Влияние Афона на возрождение духовной жизни в России

Отдел образования администрации Вознесенского муниципального района

V Детские Сретенские чтения

Юбилейные даты истории Православия в 2016 году

Влияние Афона на возрождение духовной жизни в России

Подготовил: Кочетков Иван – ученик 9-го класса

МБОУ «Курихинская ООШ»

Руководитель: – учитель химии

МБОУ «Курихинская ООШ»

п. Сарма 2016 год

Оглавление

Введение…………………………………………………………………….3

1. Основная часть

1.1 Антоний Печерский - первоначальник русского монашества.….…4

1.2 Преподобный Нил Сорский………………………………...…….……5

1.3 Преподобный Паисий Величковский……………………...………….7

1.4 Силуан Афонский…………………………………………….…………9

Заключение…………………………………………………………………11

Литература………………………………………………………………….11

Приложения………………………………………………………………..12

Введение

Завершился 2015-й год, посвященный 1000-летию со дня кончины св. равноапостольного князя Владимира, крестителя Руси, основателя русской государственности, укорененной в традиции Православия. В 2016 году отмечается 1000-летие русского присутствия на Афоне как естественное следствие сделанного св. Владимиром выбора.

Афон в течение многих столетий играл исключительно важную роль в развитии отечественной духовности и культуры. Именно Святая Гора Афон, ее наследие и традиции существенно повлияли на формирование мистико-аскетического облика самобытного русского православия, как и самой Святой Руси. Без духовного влияния Афона история и культура нашей страны были бы совсем иными, а Россия - другой страной.

Утрата преемственности приводила к прерыванию традиции; духовная жизнь, выпадая из русла предания, не была столь плодотворной и светоносной, что временами приводило к ее умалению, оскудению. Единственной возможностью восстановления традиции, возвращения к полноте предания оставалось обращение к тому источнику, с которого и началась некогда история русского монашества – к Афону. Поэтому всякий раз возрождение духовной жизни на Руси связано именно с Афоном.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Актуальность работы заключается в том, что и в настоящее время России предстоит выбраться из той духовной ямы, в которой она оказалась в XX век, и это можно сделать, только опираясь на исторический опыт духовного влияния Афона на Русь.

Цель настоящей работы на примере конкретных исторических личностей проследить влияние Святой горы на духовную жизнь в России на протяжении 1000-летней истории русского присутствия на Афоне.

Задачи:

1) сопоставить имеющуюся литературу по данной теме;

2) проанализировать имеющиеся сведения в сети Интернет.

1. Антоний Печерский - первоначальник русского монашества

Первоначальником русского монашества принято считать преподобного Антония Печерского. Именно он своей простой подвижнической жизнью вдохновил юношей столичного города на отречение от мира по любви ко Христу. Не его проповедь, а его жизнь стала источником огня, воспламенившего сердца и простых и – по преимуществу – не простых людей, а людей княжеского круга, что сразу же привело к затянувшемуся конфликту между прп. Антонием и княжеской властью.

Родом из Любеча, будущий подвижник с именем Антипа отправился в паломничество по святым местам, посетив и Афон, где остался на некоторое время, приняв постриг с именем Антоний. Были или нет до него русские на Афоне – вопрос спорный, достоверно известно лишь то, что прп. Антоний в известных на сегодня документах святой горы – первый упоминаемый русский монах. На Афоне прп. Антоний нашел то, что, по-видимому, и отвечало его исканиям, – опыт плодотворного подвижничества. То есть такую организацию духовной жизни, при которой возможно осуществление Евангелия, при которой являются плоды Святаго Духа, а плоды изменения, преображения, рождения во Христе становятся очевидными, хотя это и совершается во внутреннем, сокровенном человеке (1Петр. 3:4).

Согласно «Житиям святых» Дмитрия Ростовского, Антоний «сподобился иноческого образа», преуспел «в покорности и послушании» и, пробыв на месте своего пострижения немалое время, достиг «больших степеней совершенства, сам сделался наставником в монашеской жизни для многих братий. Тогда игумен, призвав его к себе, сказал: «Антоний! Иди обратно в Русскую землю – пусть и там живущие через тебя преуспевают и утверждаются в вере христианской; да будет с тобою благословение Святой горы!». Приняв это благословение как за исходящее из уст Божиих, преподобный Антоний отправился на землю Русскую и, придя в град Киев, основал здесь Печерский монастырь, который положил начало всему русскому монашеству». Своим ученикам Антоний говорил: «Это Бог вас, братия, собрал, и вы здесь по благословению Святой горы, по которому меня постриг игумен её, а я вас постриг – да будет благословение на вас, первое от Бога, а второе от Святой горы».

