Желтикова Антонина
Не выходя из комнаты
Эпиграфом могло бы стать стихотворение Бродского «Не выходи из комнаты». Но вот я поменяла всего одну букву в этой фразе, поставив её в заголовок, и всё полетело в тартарары. Эпиграф отменяется. Но спасибо дядюшке Бродскому за вдохновение.
Пьеса в 3-ёх маленьких частях
Место действия: комната
Время действия: 10-е годы 21 столетия
Действующие лица:
Митя
Девушка
Мать
Евген
Ряженые
Сочельник
Сцена 1
(Митя лежит на кровати, входит Мать)
Митя. Ты слышишь?
Мать. Что?
Митя. Пляшет дождь…
Мать. (Выглядывая в окно) И правда… (Пауза) Послушай, ты не…
Митя. Мне все равно.
Мать. Обещай, что всё…
Митя. Как пойдёт.
Мать. (Нежно) Я тебя…
Митя. Я знаю.
Мать. Ну, я поехала?..
Митя. Поезжай.
(Мать уходит, Митя продолжает неподвижно лежать)
(Звонит телефон. Уже на последних секундах звонка Митя снимает трубку)
Митя. (Вслушиваясь прежде) Да. (Ответ) А, это ты. (Ответ) Я сейчас занят. (Ответ) Я лежу. (Ответ) У меня был тяжёлый день. (Ответ) Я не могу. Только часа через три. (В сторону) Какая глупость. (В трубку) Можешь приехать. (Ответ) Ты слишком быстро и громко говоришь. (Ответ) Приезжай, я открою. (Кладёт трубку, не попрощавшись) Лучше б никто меня не беспокоил.
(Митя встаёт и подходит к зеркалу, немного рассеянно и не без презрения смотрит на себя)
Митя. Что за!.. (Он проводит рукой по волосам, более-менее их приглаживает, берёт одеколон с полки, душится) Так-то лучше!
(Входит Мать)
Мать. (Удивлённо) Ты куда-то собрался?
Митя. Нет, я лежу.
Мать. А зачем надушился на всю квартиру?
Митя. Для разнообразия.
Мать. (Понимая, что ничего не добиться) Я поехала. Пока. Дверь закроешь?
Митя. Да, пока.
(Немного нерешительно Мать уходит)
Митя. (Погружаясь в объятия кровати, сопровождая это действие возгласом удовольствия) А ну эту дверь! И открывать не придётся.
(Спустя несколько минут издали начинает слышаться пение. Голоса вначале еле различимы, но потом они становятся всё яснее. Вдруг в комнате появляются ряженые. Они поют колядки, одеты по-народному, в руках маленькие мешки и рукотворные козы)
Митя. (Приподнимается, смотрит на них в упор) Здрасти. А вы кто? И как вы здесь оказались?
Соня. Дверь была открыта, а мы колядуем.
Коля. Ведь сегодня Сочельник.
Митя. Что, что, простите, вы делаете?
Евген. Запевай! (поют)
(Митя слушает очень внимательно, потом встает, подходит к компании. Ряженые перестают петь. Начинаются возгласы: «Дайте сушки, полечим козе ушки», «Дайте сала, чтоб коза наша встала»)
Митя. (Озадаченно) К сожалению, у меня нет ни сушек, ни сала, но могу предложить вам чай. Вы торопитесь?
Коля. Вообще мы хотели еще весь дом обойти, но, думаю, от чая не откажемся, правда?
Соня. Да!
Евген. Чай – это замечательно!
(Все радостно соглашаются)
Митя. Так, тогда садитесь за стол, сейчас принесу кружки и чайник поставлю. Садитесь, куда хотите. (Выходит из комнаты)
(Ряженые начинают рассаживаться, любопытно разглядывают комнату, улыбаются)
Митя. (Входит) Вот кружки. Чайник скоро уже вскипит. (Расставляет кружки, достает конфеты и печенье из шкафчика, садится) Итак, а теперь рассказывайте! Мне весьма интересно, что за песни вы поете и при чем тут коза.
Евген. Ну, есть такая традиция… Кстати, было бы, наверное, неплохо познакомиться.
Митя. А, да, Митя.
