Танцы под луной.
Леди Эльвен с самыми тёплыми и искренними чувствами и благодарностью за не чаянное ею соавторство посвящается сие.
- Вам так идёт это платье, сэр Интегра!...подождите, сейчас я ещё приколю фату…вот так кажется даже ещё лучше…минутку…так…посмотрите, как вам это идёт, нет, вы только посмотрите!
Восхищённое воркование продавщицы в салоне свадебных платьев уже не первый час доводило до бешенства сэра леди Интегру Уингейтс Хеллсинг. Она уже готова была проклясть всё на свете: эту надвигающуюся с неумолимостью снежной лавины свадьбу, которая, черти её дери, уже через неделю, этого жениха, этот день, этот магазин и особенно эту клушу-продавщицу, с маниакальным упорством впихивающую Интегру во всё новые и новые ворохи кружев и шёлка, напоминавшие мыльную пену, присыпанную бантиками и бисером. Бррррр!
- Снимите с меня ЭТО, - ледяным голосом «попросила» леди Хеллсинг. – Пожалуйста, - с нажимом и несколько угрожающе добавила она.
Продавщица несколько раз хлопнула ресницами, недоумевая, почему Интегра, мягко говоря, не в восторге от надетого на неё белого нечто, обшитого по подолу белыми бантами, с огромным белым же бантом украшавшим корсаж и множеством маленьких бархатных розочек, равномерно распределенных по всему платью, но поскольку желание покупателя – закон, она пожав плечами отправилась за ещё не опробованными моделями свадебных нарядов, оставив главу Хеллсинга в одиночестве в примерочной, дабы та могла спокойно разоблачиться.
Интегра посмотрела на своё отражение и вздохнула. Когда два месяца назад она объявила о своей помолвке с Аланом де Морисом, сыном старого друга её покойного отца, она, конечно, не витала в облаках от счастья, но и кошки так не скреблись в душе. Она отдавала себе отчёт в том, что этот брак просто расчет и суровая необходимость. Хеллсингу нужен наследник. И точка. И пусть он будет рождён от человека благородного происхождения и хорошего воспитания. Алан был подходящей по всем статьям кандидатурой. Сын достойного во всех отношениях человека, Мартина де Мориса, друга Артура Хеллсинга, получивший блестящее образование в Оксфорде, хорошо воспитанный, тактичный, внешне вполне привлекательный обладатель зелёных глаз и шелковистых чуть вьющихся каштановых волос и лёгкой постоянной чуть саркастичной полуулыбки, игравшей тенью где-то в уголках его красиво очерченных губ. Можно сказать, мечта любой девушки. Чего ещё желать? Однако счастливой или хотя бы просто спокойно-довольной Интеграл себя не чувствовала. И о причине этого она догадывалась. И жила эта вечно патлатая черноволосо-красноглазая кровососущая причина в тёмном подвале её резиденции и звалась причина Алукард. Так уж получилось, что уже не один год Железная Леди тайно, даже для самой себя, была влюблена в нахального и бесконечно обаятельного вампира, хотя даже думать об этом боялась. Но теперь, в свете неумолимо надвигающейся свадьбы, старые чувства всё больше напоминали о себе. Каждый раз, когда клыкастый слуга появлялся в её кабинете, неизменно иронично-вежливый и почтительный, в неизменном красном плаще и копной неизменно нечесаных черных волос под такой же неизменной красной шляпой её сердце замирало, а по всему телу пробегала тёплая волна. Ох, как же старательно она скрывала это от Алукарда, но каждый раз, заглядывая в его красные глаза она понимала, что он чувствует её как себя, и сколько бы она не делала непроницаемое и ледяное лицо он всё равно читает в её сердце всё то, что она много раз пыталась вырвать из себя, скрыть, заморозить….
Интегра снова вздохнула и принялась стаскивать с себя нелепое платье.
