МКООУ санаторная школа – интернат №5
«Детство,
опалённое войной!»
Черкасова
Адель Александровна
Цирдава Алина
8 «А» класс
.
Воспитатель:
Нижний Новгород
2014
Вспомним всех поименно,
Горем вспомним своим…
Это нужно - не мертвым!
Это нужно - живым!
Вся страна готовится к празднованию 69-летия Победы в Великой Отечественной Войне. Об этом трагическом событии написано множество книг, снято большое количество фильмов, которые достаточно достоверно отражают исторические, стратегические и судьбоносные события не только нашей страны, но и всего мира. Довольно часто трагические происшествия сильно ломают и изменяют судьбу человека. В результате таких испытаний сильные и гордые духом люди становятся слабыми, а слабые и беспомощные, напротив, становятся настоящими героями, которых ничем и никому не сломить.
О женщине с неиссякаемой силой духа, железной волей и неимоверной выдержкой пойдёт мой рассказ. Это , пережившая блокаду г. Ленинграда и оккупацию немцев на Северном Кавказе.
родилась в Ленинградской области 15 ноября 1929 года и жила со своей семьей на берегу Финского залива в живописной деревеньке Перново Ленинградской области Ориенинбаумского района. Семья состояла из семи человек: двое родителей и пятеро детей: сестра Аля - 18 лет, брат Иван -16 лет, Адель - 12 лет, Николай -10 лет, брат Женя - 2 годика. Все были счастливы! Дети росли, учились, помогали родителям, а в свободное время купались в заливе, ходили в лес по грибы, по ягоды. Лесной массив был очень богат белыми грибами, земляникой, черникой, голубикой, морошкой, брусникой и клюквой. Около дома раскинулся яблоневый сад, предвещавший хороший урожай. Пора детства была весёлой и беззаботной!
Но вот наступил 1941 год, 22 июня. Именно с этой даты закончилась звонкоголосая пора детства и перед глазами возникли страшные картины трагических событий: бомбёжки, пожары, нескончаемые вереницы беженцев. В первые дни войны по шоссе рядом с деревушкой уже пошли беженцы, отступавшие военные. В июле бомбежки и пожары участились. Пугал увеличивающийся поток беженцев. Отец очень волновался: куда и как податься с детьми? Что взять с собой? 31 августа стал одним из самых страшных дней. С утра угрожающе низко летали самолеты - и русские, и со свастикой. Отец поднял всех рано и сказал: «Как только начнётся бомбежка, все бежим в лес». Вместе с соседом он строил там землянку на всякий случай. Но, к счастью, день прошел спокойно. Ближе к вечеру к дому подошли солдаты. Поставили две походные кухни, отдыхали под кустами сирени, обедали, рвали яблоки, шутили и смеялись. Неожиданно пришел домой отец и предложил всем собираться в лес. Он увидел, как уже летят немецкие самолеты и сбрасывают бомбы. Адель взяла младшего брата на руки и только подошла к мешкам с вещами, как услышала рёв и гул самолётов. Когда очнулась, первой мыслью, пришедшей в голову, было: жива или нет? Пошевелилась, руки - ноги целы, брат Женя на руках. Отец рядом сидит на корточках… Как оказалось позже, отец был мёртв – его убило осколком снаряда. Вокруг смрад, чернота, обломки стен, рам, снесённая крыша. Кругом раненые солдаты лежат: где рука, где нога, повсюду стоны. Бомбёжка длилась до самой темноты. Отца похоронили вместе с солдатами за огородом, в братской могиле.
Страдания и потери только начинались. Семьи, оставшиеся без крыши над головой, ушли в лес: кто в землянки, кто в шалаши. У сестры Адели, Али, был знакомый политрук, который убедил Алю и её маму, что нужно из леса уходить, т. к. немцы ни сегодня - завтра будут здесь, он помог им с подводой. Взрослые шли пешком, дети - на повозках. Пока шли, были бесконечные бомбежки и обстрелы. Постоянно приходилось убегать в лес, прятаться. Заморосили осенние дожди. Слякоть, неопределенность, страх. Опять начали строить землянки. Какое-то время жили в них. Казалось, что уже никогда не придется жить в своем доме, спать беззаботно в тепле. Наконец появилась возможность, остановиться в деревне Борки близ Ленинграда. К этому времени уже началась блокада. 8 сентября гитлеровские войска захватили город Шлиссельбург у истоков Невы и окружили Ленинград с суши. Началась блокада города на Неве. Единственной дорогой к нему было Ладожское озеро. Адель с семьей оформились в городе, получили карточки. В сельской местности норма хлеба по карточке - 100 граммов. Аля с матерью работали в колхозе, Адель оставалась дома с младшими братьями. В сентябре заработали немного картошки: кое-как тянули. С декабря стало уже очень голодно. Сам хлеб задерживали на несколько дней. Ночами девочка стояла в очередях, чтобы получить маленькие пайки. Хлеб был очень тяжелым и темным. Вероятно, в него жмых добавляли. Мать обменяла обручальные кольца на конину и картошку, но и этой еды хватило ненадолго. Есть хотелось постоянно. Зима стояла суровая и снежная. Мать иногда просила милостыню: приносила картофельные очистки и очень мелкую картошку. Из них варили суп. Иногда помогали знакомые моряки, подкармливали маленького Женю кусочком сахара или сухариком. Жене не было еще трех лет, но он четко следил, чтобы хлебушка дали не меньше, чем остальным. Когда еды не было, он говорил: «Давайте, полежим». Вот так ребенок интуитивно понимал, что лежа можно силы сберечь.