Евген. Я – Женя, а лучше Евген, это Настя, Катя, Коля, Саша, Соня. Не думаю, что ты всех запомнил, но так лучше. В общем, говоря о нашем предприятии (Смеется), это чистый фолк, друг, вот и все. А коза, ну, знаешь, так тебе скажу, коза – это вообще такое особое животное. Слышал что-нибудь о том, что первый театр, древнегреческий то бишь, пошел из ритуальных празднеств в честь козла, там, правда, это было олицетворением Диониса, бога вина и пиршеств, но знаешь, как лично я подозреваю, наши традиции, как и праздники в честь Диониса, имеют общие корни, а именно одни принципы мировоззренческих взглядов людей. И неважно, что славян еще не существовало, когда греки прыгали вокруг козла.
Коля. Евген умеет красиво говорит, только я в такое не верю. В конце концов, патриот ты или нет?
Евген. Да разве в том ли дело, патриот я или нет? Патриот, конечно, иначе бы нашел занятие получше, чем шляться с вами в минус двадцать по незнакомым подъездам.
Митя. Вообще, Евген, мне нравятся твои мысли. Я думаю, что есть в них доля правды, пусть и немного субъективной, но всё же. Я за чайником сгоняю. Секунду. ( Выходит)
Коля. Зачем мы сюда пришли, чтобы ты опять нашел лишний момент поумничать?
Евген. Лишнего момента в таком случае не бывает. Правда. Тем более, все попьют чай.
(Митя возвращается с чайником)
Митя. (Слегка обжигается) Горячий, зараза. (Быстро ставит на стол) (Обращается к Соне) Девочка, разлей, а? Вот заварка.
(Соня разливает)
Митя. Итак… значит, что еще я хотел… А, где вы занимаетесь, к вам можно прийти как-то?
Евген. Можно, конечно, мы тут недалеко в подвальчике занимаемся на параллельной улице.
Коля. Евген, тоже мне, что ты говоришь-то? Мить, для начала нужно уметь петь хотя бы. Там просто так всех желающих людей с улицы не возьмут. Однажды к нам пришел такой, «душа у него пела».
Митя. Ну, понял. Я петь не умею. Наверное…
Соня. (Вдохновенно) А вдруг умеешь? Ты пел когда-нибудь?
Митя. (С расстановкой) Да нет, это я вообще не для себя узнаю. У меня есть знакомая одна, она вроде поет, может ей бы захотелось. А можешь точный адрес написать или телефон свой оставить, я ей передам, а она решит, хочет или нет.
Евген. Да ноу проблемс, вообще. Давай телефончик дам.
(Митя достает бумагу и ручку, Евген пишет телефон там, отдает обратно, Митя убирает)
Митя. Еще споете перед уходом? Голоса у вас, и правда, крутые. Честное слово. Даже звучит современно так.
Евген. Да запросто, только чай допьем.
(Допив чай, ряженые начинают петь. Митя слушает увлеченно, с интересом. Вдруг появляется Девушка)
Девушка. Привет, Митяй, а что здесь у вас происходит?
Митя. Да вот, колядовать пришли, понимаешь?
Девушка. А, удивительно! Сейчас этим занимаются? (Переводит взгляд на Ряженых, немного недоумевает, но остается неподвижной)
Коля. Не поверите, но да. Доброго здоровьица!
Девушка. (Ряженым) Да, здрасти. (С ядовитой усмешкой) Митяй, а что ты не сказал, что тут у тебя концерт дают? Я бы и раньше приехала.
Митя. Так они только пришли. А как бы ты раньше приехала? Ты разве не из дома?
Девушка. Ну, почему сразу из дома. Я тут кофей гоняла в твоем районе с чуваком. (Непосредственные фразочки сопровождает удивленными взглядами на Ряженых)
Соня. Короче, ладно, мы пойдем, спасибо за чай и гостеприимство. Дай тебе Бог здоровья и счастья! И всей твоей семье и друзьям.
Митя. А что так рано уходите?
Евген. Да еще надо много обойти, а времени маловато уже осталось.
Митя. Ну что ж, ладно тогда, приходите еще… как-нибудь… До свидания, дверь захлопните, пожалуйста.
Евген. Обязательно придем. До встречи!
(Ряженые уходят)
Затемнение
Сцена 2
(Девушка и Митя сидят на стульях. Митя закуривает)
Митя. Пусто, да?
Девушка. Да есть такое…
Митя. Зачем приехала?
Девушка. А что, мне и приехать нельзя?
Он. Да можно, можно, просто спросил, мало ли, дело какое.
