Снятие сзвёзда (стр. 6 )

Яблоня! Ты вспомнила меня!..

Крыльцо, ты всё такое же гнилое,

Терраса, ты всё яблоками пахнешь!..

Всё самоварное долготерпенье

За этот запах дыма и варенья!..

Сад, приходи ко мне на день рожденья!

Зову тебя я в гости в воскресенье!..

Ко мне приходит в гости целый сад!

Не застаёт меня, идёт назад…

Шум времени… Не слышим мы друг друга…

Да и не видим сквозь пространства даль…

Меня не поздравляйте с тишиной!

Она сама с собой меня поздравит…

Вот от тебя подарок – тишина,

Вот от меня подарок – бесконечность…

Нам подарили синие метели -

Друг с другом проводили мы недели!..

Нам подарили синие снега,

А мы из них наделали сугробов…

У нас с тобою было столько снов!

Пересказать – откуда столько слов!..

Подходит время – трогает пространство…

Отдайте мне мои воспоминанья!

Возьмите у меня мои мечты!..

Я полагаюсь на твоё безумство

И падаю на листья, словно снег…

Праздником вверх, земля!

Праздником вверх, зима!

Праздником вверх, солнце!

Воздух, праздником вверх!

Полное воздуха солнце,

Полное воздуха сердце,

Сердце, полное солнца,

Сердце, праздником вверх!..

Вот так и получаются лучи,

Вот так и получаются полотна…

Ночник - в ночной рубашке темноты.

Он мой двойник, и темнота – двойница…

Твою рубашку натянуть на раме

И рисовать тебя, и рисовать!..

Твою рубашку растянуть на вечность

И рисковать тобой, и рисковать!..

Твою рубашку приковать к кровати

И расковать тебя, и расковать!..

Твоей рубашкой прикрывать беспечность

И раскрывать её, и раскрывать!..

С тебя, как пенку, я рубашку снял –

Всю у рубашки я тебя отнял!

С тебя я, как рубашку, пенку снял –

Путь до тебя был млечно бесконечен…

Как в пене, в рамке, и, как в рамке, в пене!

А кто ты и кто я – не всё ль равно!..

Нельзя через порог, и через рампу!

Нельзя под одеяло к идеалу!..

Иди ко мне скорее под обложку!

Плечо укрой и не забудь про ножку!..

Пруд на обложке, облако, цветы.

Шестьсот ли граммов здесь? Что скажешь ты?

В пруду хотела ива утопиться…

Вода не захотела расступиться.

На берегу изгнания окно.

Где спички? Не горит твоё окно!..

Окно не горит твоё -

Сердце горит моё!..

Когда гулял я в рощице вишнёвой,

Всё вспоминал я твой мысок Дежнёва!..

В запасе у меня ещё твой образ,

В запасе у меня ещё твой взгляд,

В запасе у меня ещё твой смех,

В запасе у меня ещё твой почерк!..

Почерк листопада,

Почерк снегопада…

Воспоминаний почерк не разборчив…

Сон не разборчив! Снится всё подряд!..

(18)-(45)

Раскрашиваю сны!

Раскрашиваю сны и пробужденья!

Надеешься на веру и любовь?

Надеяться на веру и любовь!

Любовь, как много сердца у тебя!

Надейся на себя и верь в себя!..

Надеешься на Бога – не плошай.

Из тома вышел человек.

Из дома выйдешь – и навстречу воздух,

И чувствуешь, что жить ещё и жить!..

Стихотворенье, ты проходишь мимо!

Стихотворенье сквозь меня прошло,

Насквозь стихотворение прожгло.

Во мне спит сердце, как птенец в дупле,

Как из дупла, выглядывает сердце.

Всё чётче вырисовывалось сердце,

Высовываясь чаще из груди.

Не высовывайся, сердце!

Не высовывайся, брат!..

Сердце, тихо сиди!..

Ну, что, сегодня ты за соловья?

Ну, что ж, сегодня я за соловья.

За соловья сегодня бесконечность,

За соловья сегодня тишина.

Мой голос, ты ль потомок тишины?

Мой голос тишину предвосхищает…

Здесь вера в воздухе растворена,

Здесь верой жизнь моя напоена!

Я пью твоё дыханье, бытиё!

Я пьян твоим дыханьем, бытиё!..

Бога заслушалась жизнь!

Бога заслушалась смерть…

Всю ночь не спали звёзды глаз твоих

И глаз моих заучивали стих.

Страница жизни выпала из книги

Бессмертья моего…

Нет никаких страниц в бессмертье устном!..

Опять из снега делаем мы зимы,

Опять из зим мы делаем века.

Царит зима в короне из сугробов!

Снежинками и звёздами сорит!..

На улице стояли два сугроба.

Друг друга поклялись любить до гроба…

Сугробовщик-затворник на задворках

Перелопачивает светотень…

Нас нет на фотографии вдвоём

В тот зимний день, обыденный, как церковь.

Катился белый день, как снежный ком,

Катился снежный ком, как чёрный день.

Навстречу мне шли смертные деревья.

Бессмертье, ты идёшь навстречу смерти!..

Земля, опять ты смертного рождаешь!..

Я превратился в труп новорождённый!

Труп, не прикидывайся мертвецом!..

Мой крест так нежно утро обнимало,

Как будто ничего не понимало.

А человеку – надо-то всего

Два метра, шёлку, белого, на знамя!..

Не пленник и не гость слоновой башни

Мой завтрашний герой, мой друг вчерашний.