На пороге примерочной появилась продавщица с последним, ещё не примеренным платьем. Интегра приготовилась к ещё одному облаку пены с бантиками, но это оказалось на удивление скромное и приличное платье из атласа цвета слоновой кости, в меру открывавшее гладкие и красивые плечи девушки, плотно обхватывающее её тонкую талию и ниспадающее до пола благородными складками. Скромное декольте платья было украшено маленькой изящной брошкой в форме двух сердечек из красного бисера, увитых серебряными причудливо изгибающимися плетьми плюща. Вместо фаты к причёске как-то хитро прикалывалось полупрозрачное покрывало того же цвета, что и платье, довершавшееся веночком их изящно и искусно сплетённых бисерных красных цветов.
Леди Хеллсинг смотрела на своё отражение и чувствовала, как к горлу подступает противный комок.
«Я не хочу…не хочу, что бы всё это…что бы меня такую, как сейчас…получил этот…этот…Алан»
Интегра поняла, что если она сейчас же не возьмёт себя в руки, то расплачется прямо при этой клуше-продавщице с нелепыми пепельными кудряшками на пустенькой голове, она до боли закусила губу. Не сметь, не сметь, не сметь плакать, Интеграл Хеллсинг! Вкус собственной крови, тонкой струйкой брызнувшей из прокушенной губы, привёл девушку в чувство. Устыдившись собственной слабости она быстро пробормотала продавщице: «Вот это платье меня устраивает, покупаю его», переоделась в привычный костюм и поспешно покинула магазин, унося с собой это странно одновременно расстроившее и обрадовавшее её одеяние.
….К обеду, как уже стало привычным, прибыл Алан де Морис. Интегра встретила его уже спокойной и собранной. Как обычно. Как обычно сдержанно ответила на его лёгкий и сдержанный поцелуй, как обычно с учтивой улыбкой приняла обычный букет розовых роз, как обычно попросила Уолтера поставить их на стол в скромной, но жутко старинной фамильной вазочке. Всё чинно, опрятно и достойно. И смертельно скучно.
Обед прошёл в размеренных и степенных разговорах о политике, делах организации и прочих нейтральных глупостях. Интегра терпеливо выслушала рассказ Алана о его путешествии во Францию. В общем-то, конечно, интересный…но Боже, как же всё это размеренно-тухло! И это ещё до свадьбы! Что же будет после?
По окончании обеда Алан откланялся, снова легко и сдержанно поцеловал свою невесту и чинно отбыл в своё поместье под Лондоном.
Интегра осталась в вожделенном одиночестве…
…Минула полночь. Девушка сидела в своём кабинете и курила уже далеко не первую сигару. На стол и сидящую за ним, развернувшись лицом к окну, Интегру падал серебристый лунный свет. Бархатное чёрно-синее небо было усыпано маленькими алмазными искрами звёзд. Где-то в саду пел соловей. Прекрасная ночь…
Внезапно на колени девушки опустилась белая роза на тонком длинном стебле и такой знакомый негромкий мелодичный голос произнёс:
- Да, воистину прекрасная ночь, не могу не согласиться с вами, моя Госпожа…
Интегра вздрогнула и обернулась. За её спиной, склонив голову чуть на бок стоял Алукард. Вопреки обыкновению на нём не было красного плаща и шляпы, только кипенно-белая рубашка, чёрные брюки и алый шёлковый галстук. Чёрные волосы были в кои-то веки расчёсаны, но всё равно ложились на плечи вампира замысловато-растрёпанным узором. На бледных губах играла неизменная учтиво-ироничная улыбка, а в красных глазах плясали чёртики. Он был как всегда прекрасен…
- Доброй ночи, Алукард…
Интегра изо всех сил старалась не показать охватившего её странного возбуждения. Эта ночь, её переживания, эта роза…»Господи Праведный, он кажется единственный, кто знает, что она любит белые розы»…Интегра почувствовала, как её тело становится непривычно легким, невесомым почти…и как будто наполняется немного пугающей, но такой приятной теплотой…Она поняла, что кажется краснеет и поспешно отвернулась к окну. И буквально спиной почувствовала, как улыбка на губах вампира стала шире. Интегру кольнула тоненькая игла лёгкой досады. «Это наглый кровосос всегда ухитряется уловить даже самые мои мелкие слабости!».
