Муниципальное бюджетное образовательное учреждение
«Средняя общеобразовательная школа № 3 имени Ленинского комсомола»
Литературный вечер у графини Лаваль
Общешкольное внеклассное мероприятие
по литературе для 6-7 классов
Учитель: ,
учитель русского языка и литературы
МБОУ «Средняя школа № 3»
г. Гагарин Смоленской области
2013 год
Цели мероприятия:
- продолжить знакомство с поэзией и биографией ,
- познакомить учащихся с культурной, политической жизнью Санкт-Петербурга ноября 1831 г.,
- создать атмосферу литературного салона,
- воспитывать любовь к поэзии, музыке, интерес к жизни и творчеству .
Оборудование: Портрет , фортепьяно.
Литература: Пушкин / Сост., авт. послесл. и коммент. . – М.: Просвещение, 1983.-368 с. - (Школьная библиотека).
Зал украшен осенними листьями. На сцене стоит диван, напротив 2 стула, стол с книгами и портретом Пушкина. У сцены — фортепиано. Сцену освещают свечи. У окон, изображённых на заднем плане сцены, стоит графиня Лаваль, дама 1, княгиня. На диване сидит Закревская, рядом с ней стоит В. Жуковский. Напротив, у стула, стоит граф Лаваль.
Слово учителя: Дорогие ребята, уважаемые учителя и родители! Сегодня мы приглашаем вас на литературный вечер к графине Лаваль. Вы не только насладитесь прекрасными произведениями , но и узнаете культурные, политические новости ноября 1831г. Итак, добро пожаловать в Санкт-Петербург, на Английскую набережную, д. 4, в особняк Лавалей.
Звучит «Октябрь» Чайковского из фортепианного цикла «Времена года».
Графиня Лаваль, стоя у окна:
Дни поздней осени бранят обыкновенно,
Но мне она мила, читатель дорогой,
Красою тихою, блистающей смиренно.
Так нелюбимое дитя в семье родной
К себе меня влечёт. Сказать вам откровенно,
Из годовых времён я рад лишь ей одной,
В ней много доброго; любовник не тщеславный,
Я нечто в ней нашёл мечтою своенравной.(Читает и подходит к стулу, садится)
Дама 1:
Читает 6 ч стихотворения «Осень» :
Как это объяснить? Мне нравится она,
Как, вероятно, вам чахоточная дева
Порою нравится. На смерть осуждена,
Бедняжка клонится без ропота, без гнева.
Улыбка на устах увянувших видна;
Могильной пропасти она не слышит зева;
Играет на лице еще багровый цвет.
Она жива еще сегодня, завтра нет.(Подходит к дивану и садится)
Княгиня: Читает 7 ч стих. «Осень»:
Унылая пора! очей очарованье!
Приятна мне твоя прощальная краса --
Люблю я пышное природы увяданье,
В багрец и в золото одетые леса,
В их сенях ветра шум и свежее дыханье,
И мглой волнистою покрыты небеса,
И редкий солнца луч, и первые морозы,
И отдаленные седой зимы угрозы. .(Подходит к дивану и садится)
Графиня Лаваль: Пушкина очаровала осень. Скромная осенняя природа у него прелестна.
Княгиня: А на меня эти холодные, серые, дождливые дни навевают тоску…
Граф: Вальс непременно развеет Вас, княгиня. ( Звучит Венский вальс. Граф Лаваль и княгиня танцуют.)
Входит служанка: Вам письмо.
Графиня Лаваль: Прекрасная новость, господа: Александр Сергеевич с Натальей Николаевной посетят нас сегодня.
Дама1:Наталья Николаевна была представлена ко двору. Императрица пришла в полный восторг, осыпала Наталью Николаевну комплиментами, потребовала, чтобы Пушкин был на всех балах и обязательно с супругой.
Княгиня: Василий Андреевич, вы, говорят ,часто виделись с Пушкиными в Царском Селе?
Жуковский: Пушкин мой сосед, и мы видаемся с ним часто. А жёнка Пушкина - очень милое творение. И он с нею мне весьма нравится. Я более и более за него радуюсь тому, что он женат. И душа, и жизнь, и поэзия в выигрыше.
Дама 2: 11 декабря в Большом театре в Москве состоится пемьера балета «Чёрная шаль, или Наказанная неверность» по стихам столь любимого Вами Пушкина, графиня. Балетмейстер Глушковский, билеты раскуплены мгновенно, ожидают огромный успех.
Граф Лаваль: Читает :
Как часто в горестной разлуке
В моей блуждающей судьбе,
Москва, я думал о тебе!
Москва… как много в этом звуке
Для сердца русского слилось!
Лаваль: А я люблю Петербург…
Закревская встаёт, выходит на центр сцены и читает:
Люблю тебя, Петра творенье,
Люблю твой строгий, стройный вид,
Невы державное теченье,
Береговой ее гранит,
Твоих оград узор чугунный,
Твоих задумчивых ночей
Прозрачный сумрак, блеск безлунный,
Когда я в комнате моей
Пишу, читаю без лампады,
И ясны спящие громады
Пустынных улиц, и светла
Адмиралтейская игла.