Перенесение афонской традиции не в виде организационных форм, а в опыте конкретного подвижника, живого носителя предания Афона, способствовало ее жизненности, о чем свидетельствует святость сотен подвижников Древней Руси. Особенностью восприятия опыта правильной духовной жизни была живая преемственность. Каждый становился хранителем традиции не по причине начитанности или церковной «остепененности», а в силу опыта, воспринимаемого от живого носителя предания, в силу события, со-переживания, со-причастности.

Как видно из истории русского монашества, даже в стабильные периоды церковной жизни не так-то просто организовать жизнь монастыря и поддерживать ее на хотя бы достаточном нравственном уровне. И именно опыт афонских монастырей, воспринятый и осуществленный прп. Антонием, стал фундаментом, обеспечившим расцвет русского домонгольского монашества.

2. Преподобный Нил Сорский

Нельзя сказать, что кто-то целенаправленно и вполне осознанно обращался к святой горе с тем, чтобы возродить духовную жизнь в родном Отечестве. Но осмысленные поиски осуществления в жизни евангельского идеала с неизбежностью приводили русских подвижников к Афону. Они просто искали истинного поклонения Богу в Духе – и оказывались на Афоне. И даже тогда, когда сам Афон , тем не менее, именно там даже в эпоху упадка греческого монашества в период турецкого владычества русские подвижники обретали «утерянное» предание, входили в традицию. Возвращаясь на Русь или в Россию, они способствовали тому, что много позже будет всякий раз называться возрождением духовной жизни.

Следующее событие русской духовной истории связано с именем прп. Нила Сорского. Его влияние на русскую духовную жизнь не столь очевидно, как влияние прп. Антония. Были в эпоху прп. Нила великие и славные подвижники, как правило, связанные с духовным наследием прп. Сергия Радонежского. И не было в деятельности прп. Нила ничего особенного, выдающегося. Совершив паломничество по святым местам, прп. Нил задержался на Афоне, пробыв там 6 - 7 лет.

Особое внимание прп. Нил уделял организации скитской жизни. Почему именно скитской? Прот. Георгий Флоровский по этому поводу рассуждает так: «Это был решительный выход и уход из мира, бдительное преодоление всякого “миролюбия”. Поэтому образ жизни избирается скитской, уединенный, – общежитие кажется слишком шумным и слишком организованным. Ничего в миру… Правда их именно в этом уходе, – правда созерцания, правда умного делания…». [1]

В скитской жизни прп. Нил Сорский видел совершенное осуществление евангельского идеала – оставление всего ради стяжания совершенной любви и совершенной свободы. И сам прп. Нил Сорский, и его ученики сумели осуществить этот идеал в жизни. И пусть в рамках своей земной жизни прп. Нил не обладал таким влиянием и духовным авторитетом, как прп. Сергий Радонежский или прп. Серафим Саровский, но именно его собственные творения, написанные на основании опыта и уроков Афона, были восприняты поздними русскими подвижниками и использованы для устроения собственной духовной жизни и осмысления ее закономерностей.

В то время еще не было «Добротолюбия», и творения святых отцов были известны более в отрывках, разнообразных «пандектах» и «цветниках». Для русского монашества «Устав о скитской жизни» (даже потеряв авторство) становился систематизированным пособием по организации уединенного, отрешенного от мира бытия: несмотря на определенный разрыв в преемственности, в ней все-таки оставалось стремление организовать монашескую жизнь как молитвенное делание, собирание себя в Боге, путь к обожению.

3. Преподобный Паисий Величковский

Эпоха Ивана Грозного, Смутное время и особенно церковный раскол XVII века привели к тому, что монашеская жизнь в Московском государстве вступила в тяжелые времена.

Синодальная реформа Петра I на фоне разорванной преемственности духовного делания как делания внутреннего, сокровенного, в Боге совершаемого, привела к тому, что все принципы монашеской жизни были формализованы. Хотя реформа и упорядочила монашескую жизнь, она лишила ее того самого вдохновения, благодаря которому некогда пещерный подвиг прп. Антония стал источником освящения и преображения многих и многих людей, которые, воспламенившись Духом, смогли разнести свет Христов по всей Руси. Но подвиг оставался: подвиг трудничества, просвещения, миссионерства.

