Проблемы реализации права на образование в Африке

Проблемы реализации права на образование в Африке

Наталия Сергеевна Семенова

кандидат юридических наук, доцент

доцент кафедры международного права юридического факультета

Российского университета дружбы народов

117198 РОССИЯ, Москва,

Впервые на международном уровне право на образование было закреплено во Всеобщей декларации прав человека 1948 г. Затем оно нашло свое отражение в большинстве универсальных международных договоров о правах человека, к которым, в частности, относятся: Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах 1966 г., Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации 1965 г., Конвенция о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин 1979 г., Конвенция о правах ребенка 1989 г. и другие.

Примечательным является то, что большинство стран Африки подписали и ратифицировали вышеуказанные договоры[1]. Конвенцию о правах ребенка 1989 г. ратифицировали все члены ООН, кроме США и Сомали. Следовательно, исходя из анализа положений универсальных международных договоров, закрепляющих право на образование[2], государства Африки взяли на себя, как минимум, следующие обязательства:

1.  признавать право каждого человека на образование;

2.  гарантировать его бесплатность, как минимум, в начальной и общей части, а, по возможности, и всех остальных его уровней;

3.  обеспечить равную доступность всех уровней образования для всех людей в зависимости от способностей.

4.  определить минимальные требования, которым должно соответствовать образование во всех учебных заведениях, где оно реализуется, а также в семье;

5.  закрепить роль родителей как основных воспитателей своих детей, и обеспечить их право на воспитание своих детей в соответствии со своими религиозными, философскими и/или нравственными убеждениями.

Однако, на сегодняшний день, несмотря на установленные на законодательном уровне гарантии, в странах Африки южнее Сахары около 75 миллионов детей в возрасте начальной школы (что составляет почти треть детей этого возраста) не имеют начального образования. Если в развитых странах более трети детей получают высшее образование, то в большинстве стран Африки южнее Сахары менее трети заканчивают начальную школу и только 5% получают университетское образование.[3]

В качестве одной из основных причин сложившегося положения ЮНЕСКО указывает на бедность и глобальное неравенство, которые рассматриваются в двух аспектах. С одной стороны, отражением глобального неравенства в плане благосостояния является неравенство в вопросах финансирования образования. На страны Африки к югу от Сахары приходится 15% населения мира в возрасте от 5 до 25 лет, а расходы на образования составляют 2%. Для сравнения в Северной Америке и Западной Европе в 2004 году указанная возрастная категория населения составляла всего 10%, при этом объем общемировых расходов на образование составлял 55%. С другой стороны, неравенство отражают различия внутри стран. Так, 20% беднейших детей в таких странах, как Эфиопия, Мали и Нигер, имеют в три раза меньше шансов попасть в начальную школу, чем 20% самых богатых детей.

Помимо бедности и глобального неравенства, в Африке южнее Сахары огромными остаются гендерные различия в доступе к школьному образованию. Неграмотность распространена в большей степени у женщин, чем у мужчин.

Серьезным препятствием для доступа к школе также являются языковые, расовые и этнические различия. Эти препятствия объясняются, в том числе тем, что в Африке проживает более миллиарда человек, который включает более пятидесяти национальностей, тысячи народов и племен, говорящих на более чем тысячи языках мира. В ряде стран организация просвещения строится по строго расовому признаку: дети белых, чернокожих, банту и индийцев учатся в разных учебных заведениях по разным программам и учебникам.

Кроме того, существуют различия между городскими и сельскими жителями. В Сенегале, например, у городских детей шансов на обучение в два раза больше, чем у сельских.

С целью решения обозначенных проблем и повышения уровня грамотности среди развивающихся стран, включая страны Африки, в 1990 году было образовано движение под названием «Образование для всех». В дальнейшем появилась одноименная программа, цели и задачи которой неоднократно обсуждались на конференциях ЮНЕСКО. Важно отметить, что поскольку гарантировать «образование для всех» каждое государство может в зависимости от уровня развития своего общества, то участники конференций пришли к выводу о том, что для каждой страны цели данной программы будут свои, поскольку для одних государств «образованием для всех» (ОДВ) будет являться начальное, для других – среднее, высшее и иное образование.[4] На сегодняшний день уже можно оценить некоторые результаты за прошедшие 20 лет.

По данным ежегодных Всемирных докладов ЮНЕСКО «Образование для всех» имеет место четкая тенденция к улучшению положения, в частности, в некоторых странах возросло финансирование образования и продолжает улучшаться доступ к образованию. Так, например, по сравнению с 1999 годом, в Танзании и Эфиопии число детей, не охваченных школой, сократилось на 3 миллиона. Однако, несмотря на положительную тенденцию, большинство стран Африки южнее Сахары все же еще «очень далеки от выполнения задач» и «должны одновременно работать по многим направлениям, чтобы добиться ОДВ». Число детей вне школы уменьшается слишком медленно, что не позволит добиться всеобщего начального образования к 2015 году (цель ОДВ)[5].

Увеличение финансирования и доступа к образованию, как показала практика, не всегда решает проблему образования как такового. Прежде всего, это связано с отсутствием квалифицированных педагогических кадров. Во многих странах с низкими доходами учителя часто не имеют минимальной необходимой квалификации. Так, в Того лишь 2% учителей имеют диплом об окончании первого цикла средней школы, дающий по национальным нормам право преподавать. В Ботсване, где учителя начальной школы обязаны окончить второй цикл средней школы, лишь 10% отвечают этому критерию. Недавнее исследование в семи странах юга Африки, приведенное в докладе, «показало, что некоторые учителя математики обладают лишь начальными знаниями предмета и на тестах получают более низкие оценки, чем ученики».

