Юрий Александрович Орлов

Памятные даты

11&

СОКОЛОВ,

академик Л. П. ТАТАРИНОВ,

кандидат

биологических наук

Б. А. ТРОФИМОВ,

доктор

биологических наук

М. А. ШИШКИН

ЮРИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ ОРЛОВ

К 90-летию

со дня рождения

С именем Юрия Александровича Орлова (1893— 1966) связаны важнейшие страницы истории советской палеонтологии. Его многогранная научная деятельность получила всемирное признание и подготовила тот высокий уровень развития палеонтологических исследо­ваний в нашей стране, который сегодня поставил науку об ископаемых организмах в число ведущих биологических дисциплин. Юрий Александро­вич сочетал в своем лице крупнейшего морфолога — специалиста по иско­паемым позвоночным, выдающегося организатора науки и, наконец, заме­чательного педагога, отдавшего работе в высшей школе 50 лет жизни. И во всех этих областях он оставил неизгладимый след и благодарную память о себе тех, кто учился или работал под его руководством.

Юрий Александрович начал свой путь в науке, специализируясь в об­ласти зоологии и гистологии на естественном отделении физико-математи­ческого факультета Петербургского университета, куда он поступил в 1911 г. Здесь его учителями были такие выдающиеся биологи, как А. С. До­гель, и . Еще до окончания университета, в 1916 г., он был приглашен на должность ассистента кафедры гистологии и эмбриологии в только что организованный Пермский университет, где вплоть до 1924 г. преподавал на медицинском, естествен­ном и сельскохозяйственном факультетах. В трудных условиях граждан­ской войны и разрухи Орлов уже вел огромную работу по организации учебного процесса и в это же время начал свои самостоятельные исследо­вания по сравнительной морфологии нервной системы беспозвоночных. Он продолжал их и после возвращения в Ленинград в 1924 г., где препо­давал в Военно-медицинской академии на кафедре гистологии и эмбрио­логии (до 1935 г.). Одновременно в течение нескольких лет он сотрудни­чал в Институте мозга им. .

Среди гистологических работ Юрия Александровича, выполненных в тот период, особое место занимают его исследования по нейронной орга­низации автономной нервной системы у членистоногих. Эти исследования, завоевавшие Орлову признание среди специалистов, позволили выявить далеко идущие параллели в строении нервной системы у членистоногих с позвоночными животными; полученные им результаты вошли в класси-

Юрий Александрович Орлов

117

ческие «Очерки по эволюционной гистологии нервной системы» А. А. За-варзина (1941) и другие справочные руководства.

Решающий перелом в научной биографии ученого начался в 1925 г., после его поездки в геологическую экспедицию в Западную Сибирь и Ка­захстан, в результате которой в бассейне реки Ишим им было открыто ранее неизвестное захоронение плиоценовых и четвертичных млекопитаю­щих. Интерес к ископаемым животным Юрий Александрович сохранял с детских лет, и это помогает понять, почему непосредственное знакомство с работой палеонтолога смогло заставить его резко изменить жизненные планы. Будучи уже известным и высоко ценимым специалистом и имея приглашения на профессуру от ряда медицинских институтов, он тем не менее отказался от всего этого ради новой области исследований — палеон­тологии. Постепенно она становится его основной специальностью. В 1925— 1927 гг. работал в Геологическом комитете, а с 1929 г. стал научным сотрудником остеологического отдела Геологического музея, из которого возник в 1930 г. Палеозоологический (ныне — Палеонтологиче­ский) институт, возглавленный . Одновременно в 1.931— 1933 гг. — доцент Горного института по кафедре палеонтоло­гии, а с 1933 по 1940 г.— профессор палеонтологии в Ленинградском уни­верситете.

Переезд Палеонтологического института в Москву окончательно опре­делил научную судьбу Юрия Александровича. Здесь он возглавил отдел высших позвоночных и музей, а в 1945 г., после смерти , стал директором института. Наряду с этим в 1939 г. по предложению он организовал в Московском университете кафедру па­леонтологии, которую также бессменно возглавлял до конца жизни. В 1934 г. была присуждена степень доктора биологических наук без защиты диссертации. В дальнейшем за выдающуюся научную и научно-организационную деятельность он был избран членом-корреспон­дентом Академии наук СССР (1953 г.), а затем ее действительным членом (1960 г.).

