Сценарий праздника, посвящённого 70-летию Победы
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Фоном звучит мелодия Аюрведическая
- Вот вы говорите, что слезы людские - вода? - Да.
- И все катаклизмы проходят для вас без следа? - Да.
- Чапаев, Гастелло, Гагарин для вас - ерунда? - Да.
- И вам все равно, что кого-то постигла беда? - Да.
- И вам наплевать, если где-то горят города? - Да.
- И боль Украины не трогала вас никогда? - Да.
- А совесть, скажите, тревожит ли вас иногда? - Да...
- Но вам удается ее усмирить без труда? - Да.
- А если разрушили созданный вами семейный очаг? - Так...
- Жестоко расправились с членами вашей семьи? - И?..
- И вам самому продырявили пулею грудь? - Жуть! - Неужто бы вы и тогда нам ответили "да"? - Нет!
- А вы говорите, что слезы людские вода? - Нет! - Все катаклизмы проходят для вас без следа? - Нет!
- Так, значит, вас что-то тревожит еще иногда? - Да, Да, Да...
Действие второе
На сцену выходят Девушки, Юноши, одетые по-современному, под быструю мелодию играют в бадминтон или в футбол. Вдруг Девушка (1) что-то находит. Мелодия затихает. Девушка внимательно рассматривает найденный предмет. Ее окружают другие ребята.
ДЕВУШКА (1): Смотрите, патрон!
ДЕВУШКА (2): Настоящий?
ДЕВУШКА (1): Конечно, настоящий! Старый... ЗаржАвевший весь...
ЮНОША (1): Да вовсе это не патрон, а гильза. Самая настоящая гильза от ППШ!
ЮНОША (2): Сколько же она пролежала в земле?
ДЕВУШКА (1): Жаль, что предметы не умеют говорить. Я уверена, что эта гильза могла бы нам такое поведать!..
ДЕВУШКА (2): Да, предметы не умеют говорить, но за них говорит Память...
ЮНОША 2 Но разве память бывает живой?
ДЕВУШКА 1: А ты не веришь? Человек может умереть дважды: там, на поле боя, когда его догонит пуля, А второй раз - в памяти народной.
ДЕВУШКА 2: Второй раз умирать страшнее. Второй раз человек должен жить!
Чтец С чего начинается память — с берёз?
С речного песочка? С дождя на дороге?
А если — с убийства, если — со слёз?
А если с воздушной тревоги!
А если с визжащей пилы в облаках,
Со взрослых, в пыли распростёртых!
А если с недетского знания — как
Живое становится мёртвым.
И в пять, и в пятнадцать, // И в двадцать пять лет
Войной начинается память.
Здесь, в этой стране, // Где непомнящих — нет,
Попробуем это представить К. Симонов. «Чужого горя не бывает...»
Исполняется песня «А закаты алые»
Действие третье Явление 1 Сцена после боя. Выходят 3 девушки в военной форме
Соня Я ушла из детства в грязную теплушку
В эшелон пехоты, в санитарный взвод.
Дальние разрывы слушал и не слышал
Ко всему привычный сорок первый год.
Лиза Качается рожь несжатая// Шагают бойцы по ней.
Шагаем и мы, девчата,// Похожие на парней.
Рита . Нет, это горят не хаты –// То юность моя в огне.
Идут по войне девчата,// Похожие на парней.
/ Стол, на столе цветы. За столом сидят Соня, Рита, Лиза/
Соня. Рожденные в года глухие// Пути не помнят своего
Мы, дети страшных лет России// Забыть не в силах ничего.
Лиза: Чьи это стихи, Соня?
Соня: Это Блок. Тоненькую книжечку с его стихами мне подарил сосед по лекциям.
Рита: Наша Соня знает этих стихов уйму. Недаром она и в школе, и в университете круглой отличницей была.
Соня: Да! Я всегда вместо танцев бегала в читалку или в театр.
Лиза: Соня, почитай еще!
/Вбегают Галка и Женька с патефоном в руках/
Женя: Девчонки! Вот выпросила у Полинки патефон! /Женя включает патефон и, схватив Галку, танцует под Рио-риту/
Соня: Ой, Женечка, какая ты красивая!
Галя: На сцену бы тебя, Женька! Вот я всегда мечтала стать певицей, носить длинные платья, иметь массу поклонников…
Женя: (дурачась) Представляю – певица Четвертачок! (целует Галю).