Указанная проблема усугубляется тем, что плохо подготовленные учителя преподают в переполненных классах. В большинстве стран Африки южнее Сахары на одного учителя начальной школы приходится более 40 учеников. В некоторых странах на одного учителя приходится до 60 учеников, например, в Малави, Мозамбике, ЦАР и Чаде. В таких условиях «всего треть достигает пятого класса начальной школы». Во многих странах с низкими доходами реальные зарплаты учителей упали по сравнению со средним уровнем жизни. Их жалования не хватает, чтобы поддерживать нормальный уровень жизни.

Учитывая весь вышеизложенный спектр проблем реализации права на образование в Африке, вряд ли можно рассчитывать на достижение даже начального «образования для всех» в ближайшей перспективе. В то же время, думается, что это закономерный процесс развития соответствующих африканских обществ. Вряд ли разумно ставить задачу по достижению ОДВ в европейских рамках и сроках для неевропейских народов и обществ. Необходимо учитывать традиционные, культурные и религиозные особенности соответствующих обществ, которые являются основной причиной сложившегося положения с реализацией права на образование в Африке. Каждый народ должен пройти соответствующие стадии развития и осознанно прийти к тому, что для него необходимо. В рамках традиционного уклада жизни многих народов Африки образование не является приоритетом или хотя бы необходимым социальным благом. Та часть населения, которая осознает важность получения образования, она вполне осознанно участвует в образовательном процессе. В Африке открыт целый ряд вузов, часть которых участвует даже в Болонском процессе.[6]

Представляется, что право на образование должно оставаться правом, а не обязанностью, в противном случае государство не сможет выполнить не только обязательства в области финансирования и адекватного доступа к образованию, но также и пятый пункт своих обязательств - закрепление роли родителей как основных воспитателей своих детей, и обеспечение их права на воспитание своих детей в соответствии со своими религиозными, философскими и/или нравственными убеждениями.

Если родители считают, исходя из внутренних экономических условий и традиционного уклада жизни, принятого в соответствующем обществе, что девочкам, в первую очередь, необходимо заниматься домашним хозяйством, а мальчикам работать, чтобы прокормить семью, то следует уважать подобное мнение родителей на данном этапе развития многих африканских обществ. Ведь зачастую родители не отправляют детей в школу, поскольку им, прежде всего, нужны не образованные, а работоспособные дети. В странах, где высокий уровень нищеты и, как следствие, болезни и смертность от голода, думают не об образовании, а о том, как себя прокормить. Об этом свидетельствует, в том числе и тот факт, что миллионы детей, которые начинают обучение, впоследствии не заканчивают даже начальную школу.

Поэтому, несмотря на всю важность получения образования и, следовательно, необходимость устранения проблем для реализации права на образование, не следует всеми средствами искусственно подталкивать процесс развития образования там, где оно не востребовано вообще или не является первостепенной задачей для жизнеобеспечения. В противном случае подобный марафон по достижению ОДВ может привести к серьезным социальным потрясением и так не всегда стабильных африканских стран. Например, вполне справедливо осуждаемое раздельное образование по расовому признаку, при определенных обстоятельствах может являться сдерживающим фактором стабильности в соответствующем обществе с учетом его традиционного уклада жизни.

В заключение хотелось бы напомнить об основном принципе международного права – праве народов и наций на самоопределение. Думается, что та или иная степень обеспечения и реализации права на образование вполне может рассматриваться как реализация права народов Африки на самоопределение.

.

[1] Данные о ратификации см., например: http://treaties. un. org/Pages/ViewDetails. aspx? src=TREATY&mtdsg_no=IV-3&chapter=4&lang=en (Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах); http://treaties. un. org/Pages/ViewDetails. aspx? src=TREATY&mtdsg_no=IV-8&chapter=4&lang=en (Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин).

[2] Подробный анализ см.: Семенова на образование в международном праве // Международное право – International Law. №3 (43). 2010. С. 35-45.

[3] Здесь и далее использованы статистические данные из Всемирного доклада по Программе ЮНЕСКО «Образование для всех» / URL: http://www. unesco. org/new/en/education/themes/leading-the-international-agenda/efareport/ (дата обращения: 11.10.2012).

[4] Повышение всеобщей грамотности с помощью программы «Образование для всех» / URL: http://unesco. ru/ru/?module=news&action=theme&id=167

[5] Ожидается, что к 2015 году наибольшее число детей, не охваченных школьным образованием, будет в Нигерии (7,6 млн.), за ней будут следовать Буркина-Фасо и Эфиопия (по 1,1 млн. в каждой стране), Нигер и Кения (в каждом случае по 0,9 млн.).

[6] Подробнее об этом см. Отчет Афро-малагасийского совета по высшему образованию: Conseil africain et malgache pour l’enseignement superieur (САМЕS). Dossier Thématique : Le processus de Bologne comme moteur de réforme hors Europe // Octobre 2007 - Vol. 13 N 4 / URL: http://www. lecames. org/IMG/pdf/processus_bologne. pdf (дата обращения: 11.10.2012).