Графиня Лаваль: Аграфена Фёдоровна, душа моя, сыграйте нам
Закревская исполняет вальс.
Звучат аплодисменты.
Лаваль: Какие ещё новости в свете?
Дама 2: Господа, помните, какое впечатление произвела картина Франца Крюгера «Парад в Берлине» на императора? Он был совершенно очарован.
Император сделал Григорию Чернецову заказ – написать парад на Царицыном лугу по поводу подавления Польского восстания.
Дама1: Да, поручение весьма лестное.
Граф Лаваль: Картина ещё не готова, а император уже наградил Чернецова перстнем с бриллиантом.
Но Петербург взволновали совсем другие события: доверенные сановники производят строгие ревизии. Вскрылись ужасающие подробности: в центре Петербурга ни одна касса никогда не проверялась, все денежные отчёты составлялись заведомо фальшиво; несколько чиновников с сотнями тысяч пропали без вести.
Жуковский: Читает отрывок из оды « Вольность»:
Увы! куда ни брошу взор —
Везде бичи, везде железы,
Законов гибельный позор,
Неволи немощные слезы;
Везде неправедная Власть
В сгущенной мгле предрассуждений
Воссела — Рабства грозный Гений
И Славы роковая страсть.
Входит служанка: Господин Пушкин с супругой.
Входят Пушкин и Наталья Николаевна.
Пушкин: Добрый вечер, дамы, господа! Графиня…(целует руку Лаваль)
Графиня Лаваль: Ах, Александр Сергеевич, я счастлива видеть вас. Эти разговоры о политике утомили меня. НН, может, вы сыграете нам?
Наталья Николаевна исполняет «Walts» А. Гречанинова.
Звучат аплодисменты
Графиня Лаваль: Ваша супруга - прелестное дитя, Александр Сергеевич. Порадуйте нас и вы, прочтите что-нибудь из ваших последних сочинений.
Пушкин читает «Эхо»:
Ревет ли зверь в лесу глухом,
Трубит ли рог, гремит ли гром,
Поет ли дева за холмом —
На всякий звук
Свой отклик в воздухе пустом
Родишь ты вдруг.
Ты внемлешь грохоту громов,
И гласу бури и валов,
И крику сельских пастухов —
И шлешь ответ;
Тебе ж нет отзыва... Таков
И ты, поэт!
Лаваль: Вы грустите, почему?
Пушкин: Жизнь моя в Петербурге ни то ни сё. Заботы о жизни мешают мне скучать. Но нет у меня досуга…Кружусь в свете, жена моя в большой моде – всё это требует денег, деньги достаются мне через труды, а труды требуют уединения…
Лаваль: Ваши «Повести Белкина» перечитала уже несколько раз. Признаюсь: оплакивала судьбу станционного смотрителя, от души смеялась проделкам барышни-крестьянки. Император разрешил изучить Вам архивные документы, утолите наше любопытство, поделитесь новыми прозаическими замыслами.
Дамы: Очень просим.
Пушкин: 21 октября начал…
Наталья Николаевна: Пушкин, позвольте я прочитаю. Читает начало «Дубровского»:
Несколько лет тому назад в одном из своих поместий жил старинный русской барин, Кирила Петрович Троекуров. Его богатство, знатный род и связи давали ему большой вес в губерниях, где находилось его имение. Соседи рады
были угождать малейшим его прихотям; губернские чиновники трепетали при его имени; Кирила Петрович принимал знаки подобострастия как надлежащую дань; дом его всегда был полон гостями, готовыми тешить его барскую праздность, разделяя шумные, а иногда и буйные его увеселения. Никто не дерзал отказываться от его приглашения, или в известные дни не являться с должным
почтением в село Покровское. В домашнем быту Кирила Петрович выказывал все пороки человека необразованного. Избалованный всем, что только окружало его, он привык давать полную волю всем порывам пылкого своего нрава и всем затеям довольно ограниченного ума. Не смотря на необыкновенную силу физических способностей, он раза два в неделю страдал от обжорства и каждый вечер бывал
навеселе. С крестьянами и дворовыми обходился он строго и своенравно; не смотря на то, они были ему преданы: они тщеславились богатством и славою своего господина и в свою очередь позволяли себе многое в отношении к их соседям, надеясь на его сильное покровительство.
Закревская: А любовная линия, надеюсь, будет?
Пушкин: Конечно, только несчастная любовь волнует сердца прекрасных дам
Служанка: Цыганка просит пустить, предлагает погадать господам.
Дама 3 читает начало поэмы «Цыганы»:
Цыганы шумною толпой
По Бессарабии кочуют.
Они сегодня над рекой
В шатрах изодранных ночуют.
Как вольность, весел их ночлег
И мирный сон под небесами;
Между колесами телег,
Полузавешанных коврами,
Горит огонь; семья кругом
Готовит ужин; в чистом поле
Пасутся кони; за шатром
Ручной медведь лежит на воле.
Всё живо посреди степей:
Заботы мирные семей,
Готовых с утром в путь недальний,
И песни жен, и крик детей,
И звон походной наковальни.
Лавль: Заглянем в будущее, господа? Зови, Настя.
