Дневник похода по Карпатам КФК «Волна». 2010г (стр. 4 )

На вершине - белорусы, группы из Нежина, с Тернополя. Гимн поют. С другой стороны еще группы подходят. Здесь проходит Закарпатський туристичний шлях. Глядя вдаль на этот шлях, хочется добавить: Великий шлях.

Склоны горы покрыты большими травянистыми кочками. Трава снизу зеленая, сверху рыжая. Тут по своему красиво, просто мы попали сюда после буйства зелени и не сразу оценили. Дорога назада уже не казалась такой скучной. Возвращаемся по знакомой дороге. А чтоб было легче, решили не идти по дороге через вершину ближайшего к горе холма, а обойти его по дороге справа. Но дорога не собиралась огибать холм и пришлось нам до поляны Браил спускаться по кочкам. Увидев знакомый крест обрадовались, заблудиться не удалось. После бездорожья под палящим солнцем лесная дорога кажется счастьем – тень, обилие ручьев. Хотя и в лесу жарко. Обед у ручья в третьем часу. Наслаждаемся холодной водой.

Под лесной сенью стараемся идти быстро. Без рюкзака можно заниматься созерцанием и на ходу. Около пяти часов показались Квасы. Но еще битый час мы петляли между домами по каменистой дороге. Местные жители ворошат или собирают сено, приветливо здороваются. Одна женщина пригласила нас попить воды на своем участке: « В мене вода особлыва.». Не смогли отказаться.

Дорога через Квасы окончательно упарила и утомила. Наконец-то наша полянка. По приходу сразу в речку освежиться. Нас кофейком поят, арбузом угощают. И очень за нас рады, что мы не только не потерялись, а еще и на гору зашли. Намотали сегодня километров 25 или больше. По высоте набрали и сбросили около 1400м.

Гуляем босиком и в купальниках, на травке валяемся. Хорошо, что река шумит, не слышно, как ноги гудят.

Катя и Фаворовы неплохо отдохнули в Квасах. Они тоже не засиделись. Все время перемещались по поляне в поисках тени. Побывали в магазине и на базаре.

На закате собираем палатки, рюкзаки. Доедаем курагу, орехи, печенье, походный супчик. Во все пустые бутылки набираем Квасовой воды, чтобы и в Харьков хватило.

Остаток вечера коротаем на вокзале. Поезд Рахов – Львов отправляется в 0 часов 42мин. В купе по-быстрому устраиваемся, и спать. Завтра еще по Львову километры наматывать.

14 августа

Купейный завтрак аристократов – овсянка, колбаса, сало, кофе с николаевским сгущенным молоком, которое достойно рекламы.

Во Львове с утра подозрительно тепло. В горах было лучше.

Сережа на правах знатока ведет нас к центру города. Заходим в готический собор. Он поражает строгой изысканностью убранства. Лес высоченных светлых колонн, каждая из которых кажется связкой стволов. Минимум украшений. Блики от витражей и свечей на сверкающем, как зеркало полу. От устремленности готических сводов ввысь - дух захватывает.

Памятники Шевченко, Франко, Мицкевичу, Бендере, Шашкевичу, Ивану Федорову и другим историческим и культурным деятелям, которых мы не знаем. У них другая история, и вправе ли мы осуждать что-либо.

Почти на каждом здании в центре табличка - памятник архитектуры. Множество соборов. Заходим во все подряд, уже не глядя какой они конфессии. Запомнились пышное барокко собора святого Юра, армянская церковь.

Очень интересна каплыця Боимов. Рассматриваем средневековый примитивизм скульптурных рельефов, угадывая знакомые сюжеты. Здесь охватывает какое-то странное двойственное ощущение – прикосновения к древности и к вечности.

Рядом с университетом – старинный парк им Франко. В отличие от харьковского сада Шевченко, замусоренного различными «заведениями», здесь великолепные зеленые газоны, ухоженные деревья, дорожки и аллеи, круглая беседка, расцвеченная солнечными бликами. Детская площадка на краю парка. Летнее кафе находится за его территорией. Чтобы уберечь парк от посягательств современных нуворишей, его сделали национальным и охраняемым.

Львовские кафе это отдельный рассказ, они оригинальные и уютные, в них нет ничего базарного и бьющей по нервам музыки. Много цветов.

Если харьковчане ездят на маршрутках, то львовяне катаются на трамваях. Такое впечатление, что они ходят беспрерывно. Прочие виды транспорта тоже конечно присутствуют.

Целый день мы бродили по центру города, рассматривая дома, вывески, фонари, мостовые и даже псевдостаринные урны для мусора. У города есть свое лицо, и хотелось запечатлеть его зрительный образ. Из всего, что успели увидеть, сложилось впечатление: «Это европейский город». Аня, бывавшая в Европе, подтверждает это. Только старинная его часть требует реставрации.

