Дом, где рождается жизнь
В нашумевшей истории обгоревшего мальчика Матвея пытаются сделать «крайним» невиновного человека.
За сорок лет работы практикующим акушером-гинекологом Галина Петровна помогла родиться более чем 10 тысячам человек! Для масштаба – это население целого поселка, такого, например, как Плесецк в Архангельской области – тот самый, рядом с которым находится знаменитый космодром. Но заслуга Галины Петровны не только в числе родившихся с её помощью. Главное, это то, что она настоящий врач – не только по профессии, по призванию. Вот несколько отзывов её пациенток:
«Отличный врач. Попала к ней с довольно сложной беременностью, лежала у неё на сохранении и родила во время её дежурства. Очень внимательный и грамотный специалист. Узнав, что она дежурит, рожать шла, как на праздник, так как была уверенность в ней (в том, что если что-то пойдёт не так, то этот врач всё сделает наилучшим образом)».
«Врачи в ЦРД очень хорошие. Особенно Сундеева Галина Петровна. Приходила к нам на обход даже в свой выходной»
«19/11/2014 с помощью Сундеевой Галины Петровны я родила сыночка. Все прошло отлично! Галина Петровна - врач от Бога! И поругает, и похвалит, и пожалеет, когда надо. Очень ей благодарна».
«Мы помогаем всем»
Год назад судьба распорядилась так, что, будучи уроженкой другого города, я приехала рожать в Тулу и попала к Галине Петровне. Поразило её человечное отношение ко мне, к совершенно незнакомому человеку без всяких «блатов», рекомендаций и «конвертиков». На мой вопрос, не надо ли мне будет заплатить за «внимание врачей», Галина Петровна совершенно искренне ответила: «Ну что Вы! Мы помогаем всем!»
Несколько дней я наблюдала за тем, как работает врач Сундеева, как общается с людьми, как относится к своим пациенткам. Редко встретишь врача, который вкладывает в свою работу не только знания, но и сердце, душу. А когда встречаешь – долго приглядываешься, пытаясь понять, не маска ли это, не напускное ли. Так вот, Галина Петровна настоящая, реальная; человек, смотрящий на мир через призму искренней любви к людям.
Почему я так подробно о ней пишу? Потому что всего пару дней назад я узнала, что врач Сундеева, с помощью лёгкой руки которой родилась чуть не половина Тулы, оказалась фигуранткой уголовного дела. Вернее – обвиняемой. Новость не укладывалась в голове. Мне захотелось разобраться в этом вопросе, разобраться самой, не принимая на веру безапелляционные вердикты СМИ. То, что удалось узнать, потрясло абсурдностью и цинизмом – цинизмом тех, кто придумал «назначить виновной» врача с большой буквы – виновной в том, в чём её вины нет.
Печальная известность
Тульский ЦРД «прогремел» в ноябре 2014 года, когда там случилась страшная трагедия. Обгорели двое детей, проходивших «противожелтушечную терапию» под фотолампами – девочка-отказница Лена и мальчик Матвей. Девочке «повезло» – она получила не больше 10% ожогов и быстро пошла на поправку. Мальчик выжил просто чудом и известен всей стране, которая следит за его судьбой с болью и сочувствием, и ждёт, когда же ему выберут маму.
Однако, с выбором мамы история Матвея не заканчивается. Есть ещё одна история, ставшая продолжением – нет, не его трагедии, а того резонанса, который она получила в обществе. История эта называется «поиск и наказание виновных». Казалось бы, причем тут «поиск»? Разве не очевидно, что отвечать должна как минимум медсестра, которой не оказалось в роковой момент рядом с детьми? Кстати, ответа на вопрос, почему её не было рядом, так до сих пор и нет. Известно только, что медсестра была уволена из Тульского ЦРД, а уголовное дело в её отношении было прекращено «в связи с амнистией», т. к. она признала свою вину.
Кто же виноват?
История выглядит так, как будто местные власти рассчитывали «спустить дело на тормозах», не рассчитывая на то, что ЧП получит настолько широкую огласку. Банальный и знакомый подход к проблеме, пятнающей репутацию власти.
