Дипломная работа на тему (стр. 6 )

П. 3.2. 20-21 ВЕКА: ВОЗРАСТАЮЩИЙ ИНТЕРЕС

В советский период изучение биографии князя, да еще и святого, считалось темой, недостойной звания советского ученого – историка. Поэтому советский период совсем небогат на исследования, посвященные данной теме.

В Большой советской энциклопедии статья «Довмонт» занимала один абзац. Образ князя в ней сводился к организатору обороны Пскова от немецких рыцарей. Про наступательную деятельность Довмонта на территории противника не было сказано ни слова[33].

В более специализированной Советской исторической энциклопедии соответствующая статья имела объем менее страницы. К скопированной из Большой советской энциклопедии информации об обороне Пскова, добавились сведения об обособлении Пскова как государства при Довмонте и о его канонизации православной церковью[34].

В постсоветской России было издано довольно большое количество исторических романов, в которых с большей или с меньшей точностью прослеживался жизненный путь князя.

Так, в 1998 году А Андреев (тезка автора романа 19 века!) создал биографию Довмонта под названием «Князь Довмонт Псковский»[35].

Все эти романы имеют некоторые различия в творческо-литературном уровне исполнения, однако в целом укладываются в одну парадигму, которую можно сформулировать следующим образом:

1. Личность Довмонта являлась выдающейся, князь был носителем исключительных морально-нравственных качеств.

2. Войны, которые вел Довмонт и Псков, были, по преимуществу оборонительными.

3. Роль Довмонта в русской истории недооценена

Разумеется, всем вышеперечисленным авторам приходилось в значительной мере домысливать историю (что, впрочем, вполне понятно, учитывая скудность источников, а так же и художественно-литературный характер их произведений). Так, например, признался в переносе быта 15 века в 13-й[36].

Так же следует отметить и ряд довольно оригинальных версий, выдвинутых авторами этих романов. Так, по видимому впервые указал на бегство князя Георгия Московского с поля сражения в Раковоре, что могло, по его мнению, послужить причиной последующей «затертости» имени Довмонта в русской истории (которая в своих основных чертах была создана уже в Московском государстве, а так же и в Российской империи). Кроме того он же обратил внимание на отсутствие документальных свидетельств подтверждающих канонизацию князя Довмонта в Пскове, а так же и на значительные неопределенности в дате этого события[37].

Вышедший в 2007 году документально-исторический фильм «Меч Довмонта» довольно подробно разбирает вопросы, связанные со считавшимся легендарным мечом князя. Авторы фильма, так же как и Кирпичников, считают, что сохранившийся меч является подлинным.

Существует общественное движение «Наследие Довмонта» (его председателем является Тауфик Мидхатович Рахматуллин, автор исторического романа.

Поворот российского общества к консервативно-патриотическим ценностям повлек за собой расширение общественного интереса к личности Довмонта, в то числе и со стороны органов власти. Фигура князя вновь приобрела политическое значение. Так в 2016 году решением Псковской городской Думы 2016 год в муниципальном образовании «Город Псков» был объявлен Годом князя Довмонта[38]. В 2016 году было принято решение об установке в Пскове памятника Довмонту.

Очень хорошо место Довмонта в современном массовом сознании отражают и интернет-источники. Современная версия статьи «Довмонт» в Википедии выглядит как перечень военных побед и успехов князя, в качестве иллюстрации к ней взята современная картинка, отражающая образ князя как воина в шлеме и доспехах, на фоне затянутого багровыми тучами небосвода. Прочие интернет-источники посвящены либо военной, либо подвижнической деятельности князя, при этом характерен их апологический характер и отсутствие критицизма к общепринятой версии.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Опираясь на вышесказанное можно подвести некоторые выводы. Основным результатом княжения Довмонта в Пскове безусловно стало окончательное оформление независимого Псковского государства. Соответственно этому сформировался и первоначальный образ князя – образ не потерпевшего ни единого поражения полководца, успешно отстаивающего псковские интересы. Так же сформировался своеобразный пантеон первых псковских святых: Княгиня Ольга, Всеволд-Гавриил защитник и строитель Троицкого собора, Тимоей-Довмонт бывший язычник-литовец, ставший страстным защитником города и православной веры, Преподобная Ефпраксия (тетя Довмонта, погибшая в Ливонском ордене) и Марфа Дмитриевна (жена Довмонта) Таким образом помимо самого Довмонта ещё и две его близкие родственницы являются псковскими святыми.. Главным мотивом деятельности Довмонта выступал патриотизм и любовь к городу, ставшему второй родиной. В этом смысле образ Довмонта подобен другим образам национальных героев различных стран, стоявших у истоков их государственности – Гарибальди, Вашингтона и др. Отличие от них заключается в том, что образ Довмонта не связан не только ни с какими существенными социальными реформами, но в источниках даже ничего не упоминается о его внутренней политике. Здесь следует вспомнить, что псковская государственность формировалась в Средние века, то есть в эпоху преобладающей ориентации не на будущее, а на прошлое. В этом контексте национальный герой и не должен быть реформатором, он должен быть глубоко религиозным человеком. Именно это мы и наблюдаем в культурно-исторической памяти о Довмонте. К успешной внутренней политике можно отнести строительство в Пскове крепостной стены и посада внутри неё, так называемого «Довмонтова города». Этот город на несколько столетий сформировал неповторимый средневековый образ Пскова.