(Девушка нервно встает, ходит по комнате, закуривает тоже)
Девушка. А знаешь, что… Там сейчас в этой толпе поющих мой старый знакомый стоял.
Митя. Какой еще знакомый?
Девушка. Который умер два года назад.
Митя. Что за шутки ты шутишь?
Девушка. Хах, нет, это не шутки. Честное слово, я, когда пришла – опешила. Потом правда подумала, что может, это близорукость, и я спутала.
Митя. Да, скорей всего так. Успокойся. Хочешь сказать, что это были мертвецы?
Девушка. Понимаешь, я тогда не поверила в его смерть, но ведь он действительно исчез, пропал, как не бывало.
Митя. У мертвецов хотя бы могилы бывают. У твоего знакомого появилась могила после смерти?
Девушка. Да откуда я знаю. Но все это, и правда, странно. Почему это случилось…
(В комнате ненадолго воцаряется молчание. Митя выдувает колечки из сигаретного дыма, а Девушка немного через плечо смотрит в окно)
Митя. Расскажи, не молчи.
Девушка. Что тебе рассказать?
Митя. Ну, кто он? Что с ним случилось? (Пауза) Мне интересно. А потом можно им позвонить, я взял телефончик.
Девушка. (Удивленно) Как взял?
Митя. Они меня так порадовали, что решил взять номерок, тем более, ты вроде петь умеешь. Я о тебе подумал, между прочим.
Девушка. Да знаю я, как ты обо мне подумал. Я видела твои двусмысленные взгляды на девчонку.
Митя. Что? Тебе показалось. Ты со своей близорукостью домысливаешь всё, что не попади. И вообще, я таким не занимаюсь, сама знаешь.
Девушка. Ладно, будем считать, что так. Дай мне, пожалуйста, номер.
Митя. Но ведь ты так ничего и не рассказала. Тем более, это номер главного, разве он тебе нужен?
Девушка. Мить, будь человеком! Я просто позвоню и приду к ним. А если это, и правда, он, я все расскажу тебе. Честно!
Митя. Нет, так не интересно.
Девушка. Ну и что ты за друг после этого?
Митя. А кто сказал, что я твой друг?
Девушка. Хватит шутить!
Митя. А без шуток всё.
Девушка. Мить! Это очень важно. Не надо меня шантажировать. (Встает со стула) В конце концов, я и сама могу пойти и догнать их.
(Девушка убегает)
Митя. (Подходит к окну) А дождь закончился… Дождь в январе… (Садится на стул, где сидела Девушка) Почему? Ну, почему, ты так умело всегда выскальзываешь из рук? Уходишь, когда тебя никто не просил уходить… Ведь сама пришла, никто не звал, и вот, на тебе! Да, на, хавай, Митяй! (Передразнивая Девушку) Я убегаю, потому что там какой-то нарисовался «старый знакомый». И ты мне не друг! (Встает) Держит меня за идиота. Столько лет! (Вздыхает) Лучше лечь спать, лучше действительно уснуть и не думать о ней. (Ложится) Вот так вроде чувствуешь обиду, а на самом деле нет никакой обиды, только накручиваешь сам себя. Вот чем я сейчас занимаюсь? Ерундой какой-то! Мы уже так три года, и ничего. Да и в этом ли суть. (Натягивает плед на себя) Холодно что-то стало, откуда-то дует. Холод, холод, а что такое холод? Вот скажи человеку из Сахары, ‒ «холодно», а он и не поймет. Ему холодно не бывает, а если и подразумевает он такое понятие, то наверняка не так как я. Как же мне ему объяснить, что такое холодно? Холодно – это как жарко, только наоборот. Объяснил! Для него и жарко-то, небось, не такое жарко, как для меня. Вот засада. (Вздыхает) Надо спать, спать и все тут. (Закрывает глаза) Все уехали, ушли, только дверь, по-моему, не закрыта, но так-то и фиг с ней. Зайдут еще гости. (Открывает глаза) И все-таки, как объяснить холод? Ой, ладно, не сейчас, Митяй. Надо выспаться. (Засыпает)
Затемнение
Сцена 3
(Девушка сидит в комнате. Митя спит на диване. Она пьет чай и сосредоточенно думает о чем-то)
Митя. (Просыпаясь) Приятного аппетита.
Девушка. Доброе утро.
Митя. Ты чего здесь?
Девушка. Пришла дверь закрыть, а то так и убьют тебя.
