УДК 81’25
, Гродно, Беларусь
Межъязыковая эквивалентность и проблемы перевода фразеологических единиц
The article deals with the problem of phraseological equivalency and analyzes the main aspects of this problem on the material of Belarusian and English idioms.
Национальная самобытность языка наиболее ярко проявляется во фразеологизмах, так как именно этот языковой пласт непосредственно отражает внеязыковую действительность, фиксирует содержание, восходящее к условиям жизни народа. Фразеологические единицы любого языка ярче других языковых единиц отражают своеобразие менталитета и культуры народа. Однако, наряду с различиями, фразеологические системы разных языков имеют достаточно много сходств и аналогий, которые, в свою очередь, составляют основу сопоставительно-типологических исследований. При сопоставлении белорусских и английских фразеологизмов [2; 4; 6] выявляется их сходство в лексико-семантической организации, в стилистическом плане, на фонетическом и структурном уровнях.
В белорусском фразеологическом фонде фразеологизмы, имеющие полные эквиваленты в английском языке, т. е. характеризующиеся полным совпадением плана выражения и плана содержания, сравнительно малочисленны: вока за вока – eye for eye; трымаць язык (за зубамі) – to hold one’s tongue. К полным эквивалентам относятся единицы, характеризующиеся идентичной лексико-семантической составляющей и «отложившиеся в традиции языковых контактов» [5, с. 10]. В материале полных эквивалентов незначительные расхождения могут допускаться во внутренней форме, грамматических и стилистических параметрах: чыстае сумленне – bad conscience; на вуснах мёд, а на сэрцы лёд – a honey tongue, a heart of gall; падліваць масла (смалы) ў агонь – to add fuel to the fire; чорным па белым – in black and white. К полным эквивалентам относятся, как правило, фразеологические единицы, которые вошли в языки многих народов из античных, религиозных, литературных источников: геркулесавы слупы – Hercules’ Pillars; мафусаілаў век – (live) as long as Methuselah; умываць рукі – to wash one’s hands of something.
Частичные фразеологические эквиваленты в белорусском и английском языках превосходят в количественном отношении полные эквиваленты. Например: прыцягнуць за вушы - to bring in by head; гаспадар свайго слова – to be as good as one’s word. Единицы такого типа характеризуются тождественной или сходной семантикой, но различиями в лексико-семантическом содержании, т. е. во внутренней форме. Например: без цара ў галаве – not to have a brain in one’s head; пасаліўшы можна есці – betwixt and between; пасля дождыку ў чацвер – when hell freezes over. Целостное значение фразеологизма логически связано с лексическими значениями его компонентов, и в видимом, «мозаичном» содержании устойчивых выражений фиксируется уклад жизни народа, его история. Фразеологические эквиваленты, построенные по одной модели, но с разной образной составляющей, отражают, с одной стороны, универсальность законов мышления людей, а с другой стороны, национальную специфику видения мира разными народами.
В белорусском фразеологическом материале единиц, не имеющих переводных соответствий во фразеологии английского языка в силу межкультурных различий, не много. Например: божая сляза ‘разг., ирон. водка’; кораткі пяты ‘нет сил, возможности сделать что-л.’; прышчаміць хвост ‘заставить кого-л. подчиниться; создать тяжелое, безвыходное положение’. Как правило, национальная специфика фразеологического образа отражает реалии, традиции, ценности носителей языка в своеобразном наборе лексических средств. К таким лексическим средствам относятся топонимы, антропонимы, гидронимы, архаизмы, историзмы, реалии: Не адзін Гаўрыла <што> у Полацку ‘кто-н. или что-н. не является единственным предметом разговора’. Нередко национальное своеобразие проявляется и в содержании фразеологизмов: вясёльны генерал ‘разг., ирон. известная, важная особа, приглашенная на какое-л. празднование с целью придать значимость этому событию’; a bread-and-butter letter ‘благодарственное письмо’; a blind hand ‘нечеткий почерк’; to find one’s icy legs ‘научиться хорошо кататься на коньках’; to put on the black head ‘выносить обвинительный приговор (в Англии, оглашая смертный приговор, судья надевал черную шапочку)’.
Трудности, возникающие при переводе фразеологизмов, обусловлены необходимостью сохранить смысловое, эмоционально-экспрессивное и функционально-стилистическое содержание единиц, при этом «переводчик скован системными межъязыковыми расхождениями, асимметрией культурных реалий, стилистическими нормами и т. п.» [1, с. 283]. Особые сложности возникают при переводе устойчивых выражений в составе художественного текста, перевод которого должен учитывать не только смысловые нагрузки, но и такие формальные характеристики, как стиль и форма.
