Начинающий философ

Оскар Бренифьер и соавторы,

Перевод

НАЧИНАЮЩИЙ ФИЛОСОФ

МНЕНИЕ, СОЗНАНИЕ И ИСТИНА

Предисловие

Наш выбор – практическая философия

Эта книга, помогающая войти в философию, предназначена прежде всего для старшеклассников. Она дает возможность прикоснуться к философской практике, так сказать, поупражняться в вопрошании, в наглядном созидании мысли. В ней утверждается принцип, согласно которому философствование – это акт, который не может больше быть естественным, так как ему препятствуют множество обстоятельств - укоренившиеся привычки, приводящие к беспечности, заставляющие приобретать мнения из сведений, почерпнутых то тут, то там: из телевидения, дома, на улице. Все делается для того, чтобы вы не пришли к вопрошанию, задумались лишь на минуту.

Таким образом, мы предлагаем диалог, беседу между Виктором и его другом философом, диалог, подходящий для школьников. Это инструмент, при помощи которого вы вместе с Виктором могли бы упражняться в философии. Виктор должен научиться задаваться вопросами, чтобы думать самому; он должен выработать свою собственную рефлексию, чтобы испытывать идеи, а по мере возникновения своих собственных идей научиться формулировать вопросы, использовать свою интуицию, но также совершать ошибки. Эти первые шаги и ошибки приведут его к пониманию того, как делается философское дело.

Комментарии, включенные в диалоги, показывают типичные проблемы, возникающие при изучении философии и предлагают оценить различные выдвинутые решения. Цитаты из авторов поддерживают сказанное или противоречат ему. Некоторые крупные философские вопросы по рассматриваемым темам – особо проблематичные и вынесенные за пределы диалогов – вы поможете проработать. Отбор классических текстов, при котором из каждого текста следуют три вопроса на понимание, позволит вам уточнить и углубить рефлексию.

Наша задача состоит в том, чтобы ученик практиковался в философском размышлении, споря с самим собой и другими авторами.

Метод работы

«Начинающий философ» содержит две небольших части: Часть 1. -Диалоги и Часть 2. - Тексты, которые представляют собой два способа вхождения в работу. «Последние страницы» предлагают троякие возможности.

1. Диалоги: Они помогут вам проработать и осознать проблематику. «Проблематика» появляется на определенном этапе диалога и отсылает к тексту в Части 2.

«Методологические замечания»: ! - Определение методологической ошибки (препятствия); Å - определение успешного преодоления препятствий ( решение).

Посмотрите еще раз на одну из цитат, находящихся в конце диалога. Они подтверждают сказанное или противоречат ему. В конце каждого диалога – собрание цитат. Мысли многих авторов будут созвучны вашим, но они высказаны в более сложной форме.

2. Тексты авторов: Каждый текст отвечает проблематике диалога, касается проблемы. Классический текст предлагает размышление над проблемой. Три вопроса учат идентифицировать и уточнять позицию автора. Ответы содержатся в конце книги.

3. Последние страницы: Они позволяют вам продвигаться в работе: размышлять над проблематикой, уяснять концепцию или приобретать методологическую позицию.

Страница проблематики: Для каждой проблемы вернитесь к разным диалогам, где эта проблема появилась и к авторскому тексту, где она затронута. Кроме того эта страница позволяет видеть проблему глобально, через другие проблемы, связанные с темой.

Страница методологических замечаний: Она учитывает и определяет все ошибки ( препятствия) в диалогах и убедительные решения, дает поддерживающие примеры.

Список применяемых понятий: Он отсылает к диалогам, где они определены.

