Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение «Азбабинская средняя школа»

Апастовского муниципального района РТ

Исследовательская работа по произведению Ф М Достоевского «Преступление и наказание»

Тема работы:

Опыт современного прочтения романа «Преступление и наказание»

Валиуллина Зульфия Наиловна

учитель русского языка и литературы

МБОУ «Азбабинская СОШ» Апастовского

района РТ

Объект исследования: Роман «Преступление и наказание»

Цель исследования:

- проанализировать произведение Достоевского «Преступление и наказание»;

-изучить отзывы современников о произведении, о творчестве писателя в целом;

-привлечь интерес к творчеству Достоевского.

Задачи :

- раскрыть конфликт героя с миром, обрекающим большинство людей на бесправие;

-выявить ведущие мотивы преступления Раскольникова;

-осмыслить, какую власть над человеком может иметь «теория», как ответственен человек за эту идею, которой он руководствуется;

-подвести к выводу Достоевского о страшной опасности, которую таит для человечества осуществление индивидуальных идей и теорий.

Метод исследования:

-Сбор информации ;

-изучение художественной литературы;

-Анализ полученной информации;

-Сравнение полученной информации

В сегодняшнем мире…тревожный

набат Достоевского гудит, неумолчно взывая к

человечности и гуманизму.

(Ч. Айтматов)

Федор Михайлович Достоевский – писатель чрезвычайно индивидуальный. У него

свое, очень отличное от других классиков русской литературы открытие мира,

отбор жизненного материала, его интерпретация, композиционное и словесное

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

выражение. В своих произведениях он показал российскую действительность и

общество, в котором страдания униженных и оскорбленных безмерны, а

преступление, несправедливость , бесчеловечность выражает самую сущность

социальных отношений. Делая вывод вышесказанному важно отметить, что

роман «Преступление и наказание»-есть суровый приговор общественному

строю, основанному на власти денег, на унижении человека, страстное

выступление в защиту человеческой личности.

Роман Достоевского «Преступление и наказание»-одна из самых сложных книг в истории ми в истории мировой литературы. Писатель работал над нею в условиях

«трудного времени» конца 60-х годов, когда Россия вступила в сумеречную,

переходную эпоху.

Какие же проблемы поставлены в романе ? Прежде всего — проблема насильственного переустройства мира. Нельзя видеть, как страдают и гибнут люди, нельзя ждать. Нетерпение. Необхо­димо подтолкнуть историю, заставить человечество вступить на разумный путь, не дожидаясь, пока оно созреет для этого пути. На эту дорогу и вступил герой романа Раскольников. Но это ведь путь всех революцио­неров. Почему мы об этом стесняемся говорить? Не устраивает конечный результат? Но причем здесь Достоевский? Он ведь исследовал саму пробле­му во всей ее сложности, как и полагается великому писателю.

На уроках литературы Раскольникова чаще всего обвиняют в том, что он один поднял бунт против всей системы. Одному, по нашим понятиям, бунтовать нельзя. Вот если революция... тогда все позволено.

Современники автора утверждают, что Достоевский выбрал себе в герои Раскольникова потому, что хотел показать, что, если на путь насилия становится даже честный человек, человек, измученный чужими страданиями, он неизбежно приносит только зло себе и другим. Этот вывод, безусловно, справедлив. Но проблема –то заключается в другом: такой человек становится на путь насилия? Попробуем поразмыслить.

«Чего же больше всего люди боятся? Нового шага, нового собственного слова они больше всего боятся…» Так рассуждал Родион Раскольников. Сколько здесь презрения к человеку и человечеству! Раскольников давно уже пришел к неутешительному выводу, что человек – подлец, потому что ко всему привыкает, и жизнь все время подтверждает эту теорию.