Митя. Да это ты скорее убьешь.
Девушка. Ты очень остроумен спросонья.
Митя. А ты злая. По жизни. (Потягивается) Как, нашла своего знакомого?
Девушка. Они вообще куда-то исчезли, я не догнала их.
Митя. Ну, прямо мистификация какая-то. Правда! Хор мертвецов.
Девушка. Ну, ты все шутки шутишь, а я тебе серьезно.
Митя. Да видимо, не туда побежала. Что ты, правда, как в детском саду? Я, конечно, все понимаю, но они, по-моему, были из плоти и крови. Хоть я в духов отчасти и верю, но не думаю, что это были именно они.
Девушка. А я вот наоборот в духов не верю, но тем не менее, более трезво смотрю на сложившуюся ситуацию, в отличие от тебя.
Митя. Знаешь, я бы по-другому начал разговор. Ты зачем-то ко мне, все-таки, вернулась, несмотря на то, что расстались мы с тобой не очень хорошо. Значит, тебя что-то мучит, и ты хочешь моей помощи. Но я ничем не смогу тебе помочь, пока ты нормально и обстоятельно ничего мне не расскажешь.
Девушка. (Немного повышая голос от накипевших эмоций и безысходности) Да тут нечего рассказывать. У меня был друг. Мы с ним два года дружили. А потом однажды позвонил его одноклассник бывший и сказал, что он умер. Вот и все. А теперь я прихожу к тебе домой и вижу его здесь среди поющего колядки хора. Какие-то странные обстоятельства, все, что мне остается, молча улыбаться и делать вид, что все нормально. Хотя от бьющей меня дрожи я готова была упасть в обморок. А потом я бегу, вроде бы они не могли уйти далеко, ищу их, а они исчезли – все и не понятно куда.
Митя. Не знаю, если всё и правда так, как ты говоришь, то это, конечно, странно. Честное слово. Но я не знаю, что теперь сделать. Остается одно – набрать телефончик.
Затемнение
День Рождества.
Сцена 1
(Девушка и Митя по-прежнему в комнате)
Девушка. Сейчас всего половина первого, метро еще открыто… Наверное, поеду домой… Сегодня Рождество.
Митя. Рождество?
Девушка. Да. На улице людей, небось, куча.
Митя. Ну, иди, если хочешь, все равно абонент не доступен, а всю ночь звонить не прилично.
Девушка. А во что ты веришь?
Митя. Хм… Я верю в то, что каждый человек может стать богом. Это, может, звучит грубо и совсем не передает всю суть, но это почти так… Почти так, как я сказал.
Девушка. (Усмехаясь) И как, ты уже на этом пути?
Митя. Если бы ты хоть немного открыла глаза, ты и правда увидела бы, что всё здесь зависит от нас. В детстве я был уверен, что весь этот мир – иллюзия, наша собственная, мы видим то, что хотим видеть, ни больше, ни меньше – именно плоды нашего воображения. И тогда я часами сидел у своего окна, у этого самого, и смотрел вон на тот дом. Смотрел и смотрел, сосредоточено, а потом в одно мгновенье вылетал на улицу, подбегал к этому дому и молниеносно заглядывал за угол, надеясь, что моё воображение не успеет воссоздать новый образ, просто не хватит времени, и тогда я увижу чёрное пространство, ну, или белое, просто пустоту… Но я заглядывал и не видел её. Была другая сторона дома, улица, люди. Эта моя теория осталась недоказанной, и это весьма огорчало меня. Скажу, что и сейчас меня это огорчает.
Девушка. Ладно, Митя, я пойду. Если ты не будешь спать, утром я вернусь. (Пауза) Мне, если честно, очень страшно.
Митя. Ладно. Я не буду спать, ты же знаешь. Приходи.
Девушка. Но мне так страшно! Ты просто не представляешь, каково это… Просто не представляешь. Я одна в пустой квартире, он же знает, где я живу.
Митя. Но ведь ты, наверное, только и хочешь, чтобы он пришел, разве нет?
Девушка. Я же даже не знаю, живой ли он…
Затемнение.
Сцена 2
(Митя сидит в комнате, рисует что-то, сидя за столом, постоянно курит)
Митя. (Смотрит на часы) 4 часа ночи… (Дальше рисует) Какое странное состояние, как будто не спал дней десять. Не могу сфокусироваться… Что за ерундень? (Пауза) Ох, тяжело…
(Вдруг ночную тишину и полумрак настольной лампы разрывает звонок в дверь)
Митя. (Вздрагивая) Ни фига ж себе, занесло кого-то. Еще звонят, – вежливые, у меня ж дверь открыта.