Фразеологизмам как готовым словесным блокам в языке перевода могут соответствовать фразеологические единицы, отдельные слова и свободные словосочетания [3; 7]. В случае полных эквивалентов, характеризующихся высокой степенью адекватности лексико-грамматического состава, значения, образности и экспрессивно-стилистической окраски, в языке перевода, как правило, используется фразеологизм, обладающий эквивалентным объемом информации. К фонду равнозначных фразеологизмов с одинаковой внутренней формой относятся, например, следующие устойчивые выражения: быццам па сэрцы цёплай рукой нехта гладзіць – as if a warm hand were stroking my heart; ваш дом – моцная крэпасць – your house is a fortress; абкруціць вакол пальца – twist round his little finger. Однако случаи перевода, когда фразеологизму оригинала соответствует полный фразеологический эквивалент в переводе, являются сравнительно малочисленными. Если нет двуплановости в восприятии фразеологического образа, возможно использование в языке перевода устойчивых единиц с несовпадающей по характеру образности внутренней формой. Например: зараз з агнём не знойдзеш – nowhere to be found today for life or money; клянуся жыццём – swear upon my honour; дурная як бот – foolish as a lamp-post.
Одним из эффективных способов перевода фразеологических единиц, содержащих национально-культурную специфику, является калька – перевод каждого слова оборота, целью которого является максимальная приближенность к первоначальной форме. Например: быццам праз вату – stifled as if coming through cotton wool; жыць простай авечкай – to live the life of a foolish sheep; рук толькі пэцкаць не хочацца – I don’t want to dirty my hands on you; хадзіць ад радасці на руках – to walk on hands out of sheer happiness. Как отмечает , «современная “мода” художественного произведения предписывает, чтобы переводчики в большей степени следовали формам текста оригинала. Искушенному читателю уже не интересно узнать, о чем пишет автор оригинала. Ему интересно узнать, как это “звучит” на языке оригинала» [1, с. 411].
Определенную сожность для перевода представляют названия и имена собственные, входящие в состав фразеологических единиц: На Беларусі ўсе Марусі; зарабіць (выручіць, выгадаць) як Заблоцкі на мыле; У Мазыры елі царскія сыры. Как правило, такие словосочетания не имеют эквивалентов с теми же компонентами в другом языке. Образная ономастика доставляет немало проблем как на уровне понимания оригинального текста, так и на уровне выбора эквивалента в другом языке. В случае невозможности подбора при переводе фразеологизма с другой образной основой делается выбор в пользу описательного перевода, однако национальная специфика при этом утрачивается.
Бывают случаи, когда фразеологическая единица просто опускается, так как окружающего контекста достаточно для понимания смысла предложения: А я сваяк Яноўскіх па пралцы, з жаночага, так бы боку. – I am Janouskaja’s relative in the female line. В этом случае часть национально-культурного колорита выпадает. Иногда происходит обратное: переводчик использует фразеологическую единицу при ее отсутствии в тексте оригинала. Например: клянуся – upon the word of honor, лепей зараз – the sooner the better.Такой выбор обусловлен традициями словоупотребления и построения высказывания в языке перевода.
Даже при наличии в языке перевода устойчивых единиц, идентичных фразеологизмам оригинала, переводчики, подчиняясь собственным стилистическим соображениям, нередко прибегают к однословным или описательным соответствиям: замазаць глотку – to shut up; сухі як костка (палец) – a wrinkled (finger); з цвёрдай думкаю – firmly convinced. В случае использования описательного метода перевода слова, составляющие перевод, могут не иметь никакой связи с оригиналом ни в части самих слов, входящих в их состав, ни в коннотативных оттенках. Описательные соответствия могут не наносить ущерба художественной адекватности перевода в целом, однако приводят к частичным стилистическим потерям.
Таким образом, для обеспечения коммуникативной эквивалентности при переводе фразеологических единиц необходимо исходить из принятых в языке норм и максимально учитывать национальную культуру, быт, нравы народа, говорящего на данном языке.
Литература
1. Гарбовский, перевода / – М.: Изд-во Моск. ун-та, 2004. – 544 с.
2. Кунин, -русский фразеологический словарь / . – 4-е изд., переработанное и дополненное. - М.: Просвещение, 1984.
3. Караткевіч, У. Дзікае паляванне караля Стаха. Збор твораў у 8-мі тамах, том 7. / У. Караткевіч. – Мінск: Мастацкая літаратура, 1990. – 197 с.
4. Лепешаў, І. Я. Слоўнік фразеалагізмаў. Ў 2 т. / І. Я. Лепешаў. – Мінск: Беларус. энцыклапедыя імя П. Броўкі, 2008.
5. Рецкер, перевода и переводческая практика / . – М.: Международные отношения, 1974. – 216 с.
6. Cambridge International Dictionary of Idioms / J. Siefring (ed.). – Cambridge: Cambridge University Press, 2004. – 340 p.
7. Karatkevich, U. King Stakh’s Wild Hunt / U. Karatkevich. – Minsk: Yunatstva Publishers, 1989. – 190 p.