Но человек не может все время ощущать себя рабом, не может чувствовать все время себя подлецом, подчиняющимся обстоятельствам, иначе он, может быть, и жить не захочет. Что же делать? Вот тогда следует страшный вывод, который и сделал Раскольников. Что же толкает его на страшный шаг? Почему Родион не захотел жить, работать и учиться как его друг Разумихин.? Гордость мешает? Да и гордость, но не только она. Да, можно жить как Разумихин. Но как спасти Сонечку? Да не просто Сонечку, а «вечную Сонечку», пока мир стоит»? Вечная Сонечка - это вечная несправедливость, царящая в безумном мире зла. Как избавить мир от того страшного «процента», о котором постоянно думает Раскольников? Для героя Достоевского здесь и логический и жизненный тупик, из которого нет выхода. Или переступить – или отказаться от жизни вообще, «задушить все в себе, отказавшись от всякого права действовать, жить и любить»!

Очень важное значение для понимания причин, побудивших Раскольникова на столь отчаянный и страшный шаг, как убийство старухи –процентщицы, имеет и сцена в распивочной, где перед ним исповедуется Мармеладов. Эта исповедь, обращенная к Богу, молящая всевышнего об установлении царства всеобщей гармонии на многострадальной земле, обращена и к Раскольникову, может быть, главным образом к нему. Ведь она проходит через его сознание : он хочет изменить мир, устранив из него несправедливость. Только есть разница: Раскольников не хочет дожидаться второго пришествия Христа, он сам должен приблизить час установления всеобщей справедливости. Он сам должен решить , достоин ли этот мир всеобщей ломки или нет. Не бог, а он, Раскольников, будет решать мучительные проблемы современности.

Мармеладов уповает на то, что когда-нибудь откроется истина и все поймут, для чего было принесено столько жертв. Откроется эта истина со вторым пришествием Христа. Библейский пафос исповеди Мармеладова не может быть забыт: он глубоко запал в сердце Раскольникова, еще больше приблизил его к той роковой черте, которую он обязан будет переступить.

Эта сцена переплетается многочисленными нитями со всем дальнейшим повествованием: она связала судьбу Раскольникова с судьбой Сони, поставила перед ним страшный вопрос: что делать, если человеку некуда больше идти? В ней прозвучала мольба об установлении на земле справед­ливости, мольба, обращенная к богу и Раскольникову, прозвучала от лица всех страдающих и погибающих в мире зла.

Понимание своеобразия пространственных и временных границ романа позволяет глубже проникнуть в замысел Достоевского, ощутить пафос отрицания несправедливого мира, в котором на протяжении тысяче­летий властвует закон, по которому самый добрый человек оказывается и самым несчастным, гордое стремление Раскольникова стать вровень с Богом (парадокс — ценою страшного преступления), взвалить весь груз ответственности за судьбы человечества на себя.

Раскольников совершил свое страшное преступление, сказал свое «новое слово». Герой романа, увлекшись своей теорией, забыл о простых истинах: даже самая благородная цель не оправдывает средств ее достижения и никто, кроме Бога, не вправе судить, достоин человек жизни или нет.

На уроке мы особое внимание обратили еще на то, что Раскольни­ков разделил всех людей на два разряда : первый - это люди, безропотно принимающие любой порядок вещей-«твари дрожащие» ,другие —смело нарушают моральные нормы, общественный порядок, проливают ради этого чужую кровь - «сильные мира сего»- и это страшно. Но вопрос ведь можно поставить и по-иному: а сам ли он выдумал это разделение или усмотрел в истории человеческой цивилизации? Кто из героев сумел объяснить, в чем заключается смыл разделения людей.?

Следователь (который ведет дело Раскольникова) говорит, что обыкновенные люди (по Раскольникову) должны жить в послушании и не имеют права пересту­пать закон. А Раскольников видит, что они живут в послушании и даже протестовать не пытаются, потому что смирились со своей участью, а значит, по его мнению, перестали быть людьми. У Раскольникова боль за людей и злость на них сливаются воедино, идут из одного источника. И здесь все не так просто, как это умышленно пытается представить Порфирий Пет­рович, утрируя идею своего оппонента, чтобы добыть доказательства его вины. То же самое и с людьми «необыкновенными». Следователь изображает дело так, что, по теории Раскольникова, «необыкновенные» люди полное право имеют совершать всяческие бесчинства и преступления и что для них будто бы и закон не писан. У Раскольникова же все сложнее и трагичнее. Он говорит, что необыкновенный человек «сам имеет право разрешить своей совести перешагнуть... через иные препятствия, и единственно в том только случае, если исполнение его идеи (иногда спасительной, может быть, для всего человечества) того потребует».