(Митя распахивает входную дверь, входит Евген)
Митя. (Уже немного напугано) Ты?
Евген. Да, я.
Митя. (Еще более напугано) А я тебя помню.
Евген. Это хорошо.
Митя. (Бодрясь) А ты зачем пришел?
Евген. Я к девушке той, которая к тебе в гости пришла тогда.
Митя. А с чего ты взял, что она обязательно должна быть у меня в такое время?
Евген. Не знаю, так показалось.
Митя. Может, ты у неё дома был?
Евген. (Смотрит на него в упор, с сарказмом) А ты давно Штирлицем подрабатываешь?
Митя. Да что ты сразу такой злой? Садись. Может, чаю?
Евген. Ты всех гостей сразу чаем поишь?
Митя. Да ну почему сразу всех? Просто ты злишься, а я этого не люблю.
Евген. Ты этого не любишь? (Сдержанно) Так нет её здесь, говоришь?
Митя. Да нет. (Напряженно и медлительно)
Евген. А куда она пошла?
Митя. Так я не знаю, она просто ушла. А что же её нет дома?
Евген. Может, есть, а, может, и нет. Дам, знаешь ли, так тяжело понять…
Митя. (Уже совсем пришел в себя, оправился, понял, что теперь можно и поиграть немного со своим ночным нежданным гостем) Друг, а вообще зачем тебе эта девушка, м?
Евген. А я что, перед тобой отчитываться должен?
Митя. Да нет, конечно. Но я был с тобой вежлив и на вопросы твои отвечал.
Евген. Мы с ней старые знакомые.
Митя. А-а-а, ну, это многое мне объяснило. (Про себя) Учитывая, что я это уже слышал.
Евген. Ну, мы с ней давно не виделись.
Митя. А что вам мешало встретиться?
Евген. Обстоятельства.
Митя. Исчерпывающий разговор. Даже не имеет смысла дальше продолжать.
Евген. Ну и правильно.
Митя. Эй, ты у меня в гостях.
Евген. Кто тут еще у кого в гостях, это под вопросом.
Митя. Я не понимаю.
Евген. Оно и видно. (После паузы) Ты, дружок, плохо в литературе разбираешься.
Митя. Я технарь. Но книги читаю…
Евген. Я вижу. Про духов, про астральные выходы… Интересная литературка.
Митя. В такой темноте успел оглядеть все мои книжные полки?
Евген. Они немногочисленны… Что тут оглядывать?
Митя. (Начинает пугаться) Все равно это как-то…
Евген. Не лучше ли мы помолчим? Ты садись и рисуй дальше, а я подожду ее здесь. Не думаю, что ты будешь сопротивляться такому распорядку. Я бы покурил, сигаретки не найдется?
Митя. Эээ… Да! (достает пачку, протягивает, угощает сигаретой, зажигалка у Евгена была своя)
Евген. Вот и славно. А теперь помолчим.
(Митя рисует, иногда косо поглядывая на Евгена, Евген стоит молча у окна, смотрит сквозь стекло, медленно курит)
Затемнение
Сцена 3
(Митя спит за столом, уронив голову на свой рисунок. Комната из ночного полумрака уже вышла в свет. Два часа пополудни. За окном пасмурно, и опять собирается дождик)
(Митя медленно просыпается, поднимает голову, потягивается и озирается вокруг. Встает и обходит комнату. Понимает, что никого кроме него здесь нет)
Митя. Ну и ночка. Приснится же такое. (Выглядывает в окно) Опять скверная погода… Все ясно. Нет, ну, правда, по-моему, это был кошмар, а не ночь. Я даже понять не могу, когда я вырубился, и начался этот дрянной сон. (Разваливается снова на стул, с которого встал недавно. Смеется. Потом наваливается на стол и замечает свой рисунок. Смех тут же исчезает, он берет листок в руки и сосредоточенно начинает разглядывать) Что же получается? Что он все-таки приходил? (Пауза. Вскакивает со стула) Ну, да, я же не мог нарисовать это просто так, я… Не могу понять… Так куда он делся? Надо его найти. А она? Она не пришла… Тоже… Может, что-то случилось?.. Мне это начинает не нравиться… Но… Чёрт возьми, это уже интересно!
