Сравнительный анализ политических систем (стр. 1 )

Эндрейн

Сравнительный анализ политических систем

Предисловие

Начиная с середины 70-х годов нашего столетия во всем мире происходило ухудшение экономической ситуации. Промышленно развитые и развивающиеся страны, бывшие социалистиче­ские государства Восточной Европы столкнулись с проблемами, вызванными инфляцией, безработицей, замедлением темпов развития и усилением неравенства в распределении доходов. Ес­ли период с 50-х до начала 70-х годов представлял собой «золотой век» индустриальных капиталистических стран, то после 1973 г. темпы экономического роста стали замедляться, усилились инф­ляция и безработица. В ряде стран, среди которых США, Велико­британия и даже Швеция, углубилась пропасть между бедными и богатыми. В Восточной Европе после 1975 г. также имели место падение темпов экономического развития, рост инфляции; про­ведение стратегий, нацеленных на демонтаж административно-командных экономических систем, обернулось повышением цен и нестабильным положением в сфере занятости. Поощрение дифференцированного подхода к оплате труда как метода повы­шения его производительности привело к увеличению неравен­ства в доходах. В конце 70-х годов такая же ситуация сложилась в странах Латинской Америки, Африки и Ближнего Востока. Избе­жать экономического кризиса, вызванного вхождением в систему капиталистической экономики, удалось лишь немногим разви­вающимся странам, главным образом восточноазиатским.

В этой книге речь в первую очередь пойдет о воздействии по­литического устройства на экономику и о социальных последст­виях изменений образа правления. Политические системы вклю­чают в себя три аналитически различаемые составляющие: соци­ально-политические структуры, культурные ценности и отдельные линии поведения. Автор рассматривает различные институ­ты, организации и группы, от которых зависит формулирование той или иной политики. В работе анализируется процесс, в ходе которого привносимые названными структурами ценности трансформируются в те или иные приоритеты текущей полити­ки, такие, как, например, стимулирование экономического роста или уравнивание доходов. В поведенческом плане автора интере­суют действия политических лидеров и параметры вовлечения в политику всей совокупности граждан. Структурный, культурный и поведенческий аспекты взаимосвязаны. Мотивы поведения от­дельных людей, специфика восприятия ими происходящего, их индивидуальные установки и образ действий становятся понят­ными благодаря изучению микрополитических аспектов процес­са проведения политики. Индивиды управляют структурами, да­ют ту или иную трактовку культурных ценностей и, тем самым, могут вносить изменения в макрополитические составляющие. Структурные и культурные аспекты не только ограничивают дей­ствия отдельно взятых людей, но и способствуют принятию ими решений, ведущих к системным изменениям.

Подобный целостный подход к рассмотрению политических систем дает возможность связать теорию с практикой. Общие те­ории функционирования систем рассматриваются применитель­но к некоторым конкретным случаям. Теория стимулирует отбор наиболее важных проблем, может объяснить социально-полити­ческие последствия и предложить интерпретацию многосложно­го мира. Анализируя такие случаи в широких временных и про­странственных рамках, автор показывает, настолько неодинако­во одно и то же теоретическое положение объясняет происходя­щее в зависимости от конкретных условий.

Во Введении раскрывается взаимосвязь таких понятий, как ка­питализм, социализм и политическая демократия. В первой главе проведен сравнительный анализ четырех типов политических си­стем, и дана оценка их ориентации на демократические свободы, социалистическое планирование или капиталистическое накоп­ление: народная (племенная), бюрократическая авторитарная, со­гласительная и мобилизационная. Данная классификация стро­ится по трем параметрам: 1) ценностные иерархии и интерпрета­ция культурных ценностей, оказывающих решающее воздействие на формирование политических приоритетов; 2) воздействие на политический процесс со стороны таких структур, как правитель­ство, политические партии, социальные группы внутри страны, различные иностранные институты; 3) поведение лидеров и масс. Четыре главы первой части посвящены исследованию того способа формирования политики, который отличает каждый из назван­ных типов, а также рассмотрению конкретных обществ, являю­щихся олицетворением этих абстрактных моделей. Иллюстрация­ми народной (племенной) системы служат сан (бушмен) и ибо. В главе 3 проводится сравнение трех азиатских бюрократических авторитарных режимов: конфуцианского Китая, Японии эпохи Мэйдзи и современной Южной Кореи. В главе 4 рассматривают­ся Швеция и Великобритания, являющиеся примерами социал-демократической и либерально-демократической разновидно­стей согласительной системы. В главе 5 исследуется мобилизаци­онный процесс в период русской революции 1917 г., в сталинском Советском Союзе и Корейской Народно-Демократической Ре­спублике. При анализе этих примеров, обращается внимание на стратегии осуществления социальных преобразований и про­пасть, разделяющую цели и реальные результаты.