В этом разъяснении для Раскольникова важны каждое слово и каждый

аргумент: он видит всю тяжесть и ответственность того шага, когда один

человек берет на себя право решать судьбу всего человечества. Но для него уже здесь заключено непреодолимое противоречие: в один разряд людей «необыкновенных», по логике истории, попадают и Кеплер, и Ликург, и Магомет, и Наполеон. Люди часто называют их преступниками, но эти же люди ставят им памятники еще при жизни. Поэтому для Раскольникова так трудно провести четкую грань между добром и злом, между идеей, спасительной для всего человечества, и просто преступлением, потому что они оказываются равноценными для человеческого суда.

История XX века только подтвердила правоту Раскольникова и Достоев­ского: сколько было построено памятников «великим» людям и в нашей стране, и за рубежом! Сколько крови было пролито «по закону», а не «по совести»! И сколько людей еще осталось, которые, несмотря на кровавый опыт, готовы повторить этот путь, готовы снова возвести на трон очередного «необыкновенного» и преклониться в рабском послушании у подножья его трона. Так выдумал ли свою теорию Раскольников?

Для него преступление, нарушение сложившихся верований и законов — это прежде всего вызов косности общества, всей массе, «толпе», не имеющей таланта или решимости сказать свое «новое слово», добровольно обрекаю­щей себя, чтобы быть материалом для строительства будущего здания всеобщей гармонии, оплачивающей это строительство своей кровью и своими страданиями. Поэтому в его словах звучит презрение к тем, «кто живет в послушании и любит быть послушным». Но, может быть, с еще большим презрением и ненавистью он относится к Ликургам и Наполеонам, хотя и пользуется их оружием, следует пути, ими предначертанному. Почему следует? Да потому, что другого пути просто нет, по его мнению, другой путь «толпа» не примет, отвергнет. И исторический опыт, увы, очень уж часто подтверждает правоту Раскольникова.

Во время этого спора со следователем Разумихин говорит Раскольникову: «...Ведь это разрешение крови по совести, это... это, по-моему, страшнее, чем бы официальное разрешение кровь проливать, законное...» Ему вторит и Порфирий Петрович: «Совершенно справедливо, страшнее-с». Но Рас­кольников не может понять очевидной истины. Почему официально можно истреблять тысячи и миллионы людей, и это деяние не считается преступлением в глазах людей, а убийство им жалкой, ничтожной старушонки, зловредной, пьющей из людей соки, преступницей по натуре, в глазах той же толпы — преступление? Нет, в романе Достоевско­го действия Раскольникова не оправдываются,, не оправдывает их и сам герой: он знал, на что шел, и ни минуты не сомневается, что должен понести наказание, наказание за убийство. Но как быть с психологией «толпы», которая считает его убийцей, а человека, пославшего на гибель миллионы, героем?

И еще один вопрос, который все время встает перед Раскольниковым: сколько человек согласен ждать установления справедливости? До второго пришествия Христа? А если его не будет? Сколько поколений людей должно уйти из жизни в нищете и бесправии, лечь кирпичиками в великую постройку? Да и кто архитектор этой постройки, который уготовил им такой жребий? А если человек не захочет ждать? «Нет,— говорит Рас­кольников,— мне жизнь однажды дается и никогда ее больше не будет: я не хочу дожидаться «всеобщего счастья». Для него особенно важно словечко «дожидаться». Иван Карамазов поставит под сомнение целесо­образность построения «всеобщего счастья», если оно будет окрашено кровью невинных жертв. Раскольников же только нащупывает один из воз­можных, как ему кажется, способов переустройства мира — с помощью силы, с помощью насилия, т. е. революционный путь. И на этом пути его подстерега­ют неразрешимые противоречия. На одно из них и указал ему следователь Порфирий Петрович.

