Ордена заработаны честно
Тупицына, О. Ордена заработаны честно / О. Тупицына // Рабочая правда, Полевской – 1999. – 30 апр. (№ 34). – С. 1, 2.
Из личного дела:
На Северский металлургический завод пришел в октябре 1952 года после окончания факультета «Металлургия черных металлов» УПИ. Всего три года понадобилось ему, чтобы пройти путь от помощника мастера печей «мартена» до заместителя начальника этого цеха. Должность «зама» была тесно связана с заводской наукой, внедрением в производство каких-то новшеств. И переход на работу руководителем центральной заводской лаборатории в 1960 году выглядел вполне естественно. С июня 1963 года работает главным инженером завода, с мая 1975 до конца 1993-го - директором, а потом генеральным директором предприятия.
награжден орденом Октябрьской Революции, двумя орденами Трудового Красного Знамени, орденом Знак Почета, медалью «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения Ленина»...
В1985году стал Лауреатом премии Совета Министров СССР. ВЦСПС. К1991 году на его счету было более 50-ти авторских свидетельств на изобретения.
В 1998 г. ему присвоено звание «Почетный гражданин города».
На Северском трубном заводе почетно звание кадрового рабочего предприятия. А как назвать человека, отработавшего здесь более 40 лет и сделавшего карьеру руководителя? Высококлассного руководителя. Потому что, несмотря на «хозяйские замашки», которые иногда приписывали Олегу Васильевичу Танцыреву, он пользовался в коллективе безмерным уважением. К нему прислушивались не только потому, что он директор. У него всегда было собственное видение темы, свой подход к любой проблеме и поразительная интуиция. Он, казалось порой, взвешивал ситуацию на каких-то своих внутренних весах и редко ошибался.
Многим полевчанам памятны события одной из последних выборных кампаний. Когда трубники почувствовали, что выборы развиваются по другому сценарию, они обратились за помощью к Олегу Васильевичу. Непререкаемому для многих авторитету.
- Крут у нас директор, ох крут! - жаловались на О. Танцырева на заводе. И когда я готовилась к своей первой (как журналиста)строительной оперативке, мое сердце уже ёкало от страха. Оперативка проходила на строящемся объекте - новом пятиэтажном корпусе дома отдыха трубников в Курганове. Директор молчал, пока строители докладывали о сделанном. А когда обнаружилось, что огромный экскаватор простаивает, рявкнул на виновника:
- Тебе экскаватор для чего дан: шишки от деревьев отгребать?
Сколько потом было таких встреч, разве вспомнишь. Но мы, журналисты, порой ходили к нему не столько за «километрами труб» и перспективами развития предприятия, сколько за его оценками событий, за его реакцией на события.
Нельзя, наверное, сказать, что все решения, принимаемые Олегом Васильевичем, были истиной в последней инстанции. Но знание решений, принимаемых им, несомненно, помогало нахождению этой истины.
Сегодня можно смело говорить, что Олег Васильевич Танцырев - это Личность в истории не только завода, но и нашего города. Один из тех, кто на местах, в нашей уральской глубинке, ставил Дело. «Время было такое, - говорил он в одном из интервью о предыстории строительства первого трубопрокатного цеха, - кто не хотел останавливаться на достигнутом, старался добиться развития своего предприятия за счет централизованных капвложений. Строить, конечно, было хлопотно, но это был единственный путь к тому, чтобы городу и поселку жить нормально».
Под определением «жить нормально» подразумевалась не только работа в теплых и светлых (по сравнению с той же прокаткой) цехах. За ним - качественные изменения уровня жизни заводчан. Когда производству были необходимы не только образованные рабочие, но и инженерно-технические работники нового поколения. Когда появился совсем другой размах в социальной сфере, строительстве жилья, торговом и бытовом обслуживании населения.
Люди, знающие Олега Васильевича поближе, говорят, что он не столько гордится своими орденами, сколько тем, что при его «директорстве» в северной части города было построено пять тысяч квартир!
Но память Олега Васильевича лучше хранит другой эпизод - под названием «как он «вытрясал» у Лигачева орден для завода».
- Пришла мне как-то в голову идея: почему бы нам к обществу, которое нас кормит, не проявить элементарное уважение и не выполнять заказы на 100 %? Тем более, что в
стране нашлись подобные нам предприятия, опыт их и нашей работы по обеспечению поставок продукции в соответствии с договорными обязательствами был одобрен ЦК КПСС.
На том заседании ЦК нас хвалили, предлагали ценный опыт распространять. А завод-чанам решили орденов побольше дать. Тут я со своей просьбой.
- Егор Кузьмич, народ у нас наградами не обижен. А вот на фоне наших коллег, хотя мы и работаем не хуже, на знамени завода ни одного ордена, а у них по 3-5. Можно орден для завода?
Лигачев был не против. Мы уже было начали дырку на знамени вертеть, чтобы награду прикрутить, а наш тогдашний секретарь обкома Ю. Петров орден Качканарскому ГОКу отдал. Я, говорит, им давно обещал.
- И как это по-вашему выглядит? - спрашиваю Петрова. - Мы орден честно заработали, а вы его другим отдаете?
- Как бы ни выглядело, но раз обещал - отдам.
А тогда порядок был: каждой отрасли промышленности по 1 ордену на год. С Петровым я пререкаться не стал, но с помощью Лигачева, получается, орден заводу тут же вернул.
«Ну ты и нахал», - оценил потом мой поступок Ю. Петров. «Так ведь не себе...», - ответил я. «Нахал в хорошем смысле слова», - уточнил «первый». Фотографию, на которой Петров орден на знамя завода приворачивает, до сих пор храню... Как из пасти его вырвал.
Об удивительной прозорливости директора, умении его и его команды просчитывать ситуацию (то, что сегодня называется мозговым штурмом) свидетельствуют записи из его рабочей тетради, которую он
завел для себя в 1975 году. Уже тогда в его планах была реконструкция «мартена» с установкой машин непрерывной разливки стали, строительство еще двух трубопрокатных цехов, цеха ширпотреба (ТНП).
А еще везде и всюду он старался отстаивать интересы завода и заводчан. Ценил в любом деле профессионализм. Считал, что быть руководителем - значит, быть хозяином в хорошем смысле этого слова. Зато с трудом признавал партийных функционеров. Возможно, именно поэтому его, талантливого руководителя, и не забрали от нас в Москву...
Столько хотелось сказать про человека, оставившего большой след не только в жизни полевчан, но и в моей тоже. А слова куда-то ускользают. Их место занимает чувство огромной благодарности Олегу Васильевичу Танцыре-ву за то, что он был, есть, и, дай Бог ему здоровья, будет. С юбилеем Вас!