Здесь хотелось бы жить, или хотя-бы приехать еще.

Сильно уставшие, но довольные бредем к вокзалу. Целый день ходили по городу. В горах было прохладно, а тут наверное все 35ºС.

Прощаемся с Сережей. Он остается во Львове по своим ученым делам. А мы в 20.30 уезжаем.

Все места у нас рядом. Так что сели, поели, поспали. Проснулись, перебежали в Киеве в другой поезд. Снова поспали, поели, поглазели в окно и т. д. И в 16.20 мы в Харькове.

Наше путешествие закончилось. Пока. Пока.

Приложение

Обсерватория на г. Пип Иван

В 1935 г. при поддержке Министерства военно-воздушной обороны Польши было решено построить метеорологическую станцию, обсерваторию и мощный пограничный пост на Черной Горе.

В результате было объединено военную и мирную задачи. Объявили конкурс, в котором победил проект польских архитекторов Марчевского и Погодского, и через год в фундамент метеорологической обсерватории был заложен символический камень. Всего через два года – 29 июня 1938 г. состоялось торжественное открытие настоящего дворца в конструктивистском стиле, приспособленного к суровым погодным условиям высокогорья. На торжество прибыли официальные лица Польши, а также польские и ряд западно-украинских астрономов. Удивляться было чему – на высоте выше двух километров и в десятках километров от ближайших поселков, всего за два года появилось колоссальное здание, которое с восточной стороны имело два этажа, а с западной – целых пять (благодаря особенностям рельефа). К дому примыкала башня-ротонда с каменной спиральной лестницей, которая соединялась с основным корпусом переходом на первом этаже.

Ротонду венчал медный купол, который открывался автоматически – это было место для телескопа. Всего во дворце были 43 комнаты и 57 окон. Толщина стен цокольного этажа составляла 1,25 м. Окна в доме были обрамлены металлом внешне, а внутри в них были дубовые рамы. На первом этаже размещались жилищные комнаты, квартира начальника станции и конференц-зал, на втором – столовая, кабинеты, гостиница, помещение связи (правда, почта ходила редко, а доставлял ее... наученный пес одного из сотрудников). На верхнем этаже – зал для метеорологических наблюдений. Вокруг обсерватории был возведен каменный забор, камнем же выкладывали главный подъезд и дорожки. Над главным входом все это венчал геральдический орел и надпись польским языком – «Обсерватория астрономо-метеорологическая Маршала Пилсудского». В хозяйственном здании разместились котельная и маленькая электростанция с аккумуляторной. К обсерватории был подведен водопровод, который качал двумя электронасосами воду из низины.

Построить это чудо архитектуры и техники помогли жители Прикарпатских гуцульских сел. Они на конях и собственных спинах доставляли на строительство камни и дерево. Таким же способом со станции Ворохта (70 км. от строительства) были доставлены 800 тонн стройматериалов, 33 ящика с аппаратурой и оборудованием (самый тяжелый весил 950 кг). Оригинальным грузом было просмоленое пробковое дерево, которое странствовало из Африки во Францию, потом Польшу, и, наконец, в Ворохту, дальше в село предгорья Шибене, и уже оттуда – в обсерваторию. Пробки служила утепляющим материалом между толстенной каменной стенкой и тонкой кирпичной. Руками крестьян-гуцулов была проложена горная дорога, которая связала обсерваторию с населенными пунктами внизу. Жизнь у обсерватории не была легкой. Об этом говорит неофициальное название обсерватории, поляки прозвали... «Белым слоном». Странное вроде бы имя для серого дома, но в 30-40 С° мороза дворец покрывается коркой снега и льда, и тогда абрисами напоминает белого слона. Ученые, которые зимой поднимались на гору на санях, часто попадали под снежных лавины, и тогда на их поиски высылали военных.

Топливо и провизия  подвозились зарание. До первого снега. Он там выпадает рано. Сходит где-то в июне-июле а выпасть может и в сентябре-октябре.

В обсерватории постоянно жили руководитель Владислав Мидович с семьей, несколько научных сотрудников, обслуживающий персонал и пост пограничников. Работать на телескопе приезжали профессоры астрономии с Варшавского университета.

На то время польская обсерватория на Черной Горе считалась второй по значимости в Европе (после французской в Пиренеях) и шестой в мире. Она была оборудована серьезной техникой, в первую очередь, изготовленным по спецзаказу в Великобритании астрографом под медным куполом. И аппарат, и купол вращались с помощью электродвигателей. На астрографе велись фотографические наблюдения звезд, комет, больших и малых планет. За два года деятельности работники обсерватории получили большое количество материалов, на их основе были подготовлены научные труды, однако архивы обсерватории не сохранились – они исчезли в пожарах во время Варшавского восстания 1944 г.

