Серебро закамское

, н. с. отдела археологии

Серебро закамское

Археология дает нам много сведений о связях прикамских жителей с далекими и близкими странами и народами. Наша работа посвящена так называемому «серебру закамскому», интереснейшему феномену пермской истории эпохи средневековья. Он подтверждает значительную роль Прикамья в системе торговых и политических связей Евразии.

Очень необычные, уникальные для всей мировой истории серебряные вещи делают изучение нашего прошлого еще более захватывающим.

Под «серебром» понимают многочисленные находки восточного серебра – блюд, чаш и другой драгоценной посуды, сделанной в Иране, Хорезме, Византии и других странах. Связь его с нашим краем выражается в том, что предметы в Прикамье обнаруживались практически ежегодно, начиная с конца XVIII и в особенности с середины XIX века.

Самые же первые упоминания о «серебре» относятся к XI-XIII векам. А в 1332 году московский князь Иван Калита «взверша гнев на Новгород прося у них сребра закамского».

Вероятно, все серебряные вещи, попадавшие к русским князьям через экспедиции на Урал, шли в переплавку. К концу XIX века осознается огромное культурное и историческое значение древней серебряной посуды. Приобретение находок для музеев становится одним из приоритетов в работе Императорской археологической комиссии. Этому посвящаются большие усилия и финансовые средства.

В это же время выходят первые работы историков, искусствоведов, краеведов, посвященных драгоценным предметам. Но в хаосе гражданской войны были потеряны и расхищены многие ценные экспонаты.

Новый этап в работе с серебряными вещами начинается в конце 1940-х годов с организацией Пермской археологической школы под руководством прославленного археолога . Отто Николаевич отмечал, что «находки восточного серебра… отражают некоторые своеобразные черты местного уральского населения, которое так усиленно скупало эти драгоценные вещи…» По мнению исследователя, эти находки говорят не только о развитии торговли, но и о существенных чертах быта древних уральцев. Пермские археологи открыли немало интересных закономерностей в этом явлении.

Окончательного и однозначного объяснения феномена до сих пор не существует. Выдвинутые гипотезы имеют и сильные стороны, и множество уязвимых мест. Некоторые утверждения имеют предположительный характер, который не может быть ни подтвержден, ни опровергнут. Очевидно, задача интерпретации «серебра закамского» еще ждет своего исследователя. А возможно, что этот феномен так и останется необъясненным и загадочным.

История изучения. Сама история изучения «сребра закамского» представляется интересной и поучительной. С учреждением петровской кунсткамеры начинают собираться ценные вещи со всех краев Российской Империи. В 1750 году в имении Строгановых был найден серебряный кувшин. С этого времени все больше и больше предметов пополняло хранилища музеев и частные коллекции и собрания. Учеными, краеведами и путешественниками выдвигалось множество гипотез. Многие из них теперь отвергнуты («биармийская» - о пути из «варяг в арабы» через прикамскую территорию), другие имеют право на существование. Они основываются на этнографических, письменных и материальных исторических источниках.

Клады и вещи. На данный момент учтено более 170 предметов (до 200) драгоценной столовой утвари, найденной на Урале (в основном бывшая Пермская губерния). Состав находок следующий: 80 блюд, 40 чаш, 12 кувшинов, 7 кувшинчиков, 3 ковша, 23 кружки и кубка, 6 ведер, 3 светильника. Это составляет более половины находок серебряных вещей этой категории и времени в мире.

В отличие от многих других исторических явлений, история нахождения вещей является не менее интересной, чем сами эти вещи. Дело в том, что сами места находок и их локализация являются не менее сложной и загадочной головоломкой. Подавляющее большинство предметов найдено «случайно» - во время вспашки, корчевки пней, земляных работ. Считанное число найдено в могильниках, а привязка находок к древним поселениям часто также вызывает сомнения. Выдвигаются также версии, что «случайные» находки принадлежали святилищам, хотя и здесь имеются сомнения. Большая часть кладов дирхемов (серебряных монет) и художественного импорта тяготеет к бассейнам судоходных рек, и существует топографическая зависимость между кладами восточного серебра и поселениями ломоватовской, родановской, неволинской культур.

Таким образом, задача изучения обстоятельств находки, рельефа и ландшафта в окрестностях находки, близлежащих археологических памятников является чрезвычайно актуальной.

Сюжеты. Казалось бы, сугубо искусствоведческая и связанная с историей древнего и средневекового востока тема на самом деле гораздо ближе к истории родного края. Связанные со средневековым персидским государством Сасанидов сюжеты (а также религиозная символика зороастризма), вероятно, оказывали большое влияние на искусство средневековых жителей Прикамья. Так, предполагается, что такие сюжеты, как «сенмурв» (симург) – крылатый пес-помощник, а также многофигурные композиции и, возможно, изображения «небесных всадников» пришли именно с востока, из Персии. «Крылатый пес» появляется в археологических материалах ломоватовской культуры, то есть как раз во время расцвета импорта серебряных вещей.

Серебряные пути. Прикамье занимает особенное место в системе торговых коммуникаций северной Евразии. Определенное специалистами-торевтами (изучающими металлические художественные изделия) место происхождения сосуда помогает определить существовавшие торговые пути, по которым серебро попадало на Урал. Здесь существует множество «темных» моментов. Так, серебро, традиционно называемое «сасанидским», по нынешним представлениям, имеет гораздо более широкий хронологический и географический диапазон бытования, нежели держава Сасанидов (III-VII вв.).