Не менее важной проблемой в романе является — отношения Раскольникова

и Сони. Какова роль Сони в романе Достоевского? Какова ее роль в судьбе

Раскольникова? Чья «правда» побеждает в романе?

Большинство исследователей творчества Достоевского сходятся на том,

что побеждает правда Сони. Так, например, Ю. Карякин пишет:«Но для «премудрого», для человека, одержимого желанием во что бы то ни стало быть «правым», одно из самых унизительных состояний — это когда его хитроумные силлогизмы разбиваются элементарной логикой жизни. Соня, «слабенькая», «непремудрая», и вдруг — опровергает такого «премудрого», такого титана». Здесь прямо утверждается, что правда Сони не просто побеждает, а что железная логика Раскольникова оказывается разбитой элементарной логикой Сони Мармеладовой. Разберемся подробнее в этом вопросе, потому что он очень важен для оценки романа в целом.

Во время первого своего разговора с Соней в ее убогой каморке Раскольников как будто специально задает ей такие вопросы, которые доводят ее до исступления. Весь разговор идет на надрыве, на пределе человеческих возможностей. Зачем это необходимо Раскольникову? Сказа­лась жестокость его натуры? Но почему он выбрал себе в жертву именно Соню? Прислушаемся к их разговору.

«— Катерина Ивановна в чахотке, в злой; она скоро умрет,— сказал

Раскольников...

— Ну а коли вы, еще при Катерине Ивановне, теперь, заболеете и вас в больницу свезут, ну что тогда будет? — безжалостно настаивал он...

— С Полечкой, наверное, то же самое будет,— сказал он вдруг...»
На чьей же стороне здесь правда? Безусловно, на стороне Раскольнико­ва. Что может противопоставить ему Соня? Ничего, практически ничего...«— Нет! нет! Не может быть, нет! — как отчаянная, громко вскрикнула Соня, как будто ее вдруг ножом ранили.— Бог, бог такого ужаса не допустит!..

—Других допускает же.

—Нет, нет! Ее бог защитит, бог! — повторяла она, не помня себя.

—Да, может, и бога-то совсем нет,— с каким-то даже злорадством
ответил Раскольников, засмеялся и посмотрел на нее».

Эти слова Раскольникова некоторыми исследователями романа восприни­маются как кощунственные. И они могут показаться таковыми, если не видеть всей сложности чувств и намерений героя в данную минуту. Он дол­жен разбить все аргументы Сони, и он их разбивает, да и аргументов-то особых нет. Бога действительно нет, либо он никак не вмешивается во все происходящее на земле, и никто не может отодвинуть надвигающуюся на семью Мармеладовых катастрофу — последнее обстоятельство понимают и атеист Раскольников, и верующая Соня.

Он специально пришел мучить Соню, чтобы испытать глубину ее челове­ческого терпения, «ненасытного страдания», ее стойкости, истоки которой ему непонятны. Важно ему и переубедить Соню, заставить пойти его доро­гой, потому что он считает, что Соня более преступница, чем он сам. Она напрасно погубила себя, ничего радикально не изменив в этом мире. Отдалив гибель своих близких, она не может и не пытается уничто­жить на земле корни зла. Его метод более радикален, но он требует крови. Так какой же дорогой идти? Можно ли сделать однозначный выбор? Можно ли одной верой в Бога спасти от гибели семью Мармеладовых, а всех остальных, погибающих ежедневно в мире зла? И опять парадокс — семью Мармеладовых спасает не Бог, а Свидригайлов, циник, пошляк, преступник. И ведь не случайно именно его выбрал Достоевский в спасители. Есть в романе и еще один спаситель, тоже к Богу не имеющий никакого отношения,— это Лебезятников. Не окажись он рядом, отправил бы подлец Лужин Соню на каторгу — и погибла бы Полечка, как и предска­зывал Раскольников. Так, значит, правда на его стороне? Нет, тоже нет. Конечно, путь Сони не радикален, но на ее стороне другое — на ней нет следов крови, и поэтому никогда она не примет идеи Раскольникова, не должна принять. Так считал Достоевский. Но жизнь, реальная жизнь дает и иные результаты разрешения их спора: «толпа примет «кровь» и даже с воодушевлением. И будет в ее революционном гневе много справедливого, но еще больше ужасного, разрушительного. Все это видел Достоевский, и от всего этого он предостерегал в своем романе: теория Раскольникова ведет человечество в кровавый тупик. Это верно. Но один вопрос так и остался здесь без ответа. Его задает Раскольников Соне: «...Лужину ли жить и делать мерзости, или умирать Катерине Ивановне? то как бы вы решили: кому из них умереть? Я вас спрашиваю».