В 1939 г. не стало Польши, разделенной между Гитлером и Сталиным. Здание обсерватории перешло Советскому Союзу, а оборудование, вывезенное в Польшу, стало путешествовать Европой – к Будапештской обсерватории, потом – в Вену, и только после войны вернулась к полякам. Советская власть решила использовать «Белого слона» по назначению, и в сентябре 1939 г. здесь была организована первая в СССР высокогорная геофизическая обсерватория и метеостанция. Метеорологи вели ежечасные наблюдения, подавая телеграммы в бюро прогнозов управления гидрометеослужбы УССР. Но вскоре война дошла до границ СССР, и покинутую обсерваторию в 1941 г. заняли венгерские войска. Наукой венгры заниматься не стали, оборудовав здесь наблюдательный пункт, который и просуществовал до 1944 г.

В освобожденном от фашистов Киеве 1944 г. была основана Главная астрономическая обсерватория АН Украины. На горе Поп Иван запланировали ее филиал. Но возродить прежнее чудо архитектуры и техники бедной послевоенной академии было невмоготу. Жители же окружающих сел «раздели» оставленного без всякого досмотра «Белого слона» – сняли медную крышу, вынесли окна и двери, а тогда уже суровый климат сделал свое дело.

В настоящее время зреют планы восстановить обсерваторию как комплексное научное учреждение для исследований в области астрономии, метеорологии, экологии, биологии, сейсмологии и космических лучей. Но, как всегда, на благие дела нет денег. И только благодаря упорству архитектора И. Могича, гуцула по происхождению, самая высокогорная постройка на территории Украины включена в число памятников архитектуры.

Говерла – самая высокая гора в украинских Карпатах и самой Украине. Название в переводе с венгерского означает "снежная гора" (Hovar). Сегодняшнее звучание, «Говерла», гора получила после ошибки на австрийской военной карте. Ранее вершина имела название «Говырла», сейчас полностью забытое.

Расположена на Черногорском хребте, наивысшем хребте Украинских Карпат. Первый туристический маршрут на Говерлу был проложен в 1880м году..

У подножия горы находится один из истоков реки Прут. Недалеко от места, где вода нашла выход из скал расположен водопад, высота которого составляет около 80ти метров.

О Говерле и Пруте существует несколько схожих по себе легенд. По легенде, были они когда-то парнем и девушкой, любили друг друга, пока не прознал об этом Горный Царь, отец девушки. Для того, чтобы Прут не нашёл Говерлу, отец спрятал её, превратив в гору. Прут же прознал, чтоб расколдовать любимую, надо взойти на вершину горы на рассвете. Но не успел до рассвета, сел на склоне Говерлы и заплакал. Да так и плачет до сих пор река Прут, вытекающая со склонов Говерлы…

Про красавицу-гору в народе рассказывают историю о вечной любви. В одном селе жил парень, которого прозвали Прут. Как-то рубил он лес в горах. Когда пришла ночь, решил не идти домой, а заночевать прямо в лесу. И приснился ему странный сон – будто пришла красивая девушка, вся в зеленом. Но только парень протянул к ней руку, она тут же исчезла. Проснулся он, а вокруг – никого. Заметил только на ветке зеленую ленту. Запала девушка ему в душу, и решил Прут ее найти. Следующим вечером он опять устроился под той же елью, но не спал. Уже стемнело, и он увидел, как из-под земли появилась девушка и пошла прямо к тому месту, где спрятался Прут. Только подошла она к дереву, как парень выскочил и обнял ее, спросил, как зовут. Она сначала испуганно посмотрела на него, но потом улыбнулась и сказала: – "Говерла".

После той ночи Прут уже почти не появлялся дома. Все время он проводил в с девушкой. Они полюбили друг друга. Но Говерла была Дочкой Царя Гор и не могла, просто не имела права любить простого парня. Но любовь нельзя спрятать от людских глаз. Узнал про это Царь. Запретил Говерле выходить на свидание к Пруту. Но сила любви была выше запрета отца, и Говерла тайком убежала в горы к Пруту. Узнал об этом Царь, разгневался и спрятал Говерлу. Утром проснулись люди и увидели среди гор новую вершину, покрытую снегом, будто белой шапкой. Это была Говерла, которую отец, благодаря чарам, превратил в горную вершину. Долго искал Прут Говерлу, встретил в горах старого деда. Тот сказал ему: "Если хочешь видеться с Говерлой, то нужно идти на восток на вершину горы, и горная вершина снова станет твоей любимой". И пошел Прут. Пробирался сквозь чащу, шел по колено в воде горных потоков. Вот и солнце восходит, а Прут не успевает взойти на вершину. Сел он под ель и горько заплакал. Вот с этого места, где он плакал, потекла вниз речка, которая веками обнимает гору. Гору зовут Говерла, а реку – Прут.