Это такое служение, такое счастье!

Это такое служение, такое счастье!

Станислав Семенович Молодых… Этот художник – мастер исторической картины – сразу заявил о себе после окончания Академии художеств на крупнейших выставках. Его работы написаны так, словно кистью его двигала душа. Станислав Молодых – живописец, пейзажист, портретист, создатель больших картин на темы из русской истории и современной жизни России, действительный член Петровской академии наук и искусства. Сегодня его знают как автора полотен из цикла «Пугачевщина», «Александр Невский», «Русский бунт», «Психушка» и многих-многих других. За перечнем этих работ целая жизнь.

Родился будущий художник в 1942 году под Белгородом, в селе Быково. Во время Курской битвы С. Молодых с матерью и братом чудом остались живы – скрывались от фашистов в лесах, в землянках. Вернувшись с фронта, его отец стал краснодеревщиком. Мама воспитывала детей, шила, вязала для них одежду. Не выделяла в семье ни одного ребенка, любила каждого. Никогда не била, часто гладила по головке, похваливая, если ребенок того заслуживал. Родители вырастили семерых детей и по праву гордились ими. Один брат Станислава стал физиком, другой хирургом, третий математиком. Есть в семье военный. Как вспоминает сестра Станислава Семеновича, Надежда Семеновна Куковицкая, все они тянулись друг за другом, жили дружно.

С 5 лет Станислав рисовал. Повзрослев, он часто ездил в Москву, чтобы побродить по залам Третьяковки, посетить выставки. Денег на поездки не хватало, и Станислав вместе с другом добирался до столицы на крыше вагонов. Об опасности никто не думал – ведь это поездка в Москву, а там – встреча с прекрасным!

В 1963 году Молодых с отличием окончил Курское художественное училище. Мечтой его была Академия художеств. Туда он поступил через год после окончания училища – в первый раз не смог предоставить в приемную комиссию обязательные жанры, да и, как оказалось, нужен был рабочий стаж. Поэтому, вернувшись домой, стал работать учителем рисования в школе в селе Охотчевка Курской области. И продолжал ездить в Москву в так полюбившуюся ему Третьяковскую галерею.

На следующий год Станислав Семенович стал студентом Академии художеств. После того, как он увидел себя в списках поступивших, сразу побежал на почтамт и отправил телеграмму домой, в которой было всего два слова: «Я студент». Во время учебы он часто писал письма родным. И обязательно в конце был рисунок, который рассказывал о его занятиях, друзьях, увлечениях, его представлении о будущем.

Ленинград, в котором он прожил всю свою жизнь, Молодых полюбил с первого мгновения: бродил по городу, любовался архитектурой, городскими пейзажами, делал зарисовки. Станислав Семенович составил план посещения музеев. Часами ходил по залам, наслаждался творчеством великих мастеров. А еще бегал в филармонию и консерваторию. Особенно любил Баха и Вивальди – замирал и погружался в мелодию.

В 1971 году Академия художеств была окончена. Дипломную работу Молодых признали лучшей, и ему предложили место в Творческой мастерской Академии художеств под руководством В. Орешникова. Два года в период с 1971 по 1973 гг. проработал Молодых, обучаясь у этого талантливого художника.

Писал он очень быстро, эскизы выполнял углем. И если что-то необходимо было исправить, Станислав Семенович рисовал заново – уголь не сотрешь.

Как вспоминала в своей статье «Жажда жизни» дочь художника Ксения, бытовая сторона художника подчас интересовала мало. Подкладка на его пиджаках и пальто часто отсутствовала – чтобы вытереть кисти, нужна была ткань, а покупать ее было некогда.

На Новый год Станислав Молодых всегда загадывал одно и то же желание – написать хорошую картину. Лучшим подарком для него были краски или хорошая бумага для набросков.

По-настоящему работать Молодых стал в мастерской на Ивановской улице, 6. Здесь он начал писать «Александр Невский в Орде», создал групповой портрет художников «Ивановская, 6» и полотно «Русский бунт».

Одной из самых любимых для художника работой была картина «Психушка». Молодых говорил: «Люблю писать полотна большого размера. Вообще я написал с десяток пятиметровых картин. Два года я пробился над самой современной для себя картиной «Смута».

Работу свою Станислав Семенович любил, он говорил: «На самом деле это не работа – это такое служение, такое счастье!». С восхищением отзывался о творчестве великих художников: «В учебной мастерской над мемориальной доской с надписью «Здесь преподавал Илья Ефимович Репин» был выставлен мой эскиз. Вы представляете мое чувство? Увидеть бы, как Репин кладет мазок – и умереть!».

Трагической смерти художника предшествовало примечательное событие. На одной из ленинградских выставок работы Молодых понравились случайным посетителям из Америки. Они приобрели несколько работ, познакомились с их автором, побывали в мастерской и в знак признательности пригласили его в гости. Станислав Семенович принял приглашение равнодушно. Но вызов из Америки пришёл вторично, и художник решился.

Уже в Америке, в самолете ему стало плохо. А по дороге из аэропорта перестало биться сердце художника. Его прах захоронен в Александро-Невской лавре Никольского кладбища Санкт-Петербурга.

Станислав Семенович говорил: «Какие бы сложные времена ни были, сила свыше никогда не вырывала у меня кисти и всегда давала выжить. Бог требует только одного: не предавай свою работу, люби. Вот и все. Он мало требует. Можно сказать, ничего от меня не требует. Мало! Но и много одновременно».

До конца своих дней Станислав Молодых был предан живописи. Его работы, как дети, – продолжение художника, они – память о нем. Многочисленные картины, этюды, эскизы Молодых живут в разных концах света. В состав коллекции Белгородского художественного музея вошли тридцать два его произведения. Самые масштабные («Год 29», «1773 год», «Пугачевщина») находятся в постоянной экспозиции. Двадцать работ насчитывается в музейно-выставочном центре «Петербургский художник». Есть они и в частных коллекциях России, Германии, Италии, США, Канады.

P. S. Когда эта статья была написана, мне представилась возможность поговорить о Станиславе Семеновиче с его младшей дочерью, которая живет в Санкт-Петербурге и скоро станет искусствоведом (учится в институте живописи, скульптуры и архитектуры имени ). На мой вопрос, о чем бы она хотела рассказать, вспоминая отца, Ксения ответила: «В моей жизни он является одной из главных фигур. Каким я запомнила его в последние годы жизни? Седым стариком в очках, с больными руками и ногами (у него был полиартрит, на руках были шишки, кисти не сгибались в кулаки), но при этом он обладал удивительными жизнестойкостью и силой. У папы было много мрачных сюжетов в творчестве: народные восстания (серия картин про Емельяна Пугачева), сумасшествие («Психушка»), предательство («Александр Невский в ставке Батыя»), проблема выбора и проблема нищих. Но я точно могу сказать, что он, пропуская эти темы через себя, не был мрачным человеком. Он своим многогранным даром «рассказчика маслом» давал этим сюжетам жизнь на холсте и возможность зрителю рассматривать и думать. Думать о своем, составлять свое представление – так рождалась связь между автором, полотном и созерцателем. Он был прекрасным собеседником. В его мастерской регулярно собирались «коллеги по цеху». К нему приходили за советом или узнать мнение. Но я ни разу не слышала от папы нелестный отзыв в адрес какого-нибудь художника. Голос папы до сих пор звучит в моей голове. До сегодняшнего дня он играл и играет самую большую роль в моей жизни».

Ст. научный сотрудник БГХМ