(Митя накидывает какую-то куртку и распахивает дверь. Перед собой он видит Мать. )
Мать. (Входит) О, родной, здравствуй! А я только хотела позвонить, а тут ты, так неожиданно! Я аж испугалась!
Митя. А, мама… Да, привет. Я не думал, что ты вернешься сегодня. А где, этот?..
Мать. Он поехал там по делам. Завез меня просто домой, чтобы я не тряслась в машине.
Митя. Просто я думал, вы завтра приедете.
Мать. Ты чем-то расстроен?
Митя. Да нет, просто ночь плохо спал.
Мать. Ты все время плохо спишь, когда меня нет дома. Прямо как в детстве…
Митя. Да нет, это кошмары просто снились.
(Мать проходит в комнату, снимает пальто, вешает и присаживается в кресло, раскрывает сумку, что-то смотрит там. Митя встаёт у стены.)
Мать. Когда ты был маленький, тебе тоже снились кошмары, пока я уходила в ночную смену. Ты всегда плакал… А я не могла доверить тебя чужой женщине. (Начинает вносить пакеты с продуктами, Митя подходит и помогает поднести до стола) Как прошли выходные?
Митя. Нормально, готовился.
Мать. А сейчас гулять собирался?
Митя. Ну, развеяться немного хотел.
Мать. Да, это тоже было бы неплохо. Знаешь, я тут подумала. Просто мы сейчас с тобой вдвоем и могли бы поговорить. У меня иногда сердце сжимается, когда я смотрю на тебя. Конечно, я во всем виновата. Мне надо было уделять тебе больше времени. Но ты совсем меня чураешься, не доверяешь, живешь своей жизнью. Я в общем-то и не лезу, но ты какой-то не такой… Всё в порядке?
Митя. Да, мам, всё хорошо.
Мать. О чём ты думаешь, мальчик мой? Расскажи мне.
Митя. Ты все равно не поймешь. Да и зачем это тебе?..
Мать. Нет, ну, ты скажи. Я же должна знать, чем живет мой сын. Я просто хочу знать.
Митя. Я не знаю… Жизнь… Никто не знает, что было до нашего рождения, и также никто не знает, что будет после нашей смерти. Поэтому как можно с уверенностью рассуждать о жизни? Есть просто путь.
Мать. Я понимаю, я сама в твоем возрасте была такой, честное слово. Я занималась даосизмом, тогда эта вся культура стала популяризироваться, и бросило меня во все тяжкие. Правда… Смешно сейчас даже. Я и даосизм. Но это было так. Просто жизнь ведет тебя. И то, что ты говоришь о «пути», это верно, он есть, он и выведет тебя, просто путь – это понятие неодушевленное для столь смелых действий, это что-то неживое. Пройдет время, и ты почувствуешь, что некто ведет тобой, точно не путь. Тропинка в лесу выведет в город, но ее ведь кто-то протоптал, не сама же она на земле появилась. (Пауза. Встает.) Ладно, я замучила тебя. Ты хотел развеяться?
Митя. Да не пойду. Я забыл поесть. (Снимает куртку.) Останусь дома.
Мать. Ладно. Хорошо. Я приготовлю тебе что-нибудь.
Митя. Да я и сам могу сделать.
Мать. Мне только в радость. Но можешь помочь.
(Мать и Митя уходят)
Затемнение
Святки
Сцена 1
(Раннее утро. Мать собирается на работу. Митя просыпается от ее шагов. Приоткрывает глаза, но не хочет вставать. )
Мать. Ой, доброе утро. Прости, это я разбудила тебя?
Митя. Доброе утро. Да нет, я сейчас опять усну.
Мать. А сегодня в университет не надо?
Митя. Нет, сегодня нет экзамена.
Мать. А когда следующий?
Митя. Послезавтра.
Мать. Я надеюсь, ты не запускаешь.
Митя. Нет, пока проблем не было.
Мать. Что ж, это хорошо. Я сегодня поздно приду.
Митя. Мне все равно.
Мать. Обещай, что всё…
Митя. Как пойдёт.
Мать. (Нежно) Я тебя…
Митя. Я знаю.
Мать. Я пошла.
