Основы антропологии (стр. 6 )

Начальную форму организации общества называют первобытным человеческим стадом. Это небольшая группа людей (20-30 чел.), оседлые охотники и собиратели. Половые отношения еще не регулировались. Зачатки религии и идеологических представлений. Имеет место погребальная процедура. Завершается возникновением первой общественно-экономической формации — первобытнообщинного строя. Основой первобытнообщинной формации является общественная коллективная собственность на орудия производства. Простейшие каменные орудия труда (каменные топоры, ножи, наконечники стрел, копья и т. п.), орудия из кости животных, деревянные стрелы и дротики позволили человеку выделиться из мира животных. Вместе с тем эти орудия обеспечивали низкую производительность труда. Их применение было эффективным лишь вследствие совместной деятельности людей. Все орудия находились в общем владении членов первобытного коллектива. Ячейкой такого коллектива являлся род, все члены которого были связаны кровнородственными связями. Из родовых общин образовались впоследствии племена и племенные союзы. Первобытный человек был крайне слаб перед лицом стихийных сил природы. Противостоять им люди могли лишь коллективно. Добытые в совместном труде продукты распределялись между всеми членами рода или племени. Таким образом, все элементы производственных отношений: собственность, непосредственный обмен деятельностью и распределение находились в соответствии с уровнем и характером развития производительных сил. Этим производственным отношениям соответствовала надстройка первобытнообщинной формации. Во главе рода и племени стояли вожди, отличавшиеся силой, опытом и мудростью. Власть была выборная. Иногда она передавалась по наследству от отца к сыну. Все члены общины принимали посильное участие в труде, собирании кореньев, охоте и т. д. Все взрослые физически здоровые мужчины одновременно были воинами. Поэтому никаких внутренних социальных противоречий между членами первобытного коллектива не было.

Их сознание формировалось в борьбе с суровой природой. Объяснение природных явлений, непонятных и грозных сил (гром, молния, зной, холод, наводнение и т. п.) принимало мифологическую форму. На основе подобного объяснения мира возникли различные формы ранней первобытной религии. Вместе с тем в общественное сознание входили простейшие нормы и правила обязательного для всех поведения. Это были зачатки первобытной нравственности и морали. Любые их нарушения строго преследовались. Возникло также первобытное искусство. До наших дней сохранилось немало образцов наскальной живописи и рисунков, изображавших эпизоды охоты, земледелия, боевые схватки, элементы религиозного культа и т. д.

Величайшим шагом вперед в развитии первобытной техники и всего производства явилось использование огня. С его помощью люди научились не только приготавливать пищу, но и обогревать жилье, изготавливать гончарные изделия, а затем выплавлять металлы и создавать железные и бронзовые орудия труда и оружие. Это привело к гигантскому скачку в развитии производительных сил. Одним из его следствий явилось быстрое расселение людей из областей их первоначального обитания в теплом тропическом поясе по всей поверхности земли, включая суровые и труднодоступные области.

Развитие производительных сил сопровождалось разделением труда. Появились племена, занимавшиеся по преимуществу охотой или собиранием растительной пищи. Произошло разделение скотоводческого и земледельческого труда. Выделились ремесла: оружейные, гончарные, сапожные и т. д. В результате этого между различными первобытными общинами возник обмен продуктами труда.

Около 6 тысяч лет назад развитие производительных сил первобытного общества поднялось на такой уровень, что люди впервые начали производить несколько больше продукции, чем необходимо было для удовлетворения их непосредственных потребностей в пище, одежде и жилье. Появилась возможность сохранять и накапливать эти излишки. Они сосредоточивались в руках родоплеменной знати. В результате сложились предпосылки для накопления богатств и возникновения имущественного неравенства. Избыточные средства производства можно было использовать для эксплуатации чужого труда, а это означало, что возникли зачатки новых производственных отношений, основанных уже не на коллективной, а на частной собственности. Начал складываться новый способ производства. Старая первобытнообщинная формация исчерпала свои возможности, и объективный ход истории подвел человечество к новым рубежам. Возникло деление на классы и классовое общество.

13. Понятие о расах, нация и раса, раса и язык, классификация рас.

Понятие о расах. «...В антропологии разные исследователи в разные периоды под «расой» имели в виду достаточно отличные понятия. Приведем несколько определений для примера.

«...Раса есть совокупность людей, обладающих общностью физического типа, происхождение которого связано с определенным ареалом» (Рогинский, Левин, 1978).

«Раса – это комбинация наследственных характеристик с определенной наследственностью, ... с помощью которой члены одной расы отличают себя от другой» (Залер, 1931).

«Раса – это группа людей, имеющая общие физические черты» (Кун, 1939).

При таком разнообразии определений неудивительно, что и расовые классификации сильно отличаются у разных авторов»[3].

