Иосиф Левин
Заслуженный агроном РТ, практический специалист по масличным культурам,
наш спецкор
Быстрый путь к большому молоку
В настоящее время у многих на слуху слово РЫЖИК. Нет, не любимый всеми гриб рыжик, а масличное растение семейства капустных (крестоцветных), богатое белком. Это явление можно назвать «рыжиковый бум», по аналогии с рапсовым бумом, который начался в мире с середины 60-х годов прошлого века и докатился до России и Татарстана через 20 лет – в начале восьмидесятых. Тогда стремительно стали расти площади и валовые сборы маслосемян рапса, по объемам этих показателей рапс в настоящее время занимает в мире почетное второе место после сои.
В Татарстане первоначально рапс восприняли не как масличную, а как кормовую, высокобелковую культуру. Увеличились площади под пожнивными и поукосными посевами для кормления всех видов скота зеленым кормом в осенние месяцы – сентябре, октябре с прихватыванием и ноября. Вплоть до выпадения снега, когда в поле трактору с косилкой и тележкой уже было невозможно заехать. Районам и хозяйствам устанавливались задания по посевам рапса для осеннего кормления из расчета 0,5 га на дойную корову в общественном секторе. Коров же в те годы в общественном секторе набиралось до 400 тысяч. Следовательно, в соответствии нормативу площадь поукосных и пожнивных посевов должна была составлять 80 тысяч га. Как ни удивительно - составляла! А в острозасушливом 1988 году, когда многие площади зерновых и кормовых засохли от засухи, было принято решение засеять рапсом 400 тысяч га – из расчета 1 га на корову. Но не хватило семян, хотя 280 тысяч га после июльских дождей (по 0,7 га на корову) было посеяно. Многих тогда рапс спас от бескормицы за счет кормления скотины его зеленой массой вплоть до 20 ноября и закладки из обилия этой зеленой массы сенажа и силоса. Вот тогда все поняли, что рапс – это палочка-выручалочка для животноводства. А высказывание это принадлежит работавшему тогда Первым секретарем Татарского Обкома КПСС и совсем недавно ушедшему в мир иной Усманову Гумеру Исмагиловичу. Рапс был в те годы «партийной культурой», а это значит, что находился он на контроле ОК КПСС, поскольку внедрялся с большим трудом. Хотя сразу было отмечено, что при грамотном скармливании до 20 кг зеленой массы рапса заметно пошли вверх надои, повысилась жирность молока. И это – в осенние месяцы, когда обычно надои падают.
Следует отметить, что с большим трудом рапс внедрялся из-за несоблюдения технологии скармливания высокобелковой зеленой массы. Имели место единичные случаи тимпании – белкового отравления животных. Но это – не вина рапса, а так называемый – человеческий фактор.
В настоящее время, к великому сожалению, редко где можно встретить в сентябре - ноябре цветущие поля рапса. Почему? Да потому, что нет рапса – нет проблем. Только и всего…
Вторым направлением решения белковой проблемы стало обогащение фуражного зерна путем добавления в него до 10% рапсового жмыха, что заметно отразилось на увеличении и надоев и привесов. Жмых из расчета полтонны жмыха за тонну маслосемян рапса отпускался тем хозяйствам в порядке встречной продажи, которые выращивали рапс. Но жаждущих и страждущих заполучить жмых было гораздо больше, чем рапсосеющих хозяйств, поэтому у ворот маслобойного завода стояли очереди, а отпускался жмых без денег – на инкассо. Кстати, этот маслобойный завод был построен методом народной стройки всего за 4 месяца в конце 1986 года на территории молочного комбината на ул. Академика Арбузова в Казани. А руководил народной стройкой сельскохозяйственный отдел того же обкома КПСС во главе с его вторым секретарем .
