Курьезы или горькая правда о чернобыле 2
Оперативная группа Прикарпатского военного округа находилась в 70-ти километрах от Чернобыльской АЭС в поселке Радча. Именно сюда я был откомандирован в качестве командира одного из батальонов. Начальник опергруппы генерал-майор принял меня вечером 25 ноября 1986 года. Содержание беседы - инструктажа сводилось к одному: главное - это соблюдение воинской дисциплины и непримиримая борьба с употреблением спиртных напитков. Тут я вспомнил: во время учебы в Военной академии химической защиты нас учили, что спирт - первейшее средство восстановления защитных свойств организма после радиоактивного облучения. Генерал кивнул в сторону вошедшего в кабинет подполковника медицинской службы и сказал: "А вот он пробыл здесь уже пять месяцев и так не считает, да и уезжать отсюда не желает?" Кстати, в последующем я встретил немало таких "добравольцев", которые не хотели уезжать. А объяснялось это очень просто: в тридцатикилометровую зону аварии Чернобыльской АЭС они почти не въезжали, а если и въезжали, то на час-два, и, не выходя из легкового автомобиля, немедленно возвращались в штаб писать донесения и распределять награды, премии (в т. ч. и государственные), а тут еще и выслуга лет шла тройная, и оклады в пять раз превышали обычные. Как говорится: "Кому - беда, а кому - мать родная".
Батальон я принял по-фронтовому - за одни сутки. Да и режим тут отцы-командиры устроили почти фронтовой: спать приходилось по З-4 часа в сутки, выходных не было, лишь 7 января 1987 года (Рождество) объявили выходным днем, но так замордовали бессмысленными мероприятиями, что все запросились на работы.
|
Батальон работал возле автовокзала г. Припяти в пределах видимости злополучного аварийного 4-го энергоблока. Сам г. Припять был опоясан двумя рядами колючей проволоки с сигнализацией как на госгранице (профилактика мародерства). Безжизненный город с чистенькими многоэтажными домами и улицами, покрытыми толстым слоем песка, с вырубленными деревьями, поначалу вызывал ужас и напоминал кадры из какого-то фантастического фильма.
Ученые по заданию правительства рассматривали вопрос о превращении Припяти в жилой город для рабочих вахтовых смен, обслуживающих 1,2 и 3 энергоблоки Чернобыльской АЭС. Только люди с больным воображением могли додуматься, буквально "постирать" весь город и по всей его территории и вокруг города заменить зараженную почву на глубине 20 см таким же слоем песка. Вот этим мы и занимались. Грунт снимали лопатами.
За день работы весь батальон дезактивировал меньше, чем одна механизированная лопата. Вот и возникает вопрос: "Для чего губили жизни и здоровье людей?". Ведь можно было бы в несколько десятков раз сократить число тех, кого сегодня называют ликвидаторами. Совершенно непонятно, зачем подвергли радиоактивному облучению молодых людей, которые в перспективе могли стать родителями. Хотя бы с точки зрения заботы о здоровье последующих поколений в качестве ликвидаторов должны были привлекаться лишь люди определенного возраста (скажем, не моложе 32 лет).
Ю. Беккерман, участник ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, подполковник запаса.
Курьезы или горькая правда о чернобыле
|
Многие считали (и не без основания), что спиртные напитки способны выводить из организма нуклиды. Знали о том и шахтеры из Донбасса, прокладывавшие тоннель под разрушенным реактором. Вдруг в один из дней они дружно не вышли на работу. Разразился скандал. Высокое начальство потребовало срочно выяснить, по какой причине объявлена забастовка. Но попробуй сообщи наверх, что дело в спирте.
Как оказалось, бывший тогда министром угольной промышленности Сургай приказал подвезти к месту действия две цистерны, и проходчики перед своей опасной работой пропускали по стаканчику "лекарства". А сотрудники из ОБХСС это накрыли: во-первых, левый спирт, во-вторых, спаивают рабочий класс! Цистерны опечатали - и шахтеры забастовали. Пришлось вмешаться секретарю ЦК КП Качуре и председателю правительственной комиссии Б. Щербине. Печати, естественно, тут же были сняты, и конфликт, оказался улаженным.