Пером молиться, кистью и смычком,

Ложиться снегом под окном ничком…

До неба не доходят наши стены.

Они доходят лишь до потолка.

Нам оставалась только тишина,

Чтоб, наконец, услышать нам друг друга.

О чём ты, музыка? «О тишине»,

О чём ты, тишина? «О снегопаде».

Как можно музыку не понимать!

Не понимать как можно тишину!..

Как вторит в терцию нам тишина!

По радио – букет цветов, от Ницше.

Ты мнимая садовница моя,

А я садовник, мнительный, противный!..

То матричного принтера гамак,

То матричного принтера качели…

Такой у нас уж город – Сэлявив,

Такой у нас уж гордый флейтмотив.

Давай с тобой поедем в Сэлявив,

Пока ещё во мне твой облик жив!..

(19)-(46)

Поедем Nach Alyava!

Чужая страна – позёмки,

Чужая струна – потёмки…

Настоящик.

Нас-то – ящик!

Мало! Душно…

Пора, шут!

Пора, Лель!

Пор яд очный.

Лютик, не лютик…

Блин дашь?

Неогарочек свечи.

Намёк нам – ёк…

Славянский позор!..

Застали «На».

Не сгинуть бы! Лезгинка и «Ни зги»…

Ад полированный.

Монета молчания.

Маруся отразилась.

Очи чарные,

Очи чурные!..

Очень, глазень,

Очень, глазень!..

С оружием снаружи сна решённость.

Естественность эстетики, теки!

Обширное оффшорное обжорство.

Аутентичность аутодафе

И аутичность фиги в галифе.

Доканывала сердце канонада.

Каноны ада накануне ада.

Огромные укромные поля

Акрополя угробили – болят…

Болеутоляющее

Поле удаляющее…

Ни Вини-Пуха,

Ни медведицы пера!..

Братская обложка.

Стол закатов.

Стол загадок.

Закатов стол. На нём загадок столько!..

Устный стол.

Устный стол закатов.

На устный стол облокотилась память…

Стол устный. Рядом устный поцелуй.

Ты мне дарила устных поцелуев

Поэмы целые! Бог мне похмелье!..

Вальс ошивался, уживался вальс,

Вальс уже вальсом оживлял всех вас…

У ёлки отрубили шар земной,

Чтоб с новым гонором меня поздравить.

Как быть с гильотинированной ёлкой?

Душа – гильотинированным волком…

Дарю игрушечную гильотину

Тебе, мой друг, солдатик оловянный!

Гильотину – не урони!

На ногу упала гильотина.

Теперь мы гильотиной режем хлеб.

До основанья, а затем

До сердцевины!

Памятник срубили!

Срубили памятник дереву!

Памятник распяли на кресте!

Памятник распяли на Христе…

Подвинься! Я к тебе на пьедестал!

Я памятник себе, а это значит,

Что и тебе! Так всем и говори.

(20)-(47)

Когда земля выходит из-под ног,

Порой шедевр выходит из-под рук.

Тебя я сразу выбрал из подруг!

И вот ты ускользаешь из-под рук…

Раскрыло море раковины глаз

И на кого-то смотрит мимо нас…

О, море, море! Подари волну!

О, море, море! Подари мне берег!

О, море, море! Подари мне парус!

О, Море! Подари мне глубину!..

Куда-то уплывают корабли,

Куда-то уплывают берега…

Где пропадают волны? В чащах снов…

Где возникают? В рощах пробуждений…

И море хочет паруса поднять!

И берег хочет паруса поднять!

И сердце хочет паруса поднять!..

Занавес не разлей!

Подлей воды холодной в океан!

Дно не забудь размешать…

Куда деть берег? В море перелей!

Что делать с морем? Выпьет бесконечность…

Какая бесконечность! Без конца…

Конец у света острый – как начало.

Начало, где искать тебя? «В конце».

Хороший конец света.

Шёл пароход по водам – как Христос,

Как ангел, самолёт летел по небу.

К тебе шёл месяц, а к себе неделю.

Нигде я не был, лишь в твоей душе.

Ошиблось сердце – отвечай, душа!

Ошиблись руки – голову долой!..

О третьем Риме говорим – в Европу

Пинком ноги распахиваем дверь.

Что нам окно в Европу, дверь в Европу!

Икона в небо – вот, что нам дано!..

Всё внешнее, а внутреннее – я,

Всё внутреннее, внешнее – Господь.

Внутри ещё несказанного слова

Душа моя, земля моя – мой Бог!..

Бог есть! Ведь я есть!..

Я есть! А это значит, есть и Бог!

Создать меня кто кроме Бога мог!..

Сказал я – это значит, Бог подумал,

Подумал я – и значит, Бог сказал.

Я зеркало – я Бога отражаю

И Богово я Богу возвращаю.

Тонуло отражение в себе,

Вода тонула – опускалось дно.

Зеркало растает – утоплюсь…

Земля, известно, - родина весны,

А зеркало – Отчизны отраженье.

Мир раздвоился – получился крест,

И это называется Двустишье.

Двумя строками, как двумя перстами,

Тебе я нечто третье отдаю.

Стихи мои – рассыпанный роман.

Попробуй, собери – не пожалеешь.

Что ни строка – роман: ведь в каждой жизнь,

Что ни роман – строка: одно названье.

Одно названье счастья одного,

Другое счастье – вовсе без названья.

Ты друг мой – потому и «До свиданья»

Тебе я говорю, а не «Прощай».

28 декабря 1998 года,

12 часов 38 минут, понедельник.