Самоназвание - АДЫГЭ, иноназвание - ЧЕРКЕС
В советской научной литературе сложилась и до сих пор господствует в российской науке теория о наличии трех близко родственных, но разных народов: адыгейцев, кабардинцев, черкесов, и теория о наличии двух близких, но различных языков: адыгейского и кабардино-черкесского. На наш взгляд, указанные теории являются ошибочными и потому порождают массу недоразумений. В основу данной работы были положены материалы газетных публикаций автора 1988-1997 гг. [1-5]. При этом мы следовали (возможно, по своей наивности) восточной мудрости: «Если сказать один раз - тебя послушают и забудут, если все время повторять сказанное - тебя услышат и поверят».
О чем пойдет речь?
При проведении переписи населения России в октябре 2002 года многие наши соотечественники черкесской национальности испытывали затруднения с определением своей национальности. Одни записались как адыгейцы, другие - как кабардинцы, третьи - как черкесы. Были и те, кто национальность свою определил как шапсуг или бжедуг. Некоторые представители черкесской интеллигенции поспешили объяснить такое явление деградацией народа. Нам кажется такое обвинение несправедливым. Причина, по-видимому, в наличии упомянутых выше теорий и в конформистской части черкесской интеллигенции, поддерживающей эти заведомо ошибочные теории.
Цель настоящей стати, кроме всего прочего, состоит в том, чтобы показать широкой общественности, что создалось парадоксальное положение с черкесской нацией. Эту ситуацию мы характеризуем как полурасчлененое состояние нации. Подчеркнем, что здесь не ставится задача объяснения причин возникновения такой ситуации. Наша задача попроще: показать, что такое ненормальное положение существует, и указать возможные пути его устранения.
В этом статье обсуждаются некоторые парадоксы, связанные с наличием разных национальностей - адыгейцы, кабардинцы и черкесы, имеющих общее самоназвание адыгэ. Такая ситуация является ненормальной и приводит к недоразумениям в научной литературе.
Например, в книге История народов Северного Кавказа с древнейших времен до конца XVIII в. М.: «Наука». 1988, с. 332. где говорится о сближении в XVI в. Кабарды С Россией, мы мигаем: «Внутреннее и внешнее положение адыгов и вытекающие из него интересы самосохранения объективно-исторически требовали присоединения адыго-кабардино-черкесов к сильному государству, каким в это время уже была Россия». Встречающееся здесь словосочетание адыго-кабардино-черкессы звучит так же странно, как и, например, картвело-имеретино-грузины или дойче-баваро-немцы. В этой же книге (с. 145) утверждается, что адыги - общее самоназвание предков современных адыгейцев, кабардинцев и черкесов. В последней фразе настораживает слово «предков». По-видимому, авторы книги полагают, что слово «адыги» уже не является общим самоназванием современных адыгейцев, кабардинцев и черкесов. Тогда возникают следующие вопросы:
1. С каких пор, например, кабардинцы перестали называть себя адыгами?
2. Почему эти народы сегодня называются адыгскими народами?
3. Почему свой родной язык эти народы и сегодня называют адыгабзэ?
4. Почему они народный этикет и сегодня называют адыгэ хабзэ?
Покажем, что попытка дать ответ хотя бы на первый вопрос ведет к несуразице. Акад. в книге История народов Северного Кавказа (конец XVIII в. - 1917 г.) М.: «Наука», 1988, с. 9 пишет: «В XVI-XVIII вв. у народов Закавказья и Северного Кавказа - армян, грузин, азербайджанцев, адыгов, кабардинцев и осетин, а также народов Дагестана, Чечни и Ингушетии - усилилась ориентация на Россию...». Отсюда следует: (поскольку между словами «адыгов» и «кабардинцев» стоит запятая), что в указанное время кабардинцы не были адыгами. На той же странице мы читаем «В 1557 г. первыми добровольно вошли в состав России кабардинцы и другие адыгские народы».
Т. е. получается, что в 1557 году кабардинцы были адыгами. Если предположить, что и до XVI века кабардинцы называли себя адыгами, то из приведенных слов АЛ. Нарочницкого вытекает; что кабардинцы перестали называть себя адыгами после 1557 г. Далее, на с. 55. где творится о населении Северного Кавказа в первой половине XIX в.. утверждается, что к абхазо-адыгской группе относились все адыгские народы (кабардинцы, черкесы и другие)...», т. е. кабардинцы снова отнесены к адыгам.