«Все ныне живущее человечество представляет собой с биологической точки зрения один вид Homo sapiens L., распадающийся на целый ряд более мелких делений, называемых расами. Таким образом, человеческие расы являются подразделениями вида Homo sapiens.

Происхождение термина «раса» объясняли различно, производя его из арабского ras, что значит «голова», «начало», «происхождение», из итальянского razza (раса, племя). Слово La race приблизительно в том смысле, как оно употребляется теперь, мы находим уже у Франсуа Бернье, одного из первых авторов классификации человеческих рас, опубликованной в 1684 г. <...> Немцы заимствовали это слово у французов и даже долгое время сохраняли французскую транскрипцию race, и лишь во второй половине XIX в. заменили ее немецкой Rasse.

Расы отличаются друг от друга физическими признаками – цветом кожи, волос, глаз, формой волос, чертами лица, ростом, формой черепа и др. Эти признаки не имеют сколько-нибудь существенного значения для жизнедеятельности человека.

Физические особенности, по которым одна раса отличается от другой, наследственны и сравнительно мало изменяются в результате непосредственного влияния среды.

Расовые варианты, в отличие от всех других внутривидовых вариантов, приурочены каждый к определенной территории или ареалу данной расы; в настоящее время связь с ареалом иногда не обнаруживается с полной отчетливостью, однако она всегда имела место в более или менее далеком прошлом.

Таким образом, не все физические признаки могут считаться расовыми. Так, различия в телосложении, развитии жироотложения, мускулатуры, различия в осанке др. не являются расовыми как вследствие весьма сильной непосредственной зависимости их от внешних условий, так и вследствие того, что ни один из них не приурочен к какомулибо географическому ареалу»[4].

Нация и раса. Необходимо строго различать два весьма разных понятия — нация и раса.

Людей объединяет в нации общность языка, территории, экономической жизни, психического склада. В отличие от нации, раса есть совокупность людей, обладающих общностью физического типа, происхождение которого связано с определенным ареалом. Такие обозначения, как «английская раса», «французская раса», «итальянская раса», «германская раса», «японская раса», «китайская раса» и т. п. являются ошибочными»[5].

«Отсутствие внутренней необходимой связи между расой и языком вытекает с полной очевидностью из многих фактов.

У человека любой расы, воспитанного с первых лет жизни в какой-либо стране, родным языком будет язык народа этой страны.

Можно привести множество примеров полного несовпадения границ распространения языка, с одной стороны, и расового типа – с другой. Так, среди тюркоязычных народов Советского Союза мы находим, например, азербайджанцев, относящихся к одному из южных вариантов европеоидной расы, якутов, ярких представителей монголоидной расы, чувашей, обладающих чертами уральской расы.

Меланезийцы, малайцы и полинезийцы, резко различаясь по своему антропологическому типу, все говорят на языках малайско-полинезийской группы. К индоевропейской семье языков относятся, с одной стороны, языки северо-западных народов Европы, очень светловолосых и светлоглазых, с другой – весьма смуглых, темноволосых индийцев. <…>

Все эти факты свидетельствуют об отсутствии какой-либо причинной зависимости языка от расы, и этому нисколько не противоречат весьма частые случаи, когда между расовой и языковой принадлежностью какой-либо группы устанавливалась историческая связь. Если, например, буряты и по форме культуры, и по языку, и по антропологическому типу отличаются от русских, то это, разумеется, ни в какой степени не означает, что бурятский язык есть порождение монголоидной расы. Изучение различных форм этой исторической связи позволило сделать ряд обобщений:

Язык и культура могут распространяться и без перемещения антропологических типов, но антропологические типы никогда не распространяются, не принося с собой определенной культуры и языка.

Антропологические данные могут играть важную роль для определения тех этнических «слоев», из которых сложился данный народ.

Когда масса населения, почти однородная по антропологическому составу, разделена на группы, говорящие на разных языках, следует искать в прошлом тех или иных форм историческую общность этих групп. <...>

Границы антропологических типов больше совпадают с границами историко-этнографических областей, чем с границами распространения хозяйственно-культурных типов или групп языковой классификации[6].

Раса и язык. Такие социальные характеристики групп людей, как язык, вероисповедание, тип хозяйства и прочие не могут использоваться в расоведении. Нет никакой причинной связи между ними и наследственными биологическими признаками. Это положение подтверждается на практике столь часто, что даже удивительно встречать обратное мнение. Относительно вероисповедания независимость биологических признаков блестяще и повсеместно доказана распространением христианства, ислама и буддизма на территориях, где еще совсем недавно существовали крайне многочисленные и разнообразные местные религии. Кстати, исключением не является и вся Европа. То же самое можно сказать и о типе хозяйства – весь XX век – эпоха развития индустриальной экономики тому подтверждение.