Вопрос поставлен так, что от ответа не уйти. Но вопрос этот не для Сони, не под силу ей. Она уповает только на Бога: он один может распоряжаться людскими жизнями, один он знает высшую справедливость. А если Бога нет? Кто будет решать эти вопросы, а решать их все равно необходимо: коротка человеческая жизнь, а после смерти справедливость погибшему уже не нужна, она нужна оставшимся на земле. Что можно противопоставить силе и подлости Лужиных? Проповеди? Они сами умеют прекрасно их произносить.

Ответ на этот страшный вопрос дал другой герой Достоевского — Але­ша Карамазов. На вопрос Ивана, что нужно сделать с тем генералом, который на глазах у матери приказал растерзать собаками ее сына, он ответил: «Расстрелять!» И нет у него другого приговора и не может быть.

Поэтому и финал романа «Преступление и наказание» открытый. Рухнула идея Раскольникова. Достоевский, осудив кровавую «пробу» своего героя, провел его через все круги ада и дал ему возможность возродиться для новой жизни. После духоты каморки, после духовной замкнутости и сосредоточенности на своей идее Раскольников увидел наконец широкую и вольную степь как символ обновленной жизни.

Но картина тишины, обилия воздуха и света не должна заслонять того, что происходило на страницах романа. «Их воскресила любовь»,— говорит Достоевский о Раскольникове и Соне. Это верно, и этому можно по-челове­чески радоваться. Но нельзя забывать, что никакая любовь не сможет воскресить раздавленного телегой Мармеладова, раздавленную жизнью Катерину Ивановну, тысячи других безвинных жертв. Нельзя забывать, что несправедливый и жестокий мир остался, что в нем Лужин проповедует свои идеи и не собирается добровольно уступать своих позиций.

Поэтому Достоевский так и не написал рассказ о переродившемся Раскольникове, да и что о нем можно было написать? В последующих его романах герои увидят мир таким, каким его оставил Раскольников, и будут так же мучительно страдать от его жестокости и несовершенства, бунтовать против законов общества, природы, всей вселенной и бога. И они будут несчастны, герои Достоевского, пока несчастен мир, в котором они живут.

Да, действительно, это роман очень актуален и в сегодняшнем мире. Мы видим столько жестокости, безнаказанности за совершенные преступления. Человек не задумывается о своих поступках, считает себя властелином всего. Нет, это неправда. Только Бог –властелин. Только он решает, жить человеку на земле или нет. Раскольников хоть покаялся в совершенном, пусть даже с помощью Сонечки. А мало ли таких «тварей дрожащих», которые считают геройством свои жестокие поступки. Заканчивая свое исследование, хочу сказать только то, что мы, люди, должны быть человечнее, гуманнее к окружающим, к самому себе, к близким. Мы должны оставаться в любых ситуациях Человеком с большой буквы.!

Литература.

1.  Роман «Преступление и наказание».

2.  Комментарий к роману «Преступление и наказание» 2 –е издание. Москва 1985г.

3.  Роман «Преступление и наказание». Три шедевра русской классики. Москва 1985г.

4.  И Собр. соч.: В 4 т.

5.  Литература в школе № 6, 1990 г