Во второй части исследуются системные преобразования, происходившие во всем мире на протяжении XX в. В главе 6 они анализируются с теоретической точки зрения. В следующих трех главах рассмотрены конкретные преобразования в мобилизаци­онной, бюрократической авторитарной и согласительной систе­мах на примере Германии, бывшего Советского Союза, Китая, Вьетнама, Южной Кореи, Тайваня, Ирана, Кубы, Бразилии, Ар-.гентины, Чили и Уругвая.

В заключительной главе современные структурные теории развития трактуются, исходя из функционирования вышеуказан­ных типов политических систем. Теории модернизации, зависи­мости и институциональная теория предлагают различные способы достижения таких целей, как права человека, экономи­ческий рост, равенство доходов и развитие личности, но из-за влияния культурных, структурных и поведенческих ограничений мало кому из политических лидеров удается этого достичь.

Появлению этой книги помогли очень многие. Первоначаль­ный вариант типологии политических систем принадлежит про­фессору Йельского университета Эптеру. Сформулиро­ванные еще в 60-х-70-х годах, они и по сей день не утратили своей актуальности. В предложенном мной сравнительном анализе ис­пользуются его разработки применительно к преобразованиям в сфере политических систем. Ценные соображения по поводу по­следних событий в Центральной и Восточной Европе высказал сотрудник университета в Сан-Диего Фейерабенд. Ри­чард С. Грипп постоянно консультировал меня относительно России, Китая и Тайваня. Знание Тай Минь Ханя Азии помогло мне лучше понять Китай, Южную и Северную Кореи. Профессор Таусоновского университета Дэвид Дент выдвинул ценные идеи, касающиеся политики, проводимой США в Латинской Америке. Конструктивные предложения по структуре книги и более ясному изложению содержащихся в ней мыслей дали про­фессора Томас Магштадт из университета Небраски и Дж. Кейн из университета Миссисипи. Также хочу выразить при­знательность коллективу издательства , в частности, исполнительному редактору Майклу Веберу, редактору-коорди­натору Од Тиссен, производственному редактору Ане Эрлик и техническому редактору Сюзанне Шарп. Энн Лью быстро и вни­мательно перепечатала несколько вариантов рукописи.

Политические системы и экономика

На исходе XX в. с новой силой возобновились дискуссии о соот­ношении капитализма, социализма и демократии. В связи с кра­хом господства коммунистических партий в Восточной Европе и бывшем Советском Союзе сторонники государственного социа­листического планирования перестали оказывать давление на процесс проведения политики. Теперь они конкурируют с пред­ставителями свободного рынка, утверждающими, что только ка­питализм, рыночная экономика и приватизация при отсутствии государственного регулирования способны улучшить нашу жизнь — принести мир, процветание, свободу и демократию. Эти же идеи получили распространение в Латинской Америке, Азии и Африке. В ситуации финансового дефицита, торгового дисбалан­са и повсеместного снижения темпов экономического роста — от Аргентины до Анголы — наблюдается ослабление государствен­ного контроля над экономикой. Под давлением Международно­го валютного фонда (МВФ) правительства идут на снижение рас­ходов в сферах социального обеспечения, здравоохранения и об­разования. Уменьшаются размеры субсидий, направляемых по­требителям-горожанам, частным и государственным предприя­тиям. Политики замораживают зарплаты и отпускают цены. Пра­вительственные чиновники лишаются работы. Государственные предприятия превращаются в частные фирмы. На смену фор­мальному правлению, осуществляемому военной элитой либо одной политической партией, приходят выборы на конкурент­ной основе. Все это свидетельствует о тенденции к ослаблению государственного контроля, росту влияния со стороны междуна­родных организаций и повышению роли негосударственного сектора экономики1.

Либералы-плюралисты и более радикально настроенные де­мократы-социалисты скептически относятся к тому, что между рыночной экономикой и политической демократией якобы суще­ствует неразрывная связь. Согласно плюралисту Роберту Далю, нет единой политической или экономической модели, примени­мой ко всем обществам, поэтому политикам следует уделять боль­ше внимания конкретным проблемам, а не абстрактным построе­ниям. Обрести демократические ценности и достичь экономиче­ского процветания можно скорее с помощью смешанной эконо­мики, а не в рамках не знающей ограничений модели чистого ка­питализма. По мнению Даля, «рыночные экономики необходимы для существования демократических институтов, хотя только их недостаточно»2. Занимающий более радикальную позицию И. Валлерстайн высмеивает тенденцию превращения «рынка» в некого идола, способного создать всеобщий рай на Земле:

«Извлеченный из отхожего места, в котором он до сих пор позорно скрывался, «рынок» гордо расхаживает с важным видом среди поли­тиков, плебеев и профессоров по всему миру, прикидываясь пана­цеей от всех социальных болезней. Вам не хватает еды, вам осточер­тели бюрократы и политики, вас гнетут мысли о собственном буду­щем, вы переживаете по поводу недавнего развода? Попробуйте ры­нок! Вы потеряли душевный покой, которым обладали ваши деды? Попробуйте рынок!»3