Чтобы избежать подобного рода несуразицы, необходимо, по-видимому, признать, что адыги - общее самоназвание не только предков, но и современных адыгейцев, кабардинцев и черкесов. Так и делается в некоторых серьезных изданиях (см.. например. Яковлев обзор черкесских (адыгейских) наречий и языков. - Ростов-Дон, 1928).
Теперь, если мы станем на эту позицию, то получится. что одно и то же слово «адыгэ» переводится на русский язык по-разному, в зависимости от того, где осуществляется этот перевод: в Майкопе оно переводится как адыгеец (или адыгейский), в Нальчике - как кабардинец (или кабардинский), а в Черкесске - как черкес (или черкесский). То же самое можно сказать относительно перевода на русский язык понятий «адыгабзэ», «адыгэ тарихъ». «адыгэ культур», «адыгэ литератур» и т. д. Следует отметить, что когда мы пользуемся адыгабзэ, рассматриваемая позиция не делит нацию адыгэ на три национальности. Такое расчленение происходит при переходе на русский язык. Очевидно, что и здесь мы имеем неувязку.
Повторим сказанное еще раз. В отечественной науке наличествуют две взаимно исключающиеся позиции:
а) адыги - общее самоназвание предков адыгейцев, кабардинцев, черкесов, и не является таковым для современных адыгейцев, кабардинцев и черкесов;
б) адыги - общее самоназвание современных адыгейцев, кабардинцев и черкесов, но у них нет общего иноназвания.
Сторонники первой позиции утверждают, что к 60-м годам XX века сформировалась кабардинская нация, а к 70-м годам прошлого века сложились адыгейская и черкесская народности (у одних исследователей), адыгейская и черкесская нации (у других). Как уже было сказано, эта позиция ведет к противоречиям. Те, кто придерживаются второй позиции и не готовы признать наличие общего иноназвания у современных адыгейцев, кабардинцев и черкесов, как мы видели, также наталкиваются на непреодолимые противоречия. Эту позицию мы характеризуем как полурасчлененное состояние черкесской нации.
Полурасчлененность является, по-видимому, единственной особенностью сегодняшнего состояния нации с самоназванием адыгэ, отличающей ее от других наций. Наши ученые, которые поспешили провозгласить, что к 60-70 гг. XX в. сформировались кабардинская нация, адыгейская и черкесская народности, допустили ошибку, применив популярное в то время в советской науке определение нации только к части народа.
Теперь несколько слов о других признаках нации адыгэ. Адыгабзэ имеет два литературных варианта: восточный, основанный на кабардинском диалекте, и западный, основанный на темиргоевском. В этом отношении нация адыгэ не единственная в мире. Например, армянский язык также представлен восточным (ашхарабар) и западным литературными вариантами, или можно вспомнить мордовские литературные языки - эрзянский и мокшанский. У нации адыгэ нет единой национальной территории, но и в этом смысле можно указать на аналогии. Например, у азербайджанцев, армян, осетин и бурятов нет единой национальной территории, но это не мешает говорить о единой азербайджанской, армянской, осетинской, бурятской нациях.
Очевидно, что у российских людей, называющих себя адыгэ, общая экономическая жизнь и общие черты национального характера, проявляющиеся в национальном своеобразии их культуры. Указанные выше противоречия устраняются, если общему самоназванию адыгэ будет соответствовать в русском языке одно общее иноназвание. Представляется разумным вернуться к этнониму черкесы для обозначения всех, кто на родном языке называет себя адыгэ, т. е. вернуться к формуле «самоназвание - адыгэ. иноназвание - черкес», признав, что черкесы - единая нация и поменяв соответствующим образом названия автономных образований, где проживают черкесы.
Следует отметить, что не все в черкесском обществе готовы вернутся к предлагаемой формуле. Соглашаясь с тем, что общему самоназванию народа должно соответствовать в русском языке общее иноназвание. многие полагают, что общим иноназванием может стать этноним «адыг». Наши возражения таковы: 1.В русском языке нет такого этнонима и ввести его не так просто. Например, возникнут проблемы с обозначением женщины, называющей себя адыгэ. Пользуясь новым этнонимом (адыгэ, адыгейка, адыжка или еще как-то?). В этой ситуации удобнее было бы ввести в русский язык этноним адыгэ (он - адыгэ, она - адыгэ), но такой этноним естественным образом перейдет в уже привычный адыгеец (адыгейка), что, возможно, будет раздражать современных кабардинцев и черкесов. 2. Переход на этноним «адыг» оторвет черкесский народ от целого пласта (с XIII по XX вв.) своей истории. 3. Переход на этот этноним не будет способствовать упрочению связей российских черкесов с диаспорой за рубежом.