(Мать уже в дверях. Митя окликает её)
Митя. Мам, я тебя тоже…
(Мать улыбается и молча уходит)
Митя. Странно как-то… Теперь точно не усну. (Встает. Потягивается) Да нет, в кровати лучше. (Ложится) Что ж так холодно опять? (Накрывается пледом) Такое странное чувство, как будто дежавю… Как будто это уже все было, как будто неуловимо повторяется. Такое бывает, когда является во сне чье-то лицо, а потом видишь его в жизни. И непонятно, откуда ты его знал. Жутко… Может, мне холодно, потому что страшно? А отчего мне страшно?
Помню дежавю, перед тем, как меня сбила машина. Шел я, и мне показалось, что так уже было когда-то давно во сне. И повеяло холодом, так же, как сейчас. И даже смертью. А потом эта машина. И правда, уже после я вспомнил, что это случилось со мной как-то во сне, но я тогда забыл это, только чувства напоминали что-то из прошлого. Это удивительно…
(Встает с кровати. Укутывается в плед, подходит к окну и смотрит на улицу.)
Как же страшно. Никуда не пойду сегодня. Никуда. И ничего не буду делать, буду спать и слушать музыку. Тем более, так некстати, мне снились какие-то кошмары… Дежавю – это маленькое мгновение, вот оно прошло, его уже нет, миг какой-то, а столько приносит тоски и боли. Что за ерунда?
Просто сидеть и смотреть в окно и никуда не идти, никуда не спешить и ничего не делать. Как я хочу просто спокойно жить здесь в своей тесной маленькой комнате.
(Встает, включает песню «The Idol» W.A.S.P., закуривает и ложится в кровать.)
(На лице Мити отпечаталась глубокая мысль.)
Сцена 2
(Митя сидит перед окном, смотрит на улицу, его можно сравнить с котом, который любит подолгу неподвижно смотреть в окно. Облокотившись о стол, стоит Девушка. )
Девушка. Мы с тобой так редко видимся.
Митя. Да. Что есть, то есть. Но не думаю, что иначе было бы лучше.
Девушка. Я заметила – наши встречи происходят раз в сезон.
Митя. Это совпадение. Весьма неконструктивное замечание.
Девушка. Да, скорее всего совпадение. Я бы предложила тебе погулять, но ты не любишь холод. Хотя там и снега-то нет.
Митя. Да, я мог бы погулять с тобой, но я устал, честно говоря.
Девушка. Ты рад, что я приехала?
Митя. Да, безусловно. Конечно.
Знаешь, в детстве у меня был воображаемый друг. Ну, кажется, он у всех был. Ну, вот и у меня тоже. Его никак не звали, он был просто «друг». И мы с ним часто подолгу говорили о чем-нибудь. Но это неважно, интересно то, как он исчез из моей жизни.
Это было летом. Вообще, надо сказать, что мой друг ходил в длинном зеленом плаще и в шляпе, как у пчеловодов. Да, весьма интересный прикид, но вот так он был одет. И однажды летом на даче у меня появился новый сосед. Когда я увидел его в первый раз, он был в таком же плаще и в такой же шляпе. Точь-в-точь. Он одевался так почти каждый день. И, конечно, потом, когда я уже вернулся домой, я не смог вызвать своего друга в памяти, потому что тут же перед глазами вставал этот сосед. Так я и потерял своего первого друга.
Девушка. Странная история. И очень грустная, на самом деле.
Митя. Ты считаешь?
Девушка. Сам говоришь, он был твой друг.
Митя. Да, но воображаемый. Значит, в нем не было того, что есть в тебе, например.
Девушка. А что есть во мне?
Митя. Загадка и непредсказуемость. Как в любом живом человеке. Да и тем более, хоть мы с тобой и дружим уже года так три, если не больше, все равно есть у нас непонимание.
Девушка. Не знаю… Я стараюсь тебя понять. Всегда.
Митя. Я знаю, но я хочу, чтобы ты понимала меня на двести процентов.
Девушка. Возможно ли такое?..
Митя. У меня нет такого другого человека, которому я могу рассказать то, что доверяю тебе.
Девушка. Да, я знаю, да…
Митя. Но в последнее время, я заметил, что ты отдалилась от меня… Твоё внимание не здесь, да и не делишься ты ничем со мной.
Девушка. (Вздыхает) Прости… Я не знаю, что такое.
Митя. Ты знаешь. Тебя мучит что-то? Расскажи. Ведь я всегда помогу.