Наряду с этим, для обеспечения хозяйств республики семенами рапса, а маслобойного завода – сырьем местного производства 26 августа 1986 года было создано производственно-научное объединение «Татрапс», где автор этой статьи в течение 7 лет возглавлял агрономическую службу в качестве зам. генерального директора ПНО – главного агронома. За рекордно короткий срок – всего за 1 год, мы отрешили все вопросы рапсосеяния, начиная от организации семеноводства безэруковых и низко гюкозинолатных сортов с централизованной инкрустацией семян на Чистопольской семстанции, до производства жмыха. А жмых, напомню, так необходим для повышения белковости комбикорма с 80-90 грамм переваримого протеина в кормовой единице в фуражном зерне до требований зоотехнической нормы – 105 грамм.
Мощности маслобойного завода «Казанский» с 40 тонн в сутки (12 тысяч тонн в год) в результате реконструкции были удвоены. Но в результате увеличения валовых сборов маслосемян рапса до 50-60 тысяч тонн завод оказался не в состоянии переработать все выращенное сырье, и излишки рапса пошли за границу. Это, кстати, свидетельствовало о полном соответствии качества татарстанского рапса требованиям мировых стандартов.
Мной тогда было предложено приблизить жмых к нашим коровам за счет строительства небольших маслобойных цехов в разных зонах Татарстана или в крупных хозяйствах. К сожаленью, эта идея повисла в воздухе, так как мы вступили в эпоху рыночной экономики, когда оказалось, что рапс кому то выгоднее продать за валюту, чем скармливать скоту. Поэтому столь необходимый татарстанским животным белок пошел на продажу за границу.
Более того. Было решено - не мелочиться, а работать по-крупному. В этих целях сначала построили крупный масложировой комбинат «Казанский», позже рядом появился маслобойный завод (МЭЗ) «Казанский», ориентированный на переработку рапса. Его первоначальная годовая потребность в сырье составляла 300 тысяч тонн, а после пуска второй очереди – достигла 1 миллиона тонн. Объем шрота - отхода маслоэкстракционного производства – даже более высокобелкового, чем жмых, составляет 550 тысяч тонн - 1500 тонн в сутки! Это в два раза больше того количества, которое требуется животноводам республики для решения белковой проблемы в кормопроизводстве.
Но где он, этот шрот? Ответ на этот вопрос нам известен - уходит в своем большинстве за пределы республики - туда, где есть деньги. Термин «оплата через инкассо» забыт, теперь нужна предоплата по принципу «утром деньги – вечером стулья», а денег у подавляющего большинства хозяйств нет. Сами хозяйства проблему безденежья не решат, значит надо искать другие пути решения белковой проблемы, руководствуясь принципом «спасение утопающих – дело рук самих утопающих». Нужно строить небольшие и недорогие маслобойные цеха с отечественным оборудованием, как в районах и крупных холдингах, так и в отдельных хозяйствах. Положительные примеры тому в Татарстане и за его пределами имеются, это было продемонстрировано на практике конкретных хозяйств на прошедших в конце марта зональных семинарах. В том числе в Альметьевском и Арском районах.
Тем не менее, у рапса появились проблемы. Вначале обанкротили ПНО «Татрапс», недавно та же участь постигла его преемника – . Прекратила существование Чистопольская семенная станция, которая не только заготавливала семена рапса от семеноводческих хозяйств, но доводила их до посевных кондиций, инкрустировала, затаривала в мешки и продавала всем желающим, в том числе и за пределы Татарстана.
К чему это приведет? Попробуем ответить сами. Во-первых, к сокращению площадей под рапсом, как на маслосемена, так и на кормовые цели. Посмотрите на план 2015 года, которым предусмотрен посев в Татарстане рапса на площади 150 тысяч га. А где семена?
Сейчас модно покупать иностранные семена, которые многократно дороже, но «где деньги, Зин»?
