Участников семинара «Архив Мих. Лифшица знакомим с полемикой журнала «Знамя» с книгой Мих. Лифшица «Почему я не модернист?» - и по поводу этой книги. Посылаются:
1. Арсланова в редакцию журнала «Знамя» по поводу рецензии А. Кузнецовой на книгу Мих. Лифшица
2. Кузнецовой на письмо В. Арсланова, опубликованный в журнале № 2, 2010 г.
3. Полный текст А. Кузнецовой, по поводу которой написано письмо в редакцию журнала «Знамя»
4. Переписка с редакцией журнала "Знамя" по поводу рецензии А. Кузнецовой и ее ответа В. Арсланову
1.
Фальсификация
В обзоре книг (журнал «Знамя» , № 10, 2009) А. Кузнецова, в краткой рецензии на книгу Мих. Лифшица «Почему я не модернист?» сообщает: «В заметках 1967 года о булгаковском “Мастере”, только что опубликованном, писанных для себя, а не для опубликования, читаем: “Мало того, что основы научного атеизма нарушены в его произведении, он касается работы советских учреждений в самых вольных ракурсах и слишком легко обходится с такими сторонами жизни, которые требуют сугубой серьезности”. А ведь почти убедили, что он (т. е. Мих. Лифшиц — В. А.) умница…». Но Кузнецова приписывает Лифшицу слова, которыми он иронически рисует реакцию на роман Булгакова по стороны литературных «специалистов по всему правильному». Читаем у Лифшица строки, непосредственно предваряющие процитированные А. Кузнецовой: «Люди, являющиеся специалистами по всему правильному или чувствующие себя таковыми могут высказывать некоторое беспокойство. Что автор хотел этим сказать, на что он намекает, нет ли у него какого-то особого намерения?» (с. 553). М. Лифшиц тут же успокаивает этих «специалистов»: «Не беспокойтесь! «Все будет правильно...»» (там же).
Совершенно ясно, что А. Кузнецова приписывает Лифшицу злонамеренное суждение о романе, мнение, которое он опровергает!
Мих. Лифшицу пришлось немало претерпеть от «специалистов по всему правильному». Сегодня они чувствуют себя не хуже, чем вчера, и пытаться убедить их, апеллируя к несомненным фактам — бесполезно. Тем не менее, рассчитывая на беспристрастный суд читателя, прошу опубликовать опровержение фальсификации. Напомню, что журнал «Литературный критик» периодически публиковал на своих страницах письма, авторы которых указывали на ошибки и неточности, допущенные журналом (см., например, № 7 за 1939 г., с. 178) — даже если редколлегия «Литературного критика» была с такими письмами не согласна. Может быть, стоит вспомнить в наше время «свободного слова» об азах журнальной демократии?
В. Арсланов
2. Кузнецовой на письмо В. Арсланова (Знамя, № 2 за 2010 год):
Фальсификация
Так озаглавил свое письмо в редакцию с требованием (была просьба опубликовать письмо, кстати, не выполненная, а не требование - В. А.) опровержения В. Арсланов, публикатор, автор предисловия и комментариев к книге Мих. Лифшица “Почему я не модернист?” (М., 2009): “…Кузнецова приписывает Лифшицу слова, которыми он иронически рисует реакцию на роман Булгакова со стороны литературных специалистов “по всему правильному”. Читаем у Лифшица строки, непосредственно предваряющие процитированные А. Кузнецовой: “Люди, являющиеся специалистами по всему правильному или чувствующие себя таковыми, могут высказывать некоторое беспокойство. Что автор хотел этим сказать, на что он намекает, нет ли у него какого-то особого намерения?” (с. 553) М. Лифшиц тут же успокаивает этих “специалистов”: “Не беспокойтесь! “Все будет совершенно (А. Кузнецова не точна, выделенного слова нет у Лифшица — В. А.) правильно”…” (там же). Совершенно ясно, что А. Кузнецова приписывает Лифшицу злонамеренное суждение о романе, мнение, которое он опровергает! Мих. Лифшицу пришлось немало претерпеть от “специалистов по всему правильному. Сегодня они чувствуют себя не хуже, чем вчера, и пытаться убедить их, апеллируя к несомненным фактам, — бесполезно”...
Я набрала это письмо своей рукой (оно пришло по почте ). Если я действительно не уловила контекст из-за специфической стилистики Мих. Лифшица, приношу извинения ученым, выпустившим книгу, и читателям моей рубрики. Вот только конспирология — утверждение о намеренной фальсификации — здесь ни к чему. Это устаревший стиль мышления, характерный для современников Лифшица и только им простительный. (итак, может быть мне надо было принести этой даме извинения за то, что она извратила смысл совершенно ясно написанных фраз Лифшица? - В. А.)
