Социально ответственный бизнес: ожидания населения

 

СОЦИАЛЬНО ОТВЕТСТВЕННЫЙ БИЗНЕС: ОЖИДАНИЯ НАСЕЛЕНИЯ

 

Последние социологические исследования показывают, что в отношении населения к бизнесу нет антагонизма, а «социальная сфера и благотворительность сегодня – самая благодатная зона, вкладывая в которую, крупный бизнес может эффективно налаживать свои отношения с населением».

(Romir monitoring по заказу журнала «Эксперт» и общественной организацией «Деловая Россия», 2003).

Что российские граждане ждут от бизнеса? По данным исследования Ассоциации менеджеров, представившего точку зрения социально активной части общества, самые значимые признаки ответственного поведения бизнеса – это производство качественных товаров по разумной цене (79%); защита здоровья и обеспечение безопасности сотрудников (76%); защита окружающей среды (72%); вклад в российскую экономику (62%); борьба с бедностью (58%); оказание помощи при стихийных бедствиях и катастрофах (57%); и, что неожиданно, – непричастность к любым формам взяточничества и коррупции (53%). Менее значимыми оказались такие действия бизнеса как: предоставление индивидуальной адресной социальной помощи (43%); поддержка благотворительных организаций (40%); поддержка искусства и культуры (34%)[1].

Таким образом, от компаний ожидается социально ответственное ведение бизнеса в целом, а не только благотворительность. Этот вывод подтверждается исследованиями, использующими качественные методы. В частности, специалисты Института экономики города проанализировали общественные ожидания к корпоративной социальной ответственности на материале фокус-групп, обсуждений в ходе лекций и дискуссий по вопросам муниципального социально-экономического развития (14 мероприятий в 8 регионах; около 300 участников, представлявших активную часть местных сообществ; декабрь 2003-март 2004 гг.).

По нашим оценкам приоритеты этого круга связаны прежде всего с основной деятельностью компаний (заработная плата, предотвращение негативных последствий для здоровья сотрудников и окружающей среды), затем – с образованием и здравоохранением, в меньшей мере – со спонсорством престижных культурных и спортивных событий.

 

«Все-таки самое главное – это зарплата. Когда у нас завод три года стоял, все разбежались кто куда, на подножном корму жили. Когда в город пришел [название компании], все изменилось. Ну и котельную отремонтировали, дай им Бог здоровья, теперь в холоде не сидим»

(Валентина воспитатель ДОУ, Иркутская обл.).

 

«Очень хорошо, что выделяются средства на социальные проекты. Однако лучше бы компания занялась модернизацией оборудования. Я понимаю, что для этого нужны средства в сотни раз больше, чем на сирот и инвалидов. Нам говорят, что за пять лет удельные показатели [выбросов] снизились. Но ведь объем производства увеличился! Какая разница, по каким причинам на голову все эти отходы падают. Не надо делать вид, что сирот облагодетельствовали, и на этом все закончилось».

(Олег директор некоммерческой организации, Иркутская обл.).

 

Большинство низких оценок уровня социальной ответственности бизнеса определяется не конкретными действиями компаний, а общим негативным отношением тех или иных респондентов к частному предпринимательству и результатам приватизации в особенности. Характерно в этом смысле высказывание ветерана труда, получающего дополнительную корпоративную пенсию и медицинское обслуживание за счет компании:

 

«Что бы они нам не давали, все это подачки. Я во время войны в 14 лет приехал строить комбинат, тогда лозунг у нас был «Работать насмерть», как на фронте стояли насмерть. Отдал все здоровье, а теперь кучка проходимцев присвоила то, что создано моими руками».

(Ветеран труда, на условиях анонимности, Свердловская обл.).

 

В среде социально активных граждан негативное отношение к предпринимательству скорее исключение, чем правило. Причиной успеха современного бизнеса считается не столько стоимость активов, полученных в ходе приватизации, сколько грамотные решения в пост-приватизационный период:

 

«Когда я читаю, что нужно продать имущество олигархов по рыночной стоимости и отдать на благо народа, мне всегда хочется уточнить – продайте по рыночной стоимости на момент приватизации. У нас в России всегда много желающих поделить чужое добро, благо оно сильно подросло в цене.

Другой разговор, что наше общество еще не научилось отстаивать трудовые права. Мы слишком многое допускаем. Посмотрите, на рынках женщины торгуют, все оформлены как ПБОЮЛы [предприниматели без образования юридического лица], а на деле – подставные лица, наемный труд без всякой социальной защиты, без больничных и пенсии в будущем».

(Полина преподаватель ВУЗа, г.Москва)

 

Позитивные отзывы о социальной ответственности характеризуют, как правило, конкретные социальные акции конкретных компаний. В частности, положительные отзывы как правило получают конкурсы социальных проектов и социальных инвестиций. Их участникам важно осознавать себя не просителями, а партнерами бизнеса в развитии страны:

"Для нас всех не ново, что деньги… приходиться просить, и в большинстве своем мы не находим единомышленников, желающих взять на себя такую ответственность. Мы рады, что нам представилась возможность участвовать в Конкурсе социальных проектов и предлагать образовательно-воспитательные услуги, не находясь в унизительной роли просящего, а быть полноправным партнером, предлагающим свои знания, умения и возможности"

(, Директор детско-юношеской спортивной школы, г.Ачинск, цит. по материалам САФ)

 

Практика взаимодействия бизнеса и власти в регионах различна, хотя не оказалось ни одного города, где бы нам не показали «местный храм Христа Спасителя» – как правило, достаточно помпезный объект (Дом культуры, церковь и т.п.), построенный, по словам жителей, губернатором или мэром «на деньги бизнеса, которые лучше было бы адресно направить людям».