Девушка. Мне кажется, всё зашло настолько далеко, что… (Прерывает сама себя)
Митя. Ты не приходила слишком давно…
Девушка. Митя, знаешь, иногда мне начинает казаться, что ты сошёл с ума… (Митя меняется в лице, внимательно смотрит на Девушку) Знаешь ли ты, сколько прошло лет, с нашей последней встречи?.. Ты помнишь, когда это было?
Митя. Я…
Девушка. Так вот, это было пять лет назад. Мы не виделись два года!
Митя. Нет… Подожди. Зачем так шутить?..
Девушка. Шутить? Что ты вообще делаешь? Чем ты занимаешься, м?
Митя. Я…
Девушка. Мы с тобой уже давно не сидим за одной партой, ты давно не школьник. Мы взрослые люди, Митя! Я молчу о том, что ты бы уже заканчивал универ, если бы не ушел тогда. А то, что ты…
Митя. Я всего лишь в прошлом году бросил универ, о чём ты говоришь? Ну, решил реабилитироваться один год, пожить в своё удовольствие.
Девушка. (Закрывая лицо руками и качая головой) Боже, что с тобой стало?! Что же теперь делать? (Подходя к Мите) Прости меня, пожалуйста. Всё было слишком тяжело в последнее время. Моя жизнь сорвалась, всё полетело в бездну, и я не приходила, да… Но, послушай…
Митя. Подожди! Что случилось? Что?
Девушка. Сейчас это неважно.
Митя. Важно! Как же! Ведь это именно то, что удерживало тебя…
Девушка. Я… Просто… Понимаешь… Я потеряла одного очень близкого мне человека. Мне было очень тяжело… Я до сих пор-то… (Девушка будто погружается в воспоминания)
Митя. Боже мой, Боже мой! Как его звали?
Девушка. Евген.
(Митя меняется в лице)
Митя. Знаешь, мы все запутались, по-моему. И, если посмотреть со стороны, то, конечно, это всё могло быть и лучше.
Девушка. О чем ты? (Немного беспомощно) Я наводила справки – ты забросил институт на втором курсе, а работать никуда не устроился, с друзьями общаешься только в интернете.
Митя. Зачем ты сейчас это мне говоришь? Я верю, что всё так и было, что я просто забыл. Но… Знаешь.
Отпусти Евгена!
Девушка. О чём это ты? Я не понимаю.
Митя. Отпусти его из своего сердца, из своих мыслей! Он мёртв. Ты должна позволить ему начать свой новый путь с лёгкой спокойной душой.
Девушка. Я не понимаю … Что ты знаешь об этом, чтобы так говорить?
(Митя достает рисунок, который обнаружил под своей головой на столе, протягивает его Девушке)
Девушка. Откуда это? Как ты?..
Митя. Это, правда, он? (Смотрит на рисунок) Да, он очень хороший… Целеустремлённый такой… Эрудированный…
Девушка. Я всё время думаю о нём. Я не могу забыть… (Начинает плакать)
Митя. Ну-ну… (Успокаивает) Послушай! Иногда нужно просто отпустить. Отпустить что-то, к чему очень привык, что очень любишь, потому что можешь помешать этому двигаться по предначертанному.
Девушка. Но откуда всё это? Откуда ты знаешь? Почему ты так говоришь со мной?..
Митя. Я ничего не знаю сам. Я видел его. Видел тебя… Я всё это видел.
Девушка. (Начинает метаться по комнате) Мне душно здесь, мне больно… Я виновата… Он мучится… Да?
Митя. Всё в порядке. Просто попытайся продолжить жить дальше. Так, как было до этого. Только лучше, по-другому, по-новому.
Отпускать всегда тяжело, особенно с годами. Говорят, что с возрастом люди черствеют, но я думаю, это всё от того, что они наоборот привязываются к чему-то одному, привычному, настолько сильно, что даже разонравившийся чай с сахаром сложно будет заменить на любимый кофе, если это уже многолетняя привычка. Это в юности мы меняем места, друзей, школы, ссоримся, миримся, бросаем всё, и ищем что-то другое. В зрелости люди чаще всего боятся такого…
Девушка. (Перебивает) Молчи… Молчи теперь, когда всё позади. Просто пойдём со мной. Пойдём погуляем и подышим свежим весенним воздухом – я так устала, да и ты, я вижу тоже. Пойдём, прошу.
Митя. Как же долго я спал…
Уходят. Затемнение
2015 год