Наряду с образом успешного полководца и воина в культуре Пскова почти с самого начала сформировался и другой образ – образ глубоко верующего человека, причисленного к лику святых. Разумеется, такой идеальный образ – сочетание подвижника, святого и полководца – представляет собой ни что иное как национальный миф. Этот миф понадобился на этапе становления псковской государственности для помещения в ее начало идеального героя – борца за независимость, так и в качестве политического идеала для будущих правителей Пскова. Примечательно то, что в псковской версии мифа очень большую роль играли «мужи псковичи», благодаря храбрости которых Довмонт во многом и одерживал свои победы. Это обстоятельство во многом объяснялось политическим устройством Псковской республики, в которой ведущую роль играло народное собрание – вече. В связи с этим можно предположить и то, что сведения о внутренней политике Довмонта не сохранились во многом еще и потому, что вмешательство князя во внутренние дела Пскова не считалось обоснованным и необходимым. В рамках вечевой политической системы идеальный князь должен был выполнять лишь одну функцию – внешнеполитическую, сводившуюся в то время преимущественно к обороне своих границ (и нападении, при удобном случае, на соседей с целью расширения внешнеполитического влияния).

Миф о Довмонте видимо довольно успешно функционировал в контексте псковской культуры в период существования Пскова как независимого государства, однако в других частях будущей России был почти неизвестен. Дальнейшее его развитие было связано с происходившими в то время политическими процессами. С начала правления Довмонта и приблизительно до середины 15 века Псков имел тесные связи с Литвой это помогало Пскову вести независимую от Новгорода политику и при этом давало сильного союзника, хотя не всегда надёжного, в борьбе с Орденом. Но после череды литовских походов в начале 15 века, Псков стал искать более надёжного и сильного союзника и нашёл его в серьёзно укрепившемся Московском государстве. Естественно что в этот период в Пскове сформировалось две партии «промосковская» и «пролитовскя», как нам известно, в конечном итоге победила московская, как более сильная и надёжная, две последних перед «псковским взятием» войны с Орденом были одержаны благодаря серьёзной военной поддержке Москвы В этих условиях в относительно отдаленной Москве, за спиной которой стояли могущественных правители Золотой Орды, а после 1480 года некоторые союзные Москве татарские князья, многие жители Пскова видели естественного союзника, способного гарантировать независимость молодой республике, при этом не очень сильно, ввиду удаленности, вмешиваясь в ее внутренние дела. Поначалу этот расчет оправдался. Однако затем усиление Москвы пошло значительными темпами, Новгородская республика была присоединена к ней, а в 1510 году и Псков потерял свою независимость. В этих условиях память о Довмонте подверглась существенной редакции «промосковской» частью летописцев, что хорошо заметно например, во Второй и Третьей Псковских летописях. Суть этих изменений сводилась к устранению всяких упоминаний о псковской демократии, а так же и о независимости Пскова. В таком виде образ Довмонта просуществовал еще около полувека. Общероссийской известности князя сильно способствовала Ливонская война, проходившая преимущественно на тех же территориях где сражались войска Довмонта несколькими веками ранее.

Формирование образа Довмонта в общероссийской памяти произошло вскоре после окончания Ливонской войны, одним из ключевых событий которой стала оборона Пскова от войск Стефана Батория. Это событие имело большое политическое и идеологическое значение. Довмонт был канонизирован как общероссийский святой, сложился единый канон его жизнеописания. Очевидно, что центральным властям нужен был герой, успешно боровшийся ранее с Ливонским орденом. Основной массе населения, возможно, образ Довмонта был нужен как своего рода компенсаторная фигура победителя ливонцев, после тяжелой проигранной войны. Можно заключить и то, что миф о Довмонте понадобился центральной власти Московского государства в эпоху его консолидации неслучайно – нужен был пантеон национальных героев, на этот раз общероссийского масштаба. Довмонт подходил на эту роль идеально, так как из имеющихся его биографий создавалось впечатление о его сугубо полководческой деятельности – победах над актуальным и ныне противником. Альтернативная фигура князя Александра Невского обладала рядом существенных недостатков, среди которых следует выделить в первую очередь его сотрудничество с татарами и жестокие меры по подавлению протестов в Новгороде. Вызывали вопросы и отношения Александра Невского с населением Новгорода, его роль во время антитатарских восстаний в 1252 и 1262 годах. Единственное в чём серьёзно проигрывал Довмонт это своей родословной - он был литовцем - то ли сыном то ли свояком Миндовга. В принципе оба мифа – и миф о Довмонте и миф об Александре Невском были созданы по единому образцу, заметно и сильное сходство в их жизнеописаниях,