Мертвый город

«фантастический Рассказ»

Геннадий БОЧКАРЕВ

«Мертвый город»

Душная темнота окутывала город. Из-за мрачной тучи выкатилась луна, и ее болезненно-бледный свет проник через неплотно закрытую штору в комнату, где спала девушка. Казалось, что ночная странница залюбовалась ее красотой. Заструившийся в открытую форточку дымок был почти незаметен. Но вскоре, сгустившись, он превратился в зловещее фиолетовое облако, которое, пульсируя и тускло вспыхивая, медленно поплыло по комнате. Над кроватью оно застыло, задрожало и стало превращаться в нечто змееподобное. Фиолетовая змея закружила над жертвой, а потом молнией метнулась к ее шее… Словно испугавшись увиденного, луна скрылась за тучи, комната погрузилась в непроглядную тьму, которую тут же разорвала яркая молния. Я проснулся…

***

Это была обычная командировка в тьмутаракань, на завод-смежник. Почти двое суток на поезде, потом еще часа три - на пригородном. За время работы в отделе снабжения где только мне не пришлось побывать, но сюда я ехал впервые. В остальном было все, как всегда. Только свою остановку чуть не проспал.

Но с пригородным повезло: не пришлось долго ждать. Купе это выбрал по одной причине: полки не были забиты баулами, для моего чемодана места хватало. На меня обратила внимание только единственная представительница прекрасного пола. Она взглянула на меня настороженно: мол, еще одного «старпера» не хватало, к тому же небритого. Девушка была хороша, несомненно… Напротив нее, у окна, сидел солидный мужчина в костюме, при галстуке, в очках. На сто процентов - преподаватель какого-нибудь вуза. Мысленно я окрестил его профессором. Рядом с девушкой расположился дедок почтенного возраста, но еще весьма энергичный. Между мной и профессором кемарил мрачный мужчина лет сорока. Ни профессии его, ни образования определить я не смог даже приблизительно. Попутчики были настолько разными, что общих тем для разговора не находилось.

Под перестук колес я стал засыпать. И только подумал: «Не хватает еще захрапеть», как в купе ворвалось море света. В голове заметались тревожные вопросы. Но, посмотрев в окно, успокоился: из-за горизонта выползло солнце. А еще увидел… Нет, это нельзя было назвать городом. Дома с пустыми глазищами окон, ржавые столбы с обрывками проводов, мостовые, заросшие травой и деревьями. Ни машин, ни людей, даже собак не было видно. Профессор, посмотрев на мою озадаченную физиономию, посчитал своим долгом «просветить»:

- Это Мертвый город. В нем давно никто не живет. Довольно крупный город был. Население более ста тысяч, машиностроительный завод союзного значения.

Город располагался вокруг высокого холма. На нем - церковь и кладбище. После революции церковь разрушили, кладбище закрыли. Оно пришло в запустение и однажды попало на глаза высокопоставленному гостю из Москвы. Пришлось местным властям думать, что делать. Утруждать себя они не стали. На следующее лето построили здесь парк отдыха. Даже колесо обозрения установили - с высоты открывался на окрестности красивый вид. Но не зря говорят: горе тому, кто пренебрегает мудростью предков. Кладбище - место печали и скорби. Здесь даже разговаривать стараются вполголоса, чтобы не нарушать покой усопших и тех сил, неведомых и грозных, которые заставляют людей уходить в мир иной.

Много ходило слухов. Одни говорили, что все неприятности от завода - он был связан с изготовлением бактериологического оружия. Но большинство считало, что все несчастья начались после постройки парка отдыха. Люди умирали, а причину установить не могли. А может, не хотели. К тому же участились убийства, жестокие, бессмысленные, явно не дело рук человеческих…

- Там девушку задушили ночью, - перебила профессора студентка. - Родители спали в соседней комнате, ничего не видели, не слышали. Просыпаются - дочь задушена. Только форточка была открыта…

Но, поняв свою бестактность, красавица засмущалась, извинилась и замолчала.

- Непонятного там было предостаточно, - продолжал импровизированную лекцию профессор. - Приезжали разные комиссии, специалисты, но аномальные явления не исчезали. Жители стали уезжать из этих мест. Предприятия закрывались одно за другим - не хватало рабочих рук. Даже поддерживать в работоспособном состоянии жизненно важные коммуникации стало трудно. Со снабжением тоже начались перебои - охотников испытывать судьбу становилось все меньше. В конце концов, приняли решение о переселении оставшихся жителей.

Профессор замолчал, а разговор неожиданно продолжил дедок:

- Да, что только не говорили тогда про Мертвый город! Где правда, где вымысел - не разберешь. Но, видно, произошло тут что-то серьезное, коли людей выселили. Я в деревне жил, совсем недалеко оттуда. Вперед никого не пускали, колючая проволока, солдаты… Но народец-то у нас известно какой! Его так и тянет куда нельзя. Кто из жадности наведывался - при выселении немало добра пооставляли, а кто - так, нервы пощекотать, если неспокойный характер имели. Одним и разу хватало туда сходить, а кто-то регулярно хаживал. Сколько людей сгинуло - никто не скажет. Особенно когда сиреневые кристаллы стали находить. Поначалу их из-за красоты брали, а потом прознали, что они от болезней излечивают. Приложишь к больному месту и - здоров, как в сказке. Но излечивали только раз, а потом тускнели - камень камнем. Стоило кристалл поцарапать или ударить, он в пыль превращался. Ученые ими интересовались, но впустую - видно, с секретом были. Людей предупреждали, чтобы не лечились кристаллами. А толку-то!? Когда подопрет, за соломину хватаешься! Поговаривали, кто кристаллами лечился, менялся, как будто сам дьявол в него вселялся. Кто знает? Может, и правда: дыма без огня не бывает…

В деревне у нас мужик проживал. Ушлый, везучий. Город как свои пять пальцев знал. Кристаллы там просто так не валялись. Другие ищут, ищут - ничего, а он редко пустым возвращался. Места, видно, знал. В город всегда ходил один, этим даже похвалялся. Денег через его руки много проходило, только они у него не задерживались - друзья, приятели были. Это в горе ты один, а успех всегда найдется с кем отметить. Что говорить, любят у нас дармовщинку. Однажды он ушел в город и пропал. Неделя прошла - нет! Думали: все, с концами. Но вернулся. Худущий, чуть живой и ничего не принес. Изменился - будто подменили. Раньше ни в бога, ни в черта не верил, а вернулся - в церковь как на работу стал ходить, каждый день. Всем интересно, что с ним приключилось, а он не рассказывает. Его и так, и сяк уговаривали - молчит. Ну, нашим если в башку втемяшится - разве отстанут? Сговорились, подпоили и под пьяную лавочку выведали. Пробрался он в город. Сначала - ничего, а потом подфартило - сразу шесть штук. Состояние целое! А тут смеркаться стало. Он хорошо знал, что шастать по городу ночью - дело гиблое. Решил заночевать в надежном месте.

(Окончание в следующем выпуске «ЛК»)