Галя: Фамилия, конечно, смешная! Мне ее завхоз в нашем детдоме дал, и все из-за маленького роста.
Лиза: Ой, Женька, ой! С тебя только скульптуру лепить!
Рита: Красивая! (вздохнув) Красивые редко счастливыми бывают.
Женя: Девчонки! А я ничего не боюсь! Мне отец говорил: «Дочка красного командира ничего не должна бояться». Я и на лошади скакала, стреляла в тире, сидела с отцом в засаде на кабанов, гоняла на отцовском мотоцикле по военному городку… А сколько я крутила романов с молоденькими лейтенантиками!
Лиза: А я все 19 лет живу в ожидании счастья. Подружки кто уехали учиться, кто замуж вышли, а я за больной мамой ухаживала, отцу в лесничестве помогала.
Рита: Знаете, девчата, а я ярче всего помню в школе встречу с героями – пограничниками. Я случайно оказалась рядом с лейтенантом Осяниным и сидела, боясь шевельнуться… А потом… Потом он пошел меня провожать. Я схитрила и повела его самой дальней дорогой. Я была первой из нашего класса, кто вышел замуж и не за кого-нибудь, а за красного командира. Через год я родила мальчика. Я была самой счастливой женщиной на свете! Проклятая война!!!
Голос Левитана Сегодня, в четыре часа утра, без объявления войны немецкие войска напали на нашу страну.... Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами.
(Звучит аудиозапись песни «Священная война» (муз. А. Александрова, сл. В. Лебедева-Кумача).
ВЕДУЩИЙ 1: Ровесницы наши со школьной скамьи// Когда-то под пули шагнули в бои,
И тяжесть войны, что бедой обожгла// На плечи вчерашних девчонок легла
Явление 2 (На сцену выходят Лиза Бричкина, Соня Гурвич, Галя Четвертак, Рита Осянина, Женя Комелькова и старшина Васков. Девушки располагаются на выбранной позиции. Васков подходит к каждой из них и дает указания.)
ВАСКОВ: Чтоб огонь был без дыма. Замечу дым — вылью варево в огонь. Ясно говорю?
ЛИЗА БРИЧКИНА: Ясно.
ВАСКОВ: Возьми топор, сухостоя наруби. Руби тот, который еще без лишая стоит. Чтоб звонкий был, тогда дыма не будет.
СОНЯ ГУРВИЧ: Так точно.
ВАСКОВ: Слушай боевой приказ! Врага встречаем на основной позиции. Боевые действия начинать по моей команде.
ДЕВУШКИ (вместе): Есть!
ВАСКОВ: На запасной позиции оставить все имущество под охраной бойца Четвертак.
ГАЛЯ ЧЕТВЕРТАК: А почему это меня в запасные?
ВАСКОВ: Несущественный вопрос, товарищ боец. Приказано - выполняйте. (Подходит к Гурвич.) (Соня Гурвич читает в книжке стихи.)
СОНЯ ГУРВИЧ: Мы — дети страшных лет России Забыть не в силах ничего...
ВАСКОВ: Кому читаешь?
СОНЯ ГУРВИЧ: Никому. Себе.
ВАСКОВ: А почему вслух?
СОНЯ ГУРВИЧ: Так ведь стихи.
ВАСКОВ: А в голос все же не читай. Зори здесь тихие, и потому слышно аж за пять верст. И поглядывай... (Прислушивается.) Сороки шебаршат. Значит, идет кто-то. Не иначе — гости. Подымай бойцов. (Пригнувшись, подбегают девушки. Все начинают всматриваться в одну точку.)
СОНЯ ГУРВИЧ: Немцы!.. Три... Пять... Восемь... десять... Двенадцать... Шестнадцать...
ВАСКОВ: Вижу. Давай в цепь, Гурвич. Отводи бойцов на запасную позицию. И ползком! Ясно я говорю?
ДЕВУШКИ (вместе): Ясно, товарищ старшина (аудиозапись автоматных очередей. Девушки уходят по одной за сцену. Короткая очередь — девушка уходит, снова автоматная очередь — девушка уходит и т. д. На сцене остается только одна девушка — Женя Комелькова.)
ЖЕНЯ КОМЕЛЬКОВА: Я только раз видала рукопашный. Раз — наяву. И тысячу — во сне. Кто говорит, что на войне не страшно, Тот ничего не знает о войне.
