Новинки
Отдела гуманитарной и естественнонаучной литературы
История
Денди : мода, литература, стиль жизни / О. Вайнштейн. – [3-е изд.]. – Москва : Новое литературное обозрение, 2012. – 638 с., [14] л. цв. ил. : ил., портр. – (Культура повседневности). – Библиогр.: с. 610–623 и в конце гл.
Слово «денди» до сих пор сохраняет неизъяснимый оттенок таинственного шарма, а сами денди видятся нам эксцентричными эстетами, творцами гениальных причуд. Кого же можно назвать современным денди? Как возник современный канон мужской элегантности? Об этих серьезных и забавных вещах можно узнать, прочитав книгу Ольги Вайнштейн «Денди». Среди главных героев книги – знаменитые британские денди, французские щеголи и декаденты. Европейский дендизм в книге впервые предстает как культурная традиция, включая повседневный стиль жизни и манеру поведения. Особый раздел посвящен истории российского дендизма и отечественным стилягам.
«…Попробуем проанализировать дендистские манеры, обратившись к личности и поведению известнейшего денди эпохи Регентства в Англии Джорджа Браммелла, которого называли «премьер-министром элегантности».
Браммелл был завсегдатаем балов и званых обедов. Его имя числилось первым в списке нетитулованных гостей. Со своей стороны, он также устраивал для друзей великолепные обеды в узком кругу у себя дома на Честерфилд стрит. Частым гостем у него был Принц Уэльский, будущий британский король Георг IV. Браммелл всегда был душой компании и за столом развлекал собравшихся забавными историями, так что обед сопровождался взрывами хохота. Браммелл был лидером моды, и ему подражали все светские денди. В большинстве своем они имели репутацию весьма приятных молодых людей...».
«…По свидетельству современника, «манеры денди были сами по себе очаровательны. Денди отличались приятным стилем речи и безукоризненным языком. Многие из них обладали высокими дарованиями и преуспевали во всем, что они делали; менее талантливые, если им что-то не удавалось, умели вовремя остановиться, без особых иллюзий или энтузиазма. Они демонстрировали джентльменскую выучку – щедрость и великодушие. Эфемерные как молодость и духи, они все же имели одну постоянную черту – верность в дружбе, несмотря на позднейшее соперничество». Как видим, в этом явно восторженном и слегка романтическом описании манеры, денди воспринимаются как вариант джентльменского поведения, что с некоторыми оговорками можно принять за исходную посылку...».
Детская книга войны : дневники, 1941-1945 / [ред. совет : Н. Зятьков (пред.) и др. ; авт. предисл. и сост. П. Иванушкина]. – Москва : Аргументы и факты : АиФ. Доброе сердце, 2015. – 479 с. : ил., портр. – К 70-летию Великой Победы.
Эта книга – документ истории. Впервые за 70 лет в одном томе собраны все дневники детей Великой Отечественной войны, которые удалось обнаружить журналистам «АиФ».
Страшные и честные свидетельства того, через что пришлось пройти и что довелось испытать миллионам маленьких жителей великой страны. Ради памяти о них, ради сохранения этих рукописей и издана эта книга.
Более половины из 35 дневников публикуется впервые.
Примечательно, что это не воспоминания взрослых людей, а редкий и живой жанр дневника ребёнка, как и известный всему миру дневник Анны Франк. Авторам было от 9 до 17 лет, когда они писали эти скорбные строки в гетто и концлагерях, на линии фронта, в блокадном Ленинграде, в тылу, в Германии.
6 июня. Когда бомбежка закончилась, я побежала смотреть разрушения. Одна бомба на углу Литкенса не разорвалась. Я побежала к ней, прыгнула на нее. Какой-то немец схватил меня и отбросил к стене, сам лег на меня. Все, кто там был бросились в разные стороны и легли. Через несколько секунд бомба взорвалась. Когда я пошла домой, отец стоял прижавшись к стене белее своего халата. Увидев меня, он сполз по стене и потерял сознание. У меня болела голова и я стала заикаться.
27 сентября. Рано утром папа разбудил нас. …Папа как всегда по утрам, приготовлялся идти развести костер, чтобы сварить манной каши. Открыл крышку окопа и крикнул соседу: «Шура, выходи, вы жив…» на этом недосказанном слове и оборвалась его жизнь. Раздался выстрел, а скорее какой-то щелчок и Папа стал медленно оседать на ступеньки. …Я побежала к нему первая, т. к. сидела крайняя в окопе, рядом с Мамой. Но было уже поздно, Папа был мертв, хотя пульс и сердце еще бились, а кровь лилась «ключом» из его правого виска, я попробовала пальцем приостановить кровь, но мой палец легко прошел в это отверстие и кровь лилась, лилась, лилась… Так мы сидели с мертвым Папой без еды, воды и сна 2 дня. Много погибло людей в этот день, самый первый погиб наш Папа. Погибли наши соседи Вера и Евдокия Павловна Соснины. Здесь же, рядом с окопом было много убитых бойцов.