По-прежнему много делала для России Киево-Печерская лавра. Но, когда в 40-е гг. XVIII в. в лавру пришел юноша Петр Величковский, сын соборного протоиерея г. Полтавы, он не смог найти там понимания своим духовным поискам. Те старцы, которые все-таки смогли понять, чего ищет этот юноша в монашестве, предупредили его, что в лавре он его не найдет. Чего же искал будущий преподобный Паисий Величковский? Совершенного служения Богу, борьбы со страстями, умерщвления ветхого человека, неразвлекаемой молитвы всем сердцем, совершенного послушничества и совершенного смирения – того же, что искали и Антоний Печерский, и Нил Сорский. Юноша хотел стать послушником у опытного духоносного человека, который научил бы его жизни по заповедям и помог очистить сердце от страстей. Поиски привели его на Афон. Он не нашел там старца, но нашел уединение и книги, не известные на Руси – ни в МалоРоссии, ни в России, – книги, в которых был изображен опыт прохождения духовной жизни, борьбы со страстями, опыт правильного прохождения молитвенного делания. Терпеливо проходя подвиг, сравнивая свой опыт с тем, что описано в доступных ему книгах, прп. Паисий восстановил преемственность традиции. К нему устремились подобные ему искатели, обретя в нем опытного делателя духовной жизни, наставника и духовного отца. Так был образован Ильинский скит – один из крупнейших на Афоне.

Обстоятельства вынудили прп. Паисия переехать вместе с братией в Молдовлахию (на территорию современной Румынии), где по-прежнему к нему тянулось множество людей разных национальностей, желая поучиться у него тайнам жизни в Духе Святом – собственно той жизни, которую, по свидетельству Евангелия, и ждет от своих последователей Господь. До пяти тысяч монахов собиралось вокруг него в Нямецком монастыре, как будто бы вернулись времена прп. Саввы Освященного или прп. Феодора Студита. Почти все собранные вокруг старца стали причастными традиции, и, разойдясь после смерти прп. Паисия по своим странам, принесли своим народам опыт жизни в Духе, опыт молитвенного делания, опыт созидания своей души в Боге. Так деятельность одного человека, который «собирал» себя в дебрях Святой Горы, принесла плод возрождения духовной жизни в России. Возрождение это проявилось и в духовном просвещении, и в старческом окормлении, и в явлении дивных святых, сделав XIX век совершенно особой страницей в истории русской духовной жизни.

Благодаря собиранию, переводу и переработке рукописей, собранных на Афоне прп. Паисием Величковским, в 1793 году было издано Добротолюбие на славянском языке. В книгу вошли основные аскетические творения святых отцов. Впервые монашество получило в одной книге полное изложение основ духовной жизни словами великих древних делателей этой жизни. В наш век книжного изобилия, в том числе – книг духовно-аскетического содержания, трудно понять, что в течение столетий не то чтобы обычные люди, но даже монашествующие были лишены возможности через книгу обращаться к опыту древних святых. Вне преемственности живого опыта и при отсутствии описания этого опыта в тексте, люди, ищущие духовного возрождения, обновления в Духе, пытающиеся осуществить Евангелие на практике, попадали в очень сложное положение: они понимали, чего они ищут, но не понимали, как этого достичь.

Значение перевода греческого Добротолюбия на доступный для русских монашествующих язык стало основанием для духовного возрождения Церкви. Достаточно сказать, что издание славянского Добротолюбия было келейной книгой прп. Серафима Саровского в первой период его подвижнической жизни. Освоение Добротолюбия опытом собственной духовной жизни привело к появлению известнейших духовно-аскетических авторов XIX в.: свт. Игнатия (Брянчанинова) и свт. Феофана Затворника. Своим словом они продолжили дело прп. Паисия и дали правильное основание развитию русской богословской науки, до этого в значительной степени, находившейся в плену западноевропейской схоластической традиции.

Ученики прп. Паисия после его смерти вернулись в Россию, принеся опыт духовного делания, став живыми носителями предания, живыми свидетелями традиции.

Но и это, как оказалось, еще не последние свидетельства глубокой связи Афона и русской духовной традиции. Хотя после издания русского «Добротолюбия» каждый искренний делатель мог найти необходимые руководства для осуществления духовной жизни, – для полноценного вхождения в преемственность традиции очень важным была встреча и событийное молитвенное общение с живыми носителями этой традиции.