ВЕДУЩИЙ 2: Раскатывалось эхо над полями, бой медленною кровью истекал...
Зенитчицы кричали и стреляли, размазывая слезы по щекам!
И падали. И подымались снова. Впервые защищая наяву
И честь свою (в буквальном смысле слова!)// И родину. И маму. И Москву.
(Раздается еще одна автоматная очередь, и последняя девушка медленно оседает на пол.) / Звучит Вокализ Галины Калининой/
Явление 3 Васков: Здесь у меня болит, сердце свербит. Так свербит… Положил ведь я вас всех пятерых положил, а за что? За десяток фрицев? Пять девчат, пять девочек было всего, всего пятеро! А не прошли вы, гады, никуда не прошли и сдохните здесь, все сдохните!
Рита: Ну зачем так? Все же понятно… Война…
Васков: Пока война – понятно. А потом, когда мир будет? Будет понятно, почему вам умирать приходилось? Почему я фрицев этих дальше не пустил, почему такое решение принял? Что ответить, когда спросят? Что ж это вы, мужики, мам наших от пуль защитить не могли? Что ж это вы их со смертью оженили, а сами целехоньки?
Рита: Меня ранило осколком в живот. Боли почти не было, только все сильнее пекло в животе и хотелось пить. Я не жалела себя, своей жизни и молодости, потому что все время думала о том, что было куда важнее, чем я. Мой муж геройски погиб во второй день войны, а сейчас и мне смерть прислала повестку – ржавый и щербатый осколок. Мой сын остался сиротой, он остался один, мой маленький сын в этом огромном и страшном мире. Я думала о том, как переживет он войну, и как потом сложится его жизнь. Я знала, что рана моя смертельна и умирать я буду долго и трудно… Я выстрелила себе в висок./детский крик «Мама-а-а-а»/
Лиза: Васков понравился мне сразу: как только я его увидела. Я думала о нем и как на крыльях летела через лес. Шагнула в болото, с трудом продвигаясь вперед. Осталось пройти последний кусок, а дальше шла суша, там за час-полтора добегу до своих. Вдруг огромный белый пузырь вспучился передо мной. Это было так неожиданно, я рванулась в сторону. Земли не было. Ноги медленно, страшно медленно тащило вниз, а тропа была где-то совсем рядом, полшага от меня, но эти полшага уже невозможно было сделать. «Помогите! На помощь!». Я долго видела майское прекрасное безоблачное небо. Хрипя, выплевывая грязь, я тянулась и тянулась к нему, тянулась и верила. Над деревьями медленно всплыло солнце, и я в последний раз увидела свет – теплый, нестерпимо яркий, как обещание завтрашнего дня. И до последнего мгновения верила, что это завтра будет и для меня.
Женя: Я верила в себя и тогда, когда уводила немцев от Осяниной, ни на мгновение не сомневалась, что все окончится благополучно. И даже когда первая пуля ударила в бок… Я просто удивилась. Ведь так глупо, так несуразно и неправдоподобно было умирать в девятнадцать лет… «Расцветали яблони и груши» (песня прерывается автоматной очередью). А немцы ранили меня вслепую, сквозь листву. Я могла бы затаиться, переждать. Но я стреляла, потом, пока были патроны, стреляла лежа, не пытаясь убегать, потому что вместе с кровью уходили и силы… И немцы добили меня в упор, а потом еще долго смотрели на мое и после смерти гордое и прекрасное лицо.
Соня: А я и не думала о смерти, когда бежала за кисетом нашего старшины, который он оставил на прежней стоянке. Бежала без опаски, торопясь притащить старшине махорку ту, трижды проклятую. И понять не успела, откуда свалилась на хрупкие плечи потная тяжесть, почему пронзительно яркой болью рванулось вдруг сердце… Я могла бы детишек нарожать, а те бы внуков и правнуков, а теперь не будет этой ниточки. Маленькой ниточки в бесконечной пряже человечества, перерезанной ножом…
Галя: Что такое подвиг? Мгновенье или вечность? Реальный мир был суровым и жестоким. Я всегда жила в воображаемом мире и хотела бы забыть и вычеркнуть все… И мертвые полузакрытые глаза Сони, и затвердевшую от крови ее гимнастерку, и две дырочки на груди… Узкие, как лезвия. Но не могла. И это рождало ужас, который, словно пружина, сработал в тот самый момент, когда немцы прошли от меня в двух шагах. Я метнулась через поляну, наперерез диверсантам, уже ничего не видя, не соображая. Коротко ударил автомат. (автоматная очередь)
Звучит песня Пелагеи «Тропы» (1-4 куплеты)
Действие четвёртое
Свет в зале гаснет. Слабый луч прожектора освещает угол сцены. Там окно, рядом табурет и
стол, на столе горит свеча. Бабушка и внук, сидя у окна, выглядывают на улицу.
