Ольга КОЛОМЕЙЦЕВА; Регионы под прицелом «институтов развития» |
Споры о необходимости и перспективах госкорпораций растут вместе с числом «институтов развития». Региональные эксперты, чиновники и промышленники до сих пор не могут прийти к единому мнению — чем обернется для экономического развития субъектов Федерации этот процесс. Предполагаемое обсуждение этой темы в рамках Красноярского экономического форума, возможно, прояснит ситуацию. Но пока вопросов больше, чем ответов. Если представители госсектора в регионах вынуждены изыскивать в этой ситуации плюсы, то представители отраслей, на которые нацелены усилия госкорпораций, в легкой панике: они смутно представляют свое будущее в рамках федеральных холдингов.
Госкорпорации создаются уже пять лет, и здесь только сейчас начались подвижки. Первое направление, в котором они необходимы, — это сферы, связанные с обороноспособностью страны, которая обеспечивается госзаказом
Первые госкорпорации уже приступили к работе: это Внешэкономбанк, Объединенные авиастроительная и судостроительная корпорации (ОАК и ОСК) и «Роснанотех», а также «Фонд содействия реформированию ЖКХ». Завершается законодательное оформление деятельности «Росатома», «Олимстроя», «Ростехнологий». Минтранс готовит концепцию создания госкорпорации «Автодор». Тем временем чиновники высказывают предложения о создании ГК в сфере станкостроения, нефтепереработки, нефтехимии, черной металлургии, фармакологии, сельского хозяйства и ряда других отраслей. ГК получают имущество в собственность, они вправе осуществлять предпринимательскую деятельность, выступать учредителями акционерных обществ, покупать акции и брать в управление госпакеты.
В администрациях регионов пока неохотно комментируют эту тему. А в попытке подчеркнуть положительные стороны процесса приводят примеры сотрудничества либо с уже существующими «институтами развития» (особые экономические зоны, технопарки, венчурные и инвестиционные фонды, бизнес-инкубаторы и т. д.), либо с федеральными промышленными холдингами, по-видимому, оттого, что до сих пор не совсем понятно, к какой из этих категорий в конце концов отнесут ГК. Так, начальник отдела химической промышленности департамента промышленности, транспорта и связи администрации Кемеровской области Юрий Ударцев заявил «КС»: «Госкорпорации создаются уже пять лет, и здесь только сейчас начались подвижки. Первое направление, в котором они необходимы, — это сферы, связанные с обороноспособностью страны, которая обеспечивается госзаказом. Что касается более мелких сфер и направлений, то создание ГК может разомкнуть замкнутый круг инфляции. Например, растет цена на газ — соответственно, растет стоимость электроэнергии — растут цены на всю продукцию (как промышленную, так и пищевую) — и уже снова газовики начинают говорить о том, что им на жизнь не хватает и цены на газ надо опять повышать. Поэтому создание ГК в нефтегазовой сфере помогло бы контролировать эту ценовую цепочку и хоть немого обуздать инфляцию. Что же касается наиболее близкой мне химической отрасли, то российская химия сейчас в загоне — именно потому, что нет единой государственной политики ее развития. Мы «открыли ворота« Китаю, Индии, другим странам — и в результате становимся зависимыми от внешних факторов, что, на мой взгляд, неправильно».
По словам заместителя руководителя департамента экономического планирования и промышленной политики администрации Красноярского края Дениса Пашкова, «госкорпорации создаются для решения задач, поставленных перед стратегическими отраслями экономики. Появление крупных холдингов — это прежде всего оживление экономик регионов, в первую очередь через госинвестиции как в создаваемые, так и в уже действующие предприятия той или иной отрасли. Таким образом, государственные корпорации — это мощный инструмент для реализации масштабных инвестиционных проектов в регионах».
А заместитель губернатора Алтайского края Виталий Ряполов в оценках роли ГК в экономике регионов подчеркнул, что ряд подобных структур на федеральном уровне уже создан в оборонном комплексе в рамках соответствующей ФЦП, и в некоторые из них вошли представители алтайской «оборонки»: Славгородский завод радиоаппаратуры — в ОАО «Концерн «Созвездие», «Ротор», до этого находившееся в федеральной собственности, — в «Центральный научно-исследовательский институт «Электроприбор». В ближайшем будущем предполагается передать федеральный пакет акций (38%) Рубцовского машзавода Уралвагонзавод», продолжается работа по включению Барнаульского радиозавода и ФГУП СКБ «Восток« в сибирский холдинг НПК «Орион-СРС». «Уверен, что экономический эффект от вхождения в эти структуры очевиден, — говорит Ряполов. — Корпорации создаются, как правило, для сохранения и концентрации научного и производственного потенциала родственных предприятий отрасли и его эффективного использования. Предприятия имеют большую возможность в получении гарантированного заказа на поставку продукции, продвижении своей продукции на рынки сбыта, оптимизации затрат по маркетингу и участии в инвестиционных программах». По мнению алтайского вице-губернатора, расширение кооперационных связей как внутри корпорации, так и на региональном уровне влечет за собой увеличение объемов производства и реализации продукции, а следовательно — рост поступления налоговых платежей в бюджеты края и муниципальных образований, что положительно сказывается на занятости населения.