Социальная нагрузка» становится для компании условием вхождения в рынок, способом преодоления административных барьеров. При этом латание «бюджетных дыр» деньгами бизнеса позволяет сохранять низкое качество управления социальной сферой:

«Если под лозунгом развития культуры от предпринимателя требуют покрасить потолки в ДК, я не знаю, поможет ли это населению повысить культурный уровень. А вот расслабиться муниципальным начальникам это точно поможет».

(Полина преподаватель ВУЗа, г.Москва)

В то же время были отмечены позитивные примеры взаимовыгодного партнерства власти и бизнеса, например, в Пермской области, где администрация считает, что ее задача – не принуждать бизнес к благотворительности, а выступать в роли «координатора различных сил на благо территорий». Примерами партнерства стали городские и областные конкурсы социальных проектов, финансируемых частично за счет городского бюджета, частично за счет бизнеса. По мнению , вице-губернатора Пермской области, основная проблема в формировании партнерства между властью и бизнесом - отсутствие системного, стратегического подхода к развитию территории: «Когда администрация сама не умеет использовать рыночные методы управления городским хозяйством, работает, преимущественно, по принципу «ответа на разовые запросы», список этих запросов становится обширным и бессистемным. Обращения к компаниям с просьбой отремонтировать протекающие крыши воспроизводятся каждый год».

 

Для представителей региональной власти и местного самоуправления типичны высказывания о том, что компании

«не доплачивают налоги в нашей области, а затем замазывают глаза благотворительностью. Если бы мы могли получать все налоги, не нужно было бы у Москвы выпрашивать трансферты, а у бизнеса - [средства] на ремонт школы».

(Представитель местной администрации, на условиях анонимности, Астраханская обл.).

 

В основном компании критикуют не за то, что они платят «недостаточно» налогов, а за то, что местные сообщества не получают никаких выгод от бизнеса, ведущегося на территории:

«Налоги все уходят в Москву, нам остается одна [плохая] экология. Кому вершки, кому корешки, как говорится».

(Ольга учитель, Томская обл.).

 

При этом неоднократно звучали высказывания об ответственности государства:

«Рыба ищет, где глубже, а бизнес, где лучше. Государство должно было определить такие правила, чтобы бизнесу было выгодно вкладывать в регионы. А власти нужно наоборот, чтобы регионы от Кремля зависели»

(Представитель местного самоуправления, Вологодская обл.).

Участникам наших исследований предлагалось сделать выбор: что бы они предпочли, увеличить налоговые поступления от компании [называлась конкретная, значимая в регионе компания] или увеличить на ту же сумму ее инвестиционные, социальные и благотворительные программы. В целом граждане предпочитают расширение корпоративных инвестиционных и социальных программ росту налогов. В основном этот выбор определяется  двумя причинами: в отличие от местных властей компании считаются более свободными в выборе направлений финансирования, полезных населению; уровень коррупции в корпоративных программах оценивается ниже, а уровень профессионализма – выше:  

«Я, хоть и являюсь депутатом [городского законодательного собрания], сам иногда не понимаю, куда идут налоги. Практически все направления расходов определяются федеральным законом, а бюджет наш зависит прежде всего от губернатора. Какой смысл увеличивать налоги, на конкретную пользу людям мало что пойдет, в отличие от того, что делает компания».

(Депутат городского законодательного собрания, ХМАО)

 «Честно скажу, если начальник найдет способ не платить [налоги], а вместо этого заменит [название технологического оборудования], мы все его поддержим. У нас предприятие небольшое, как он крутится – вообще не представляю. Поставь на это место кого-то из администрации, точно производство за неделю развалит. Зачем чинушам доверять деньги, они точно, если не украдут, так растратят в никуда».

( начальник цеха, Калининградская обл.)

В то же время примеры административного давления на бизнес зимой 2003-2004 гг. существенно умножились. По нашим оценкам около 70% компаний в тех или иных формах хотя бы один раз получили предложения и своеобразные «разнарядки» по перечислению средств на цели благоустройства и нужды социальной сферы. Средства бизнеса привлекались не только на строительство и реконструкцию объектов социальной инфраструктуры, но и на покрытие долгов по детским пособиям, то есть на прямое выполнение государственных обязательств. В отдельных случаях в проекты договоров о социальном партнерстве региональные администрации включали обязательства компаний по обеспечению занятости, росту производительности труда и развитию производства на определенных территориях, то есть предъявляли свои требования непосредственно к основной деятельности бизнеса.

 

, Фонд «Институт экономики города»

[1]"Корпоративная социальная ответственность: общественные ожидания". Под ред.: , . М.: Ассоциация менеджеров, 2003