Восстановление формулы «самоназвание - адыгэ, иноназвание - черкес», разрушение которой началось после первых лет Советской власти и закончилось в 1939 г., - единственно верный выход из той нелепой ситуации, в какой оказалась сегодня черкесская нация. Это понимают многие черкесы и в России, и за рубежом.
Адыгабзэ как единый язык черкесов
Этот пункт посвящен критике господствующей в российской науке теории о наличии двух различных языков: адыгейского и кабардино-черкесского.
В науке, насколько нам известно, нет общепризнанного критерия, по которому можно было бы установить, имеем ли мы дело с двумя разными языками, или с двумя диалектами одного языка. Различия между разными языками и диалектами одного языка являются весьма условными. Российские специалисты по кавказским языкам придерживаются того мнения, что существуют несколько близко родственных, но разных черкесских языков.
По-видимому, первым, кто заговорил о наличии разных черкесских языков, был проф. . В работе «Краткий обзор черкесских (адыгейских) наречий и языков» он писал: «...Наблюдая все разнообразие черкесских говоров и наречий мы, прежде всего, должны выделить две большие группы, которые придется отнести к двум самостоятельным, хотя и близко родственным языкам: верхне-черкесскому или кабардинскому и нижне-черкесскому или кяхскому. Вообще, при подразделении на языки и наречии я придерживаюсь следующего методологического принципа. Если двое говорящих, каждый на своем наречии, без всякого труда и без применения какого-либо третьего языка свободно понимают друг друга, то в этом случае мы имеем дело (при различии звуковых систем, употребляемых обоими говорящими) с двумя разными наречиями одного и того же языка; при одинаковости же звуковых систем (одинаковом числе, но различном произношении фонем), употребляемых тем и другим говорящим, мы имеем дело с двумя говорами одного и того же наречия. Если же двое говорящих не понимают друг друга, пользуясь каждый своим материнским наречием, тогда мы должны отнести эти их наречия к двум различным языкам. Однако, может существовать еще некоторый промежуточный момент, если творящие каждый на своем родном наречии лишь частично понимают друг друга. В этом случае, который раньше наука определила как случай двух наречий (сравни, например, «великорусское» и «украинское»), я предлагаю воспользоваться более подходящим термином и определить вышеуказанные два наречия как наречия двух близко родственных языков... Применяя указанную схему к черкесским языкам, мы принуждены... выделить здесь прежде всего два близко родственных языка: кабардинский и кяхский».
Очевидно, что приведенный методологический принцип даст сбой при попытке применить его к армянскому, грузинскому, немецкому и т. д. языкам, и непонятно почему оказалось возможным этот принцип применить к черкесскому языку. полагал, что двое говорящих - один на кабардинском, а другой на кяхском языках - «лишь частично понимают друг друга». Это, на наш взгляд, несколько отличается от позиции в его Кратком обзоре адыгейских диалектов. -Майкоп, 1939 г.: «Несмотря на довольно значительное расхождение в фонетическом и морфологическом отношении, говорящие на этих языках (каждый на своем языке) понимают друг друга с некоторыми небольшими затруднениями».
Разница в позициях и побудила нас провести эксперимент, чтобы выяснить, насколько верхнечеркесский (кабардинский) текст отличается от нижнечеркесского (кяхского). По нашим данным, из ста наудачу выбранных слов кабардинского текста существенные несовпадения с соответствующими словами кяхского обнаруживаются в семи случаях. Отметим, что аналогичные испытания для русского и украинского языков обнаруживают существенные несовпадения в двадцати одном слове.