Дни и книги Анны Кузнецовой
P. S. В. Арсланова:
Кузнецовой, на мой взгляд, в комментариях не нуждается. Образец современной либеральной полемики.
3. Ниже приводится заметка из журнала «Знамя» № 10 (2009 г.) Автор — А. Кузнецова
Мих. Лифшиц. Почему я не модернист? Публикация: , ,
; Составление, предисловие, комментарии: . — М.: Искусство — ХХI век, 2009.
Собрание философско-критических работ, дополненное перепиской, советского эстетика, “последнего марксиста”, ярого противника модернизма (авангард и модернизм в концепции Лифшица не различаются), считавшего это явление тупиком человеческого духа, виновником и прародителем идеологии фашизма. В предисловии резко полемизирует с Б. Сарновым по поводу оценки концепции модернизма Михаила Лифшица и заявляет, что она обладает важнейшим качеством научной теории — предсказательной силой, приводя в подтверждение серьезное отношение нынешних музеев к поп-арту и тонким душам О. Кулика и А. Бреннера. Говоря все эти верные вещи, он совершенно серьезно, от себя, употребляет удивительный для меня эпитет “реакционный”, вполне нормальный в лексиконе Лифшица, но требующий, на мой взгляд, оговорок у современного исследователя.
(Издание прежде всего интересно впервые вводимыми в научный оборот трудами самого Лифшица, не выступавшего публично с 1940 года, когда постановлением ЦК ВКП (б) был закрыт журнал “Литературный критик”. В заметках 1967 года о булгаковском “Мастере”, только что опубликованном, писанных для себя, а не для опубликования, читаем: “Мало того, что основы научного атеизма нарушены в его произведении, он касается работы советских учреждений в самых вольных ракурсах и слишком легко обходится с такими сторонами жизни, которые требуют сугубой серьезности”. А ведь почти убедили, что он умница…
Специально для сборника , в 1966 году работавший в “Литературной газете”, написал воспоминания об обстоятельствах публикации программной статьи М. Лифшица “Почему я не модернист”, название которой отсылает к памфлетам Бертрана Рассела.
Реплика
Заметка Анны Кузнецовой о сборнике Мих. Лифшица «Почему я не модернист?» (Знамя, 2009, № 10), вопреки слышанным мною высказанным со всей убеждённостью мнениям, отнюдь не кажется мне содержащей сознательную ложь (по крайней мере, личную сознательную ложь автора). Я верю, вполне допускаю, что Анна Кузнецова в самом деле не поняла, «не уловила контекст» (из-за якобы «специфической стилистики Мих. Лифшица»). Доказательство этому - то, что она продолжила действовать и писать (Знамя, 2010, № 2) совершенно в том же своём прежнем духе: она приписывает В. Арсланову и «требование» публикации (тогда как у него написано: «прошу»), и «утверждение о намеренной фальсификации» (а заодно и «конспирологию»! Вот уж, в самом деле, по её словам, - «ни к чему»!), тогда как у него идёт речь о свершившемся факте фальсификации и не говорится о том, намеренно или не намеренно она произошла; не поняв даже и пол-абзаца из текста Мих. Лифшица и не сумев его правильно процитировать, она, тем не менее, хорошо знает, что следует думать и писать о нём и его сторонниках: у них «устаревший стиль мышления, характерный для современников Лифшица и только им простительный». Словом, на мой взгляд, это - «бесстыдное истинно советское неряшество» (Ленин, ПСС, т. 54, с. 241), разгильдяйство, халтура и некоторые «правильные» штампы, благодаря которым не надо думать, а только их знать и прикладывать. Анна Кузнецова замечательно демонстрирует верность наблюдения В. Арсланова: «Сегодня они («специалисты по всему правильному». - А. Б.) чувствуют себя не хуже, чем вчера, и пытаться убедить их, апеллируя к несомненным фактам, - бесполезно»; ответ А. Кузнецовой - «Образец современной либеральной полемики» (материалы этого небольшого разбирательства можно найти на сайте Научного центра «Архив Мих. Лифшица).
Всё же, однако, надеюсь, что Вы, Анна Кузнецова и редакция журнала, опубликуете мою реплику (целиком и дословно), ибо я тоже причастен к изданию сборника Мих. Лифшица и заинтересован в правдивой информации о нём, а полная публикация критических отзывов о Ваших ошибках и неточностях - не такой плохой «штамп», азы демократической журналистики.
