©
Терентьева Вера
Скороспелый роман
Надя была и маленькая, и стройненькая, и модненькая. Ну, вроде бы всё при ней, а с любовью почему-то не светило. Всё числилась «в девках» хотя был почти уже тридцатник.
Убогая жизнь: без взаимных школьных и юношеских вздыханий, без признаний и коротаний вечеров «под луной» более позднего молодецкого периода.
Нет, вздохи-то были! Только - «в одни ворота». Влюблялась, страдала, не спала ночей, поливая слезами подушку, а «объекты» Надиного пристального внимания смотрели на неё безразлично, как на безынтересную мебель, с меркантильной целью красующуюся в привычном углу. То дай списать контрольные, то помоги с курсовой, то вези-тащи авральную писанину на службе. Будто мозги - единственное Надино предназначение на этом несправедливом свете, где почему-то крупно фартило не ей, а другим. К примеру, соседке Светке, отхватившей красавца - мужа, не посмотревшего на её почти двухметровую далёкую от совершенства фигуру.
Везёт же некоторым! Может, и Наде когда-нибудь счастье улыбнется.
- Не родись красивой,... - как всегда констатировала мать, сочувственно глядя на безмолвно страдающую дочь. - Я вон тоже не Клаудиа Шифер, и отца твоего встретила в такие же годы. И живём, почитай, уже тридцать годков. Не торопись! Всё ещё впереди! Главное - ждать своего...
- Принца на алых парусах, - иронично закончила за мать Надя уже изрядно надоевшую фразу постулат. - Не дождусь! Скоро совсем старухой стану. Так никто и не глянет на меня за всю жизнь. И помру в «старых девах».
- Что ж теперь, первому встречному на шею бросаться? - начинала выходить из себя мать.
- А это идея! - съязвила Надя уже у самого порога.
- Сдурела? - мамаша ошарашенно смотрела на собиравшуюся куда-то дочь.
- Успокойся! - видя, что женщина встревожилась всерьёз, осадила её Надежда. — К Лариске схожу. Надоело в кресле сидеть. Выходной, как-никак!
Сотрудница Лариса, хоть и не особая красавица, по Надиному разумению, была дамой более удачливой, поскольку имела, пусть не особо «казистого», но мужа и маленького шкодника-сынишку, у которого, казалось, в попку был вмонтирован гвоздик, не позволяющий ни минуточки спокойно усидеть на одном и том же месте. Все Ларисины домочадцы были в полном сборе, а сама она возилась-порхала на кухне, то и дело пробуя грандиозный «оливье». Никак, попала Надежда под какой-то особый случай, заставляющий так трепетно колдовать далёкую от стряпни приятельницу!
- Сейчас к мужу ребята с работы зайдут, - облизывая пробную ложку, наспех сообщила Лариса. - Хорошо, что пришла. Помогать будешь!
Звонок в дверь застал Надежду как раз за завершением «последнего штриха» в убранстве стола-«экспромта». По голосам в прихожей было ясно, что пришла пара тех самых ожидаемых мужичков. Как Надя выяснила заранее, естественно, женатых. Поэтому для неё предстоящее пиршество было не более чем обычной, просто не «рядовой», а вкусной «обжираловкой».
Ребята были симпатичные, как про себя с сожалением отметила Надежда. Разговор шёл то о делах, то о погоде, то вообще бог весть о чём. Все трое мужчин, нетерпеливо поглядывая на часы, поджидали какого-то Сашу. Насчёт его семейного статуса Надя постеснялась поинтересоваться у сидящих за столом. Всё равно, толку-то? Кто на неё клюнет, на «замороженную раскрасавицу»? Видно, близко познакомиться ни с кем так и не получится. Давно смирилась, успокоилась, не мечтала. Хотя...
На сей раз случилось ну точь-в-точь, как у пушкинской Татьяны: «Ты лишь вошёл - я вмиг узнала». Александр не был, пожалуй, даже «симпатягой»: невысок, худоват, лысоват. Но от него исходила какая-то внутренняя энергия, заставляющая Надю, что называется, не сводить с него глаз. Он «гипнотизировал», манил и притягивал. Надю словно пронизывало током, когда он, запросто, как будто так было задумано и предначертано, сел рядом с ней на диван. Может, не нашёл другого свободного места. Может, отсюда было виднее приятелей-сослуживцев. Может...
В судьбу хотелось верить. Не иначе, как сама она послала сегодня Наде знакомство с этим Александром. Внутреннее чутьё подсказывало, что именно о таком принце она мечтала всю свою сознательную жизнь. Как бы всё же узнать о его семейном положении? А если даже женат? Неважно! Это не помешает Надежде отныне бредить ночами его именем. Саша! Пожалуй, именно для него берегла она себя все эти годы!
Посидев немногим более получаса и сославшись на дела, Александр удалился, не дав Наде даже толком его разглядеть и насладиться его приятным соседством. Остаток дня был испорчен, и настроение стремительно опускалось к нулю.
