Вот — все с начала.
Смотрят так терпеливо
Глаза твои цвета прилива
В туманный день.
Когда ты рядом со мною,
Накатывает волною
Лень.
Кажутся бесконечными
Ветрено-снежные зимы,
А мне быть слегка беспечною
Необходимо.
Жизнь свернулась в спирали,
То взлетаю, то падаю.
То, что я выбираю,
Мне надо ли?
***
Мне запомнился запах увядшей травы
И крыльцо, где встала я,
И ночь, и протяжные крики совы…
Устала я.
***
Синее небо над сочной зеленой травой,
Конь растреножен и бьет в нетерпенье копытом…
Только что взгляд был спокойным, прямым и открытым,
Только что мальчик был занят конем и собой.
Синяя птица задела крылом по щеке,
В серых глазах отразилось июльсое небо,
Мальчик с любовью капризной знаком еще не был,
Просто поил жеребца в серебристой реке…
Женщина помнила запах увядших трав,
Выстрел над озером, черные капли черники,
Утку, упавшую в воду, собачье: «Гав!»,
И паутинок липучие тонкие нити.
Женщина помнила горькое слово «Прощай!»,
Взгляд равнодушный и руки, ее необнявшие,
Шепотот берез, пожелтевшие листья ронявших,
И ветер, который верхушки деревьев качал…
Женщина хлеб протянула коню на ладони…
Грустная осень прошла сквозь июль бзмятежный…
В этих зеленых глазах ни любви, ни надежды,
Только печаль от потери, а мальчик не понял.
И отразилась любовь в голубых зеркалах, —
Радости мало, но море бездонное боли…
Женщина осень свою за собой унесла.
Мальчик остался болеть безответной любовью.
ПОД РЮКЗАКОМ
(1988-1998)
***
Что для тебя твоя работа? —
Это одиночество твое,
Рек и дорог повороты
Да нехитрое жилье.
Что твоя работа для меня? —
Дни ожиданий бесконечных.
Ты уходишь на четыре дня,
Мне все время кажется — навечно.
Для тебя холодная роса
Вечером и утром выпадает,
Птиц лесных голоса
Хмурую улыбку вызывают…
Что твоя работа для меня? —
Дни бесконечных ожиданий:
Жду, что ты порадуешь меня
Как всегда коротеньким свиданьем.
А с рассветом вновь уходишь ты,
Даже чтоб проститься не разбудишь.
На столе твоих полей цветы
И записка: «Буду». Значит, будешь…
На мысу
Море едва слышно плщется…
Нагромождение каменных глыб
Кажется продуманным…
Вдруг из-за облаков выбежит солнце
Тепло приласкает…
Тишина и покой…
Один любопытный заглянул ко мне в душу
и замер,
таким необычным увидев то,
что казалось простым и понятным.
Я молчала, про себя улыбаясь,
зная,
что и это новое скоро станет привычным.
И точно:
мой любопытный смотрел еще долго,
я не знаю, о чем он думал,
но растерянное любопытство,
что было сначала в глазах его,
исчезло бесследно.
***
Я уезжала. Город плакал.
Потом дождинки перестали капать.
И в лужицах его прощальных слез
Дрожали отражения берез.
Он был так бесприютен и печален,
Как-будто мы в последний раз прощались.
Но я приеду в будущем году
И вновь по этим улицам пройду.
Вариации
на тему литературного сюжета киносценария
«Альманаха кинопутешествий», который снимали
В Курильском заповеднике.
Неподъемный рюкзак, вдруг качнувшись, открыл водопад;
Фумаролы зубастые слева, а справа — река;
Как эмблема над остров высится синий вулкан,
На верхушку его прилегли отдохнуть облака.
Если серое тело в траве невзначай прошуршит,
Ты на хвост заповедной змее наступать не спеши.
Ах, как птичка щебечет, как плещется рыбка в тиши!
Сбрось рюкзак, не спеши, не спугни это все, не дыши!..
***
Ты меня проводи до порога
Помаши на прощанье рукой.
Далеко убегает дорога,
А мне нужно остаться с тобой.
Мне приснится, что вновь постучу
В этот дом, где незаперты двери,
Где меня ты, наверное, ждешь,
И войду. И ты вдруг не поверишь.
Не узнаешь. Не позовешь. —
Не хочу!
***
Эй, плесните мне «Cherry» в бокал!
И пускай среди вас я чужая —
Это временно, это — пока.
А потом: «Ты меня уважаешь?»
Мне в компании вашей смешно.