Глава 1. Трудная истина

Проблема 1. Можно ли сказать: «У каждого своя истина»? !Утрата единства !Внесение эмоциональности ! Неопределенность отношения Проблема 3. Включает ли познание с необходимостью осознание? Проблема 4. Å Завершение идеи Å Введение оперативного понятия ! Ускользание смысла ! Внесение эмоций ! Оправдание количеством Проблема 5.Должно ли осознание с необходимостью служить чему-то?(текст с. ) Проблема 6. Проблема 7. Всякая ли правда хороша? ( текст с. ) Å Критическая позиция ! Пример отсутствия объяснения Проблема 1. Проблема 7,9, 10. Å Пример проанализирован Проблема 9. Определяет ли опыт сознание? (текст с. ) Проблема 1,7, 10,11, 12 Проблема 13. Создают ли мнения препятствия для познания? Проблема 10, 11, 12, 14. Проблема 15: является ли правда необходимым понятием? (текст с…) Проблема 16-17. Å Сложная проблема

Виктор: Есть некоторые вещи, которых я не понимаю в философии. Элоиза: О, да! И какие? Виктор: Каждый может думать, что он хочет, и говорит, что хочет. Каждый думает по-своему, у каждого свое мнение. (Цит. 1 и 2) Связь между «философией» и «мнением каждого» не выявлена. Она лишь осознается как непонятная для философии. Элоиза: Это все? Виктор: О да. Я сказал то, что хотел сказать. По этому вопросу все. Элоиза: Я вижу, тебе сегодня не хватает благодушия. Виктор: Тебе тоже. Я сказал тебе что-то мимоходом, а ты хочешь заставить меня сказать то, что я не говорил. Трудности выработки и выражения собственных идей связаны с отбрасыванием вопрошания и рефлексии Элоиза: Что же я хотела заставить тебя сказать таким коварным образом? Виктор: Самое плохое то, что я об этом ничего не знаю. Элоиза: Как ты можешь так обвинять меня? Виктор: Я достаточно тебя знаю, чтобы не слишком доверять. Элоиза: А я думала, что мы друзья. Виктор: Может быть, однако, когда мы начинаем спорить, ты становишься странным другом. Элоиза: Ты находишь меня странной? Виктор: Нет, действительно не странной, скорее, вызывающей. Как сегодня, например. Элоиза: Что я сделала? Виктор: Ты так меня спрашиваешь, будто ты из полиции. Элоиза: Ты не любишь вопросов? Виктор: Это зависит от того, какие они. Если некоторые вопросы более предпочтительны, чем другие, их необходимо ставить различным образом. Элоиза: Ты можешь быть более точным? Виктор: Вот-вот, именно в этом духе: «Ты можешь быть более точным?» Элоиза: Что же тебе не подходит в этом типе вопросов? Виктор: Ты представляешься непонимающей. Как будто ты не поняла. И ты хочешь, чтобы я объяснил. Элоиза: Но скажи мне, если оставить на минуту твое раздражение, чему может служить объяснение? Виктор: Хорошо, я могу уступить тебе в этом. Объяснение нужно, чтобы лучше знать, что говорят и что хотят сказать. Чтобы знать то, что в голове! Нужно быть сознательным в отношении слов, которые используешь, в противном случае не будет никакого смысла! (Цитата 3 и 4) Термин «объяснять» очень ясный. Он означает растолкование сознательного замысла и содержания идеи. Выражение «быть сознательным» позволяет отличать просто слово от слова, содержание которого ясно осознано. Элоиза: Ты думаешь, это может реализоваться? Виктор: Не всегда есть охота знать такие вещи. Вопрос поставлен об «использовании» объяснения, ответ дан о «желании» объяснять. Эти два понятия могут быть связаны, но они не могут поменяться местами без дополнительного объяснения. Элоиза: Ты повторишь мой вопрос? Виктор: Так… Ты снова за свое! Элоиза: Ты его помнишь? Виктор: Нет, но я думаю, чтобы это что-нибудь меняло. В конце концов, каждый думает, что он хочет. Вопрошание с его требованием строгости отброшено, предпочтение отдано спонтанности, которая оставляет мало возможности для углубления в размышление. Элоиза: Ты думаешь, можно