В Борках семью настигло печальное известие: старший брат Иван, работая под открытым небом на Ижорском заводе, простудился и умер. Похоронен - на Пискаревском кладбище. В голоде, страхе и горе семья дожила до апреля 1942 года. Старшая сестра Аля добилась документов на эвакуацию семьи. Казалось, страшный голод уходит. Осталось только сесть в поезд. А ноги ослабли от голода и не ходят. Но мир не без добрых людей, им помогли добраться до поезда. И по дороге опять голод: украли сухой паек и вещи. Опять слезы, опять страх. Через Ладожское озеро всех перевозили на грузовиках, закрытых брезентом. Посадка в эшелон прошла очень тяжело. Все слабые, беспомощные, кто-то умирал на ходу. В дороге мать заболела. Её сняли с поезда в Орехово-Зуево под Москвой и отправили в больницу вместе с маленьким Женей. Остальные поехали дальше, раздавленные разлукой с мамой и Женей, в неизвестность. Оказалось, на Северный Кавказ, в город Буденновск. Из всего вагона осталось восемь человек. На каждой станции с эшелона снимали ослабленных, больных, мертвых. Мало кто мог идти самостоятельно. Люди были ослаблены голодом, пережитым страхом, потерями родных и близких. Их тщательно и заботливо выводили из состояния дистрофии. Отмыли, откормили, расселили по хатам. Адель с сестрой Алей и братом Колей поселили у очень добрых и приветливых людей. Работали в колхозе на различных видах работ: пропалывали пшеницу, собирали хлопок, пасли скотину. Очень скучали по маме и братику.
За лето загорели, набрались сил. Голод и дистрофия отступили. Стали понемногу забываться бомбежки. В августе, в разгар уборки зерна, на Ставрополье пришел немец. Сколько же горя выпало на долю этих детей, переживших страшное начало войны: лишение крова, потери отца и брата, голод! И вот опять приходится встречать страх и ужас. Кто-то успел уехать. А куда бежать и прятаться троим детям, оставшимся перед лицом опасности без родителей, без защиты и поддержки? Бежать некуда! Аля - комсомолка, секретарь комсомольской организации - оставаться при немцах опасно. Выход нашелся: Алю направили сопровождать скот, будто бы она доярка, и Адель с Колей при ней. Но далеко уйти не удалось: немцы догнали их и вернули в село, обобрали детей: забрали последнюю одежду, съестные припасы. Аля была под пристальным наблюдением полицаев. Следили: не связана ли она с партизанами, и уже была включена в списки на расстрел вместе с сестрой и братом.
В феврале Ставрополье освободили от немцев. Аля с Адель были отправлены в город Челябинск на патронный завод, а брата Колю отправили в детский дом.
После войны Адель с сестрой приезжают в город Тулу, куда эвакуируют патронный завод. Постоянно девочки ищут своих родных. И вот Адель отправили на рынок посмотреть, сколько стоит мороженая картошка, и там.. она случайно увидела брата Колю! Он стоял и продавал свои брюки...
Из Краснодарского края мальчик один пробирался в Ленинград, чтобы найти своих родных, ему не однажды приходилось ехать на крышах поездов!...И вот она - долгожданная встреча!!!
Дети продолжают искать свою маму и младшего брата. Только через 8 лет судьба сводит их всех вместе.
В 1976 году семья приехала на то место, где прежде стоял их дом.
И лишь глубокие следы воронок, заросшие травой, напоминали о страшной бомбёжке. Деревеньки будто никогда и не существовало…
Вся семья обосновалась в городе Тула. Адель Александровна работала на комбайновом заводе. Дочка Надежда жила в городе Горьком. И Адель Александровна переезжает жить в Нижний Новгород, где и состоялась наша встреча, и где Адель Александровна поделилась своими воспоминаниями.
Мы должны помнить о том поколении, на долю которому выпали трудные и суровые годы войны.
Помните!
Через года,
Через века,
Помните!
В гостях у Адели Александровны.