Во-вторых. В отсутствии сортообновления появятся посевы неизвестных репродукций с повышенным содержанием эруковой кислоты в масле и глюкозинолатов в жмыхе и шроте. С продажей такого рапса возникнут проблемы, которых сегодня пока нет. В настоящее время рапс принимается в любых количествах, и МЭЗ «Казанский» озвучил минимальную закупочную цену – 14 тысяч рублей за тонну маслосемян. Это означает, что даже при получении с каждого гектара всего по 1 тонне маслосемян и затратах на 1 га 5-6 тысяч рублей, выращивание рапса будет высоко рентабельным. Причем рентабельность может быть еще выше, если хорошо постараться. Но стараться мы как-то разучились…
Что дальше? Альтернативой рапсу может стать рыжик – культура, технология которой значительно проще технологии выращивания рапса хотя бы потому, что:
· она не требует химической защиты от вредителей (рапс нуждается в 2-3 химобработках, которые проводятся, как правило, не своевременно, что ведет к большим потерям);
· рыжик при перестое не осыпается (рапс, как правило, созревает одновременно с зерновыми, но убирается после уборки зерновых, что ведет к большим потерям от растрескивания перезревших стручков;
· озимая форма рыжика очень зимостойкая, что позволяет увеличить озимой клин в структуре посевов и проводить уборку в июле – до начала уборки зерновых (озимый рапс в Татарстане не прижился из-за низкой зимостойкости).
Однако рыжик – новая культура, его внедрение идет очень низкими темпами, несмотря на его привлекательность для сельхозтоваропроизводителей. Похоже, что пройдет еще не один год пока идея выращивания этой культуры овладеет массами и станет материальной силой.
На семинарах, прошедших в конце марта в Арском и Альметьевском районах Татарстана, прозвучали призывы всерьез заняться выращиванием крестоцветных (капустных) культур с их переработкой для получения жмыха на месте для решения белковой проблемы в животноводстве.
Хорошие призывы! Но нам следует помнить о том, что нечто подобное уже предпринималось и в ушедшие годы, а доведено до конца так и не было. Не известно, сколько лет потребуется на практическую реализацию новых призывов. С уверенностью могу заявить – что далеко не 1,5-2 года, как было озвучено на семинарах. Но молоко-то нужно сегодня…
Понятно, что и рапсом, и рыжиком заниматься надо – дело это очень выгодное, тем более что есть возможность экспортировать масло этих культур, в том числе и за валюту.
А для увеличения надоев молока есть более короткий путь – надо использовать шрот, производимый на МЭЗ «Казанский», большая часть которого, как отмечено выше, уходит за пределы республики по причине отсутствия денег на его покупку у татарстанских производителей молока. Причем, вряд ли, в ближайшей перспективе деньги на эти цели у них появятся.
Деньги есть у Минсельхозпрода РТ. Но пока их раздают в больших количествах хозяйствам в виде субсидий. Может быть, часть этих денег стоит потратить на оплату шрота, закупить его в масштабах республики и отпускать затем в счет субсидий по разнарядке МСХ всем, кто нуждается в нем? Или использовать уже отработанный в Татарстане механизм снабжения хозяйств республики минеральными удобрениями через предприятие – производитель?
Отдача от включения шрота в рацион кормления дойных коров появится через пару дней, хорошие закупочные цены на молоко дадут возможность хозяйствам иметь дополнительные и реальные доходы от его продажи. А эти дополнительные доходы можно будет использовать на те цели, для достижения которых предназначаются субсидии – на своевременное проведение весеннего сева и других полевых работ.
Возможно, я в чем-то заблуждаюсь и ошибаюсь? В чем? Кто готов дать ответ?
То, что я предлагаю – реальность сегодняшнего дня, позволяющая не откладывать в долгий ящик вопрос увеличения надоев на 1000 литров в год от коровы, а начать решение этого вопроса немедленно. Что такое 1000 литров молока в год? Это – прибавка молока в 3 литра за день. Эту прибавку после начала использования шрота в кормлении коров можно будет увидеть в ежедневной оперативной сводке МСХ в интернете. Если, разумеется, данные будут соответствовать действительности.