действительно вести диалог, если каждый говорит единственно то, что он хочет, то, что ему пришло в голову, без ответа другому? Виктор: Есть множество людей, которые поступают таким образом. Ссылка на большое количество людей не достаточна, чтобы судить о том, как должно бы быть. Элоиза: Этот ответ тебя устраивает? Ты думаешь, что… Виктор: Хорошо, идет! Впрочем, я вспомнил сейчас твой вопрос. Ты меня спрашивала, полезно ли объяснять то, что говорят или еще лучше – то, что хотят выразить. Элоиза: Что ты думаешь об этом? Ты рискнешь ответить? Виктор: Действительно, объяснение может некоторым образом помочь в жизни. Уже потому, что можно понять друг друга. Сознание, культура, все это помогает жить в обществе. Это то, что ты хотенла услышать? Элоиза: Ты так действительно думаешь? Виктор: Да, думаю. Ты довольна? Элоиза: Вовсе нет! А тебя это устраивает? Виктор: Не совсем, потому что я думаю, что не всякая правда может быть сказана. Если появляются враги, то не надо все объяснять, однако это то же самое, что ложь. (Цит. 7 и 8) После демонстрации интереса к «объяснению» предложена противоположная позиция, указывающая границы этого интереса. Элоиза: И тогда? Виктор: Я тебе сейчас скажу. Твои вопросы не доставляют мне удовольствия. Образец ответа «Твои вопросы, не доставляют мне удовольствия» недостаточен. Приведенный пример всегда заслуживает анализа, тем более, что связь между приведенным примером и идеей о том, что «нехорошо говорить правду» не очевидна. Элоиза: Разве я утверждала что-либо, когда задавала тебе вопросы? Виктор: Возможно нет, но ты хотела заставить меня сказать нечто. Элоиза: Ты утверждаешь, что не всякая правда хорошо, чтобы быть услышанной? Виктор: Бывают обстоятельства, при которых люди не любят слышать то, что должно быть услышанным. Элоиза: Приведешь пример? Виктор: Когда бывают больны. Элоиза: Я не очень понимаю. Виктор: Когда болеешь, то становишься слабым от страданий, делаешься очень раздражительным и обидчивым. Не хочется слышать неприятного, даже если это истина, нет желания понимать в этот момент. Это к тому, что надо щадить больных. Может быть, необходимо им лгать. (Цит.9 и 10) В примере с больным с помощью понятий «слабости» и «страдания» показано, почему в некоторых обстоятельствах мы не любим выслушивать некоторые идеи или – как ложь может быть оправдана. Элоиза: В роли больного ты рассматривал себя? Виктор: Вовсе нет, это только пример! Элоиза: Да, но пример чего? Виктор: Того, что не всякую правду хорошо говорить. Элоиза: Для тебя тоже? Виктор: Для меня, для других. Кроме, разве тебя. Ты мыслишь совершеннее, чем весь мир… Элоиза:Но как этот пример приложим к тебе? Виктор: Сегодня, когда ты заставила меня об этом думать, может быть, стоит сказать, что мы все больны. Элоиза: Как это? Виктор: Мы все страдаем больше или меньше, что сказывается на нашей жизни. Если немного подумать об этом, то все мы хрупки. Вот почему существуют слова, которые мы не любим слушать или не можем стерпеть. Даже если они правдивы! Предпочитаем не слушать то, что другие нам говорят. Тогда мы думаем то, что нас устраивает, мы обманываем сами себя. Это менее больно, но, конечно, это очень ограничивает нашу возможность познания. «Слабость» и «страдание», присущие каждому, поэтому в заключение мы расширительно рассматриваем, почему не всякую истину хорошо высказывать. Отсюда следствие для познания: мы знаем только то, что согласны знать. Элоиза: Разве я говорила тебе, чтобы ты что-нибудь исправил? Виктор: Нет, но ты раздражала меня своими вопросами, это совсем другое дело. Элоиза: Хорошо, твою идею можно применить только к больным, страдающим и слабым? Виктор: В общем, да. Элоиза: Но ты сам, спрашиваю я, мог бы быть в