4. Преподобный Силуан Афонский

Говоря о Русском Афоне, нельзя не сказать об одном из величайших святых XX века — преподобном Силуане Афонском. Молитвенник за весь мир, ярчайший светильник Святой Горы минувшего столетия, преподобный схимонах Силуан родился в России, в семье благочестивого крестьянина Ивана Антонова. С малолетства его душа устремлялась к Богу. Совсем молодым он удалился на Святую Гору, где всецело посвятил себя молитвенному деланию. Искренняя любовь ко Христу Спасителю и горячая ревность о Господе, долгие годы духовной борьбы, молитвы внутреннего возрастания к Богу сделали из него великого подвижника. За смирение и нелицемерное отвержение себя он сподобился от Бога благодати, которая преумножила в нем эти дары. «Знай порядок духовной жизни, — учил преподобный, — дары даются простой, смиренной послушливой душе. Кто послушлив и во всем воздержан: в пище, в слове, в движениях, — тому Сам Господь подает молитву».

Преподобный Силуан Афонский стал одним из духовных предстателей за Россию, которая в то нелегкое время переживала эпоху страшных гонений на Церковь Христову.

В ХХв. в самой России эта преемственность, не иссякая вовсе внутри монашеского сообщества, была вытеснена на периферию духовной жизни церковного народа. И сразу же после знаменитых торжеств 1000-летия Крещения Руси начинается подготовка к изданию русского «Добротолюбия», которое выходит в 1992 г., потому что все понимают: церковное возрождение невозможно без возрождения духовного, без подвига очищения сердца, без навыка системного осуществления евангельских заповедей, без благодатных плодов Святаго Духа в человеке.

Особую роль в русском духовном возрождении последней четверти ХХ в. сыграла книга «Старец Силуан», написанная учеником прп. Силуана Афонского схиархимандритом Софронием (Сахаровым), который, живя около старца, и сам стал «делателем молитвы изрядным» [4].

Влияние этой книги на неофитов 90-х гг. было очень сильным, и благодаря ней многие смогли правильно понять что же, собственно, такое духовная жизнь. Они смогли понять ее необходимость; понять, что духовная жизнь, как она явлена в подвиге святых – хоть древних, хоть близких к нам по времени, – и есть осуществление Евангелия. Без освоения этой жизни трудно говорить о христианской жизни вообще. Она обесцвечивается, становится формой существования, а то и идеологией. Но христианство призвано быть потоком воды живой, насыщающей и животворящей всякого человека.

В этом и состоит педагогическое значение изучения русской духовной традиции, в том числе и духовной традиции Афона. Не только русского Афона, но и также греческого – через опыт очень известного и востребованного в русском мире прп. Паисия Святогорца, канонизированного в январе 2015 г.

Заключение

Таким образом, мы видим, что на протяжении всей своей истории Россия и Афон были связаны тесной, неразрывной духовной связью. В наши дни Святая Гора вновь стала местом, куда устремляются взоры сотен тысяч верующих православных христиан нашей страны. Афон снова наполняется русскими паломниками, которые в наше нелегкое время много способствуют новому возрождению афонских обителей.

Афон не дает христианам забыть, что такое христианство, в чем его жизненный центр, что позволяет из века в век являть Христа миру силой, действием и благодатью Святаго Духа. И только обретение каждым этого жизненного христианского центра в самом себе, утверждение его Духом во внутреннем человеке открывает источники воды живой, которые, питая, и приводят к возрождению человека, Отечества, церковной жизни. И об этом очень важно помнить каждому из нас, кто называет себя христианином.

Список литературы

1. Флоровский Георгий, прот. Пути русского богословия. Париж, 1937. – C. 20.

2. Цит. по: «Из Истории “Добротолюбия”» [эл. р.: http:///81/1388-2-iz-istorii-dobrotolyubiya. html]

3. Памяти Дмитрия Брянчанинова (епископа Игнатия), сайт «Литературная губерния»: [эл. р. http://samaralit. ru/?p=17440]

4. Выражение из акафиста святителю Игнатию (Брянчанинову).

5. Россия - Афон: тысячелетие духовного единства\ Материалы международной научно-богословской конференции. Москва 1 - 4 октября 2006г. М.: ПСТГУ, 2008.

6. Четвериков Сергий, прот. Правда христианства. М.: Крутицкое Патриаршее подворье, 1998.

7. Из истории Добротолюбия [эл. р.: http://serdcevedenie. narod. ru/books/hesychasm/isihazm10.htm]

Приложения