Внук. Гляди, гляди, бабушка! Танки пошли! Большие какие! И на всех кресты, а ты говорила:
«Креста на них нет».
Бабушка. (крестится) Это по-ихнему «свастика».
Внук. Мотоциклы мчатся...(На экране - кадры из фильма.) Бабушка, гляди - фриц за поросенком гоняется!
Бабушка (беря внука за руку). Идем со мной, Васятка...
Внук. Куда, бабушка?
Бабушка. Посидишь в сарае, пока известие не придет, как с тобой дальше быть...
Внук. Да что меня прятать, я же маленький...
Бабушка. Поросенок тоже маленьким был... Идем!
Внук. Не пойду я в сарай!
Бабушка. Не перечь. Вернется отец, все расскажу, так и знай.
Внук. Бабушка, родненькая... Все, что хочешь проси меня... Только не в сарай. Не пойду! Я темноты и мышей боюсь. (Всхлипывает.)
Бабушка. (Стук в дверь.) Ой, это к нам. Ноги подкашиваются...
Голос из-за кулис. Бабушка Лукерья, открой!
Внук. Это голос Сережи. (Входит Сережа).
Бабушка. Ох и напугал ты нас! Думали, эти... пожаловали. Ты что какой? Лица на тебе нет...
Сережа. Расстреляли, расстреляли!
Внук. Кого?
Сережа. Троих, у памятника Ильичу, в сквере. Они, говорят, листовки расклеивали, фашисты их
поймали, и сразу... понимаешь?
Бабушка и внук уходят со сцены. Сережа отходит к краю сцены.
Ведущий 2 Сорок четыре члена подпольной антифашистской организации «Молодая гвардия»
награждены орденами. Все они такие разные - веселые и серьезные, задорные и мечтательные... Шесть молодогвардейцев получили посмертно звания героев.
Выходят молодогвардеец, одетый в окровавленную рубашку.
Ведущий 1 Сергей Тюленин... Этот худенький, шустрый юноша с короткой стрижкой наводил ужас на фашистов. Разве могли они предположить, что бороться с ними будут совсем юные мальчишки и девчонки?!
Сергей Тюленин. Я погиб. Мое тело едва можно узнать, но я молчал... Я молчал, когда меня били. Молчал, когда вздернули на дыбу. Я молчал, несмотря на страшную боль в раненой руке. Ко мне на очную ставку привели Витьку Лукьянченко. Нет, это был не Витька! Это был кто-то другой. В этом человеке живыми были только глаза... Привели маму... О Господи! Мама, ты знала, что мне было очень трудно смотреть на тебя, когда они били тебя на моих глазах... Прости меня! Но я не мог иначе - я молчал... Они слова из меня не вытянули! Я сейчас вспоминаю эту красивую девушку, Любку Шевцову. Ей бы ходить на свидания, дурить мальчишкам головы, а она...
Выходит девушка - босая, в окровавленной рубашке.
Люба Шевцова. Я тоже погибла. Ха! Фашисты прозвали меня Дочерью Чумы. На последнем допросе вместо ответов я пробила им чечетку. Вот так! (Танцует.) Чтобы сломить, фашисты били меня электрическими проводами. Было очень больно. Чтобы не заплакать, я прикусила губы. Я искусала их в кровь... В крови были не только мои губы, в крови был весь деревянный топчан, на котором меня били...
Как я могла говорить, когда молчала Ульяна Громова, которой на спине выжгли пятиконечную звезду, молчал Ваня Земнухов, молчали все. Меня расстреляли последней. Ребят не стало 31 января. Меня же мучили еще до 7 февраля. Перед расстрелом мне удалось отправить маме записку: «Прощай, мама, твоя дочь уходит в сырую землю!» Ротенфюрер СС, ведший меня на расстрел, хотел поставить меня на колени и выстрелить в затылок, но я не встала на колени и приняла пулю в лицо.