Результаты эксперимента убеждают, как нам кажется, в том, что не будет ошибкой говорить о едином черкесском языке с двумя литературными вариантами: верхне-черкесским (кабардинским) и нижне-черкесским (кяхским). Считаем, что допустил ошибку, объявив о наличии двух разных черкесских языков: кабардинского и кяхского. Здесь уместно напомнить одно справедливое его предостережение, которое было почему-то проигнорировано. В работе Яковлева грамматика адыгейского кяхского языка для школы и самообразования. - Крайнациздат. 1930 г., объясняя, почему он пользуется термином «кяхский язык», писал: «Термин «адыгский» или «адыгейский» не может быть применен к этому языку в отдельности, т. к. название «адыгэ» является названием общим для всех черкес, т. е. как для черкес Адыгейской области, так и для кабардинцев. Такое же значение имеет и термин «черкесский».
Ошибочный тезис о существовании двух разных языков - кабардинского и кяхского - был «подкреплен» созданием для них к 1938 г. двух различных алфавитов. Не умаляя той положительной роли, которую сыграли эти алфавиты в деле культурного строительства в черкесских автономных образованиях СССР, мы вынуждены признать, что ныне действующие алфавиты имеют, тем не менее, много недостатков.
Черкесы как единый этнос
Идея об иерархичности этнических общностей впервые была высказана в виде триады: субэтнос-этнос-суперэтнос. а затем подхвачена и другими этнографами, которые видоизменили ее следующим образом: субэтнос-этнос-метаэтнос (см. Этнографическое обозрение. №6. 1992, с. 56).
Этнические образования разного таксономического ранга (метаэтносы, этносы и субэтносы) в своей совокупности составляют сложную иерархическую систему, которая отражается в самосознании. Один и тот же человек может считать себя и славянином (метаэтнос), и русским (этнос), и помором (субэтнос), хотя чаше всего наиболее сильно выраженным бывает сознание принадлежности к среднему звену - этносу.
Теперь посмотрим на обсуждаемую здесь проблему с позиции теории . Всех, кто называет себя адыгэ разумно объявить черкесским этносом. Тогда современных адыгейцев придется объявить субэтносом черкесского этноса. В таком случае возникает вопрос: куда отнести бжедугов или темиргоевцев? Ведь в системе этнической иерархии ниже субэтносов могут быть только микроэтнические единицы, то есть отдельные люди. Таким образом, получается, что бжедуги или темиргоевцы не вписываются в триаду -Ю. В Бромлея.
Если же допустить, что. например, бжедуги есть субэтнос, то адыгейцев мы должны признать этносом. Но тогда черкесы - метаэтнос?
С этим трудно согласиться хотя бы потому, что в таком случае некуда девать абхазо-адыгский массив. То есть получается, что адыгейцы не вписываются в триаду: метаэтнос-этнос-субэтнос.
Может, понятию «адыгеец» не следует придавать никакой этнической нагрузки? Может, под адыгейцами следует понимать всех жителей Республики Адыгея? Но это слишком неожиданно, и с этим тоже трудно согласиться, хотя бы потому, что в этом случае не ясно, куда отнести черноморских шапсугов, моздокских и краснодарских адыгэ. Легче и логичней признать, что существует единый черкесский этнос с субэтническими подразделениями абадзехов. бжедугов, бесленеевцев, кабардинцев, темиргоевцев. шапсугов и т. д.
Наши оппоненты. по-видимому, признают, что, действительно, возникают противоречия, если предположить наличие общего самоназвания современных адыгейцев, кабардинцев и черкесов. Они «нашли выход», решив писать самоназвание кабардинцев как «адыге», вместо «адыгэ». то есть с разницей в одну букву (см. Народы России - М.: БРЭ, 1994. с. 168). Насколько нам известно, любой кабардинец при определении своей национальности называет себя адыгэ, но неадыге.
Заключение
На наш взгляд, теория о существовании трех близко родственных, но разных народов - адыгейского, кабардинского, черкесского, и теория о наличии двух близких, но разных языков - адыгейского и кабардино-черкесского, являются ошибочными.
Нам кажется более логичной и соответствующей действительности теория о наличии единого черкесского этноса с абадзехским, бесленеевским, бжедугским, кабардинским, темиргоевским и шапсугским субэтносами. Считаем более разумной теорию о наличии единого черкесского языка с двумя литературными вариантами - кабардинским и кяхским.
Возврат к формуле «самоназвание - адыгэ, иноназвание - черкес» может привести к устранению указанных противоречий.
Дж. Д МИРЗОВ
Газета ЧЕРКЕССКИЙ КОНГРЕСС №7 октябрь 2006 года