Кстати, они и не чужды Вашему многоуважаемому журналу - ему уже приходилось выступать в защиту Мих. Лифшица от своей же, журнала, собственной публикации, см.: доктор искусствоведения, Москва. В редакцию журнала. - Знамя, 1993, № 12, с. 204.
А. Ботвин.
!
Вот что ответила мне А. Кузнецова на посланную ей по электронной почте эту мою реплику: «, этот вопрос уже в прошлом, длить обмен репликами смысла нет. Это одноразовая акция: исследователь защитился, я признала его содержательную правоту и покритиковала форму высказывания. Делать из этого долгоиграющую склоку мы не будем. С уважением - Анна Кузнецова». Если я не ошибаюсь, мои указания на её фактические неточности А. Кузнецова называет «склокой», а свои измышления о Мих. Лифшице и его сторонниках, их «конспирологии», выдуманной ею самой, – «покритиковала форму высказывания». Мне кажется, таким образом за Вашей спиной А. Кузнецова избегает ответственности за халтуру в своей работе и компрометирует Ваш многоуважаемый журнал. Надеюсь на Ваш объективный третейский суд и публикацию моей реплики.
С уважением, А. Ботвин ().
Реплика
Заметка Анны Кузнецовой о сборнике Мих. Лифшица «Почему я не модернист?» (Знамя, 2009, № 10), вопреки слышанным мною высказанным со всей убеждённостью мнениям, отнюдь не кажется мне содержащей сознательную ложь (по крайней мере, личную сознательную ложь автора). Я верю, вполне допускаю, что Анна Кузнецова в самом деле не поняла, «не уловила контекст» (из-за якобы «специфической стилистики Мих. Лифшица»). Доказательство этому - то, что она продолжила действовать и писать (Знамя, 2010, № 2) совершенно в том же своём прежнем духе: она приписывает В. Арсланову и «требование» публикации (тогда как у него написано: «прошу»), и «утверждение о намеренной фальсификации» (а заодно и «конспирологию»! Вот уж, в самом деле, по её словам, - «ни к чему»!), тогда как у него идёт речь о свершившемся факте фальсификации и не говорится о том, намеренно или не намеренно она произошла; не поняв даже и пол-абзаца из текста Мих. Лифшица и не сумев его правильно процитировать, она, тем не менее, хорошо знает, что следует думать и писать о нём и его сторонниках: у них «устаревший стиль мышления, характерный для современников Лифшица и только им простительный». Словом, на мой взгляд, это - «бесстыдное истинно советское неряшество» (Ленин, ПСС, т. 54, с. 241), разгильдяйство, халтура и некоторые «правильные» штампы, благодаря которым не надо думать, а только их знать и прикладывать. Анна Кузнецова замечательно демонстрирует верность наблюдения В. Арсланова: «Сегодня они («специалисты по всему правильному». - А. Б.) чувствуют себя не хуже, чем вчера, и пытаться убедить их, апеллируя к несомненным фактам, - бесполезно»; ответ А. Кузнецовой - «Образец современной либеральной полемики» (материалы этого небольшого разбирательства можно найти на сайте Научного центра «Архив Мих. Лифшица).
Всё же, однако, надеюсь, что Вы, Анна Кузнецова и редакция журнала, опубликуете мою реплику (целиком и дословно), ибо я тоже причастен к изданию сборника Мих. Лифшица и заинтересован в правдивой информации о нём, а полная публикация критических отзывов о Ваших ошибках и неточностях - не такой плохой «штамп», азы демократической журналистики.
Кстати, они и не чужды Вашему многоуважаемому журналу - ему уже приходилось выступать в защиту Мих. Лифшица от своей же, журнала, собственной публикации, см.: доктор искусствоведения, Москва. В редакцию журнала. - Знамя, 1993, № 12, с. 204.
А. Ботвин.
!
Вот что ответила мне А. Кузнецова на посланную ей по электронной почте эту мою реплику: «, этот вопрос уже в прошлом, длить обмен репликами смысла нет. Это одноразовая акция: исследователь защитился, я признала его содержательную правоту и покритиковала форму высказывания. Делать из этого долгоиграющую склоку мы не будем. С уважением - Анна Кузнецова». Если я не ошибаюсь, мои указания на её фактические неточности А. Кузнецова называет «склокой», а свои измышления о Мих. Лифшице и его сторонниках, их «конспирологии», выдуманной ею самой, – «покритиковала форму высказывания». Мне кажется, таким образом за Вашей спиной А. Кузнецова избегает ответственности за халтуру в своей работе и компрометирует Ваш многоуважаемый журнал. Надеюсь на Ваш объективный третейский суд и публикацию моей реплики.
С уважением, А. Ботвин ().