- Мне кажется, что вам скучно тут одной, Интегра…а за окном такая ночь…Знаете, у меня есть предложение.
- Какое же, Алукард?
- Давайте прогуляемся по крышам.
- Что?
Интегра обескуражено повернулась к носферату. Ночью? По крышам? Это как?
Алукард улыбнулся.
- А ведь вы не разу не пробовали этого, не так ли, моя Леди?
- Ну…вообще-то нет…
- Уверен, что вам понравится.
- Что ж…думаю, что ты прав….Только…Подожди немного, я переоденусь, хорошо?
К чертям, не будет этот де Морис первым, кто увидит это платье. Не будет и точка!
- Конечно, Госпожа. Я буду ждать вас на лестнице, ведущей на чердак.
- Хорошо…до скорой…встречи, Алукард.
…..Через четверть часа Интегра, облачённая в свой свадебный наряд, тихо приблизилась к лестнице. Из темноты мгновенно выступила стройная фигура вампира.
- Вы прекрасно выглядите, моя несравненная Госпожа, - сказал Алукард, опускаясь перед Интегрой на одно колено и склоняя голову так, что чёрные волосы причудливой волной легли на пол, взял её руку и поднёс к губам, легко поцеловав. Интегра на мгновение зажмурилась. Вот такими были её детские мечты… отважный, немного пугающий, но такой притягательно-волнующий рыцарь, припавший на одно колено перед прекрасной принцессой…Мечты, которые она всю жизнь хранила в своём сердце. И которые Алукард так непринуждённо и легко воплощал в реальность.
Вампир встал с колен, взял девушку за руку и в мгновение ока перенёс из тёмного коридора на крышу какого-то высокого здания.
Интегра огляделась и её сердце замерло от восторга. Стояла тёплая летняя ночь. Серебряно-холодный призрачный и лёгкий лунный свет ласкал ночной город, спящий в объятиях бархатного одеяла темноты. Воздух был напитан запахами улиц, чьих-то снов, соловьиным пением и тихой музыкой звёзд. Интегра вдохнула полной грудью и не сдержала счастливой, почти по-детски счастливой улыбки. В эту ночь сбывались её мечты…
Она почувствовала, как мягкая и сильная рука Алукарда обвила её талию.
- Вы слышите эту музыку, моя Леди? Музыку ночи.
- Да…., - полу-выдохнула полу-прошептала Интегра
- Давайте потанцуем…Не так часто случается поющая ночь…
Он обнял её и закружил в лёгком вальсе по крыше. Интегра легко и непринуждённо двигалась в такт движениям Алукарда, едва чувствуя поверхность крыши под ногами. Она парила в этой колдовской и пьяняще загадочной ночи в объятиях своего тёмного рыцаря. Алукард приблизил своё лицо к лицу девушки и нежно поцеловал её. Интегра почувствовала, что тихо тает в его объятиях. Она поцеловала его в ответ…И это был её первый настоящий поцелуй…
…А потом они долго сидели и смотрели на звёзды. И молчали. Алукард обнимал свою Интегру, ей было тепло и спокойно рядом с ним. И так щемяще-пряно…От этого сочетания ощущений у леди Хеллсинг кружилась голова и захватывало дух. Она жила…она чувствовала себя живой. И как бы это ни было абсурдно, эту жизнь подарил ей неживой вампир...Она была счастлива…
Алукард наклонился к её уху и прошептал:
- Я люблю тебя…Интегра…
Девушка чуть вздрогнула, повернулась к нему и прошептала в ответ:
- А я люблю тебя…Алукард…
Он улыбнулся…одновременно так знакомо иронично и одновременно безмятежно-счастливо…
А Интегра уже знала, что завтра она объявит о разрыве помолвки с Аланом де Морисом, лондонским джентльменом из высшего общества…
