Темы для написания эссе
(2 на выбор)
1. В стихотворении Ю. Левитанского есть такие строки:
Сомнений дух над нами не витал
И в двадцать лет, доверчивый не в меру,
Уже скопил я круглый капитал готовых истин,
Принятых на веру.
Старательно заученные мной,
Записанные твердо на скрижали,
Они меня, как каменной стеной
Удобно и надежно окружали.
Порассуждайте над особенностями духовного облика советских людей 30-х гг. Составьте перечень «готовых истин», которые принимали на веру и старательно заучивали молодые люди тех лет. Подготовьте письменный ответ на вопрос «Почему готовые истины подобны надежной каменной стене?».
2. Найдите и прослушайте или прочитайте тексты советских песен 30-х гг. XX в. Какие стороны общественной жизни воспевались в них? Какие человеческие качества? Порассуждайте письменно над вопросом о том, отражали ли эти песни реальную жизнь страны.
3. Замятин в 1921 г. в статье «Я боюсь» утверждал: «Настоящая литература может быть только там, где ее делают не исполнительные и благонадежные чиновники, а безумцы, отшельники, еретики, мечтатели, бунтари, скептики… Я боюсь, что у русской литературы одно только будущее: ее прошлое». Выскажите предположения, какие особенности политической и духовной жизни страны в 20-е гг. внушили писателю эти опасения.
4. в 1924 г. утверждал: «Нам необходимо, чтобы кадры интеллигенции были натренированы идеологически на определенный манер. Да, мы будем штамповать интеллигентов, мы будем вырабатывать их, как на фабрике». Объясните в чем состояла эта необходимость.
5. Писатель вспоминал: «…Публичные процессы вызывали чувство некоторой оторопи – от той готовности все рассказывать о себе и все признать, которая переходила из показания в показание… Почему же все-таки они признавались, все считали себя виновными, никто не отрицал вины?». Из заявления театрального режиссера Вс. Мейерхольда, расстрелянного как «врага народа», на имя Молотова: «Испуг вызывает страх, а страх вынуждает к самозащите: «Смерть, о, конечно! Смерть легче этого!» - говорит себе подследственный… Следователь все время твердил, угрожал: «Не будешь писать (то есть сочинять, значит?!), будем бить опять, оставим нетронутыми голову и правую руку, остальное превратим в кусок бесформенного, окровавленного, искромсанного тела»… Меня здесь били – больного шестидесятилетнего старика…». Напишите эссе на тему «Почему же все-таки все они признавались?».
6. Мы знаем, что ныне лежит на весах,
И что совершается ныне,
Час мужества пробил на наших часах.
И мужество нас не покинет.
не страшно под пулями мертвыми лечь,
не горько остаться без крова, -
и мы сохраним тебя, русская речь,
великое русское слово.
Это стихотворение написала в 1942 г. поэтесса А. Ахматова. Подумайте, чем особенна Отечественная война, и что отличает ее от всех других войн?
7. 28 июля 1942 г. в газете «Красная звезда» была опубликована статья писателя И. Эдинбурга: «Внуки или будут прославлять подвиги героев 1942 г., или проклянут нас, изнывая в плену…». Докажите, что летом-осенью 1942 г., по существу, решалась судьба нашей страны.
8. Напишите историческое эссе на тему «Великая победа – одна на всех».
9. По словам американского дипломата А. Гарримана, в сентябре 1941 г. Сталин сказал ему: «У нас нет никаких иллюзий, будто они (русские люди) сражаются за нас. Они сражаются за мать-Россию». Предположите, кого Сталин называл «мы». Используя эту информацию, подумайте над содержанием понятия «Отечественная война». Какие особенности отличают эту войну? Может быть, вам помогут слова , сказанные им о другой Отечественной войне – войне 1812 г.: «Вы помните? Текла за ратью рать, со старшими мы братьями прощались и в сень наук печально возвращались, завидуя тому, кто умирать шел мимо нас».
Ю. Литвитанский
Я рос в те незабвенные года,
Овеянные пафосом начала,
Где музыка ударного труда
Так часто и возвышенно звучала.
Хотя уже тогда в моей стране
Внедрялся стиль наветов и допросов,
Я оставался как бы в стороне
От этих сокрушительных вопросов.
Тогда, на рубеже сороковых,
Их горечи покуда не отведав,
Вопросов не ценя как таковых,
Ценили мы незыблемость ответов.
В раденье о голодных и рабах
Вошла в меня уверенность прямая,
Что путал Кант, и путал Фейербах,
И путал Гегель, недопонимая.
Еще не прочитав их ни строки,
Я твердо знал – ну как же в самом деле,
Напутали – ах, эти старики,
Не знали, не могли, не разглядели.
Сомнений дух над нами не витал,
И в двадцать лет, доверчивый не в меру,
Уже скопил я круглый капитал
Готовых истин, принятых на веру.
Старательно заученные мной,
Записанные твердо на скрижали,
Они меня, как каменной стеной,
Удобно и надежно защищали.