Однако именно перспективы региональных предприятий после вхождения в холдинги и подобные им крупные структуры федерального масштаба вызывают напряженность в среде промышленников. Одними из первых такую критику в адрес ГК высказали члены РСПП. Глава «профсоюза олигархов» Александр Шохин в одном из своих выступлений отметил, что бизнес испытывает по отношению к ГК «смешанные чувства»: «Хотелось бы увидеть «прозрачные решения относительно госкорпораций. Понять, предстоит ли в будущем их полная или частичная приватизация или перевод в ОАО с подчинением нормам корпоративной отчетности, появится ли у частного бизнеса возможность принять участие в деятельности ГК». Еще более озабочены представители бизнеса в регионах. «С созданием ГК пока не все ясно, — говорит генеральный директор (Омск), руководитель омского регионального отделения РСПП Александр Грезин. — С одной стороны, это концентрация организационных и финансовых усилий государства по созданию инструмента для решения государственной задачи развития промышленности. Это, безусловно, положительная тенденция в нынешней посткризисной ситуации, потому что государственной системы управления промышленностью по-прежнему не существует. Но есть ряд вопросов. Во-первых, пока непонятно, кому будут подчиняться ГК, кто будет отвечать за выполнение поставленных перед ними задач. Если корпорации не будут замыкаться на определенных федеральных инстанциях, то возможно, им удастся решить свои задачи. Второй вопрос — роль региональных предприятий после их вхождения в федеральные холдинги. Предприятия в регионах, как правило, имеют определенный потенциал, рынки сбыта. Не превратятся ли они в мастерские московских компаний для выполнения «черной работы«, каких-либо промежуточных стадий, не получая при этом конечного продукта? А если предприятие не производит собственную продукцию, его перспективы очень неопределенные. Как будет организовано управление предприятиями, входящими в холдинги, на каких организационных и правовых основах? Например, как в них будут решаться социальные задачи, которые на региональном уровне являются главными? Возможность их решать наверху представляется мне очень сложной. Таким образом, необходимо уточнить возможности, задачи и роль государства, региональных властей и самих предприятий, входящих в федеральные холдинги по решению этих проблем».
Губернатор Новосибирской области Виктор Толоконский делит ГК на два вида: инвестиционные институты — Банк развития, Государственная венчурная компания, Инвестиционный фонд и научно-промышленные комплексы. Последние, безусловно, интересны региону, планирующему инновационный путь развития. Однако говорить о планах работы с ними, по всей видимости, администрация сможет еще не скоро. Как заявил «КС» на днях первый заместитель губернатора Василий Юрченко, «сегодня достаточно сложно говорить о перспективах работы с ГК — не сформирован их имущественный комплекс, не до конца ясно, какие предприятия войдут в их структуру, если говорить, например, об интересующих нас ГК «Ростехнологии» и «Роснанотех«. В ряде случаев наши предприятия задействованы в выпуске конечного продукта корпораций, но комментировать перспективы пока не берусь. В принципе, не совсем ясна цель создания некоторых ГК. То, что прописано в указе президента, достаточно рамочно. ГК должны создаваться для достижения определенных целей и там, где это задачи и обязанности государства. Если это не так, то присутствие государства в отрасли должно быть минимальным». Пока ясно только, что Новосибирская область предполагает серьезно взаимодействовать с инвестиционными фондами. «Мне представляется, что в этом году ситуация на кредитных рынках будет несколько хуже, чем в 2007-м, — сказал по этому поводу Виктор Толоконский. — Следовательно, чтобы не потерять динамику экономического роста, возможности реализации наших инвестиционных программ, нужно найти дополнительные эффективные финансово-кредитные ресурсы. Убежден, что наиболее интересными здесь являются ГК, которые обладают возможностью давать деньги на более длительные сроки, более дешево, у них не будет чрезвычайно жестких требований к условиям заимствования. Там нужно будет только выиграть конкуренцию. Мы к этому готовы. В конце прошлого года нам повысили все инвестиционные рейтинги, и мы способны, я думаю, эту конкуренцию выигрывать не только у соседних регионов, но даже у частного капитала — эффективностью, подготовленностью инвестиционного процесса».
В свою очередь представители банковского сектора также неоднозначны в своих оценках. «То, чего региону можно будет ожидать от создания и начала работы госкорпораций, будет зависеть, наверное, в очень большой степени от лоббистских способностей региональных политиков, — считает заместитель председателя правления (Кемерово) Сергей Никифоров. — Пока банкам, работающим в Сибири, от создания ГК в банковской сфере ни жарко, ни холодно. И думаю, что в ближайшее время ситуация кардинально не изменится. Кроме того, Внешэкономбанк в качестве ГК будет занят реализацией глобальных проектов. Если такие проекты будут реализовываться в регионах, для них это будет хорошо хотя бы тем, что средства пойдут местным подрядчикам, что деньги на эти проекты будут «крутиться« в том числе и в региональной банковской системе. Но пока, насколько я понимаю, конкретных проектов нет, а у банковской госкорпорации есть избыток средств, которые пока лежат на депозитах».
Аналитики, оценивая перспективы ГК как одного из видов «институтов развития», выявляют ряд общих для таких структур рисков (см. схему). «Институты развития нужны для того, чтобы стимулировать приход крупного частного бизнеса в те отрасли, которые, во-первых, имеют стратегическое значение, а во-вторых, в связи с сырьевым перекосом экономики становятся бизнесу не очень интересны с точки зрения доходности (например, инфраструктура, инновации), — поясняет генеральный директор инвестиционного развития территорий« (Москва) Илья Мещеряков. — Поэтому сама идея создания институтов развития, как показывает международный опыт, достаточно здравая, но есть ряд рисков. Если говорить о форме, то есть о госкорпорации как одном из видов некоммерческих организаций, то, с одной стороны, форма достаточно гибкая. Например, позволяет комплектовать штат, основываясь на рыночных принципах оплаты труда, а не на тарифной сетке. С другой стороны, в этой гибкости также есть риски. Например, госкорпорации не может проверять Счетная палата. На них не распространяется действие закона РФ N 94-ФЗ, регулирующего госзакупки, в то время как на естественные монополии его действие распространяется. Но это все вопросы к законодателю», — заключает эксперт.