Я, бессмысленно всем улыбаясь,
Пью «на шару» сухое вино, —
Все равно ты меня уважаешь.
Пусть потом заплетаются ноги,
Я, в себе что-то вдруг открывая,
Крикну в голос на темной дороге:
«До чего я вас всех уважаю!»
Тяжко утреннее похмелье
И с трудом из вчера вспоминаешь
Голос, плакавший в общем веселье:
«Ну, скажи… Ты меня уважешь?»
***
«Ах, как прекрасен этот мир!» —
расправил крылья мотылек
и тут же, бедный, угодил
мальчишке глупому в сачок.
А полоз полагал всерьез,
что он большущим змеем станет,
когда ступил ему на хвост
очкастый маленький ботаник.
Такой огромный мир и страшный,
и нас никто не приласкает,
и даже кошка — зверь домашний —
то царапнет, то покусает.
В Арсеньеве
Белый кораблик с синей полоской
Плыл очень важно в дальние страны.
Белый кораблик, бортик бумажный
В лужице грязной смотрится странно.
Как неожиданно быстро мы выросли,
Как неожиданно стали мы взрослыми,
И улыбаемся взрослыми мыслями
Белым корабликам сине-полосным.
Жизнь наша взрослая с редкими штилями —
Бури да ветры чредой бесконечной.
Дети нам занятость нашу простили
И улыбнулись улыбкой беспечной.
***
Я сбежала от пыльных улиц,
На соседку квартиру бросила.
От приятелей моих хмурых
Я бегу в разноцветье осени.
Поманила опять дорога,
Рюкзачок за плечом — не в тягость.
Паутинка — недотрога,
Трав увядших пахучая радость.
Я ни с чем этот зов не путаю —
Заискрилась душа, запела,
Вспомнив, как холодными утрами,
В горной речке плескалось тело.
Не пугай меня, мама, лесом,
Скучно мне без закатов розовых,
Мне привычно и интересно
У костра жить под звездной россыпью.
Я сбежала от пыльных улиц,
На соседку квартиру бросила,
От приятелей моих хмурых
Я бегу к листопадам осени.
На Соснинском кордоне
Тихая осень бродит
рядом с твоей избушкой,
как кошка пошкрябает двери
и отбежит к ручью,
бросит охапку листьев
в прозрачно холодную воду
и снова бежит, заглядывает
в маленькое окно:
может, куда ушел ты?
Так надо догнать и брызнуть
крупным дождем на плечи,
а то еще вдруг забудешь,
что ты в лесу не один…
Рыбалка на р. Ай
Я у тихой реки разведу костерок,
я поставлю палатку и здесь заночую,
будет виден с реки яркий мой огонек,
в черно-рыжих тонах эту ночь нарисую.
Мужики-рыбаки выйдут на огонек,
от цигарки одной друг у дружки прикурим,
закипит котелок, мы заварим чаек
и, испивши чайку, еще раз перекурим.
будут звезды смотреть в рыжий мой костерок,
будут волны плескаться о берег песчаный,
и в зеленых осоках уснет ветерок,
ну а мы еще выпьем по кружечке чаю.
А потом я залезу в свой спальный мешок
и просплю до утра без забот и тревоги,
а с рассветом вновь вскину рюкзак на плечо,
и опять я в дороге, в дороге, в дороге…
Курильская песня
На далеких Курилах идут за дождями дожди,
белокрылая чайка над серой волной промелькнет, и вновь
только серый туман. Не летит самолет, ты меня не жди.
Я тебе в телеграмме черкну пару слов про любовь.
На далеких Курилах
рубероидом крыты дома.
Ты давно уже мне говорила,
что успела влюбиться в Курилы
и что, если б Москву не любила,
то уже прилетела б сама.
На далеких Курилах ветра никогда не стихают,
переходит зима прямо в позднюю осень, но здесь зато
каждый первый — романтик, и мыслит, и пишет стихами,
хоть и ходят все лето в болоньевых теплых пальто.
На далеких Курилах
серый день нагоняет тоску…
А в Москве, где сплошные высотки,
вспоминаешь пологие сопки,
бамбуками заросшие тропки
и шуршание волн по песку.
На далеких Курилах почти ежедневно трясет,
и горячие реку текут по полям фумарольным, но
здесь с июня по самый ноябрь шиповник цветет,
а от давки в метро в часы «пик» мы отвыкли давно.
На далеких Курилах
жемчугами мерцают закаты.
Ты давно уже мне говорила,
что меня ты ревнуешь к Курилам.
но на этих далеких Курилах
мы так счастливы были когда-то.