Касательно же путей попадания на Урал выделяются: волжский (волжско-камский) путь – основной для византийских изделий. Определенную сложность в путях экспорта представлял Хазарский каганат, контролировавший нижневолжскую территорию. Вероятно, хазары являлись и посредниками при торговле византийским серебром. В VIII веке приток импорта резко обрывается, что, возможно, связано с войнами хазаров, персов, арабов. Хазары и сами производили посуду из серебра. С появлением Волжской Булгарии она становится важным посредником в торговле азиатскими и европейскими изделиями, а также экспортирует в Прикамье предметы роскоши собственного производства.

«Степной» сухопутный путь – Из Хорезма по степям Средней Азии через северный Казахстан, затем по реке Урал на реки Белую, Уфу, Сарс и, наконец, по Ирени и Сылве, где очень часты находки кладов. Возможно, в начале преобладал волжский путь (тяжелые сасанидские сосуды), затем – степной сухопутный (караваны из Средней Азии через зауральские степи).

Одной из трудных проблем в изучении является времення составляющая. Предполагают основное время ввоза временем арабского владычества, причем позже X века (в родановскую, а не ломоватовскую эпоху). В XI веке в Иране случился экономический кризис, обусловленный острым дефицитом серебра. Именно этим фактом объясняется малое число находок «серебра» в Иране – всего три блюда. Вся посуда, вероятно, была переплавлена. Это событие позволяет установить верхнюю границу существования «серебряного пути».

Многие исследователи указывают на то, что «греховные» драгоценности с запрещенными исламом сюжетами (люди, животные) стали после падения Сасанидов вывозиться за рубеж с целью сбыта в дальних странах. Возможно, такой экспорт «неликвидных» в арабском мире изделий происходил в V-VII веках. Другие склоняются к более поздней датировке, например, что бльшая часть серебра попала на Урал не ранее IX века, в первое столетие господства Аббасидов.

Следует быть осторожными, определяя пути и время попадания драгоценных вещей. Поток восточного серебра, вероятно, имел две хронологические фазы: VIII-X век (арабский период, Волга-Дон, Донец) и XI-XIII век (основные пункты: Днепр, Малая Азия, Константинополь).

Коснемся важного вопроса об эквиваленте, который отдавался местным населением в обмен на драгоценную посуду. Здесь исследователи практически единодушно ставят на первое и важнейшее место пушнину. Есть версия, что другим важнейшим товаром была пермская соль.

Использование серебра на Урале. Предметы серебряного импорта использовались на Урале по-разному. Часть служила престижными предметами роскоши, часть (особо ценная либо имевшая подходящие изображения) шла на святилища или к шаманам. Часть переплавлялась для изготовления необходимых вещей (украшения, слитки, культовые предметы). Здесь исследователя ждет много нерешенных проблем.

Серебро и нынешнее время. В заключение нужно коснуться немного другого, возможно, неожиданного, аспекта этого явления.

В Пермской области в музеях хранится очень небольшое количество серебряных предметов, а основная их часть – в Московском государственном историческом музее и Эрмитаже в Петербурге. Это создает, в общем-то, весьма печальные ситуации («о серебре я вам расскажу, а показать не смогу – нет его у нас больше»). На наш взгляд, здесь есть над чем задуматься. Для истории Пермского края феномен «серебра закамского» - явление более чем удивительное, а политика центральных музеев являлась весьма односторонней.

Другой аспект – вопрос о собирании уникальных предметов в нынешнее время. Если задуматься, то рядовой крестьянин, нашедший серебряное блюдо в начале XXI века, не понесет его сдавать в музей. Причины не только финансовые. До революции сбор подобных изделий являлся важным делом Императорской Археологической комиссии, не жалевшей ни средств, ни времени. За серебряное изделие платили от 125 рублей и выше. Учитывая цены, это был заработок, равный двум-трем годовым доходам среднего крестьянина. В итоге в выигрыше были обе стороны: и государство (Эрмитаж), и находчик (крестьянин).

В советское время финансовый вопрос был «отменен», меры по изъятию сосудов в опирались на сознательность колхозников и принудительные методы. В целом это, вероятно, тоже было весьма эффективно.

В нынешнее время, как нам кажется, ни один из этих методов не работает. Смешно говорить, какую сумму за предметы может выделить государство (музей). Более того, музей по законодательству просто не имеет права закупать предметы (финансово вознаграждать находчика). Таким образом, крестьянин, нашедший предмет, может бесплатно сдать его в музей (для этого ему нужно приехать в город – за свои деньги), забросить в чулан или продать за неплохие, хоть и несравнимые с дореволюционными, деньги «черному археологу», или самодеятельному закупщику. Или же просто на рынке. Нетрудно догадаться, как он в обычном случае поступит.

Не в этом ли ответ, почему обильный поток серебра в последние десятилетия прекратился?

Научные же экспедиции по сбору исторических ценностей организуются не так часто, и «натыкаются» на такие предметы ученые лишь по счастливому стечению обстоятельств.

Завершая разговор о «серебре закамском», еще раз заметим, что ценность его не только в художественном и общемировом историческом смысле, а еще и в том, что это уникальное явление в истории нашего родного края, и к его сохранению, спасению и изучению сегодня следует прилагать особенные усилия.