Цыганка: Позолотите ручку, всю правду скажу
Лаваль: Что ж, я буду первой, оставьте нас наедине, господа.
Все уходят. Остаётся графиня. Даёт деньги цыганке. Цыганка гадает по руке.
Цыганка: Супруг ваш иной веры.
Лаваль: Да, он католик!
Цыганка: Вижу сына и 4 дочерей
Лавль: Это я и сама знаю, а что в будущем?
Цыганка: Будете бедным помогать, откроете приют
Лаваль (уходя): Читает мои мысли… Аграфена Фёдоровна, очередь за Вами
Входит Закревская
Цыганка: Ваша красота пленяет всех. И в этой комнате был тот, кого околдовали вы когда-то.
Закревская: Всё так
Цыганка: Вижу леса, поля…
Закревская: Да, я живу в деревне
Цыганка: У Вас весёлая жизнь, но в старости … чужбина
Закревская: Состарюсь я? Ну, нет.
Закревская уходит, входит Наталья Николаевна.
Цыганка: ВЫ окружены восторгом, восхищением, оно вас и погубит. Вижу 7 детей.
Наталья Николаевна: Не может быть!
Цыганка: Вдовой вы рано станете
Наталья Николаевна: Ах! (падает на стул)
Входит Пушкин.
Пушкин: Ну, хватит дам пугать, попробуй-ка смути мой ум (протягивает руку)
Цыганка: Нет, не буду гадать, не чётки линии на руке( бросает руку)
Пушкин: Не бойся, говори, что видишь.
Цыганка: 37 и 38 страшные цифры … Вижу смерть..
Пушкин побледнел, входит Лаваль, даёт деньги цыганке: « Всё, иди.»
Лаваль берёт под руку Пушкина: Не будем слишком суеверны, вспомните ваши стихи:
Если жизнь тебя обманет,
Не печалься, не сердись!
В день уныния смирись:
День веселья, верь, настанет.
Сердце в будущем живет;
Настоящее уныло:
Все мгновенно, все пройдет;
Что пройдет, то будет мило.
Пушкин читает «Элегию»:
Безумных лет угасшее веселье
Мне тяжело, как смутное похмелье.
Но, как вино - печаль минувших дней
В моей душе чем старе, тем сильней.
Мой путь уныл. Сулит мне труд и горе
Грядущего волнуемое море.
Но не хочу, о други, умирать;
Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать;
И ведаю, мне будут наслажденья
Меж горестей, забот и треволненья:
Порой опять гармонией упьюсь,
Над вымыслом слезами обольюсь,
И может быть - на мой закат печальный
Блеснёт любовь улыбкою прощальной.
Лаваль: Не стоит верить простой цыганке, ужин подан, прошу в столовую.
Все уходят. Выходят чтецы.
Чтец 1: Слова цыганки оказались пророческими:
27 января 1837 года, в 5-м часу вечера, на Чёрной речке в предместье Петербурга, состоялась роковая дуэль между Пушкиным и Дантесом, на которой Пушкин был смертельно ранен.
Тяжело раненного Пушкина привезли домой, камердинер Никита Козлов на руках донёс его до постели. Приехали доктора, близкие друзья поэта – , , . Врачи пришли к неутешительному выводу: рана смертельна
Чтец 2:
Понимал это и сам Пушкин. Мучаясь от страшной боли, он, тем не менее, сохранял полное самообладание.
Умирал Пушкин так же мужественно, как жил. Позвав жену и детей, он перекрестил их и благословил. Простился с друзьями. «Кончена жизнь. Тяжело дышать, давит», - были его последние слова.
Прожив 2 дня в страшных мучениях, Пушкин скончался 29 января 1837 г. в квартире, которую он снимал в доме княгини Волконской на набережной реки Мойки.
«Я памятник себе воздвиг нерукотворный…» читают 5 человек:
Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
К нему не зарастет народная тропа,
Вознесся выше он главою непокорной
Александрийского столпа.
Нет, весь я не умру — душа в заветной лире
Мой прах переживет и тленья убежит —
И славен буду я, доколь в подлунном мире
Жив будет хоть один пиит.
Слух обо мне пройдет по всей Руси великой,
И назовет меня всяк сущий в ней язык,
И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой
Тунгус, и друг степей калмык.
И долго буду тем любезен я народу,
Что чувства добрые я лирой пробуждал,
Что в мой жестокий век восславил я Свободу
И милость к падшим призывал.
Веленью божию, о муза, будь послушна,
Обиды не страшась, не требуя венца,
Хвалу и клевету приемли равнодушно
И не оспоривай глупца.
Слово учителя: Наш вечер подошёл к концу. Спасибо за внимание.
Интернет — ресурсы
http://www. /presentations
http://feb-web. ru/feb/pushkin/serial/v69/v69-036-.htm
http://ru. wikipedia. org/wiki
http://literatura5.narod. ru/kitaeva. html
http://shpors. ru/index. php? option=com_content&view=article&id=717:2011-01-04-08-39-48&catid=10
http://ru. wikipedia. org/wiki
http://lib. ru/LITRA/PUSHKIN/dubrowskij. txt