подобной ситуации? Виктор: Это вот самое худшее. Ты мечтаешь, чтобы я начал говорить о себе. Элоиза: Проблема находится в необходимости говорить? Виктор: Нет, она существует уже в акте мышления. Элоиза: Таким образом, иногда лучше было бы не мыслить? Виктор: В глубине души я полагаю, что да. Некоторые мысли делают нас весьма несчастными, несомненно, от того, что они приходят в противоречие с нашими мнениями и убеждениями. Или мы начинаем сомневаться в себе самих. Вот почему я не всегда могу оценить твои вопросы: они сеют сомнения в моем уме, и я больше не знаю, где я. Я могу сказать просто, что я больше ничего не знаю. (Цит. 13 и 14). Понятие «сомнения» со своим мощным дестабилизационным зарядом помогает нам понять, почему некоторые вопросы нас так расстраивают. Элоиза: Это признание тебя расстраивает? Виктор: Ты смешная. Ты хорошо знаешь, что да. Элоиза: Что тебе не нравится? Виктор: У меня вид человека, который не хочет, чтобы ему задавали вопросы, однако, это не так. Элоиза: Вот как! Виктор: Это действительно вопросы, которые заставляют меня страдать, которые меня выбивают из колеи, потому что на них трудно отвечать. Элоиза: Они несут меньше истинного, чем легкие вопросы? Виктор: Я скажу тебе некоторые вещи, которые дорого мне стоят, но я должен их осознать. Вопросы, которые причиняют нам беспокойство, без сомнения несут больше истинного. Элоиза: Почему это так? Виктор: Потому что они нас затрагивают очень глубоко, без этого они не ранили бы нас. Элоиза: Какой ты делаешь вывод? Виктор: Что слова – не только слова и что мысли – не только мысли. Если истина так сильно нас волнует, то это потому, что она является нашей частью. Она может нам помочь понимать и жить, но она также может нас ранить или разрушить. Она - и наш друг, и наш враг. Иногда неплохо обходятся без истины, хотя в глубине души в ней нуждаются. (Цит.15 и 16) Сформулирована двойственность воздействия на нас истины: она сразу «друг» и «враг», она нам «помогает» и нас «разрушает». Элоиза: Ты понял теперь, как надо подходить к истине? Виктор: Наверное, нет. И замечательно! Это было бы слишком страшно. Существуют подступы к маленьким истинам, но нет к истине большой, к Истине с большой буквы. Справедливо будет задать себе множество разнообразных вопросов. Заметим, это, быть может, и есть сама истина: задавать себе вопросы, равным образом когда думают, что уже знают или когда не хотят знать. Философское эхо Номер цитаты возвращает нас к диалогу 1.  – Всякому рассуждению можно противопоставить другое рассуждение (Пиррон, согласно Диогену Лаэртскому 3 в. н. э.) 2.  – Сократ. –Так один не может быть без сомнения благоразумнее другого, если мнения каждого из них являются для любого истиной. (Платон, «Кратил» 4 в. до н. э.). 3.  Единство сознания есть то, что единственно создает связь восприятий объекта, так сказать, его объективное значение; именно оно действительно есть сознание ( Кант, Критика чистого разума 1781). 4.  Наше знание состоит по большей части из того, чтобы «думать о знании» и думать о том, что знают другие (Валери, «Человек и ракушка» 1937). 5.  Речь есть практическое, реальное сознание(…), и точно также как и сознание речь появляется только вместе с потребностью, с необходимостью общаться с другими людьми (Маркс и Энгельс «Немецкая идеология» 1846). 6.  Разум, проницательность, способность суждения и все таланты разума (..) являются, несомненно, прекрасными вещами и желательными во многих отношениях; но эти дары природы могут также быть крайне плохими и опасными (…) Кант Основание метафизики нравов 1785. 7.  Говорить истину, это не значит говорить «всю истину», когда бы то ни было и как она есть (Янкелевич «Ирония или хорошее сознание» 1936).