Люба Шевцова и Сергей Тюленин уходят вглубь сцены.
Ведущий 2 Пусть гадают потомки, какими мы были,
С богатырскою статью, со взглядом орла?
Нет, мы были простыми, мы шутки любили,
Нас хорошая песня за сердце брала.
Мы любили любимых, оставшихся где-то
И без спроса входящих в тревожные сны.
Мы любили без нас подрастающих деток…
Мы мечтали живыми вернуться с войны!
Ведущий 1 : В ходе Великой Отечественной войны советскими вооружёнными силами было проведено 6 гигантских битв и около 40 наступательных операций, которые заканчивались разгромами вражеских группировок и соединений, тем самым умножая героизм и подвиг солдат и тружеников тыла.
Ведущий 2 Погиб каждый 8- й.. Среди живых не осталось человека, который не ведал горечи потери.
27 млн. ушли в бессмертие, чтобы жили мы.
Ведущий 1. И если каждому погибшему отдать честь минутой молчания, то на это потребуется более 50 лет…
Чтец Вся пропитана кровью была та земля, // На которой теперь колосятся поля.
Где воздушные страшные были бои. // Лишь орлы, жаворонки, стрижи, соловьи.
Тем, кто пал в тех боях, защищая страну, // И не видел победную чудо-весну,
До земли наш глубокий и низкий поклон. // И пусть памятью будет им вечный огонь.
Ведущий 2. В память о погибших в Великой Отечественной войне объявляется Минута молчания (звучит метроном, на экране - Вечный огонь )
Голос Левитана о Победе
Чтец. Так вот ты какая! А мы-то представить тебя не могли.
Дождем, как слезами, омыто Победное утро земли.
Победа идет по дороге В сиянии майского дня,
И люди на каждом пороге Встречают ее, как родня
Звучит Аювердическая музыка
Ведущий 1: В этом огромном, безумном мире есть крошечная точка – мы! Мы – поколение, которое называет себя будущим!
Ведущий 2: Мы – поколение, ставшее свидетелем рождения ХХI века!
Ведущий 1: Мы – поколение, во имя которого отдали свои жизни миллионы наших дедов и прадедов!
Ведущий 2: Мы – будущие защитники Отечества, помним о цене Великой Победы!
Ведущий 1: Память о павших неподвластна времени. Она предупреждает, тревожит нас! Мы вновь и вновь вспоминаем о минувшей войне не потому, что жаждем мести за прошлое, а потому, что беспокоимся о будущем.
Чтец: Читайте, люди, книги о войне.
Не бойтесь слёз и горечи и страха,
Смотрите, люди, фильмы о войне
И не стыдитесь горевать и плакать.
Ведь те, кого не стало за войну.
Кого сожгли, убили, растоптали,
Кто смерти отдал юность и весну,
Они за нас, за наши жизни пали.
Читайте, люди, книги о войне.
Не бойтесь слез и горечи и страха,
Смотрите, люди, фильмы о войне.
И не стыдитесь горевать и плакать
Ведущий 2: Судьбы их не измерить привычной мерой и жить им вечно в благодарной памяти народной, в цветах, в весеннем сиянии берёзок, в первых лучах солнца на той Земле, которую они отстояли.
Посмертно… Посмертно… Посмертно… Чья-то вера немеет устало, Чьи-то годы тепла и света, Чья-то жизнь посмертною стала. Стали грозы посмертными, ветры, Тишина слепая, последняя, Стало счастье мальчишки посмертным, И любовь девчонки – посмертная. Тополь, ими посаженный, цвел еще. Помечтать собравшись… А с кем? Вместо сына вручили звездочку Безграничной женской тоске. И под взглядом тускнело золото. Ему тоже выпала доля… Было звездочке и сладко, и солоно В материнских теплых ладонях. | Встанет будущее развернуто И залечит, и наградит, Но вовек не узнает звездочка То, что место ее на груди. Что дана не за окна погасшие, А за то, что окна зажглись, За оставшегося за каждого, Не за смерть дана, а за жизнь. И за ненависть, шквалом вставшую, На пришедшего к нам врага, За минуту простую и страшную, Разорвавшуюся в руках. В нашей памяти гулким рокотом Остается минута эта. Вырастало из звездочек крохотных Исполинское слово – Победа. |
Звучит песня «Родина суровая и милая…» (на экране – кадры из фильмов о войне)