…На попутных машинах мы добрались до Камышина. Осень в этом году началась рано, рано пошли холодные со снегом дожди, а одеть нам было нечего, все осталось в городе дома, а его теперь не было, были одни развалины. Дом наш сгорел 21 сентября, все, что было в доме, все сгорело, мы разуты, раздеты. и спрятаться нам негде. Переночевать нас никто не пускал, да и что мы могли дать за ночлег? Семья наша была большая. Так мы дрожали и мокли под ледяным дождем, под открытым небом, голову и ту некуда было спрятать.
«Детская книга войны. Дневники 1941-1945» передана во все крупнейшие библиотеки и архивы России, в штаб-квартиру ООН, в в Иерусалиме, в Музей Анны Франк в Амстердаме, в музеи Бухенвальда, Дахау, Освенцима, в штаб-квартиру ЮНИСЕФ и другие. В электронном виде книга доступна по адресу: www.children1941-1945.aif. ru
(писатель; 1940-). Московская богема : история культовых домов / А. Макаров. – Москва : АСТ : Олимп, 2008. – 349 с.
Новая книга известного писателя, автора нашумевшей повести «Человек с аккордеоном» Анатолия Макарова – своеобразный путеводитель по любимым местам московской богемы 60–80 годов как никакая другая, позволяет окунуться в прошлое, почувствовать вкус минувшей эпохи – звуки песен Окуджавы, стихи запрещенных поэтов, капустники, сигаретный дым, кофе и разговоры, разговоры, разговоры…
«Как бы мы не хаяли нынешнюю повседневность, как бы не костерили власть, нельзя не признать: такой автономности от высших государственных предначертаний, как сейчас, рядовой Россиянин в последние сто лет не знал и не ведал. Никто не дает ему идейных указаний, не определяет его нравственных предпочтений, не регламентирует эстетические вкусы. Читай, что хочешь, планируй свою судьбу как заблагорассудится, располагай тем имуществом, на которое хватит денег, при том, что и деньги можно добывать практически любым способом. Представить себе, что за любовную связь с секретаршей современного гражданина могут вызвать на собрание всего «трудового коллектива» нельзя уже и в страшном сне».
«…Мало кто помнит теперь, что в середине тридцатых нарком пищевой промышленности, верный ленинец и сталинец Анастас Иванович Микоян съездил в США с целью ознакомиться с последними достижениями по своей части. И, надо отдать ему должное, знакомство оказалось весьма продуктивным. Нарком привез из-за океана проекты фабрик-кухонь, неведомые в Центральной и Северной России помидорный, то есть томатный сок, готовые котлеты и культуру потребления спиртных напитков в смешанном виде, так называемых коктейлей. На обновленной на европейский манер улице Горького, как раз напротив недавно воздвигнутого здания телеграфа, в только что отстроенном номенклатурном доме было открыто питейное заведение совершенно невиданного в СССР, да и в старой России тоже, – не ресторан, не кафе, не пивная, а коктейль-холл. С барной стойкой на американский манер, с высокими перед ней табуретами, на которые, словно на насест, полагалось взгромождаться, с разноцветными смесями – коктейлями, названия каковых звучали экзотически, будто названия переводных романов «Флип», «Дайкири», «Шампань-коблер»…».
А. Макаров «Московская богема»
(писатель ; 1957–). Любовь и злодейство гениев / С. Нечаев. – Москва : АСТ : Астрель : Полиграфиздат, 2011. – 351 с. ; 21. – (Кумиры. Истории великой любви). – Библиогр.: с. 346–350.
В книге показаны не самые красивые эпизоды из жизни таких признанных гениев, как Моцарт, Наполеон Бонапарт, Чайковский, Эйнештейн и др. Всех их можно осуждать или, напротив, оправдывать, превозносить или ниспровергать, но знать правду необходимо, потому, что только это знание помогает лучше понять Величие и природу гениальности. Оборотная сторона личной жизни великих людей в новой книге из серии-бестселлера «Кумиры. Истории Великой Любви».
«…Принято считать, что гений не разрушает, а созидает, а зло, напротив, не созидает, а разрушает. Но вот, например, Наполеон – блестящий гений, столько всего насозидал, но сколько сотен тысяч людей он при этом погубил? А прародитель авиации – он, наверное, предполагал, что самолеты будут не только быстро доставлять людей из одного города в другой, но и уничтожать их? Получается, в любом гении при определенных обстоятельствах может проснуться особо опасный гений. В конце концов, «гений и злодейство – две вещи вполне совместные», – утверждала атомная бомба (ведь и ее изобретатель, хотя никого лично не убил, наверное, понимал, что не кофемолку создает).
И еще один немаловажный аспект проблемы: гениальность – это способность мыслить, но не жить. В повседневной же жизни очень многие гении (как впрочем, и большинство обычных людей) далеко не являются примерами для подражания…»