Матвей выжил вопреки всему; его история прогремела на всю страну, вызывая не только сочувствие в сердцах, но и вполне справедливый гнев – люди стали требовать наказания виновных. Когда волна народного участия докатилась до Путина, вдруг возобновилось давно сошедшее на нет следствие. Вот только амнистированной виновницы давно след простыл, поэтому виновного – вернее виновную – выбрали из тех, кто оказался под рукой.
Оказалось, что в тот день, когда произошло ЧП, дежурной по роддому была заведующая 1-м отделом патологии . В момент возгорания она готовила к операции пациентку в родовом отделении. Замечу, что родовое отделение это совершенно отдельный отсек здания, находящийся на 1 этаже. Ситуация странная. Непонятно не только, почему медсестра не присутствовала на фототерапии, но и где были в это время врачи детского отделения. Как случилось, что отвечать за происходящее в отделении должен врач-гинеколог? Вопросов до сих пор больше чем ответов.
Когда в местную прессу просочилось информация о том, что обвиняемой по делу является , её стали одолевать журналисты. Она согласилась поговорить с местной телекомпанией и во время беседы сказала ключевую фразу «У нас нет пульта, на котором мы могли бы видеть, где происходит возгорание. Если бы мы знали, ГДЕ конкретно горит, мы бы ВСЕ туда побежали».
Галина Петровна первая бросилась бы спасать ребёнка – я в этом уверена. Но в роддоме не предусмотрена «сложная» аппаратура, позволяющая точечно локализовать место пожара. Когда позвонили с пульта пожарной охраны, Галина Петровна пошла искать источник возгорания в правом крыле здания, а в левое крыло отправила медсестру. Так они и искали, где горит, наобум, а теперь её делают виноватой в том что... а собственно, в чём?
В чем виновата врач-гинеколог?
Выходит, что именно гинеколог виновата в том, что в детском отделении отсутствуют дежурные врачи, а медсестры не находятся рядом с детьми во время фототерапии. И почему-то именно практикующий акушер виновна в том, что в роддоме нет современного оборудования пожарного оповещения. Выходит так?
Сундеевой грозит статья 193– «Халатность», в части, где среди последствий тяжкий ущерб здоровью потерпевшего. Максимальное наказание – 5 лет лишения свободы, а также запрет заниматься профессиональной деятельностью в течение нескольких лет. Станет ли легче малышу Матвею от того, что хирург-гинеколог с золотыми руками останется без работы, а сотни рожениц будут играть в «рулетку», попадая к другим врачам...
Понятно, что практикующие врачи не должны совмещать свою профессиональную деятельность с административной работой. Давно пора ввести в штатное расписание медучреждений менеджеров, которые будут заниматься всем тем, чем сейчас нагружают врачей – бумажками, отчетами, административными функциями, поиском возгораний и утечек и прочими обязанностями, мешающими им заниматься непосредственной лечебной деятельностью!
Понятно, что системы пожарной безопасности в медучреждениях давно нуждаются в апгрейде. Ведь не в одном Тульском роддоме произошло ЧП, связанное с возгоранием! За последний год новостей о пожарах с человеческими жертвами было предостаточно. И где? В доме престарелых, в психоневрологическом интернате…
Однако, сейчас речь идет не о глобальных реформах, а о судьбе одного конкретного человека. Человека, о котором кто-то написал: «Она мне запомнилась только с лучшей стороны, так много было внимания, сочувствия. Лучшего врача и пожелать нельзя. Хотела потом её увидеть, сказать спасибо за то, что она сделала для нас с малышом, да так и не смогла».
Время сказать «спасибо»
Обращаюсь к вам, счастливые мамы и папы малышей, появившихся на свет с помощью Галины Петровны Сундеевой. Ко всем, кто её вспоминает добрым словом и всегда хотел сказать «спасибо», но так и не смог. Пришла наша очередь помочь, заступиться за Врача с большой буквы, за искреннего порядочного человека, которого пытаются обвинить в чужом преступлении. Присоединяйтесь!