Телефончик, конечно, Надя ему под каким-то благовидным предлогом всучила. Но то, что он им воспользуется, оставалось под большим сомнением и вопросом, На всякий случай, после ухода гостей всё же осторожненько выспросила о Саше Ларискиного мужа, помогавшего убирать со стола и таскавшего на пару с Надей тарелки к стоявшей у мойки Ларисе. Выспросила исподволь, не слишком явно, чтобы никто не заметил и не догадался о вспыхнувшем в её сердце интересе.
Как донесла разведка, Саша жил с мамой и дочкой. Нет, он не отсуживал ребёнка после развода. Жена сама уступила ему двенадцатилетнюю девочку, мешавшую её личной жизни. Дашенька обожала бабушку и папу. Для Александра же она была единственным «светом в окне» и занимала все его мысли и существование, естественно, скромное, лишённая всяческих дурных примеров.
Надя не сомневалась, что могла бы стать идеальной мачехой Дашутке и верной спутницей её папы. В конце концов, не может же мужчина быть вечно один? Тем более, что на красавицах он уже единожды обжёгся! А вдруг и впрямь судьба? Оставалось только смиренно и трепетно ждать: может, позвонит.
Саша не заставил себя долго молить и уповать на Провидение. Уже вечером следующего дня, раздался звонок.
- Ты говорила, у тебя что-то в ванной протекает? Могу зайти посмотреть, как и обещал. Прямо сейчас устроит?
Надежда была на седьмом небе, кинувшись рядиться в лучшие одежды. Вот оно! Свершилось! Вот он, звёздный час и шанс! Вот они - «алые паруса», цвета его видавшей виды старенькой «шестёрки»!
Заменив прокладку в кране, Александр согласился выпить чаю. Как он всё-таки хорош, унёсший её покой и сон Саша! Он не вдавался ни в какие подробности своего внебрачного бытия, лишь пару раз просился позвонить дочке.
- Бабушки сейчас нет дома. Я поставил Дашке кассету диснеевских мультиков на видик. Но мало ли что?
Лезть в душу Надя не отваживалась. Судя по всему, ни о каком продолжении знакомства Александр намекать не собирался. По крайней мере - пока.
- Зачем тогда пришёл? - видимо, не только она, но и он сам не знал.
Наконец не выдержав, Надя попыталась, хотя ранее ей это было никогда не свойственно, взять инициативу в свои собственные руки.
- А давайте как-нибудь втроём вместе с Дашенькой в Детский парк на карусели сходим? - робко заглядывая Саше в глаза, предложила Надя. - Я познакомлюсь с ней заодно!
- Зачем? - недоумённо-настороженно глянул Саша. - Чтобы бывшая жена узнала, что я с женщинами по паркам гуляю? Да ещё в присутствии дочки?
Надя пожала плечами. Она чувствовала себя неловко, что завела разговор на эту тему. До Александра видимо тоже что-то дошло, и он заторопился домой
- Ты телефон свой оставишь? Вдруг опять что-нибудь потечёт? - Надя, веря, что не всё ещё потеряно, пыталась ухватиться за соломинку.
Может, всё же удастся склонить Александра к продолжению знакомства? Хотя бы знать его телефон, просто поговорить иногда ни о чём, услышать волнующий ее голос. Саша-Саша! Ведь столько лет ждала именно тебя!
Помявшись, Александр дал записать номер своего домашнего телефона. Виновато взглянув на Надю, выскользнул за дверь, оставив лишь волнующий запах одеколона да иллюзорную веру в то, что слишком быстро настоящая любовь не случается. Надя не успокоится, постаравшись проглотить его сегодняшний отказ и войдя в его положение. Всё равно сама позвонит на днях, не сегодня-завтра, не торопя и ускоряя события, а дав ему время на обдумывания, размышление и созревание для фатально-неизбежного.
Следующая беседа как-то не клеилась. Успокоившись, что отремонтированный кран ведёт себя прилично, Александр облегчено вздохнул. Наде, честно говоря, было жаль, что больше нет поломки. Так хотелось увидеть Сашу опять! Но не ломать же кран специально? Хотя любовь - болезнь своего рода. На многое толкает. Вот и у Надежды, приняв характер безысходного обострения, она начисто усыпила гордость, и благоразумие.
- Саша, а давай куда-нибудь сходим! - с замиранием сердца, она ждала реакции на своё нежданно подкравшееся нахальство.
Александр замялся. Потом, попыхтев в трубку, как обухом по голове ответил:
- Некогда. Мне с Дашуткой уроки учить нужно. Извини, не могу.
Просто не хочешь, - Надя поняла, что ей терять нечего, поэтому назойливо пыталась получить нежелательный и горький ответ по заслугам на наболевшее. - Стесняешься идти рядом с некрасивой?
- Что ты! - на другом конце провода наступило короткое молчание. Казалось, было видно, как мужика прошибла испарина. - Как тебе такое в голову взбрело?
В трубке воцарилась слегка затянувшаяся пауза. Видимо, откровенность застала Сашу врасплох, и он лихорадочно соображал, что ей ответить. А надо ли было что-то отвечать и продолжать слушать какие-то упреки?
Не дожидаясь предполагаемых Сашиных оправданий, Надя нажала на рычаг. В трубке часто-часто загудело, давая понять что разговор, как и сам скороспелый роман - окончены...