За этими главными вехами жизненного пути ученого стоит интенсивная научная деятельность, в которой проявились широта его интересов и свое­образие исследовательского подхода. Работа палеонтолога начинается с полевых изысканий, и поэтому перед Орловым, избравшим уже в 20-х го­дах главным объектом своих исследований третичных млекопитающих, встала задача проведения больших поисковых экспедиций. Ему мы обяза­ны открытием ряда крупнейших ранее неизвестных захоронений древних позвоночных, таких как классическое местонахождение гиппарионовой фауны у города Павлодара (раскопки велись под руководством Ю. А. Ор­лова в 1928—1930 гг.), а также подобные или более древние местонахож­дения в Центральном Казахстане, Приаралье, на Кавказе и в Киргизии. Добытые здесь бесценные материалы послужили основой для работ не только самого Юрия Александровича, но и таких наших выдающихся па­леонтологов, как , , и другие. Проводя эти изыскания и публикуя их первые результаты, одновременно готовит ряд работ по палеозойским кораллам (1930—1931 гг.). В тот же период выходят и его последние гистологические работы. В дальнейшем мы видим его уже сложившимся палеотериологом, чьи исследования посвящены морфологии, филогении и систематике самых различных групп животных: верблюдов, саблезубых кошек, иктитериев, гиен, барсуков, куниц, ластоногих и т. д. Эти работы выдвинули Ю. А. Ор­лова в число лучших представителей биологического направления в па­леонтологии позвоночных, созданного в России трудами ­го и развивавшегося затем и . Прекрасная

Памятные даты

118

анатомическая подготовка позволя­ла Юрию Александровичу увидеть за костными остатками сущность биологической организации иско­паемого животного, и поэтому именно морфофункциональный анализ скелета составляет наиболее яркую и оригинальную сторону его работ.

Характерным примером такого подхода может служить работа Юрия Александровича о семанторе (1933) — плиоценовом водном хищ­нике, от которого сохранилась лишь задняя часть скелета. Этого оказа­лось достаточно для выяснения главных черт его биологии. Строе­ние бедра, стопы, голеностопного сустава и реконструкция тазобед­ренной мускулатуры показали, что животное передвигалось в воде по способу тюленей. В то же время наличие суставов между фаланга­ми, неудлиненность крайних мета-подиев и положение вертлужной впадины говорят о сохранении спо­собности к сухопутной локомоции. Наконец, строение позвоночника и некоторые особенности конечно­стей свидетельствуют о родстве с выдрообразными. Семантор, таким образом, показывает путь, по которому могло идти приспособление хищных к водному образу жизни, свойствен­ному ластоногим.

Та же самая палеобиологическая направленность ярко проявляется и в работе о перуниуме (1947) — гигантской миоценовой ку­нице, имеющей черты сходства с медведем и росомахой. В распоряжении ученого имелся лишь череп, но это не помешало ему с замечательным мастерством восстановить облик и особенности животного. Строение че­люстей перуниума говорит о слабости жевательной мускулатуры и при­способлении к одностороннему резанию, исключающему перегрызание крупной добычи, следовательно, основной пищей зверя, несмотря на боль­шие размеры, служили мелкие животные. Но особенно многое позволило понять изучение слепка мозговой полости, когда во всей полноте проявил­ся огромный опыт ученого в области неврологических исследований. Строе­ние мозжечка перуниума подтвердило выводы о типе его питания и ука­зало на сложную координацию движений туловища, головы и конечностей, что позволяет предполагать сохранение способности к лазанию по де­ревьям; в то же время развитие теменной, височной и затылочной долей больших полушарий, характерное для медведей, говорит об усилении функций слуха и зрения. Вместе с тем лобные доли и извилины мозга пе­руниума остаются на уровне развития мелких куниц. Такой дисгармонич­ный путь эволюции мозга мог, по мнению Юрия Александровича, сыграть решающую роль в судьбе этих хищников, обусловив их вымирание при переходе от влажных лесных условий к степным во второй половине плио­цена.

Юрий Александрович Орлов

119

Эта работа заложила основы исследований по функциональной палео-неврологии в СССР. планировал их дальнейшее развитие и изложил их программу в специальной статье (1949), где подчеркивал, в частности, важность изучения закономерностей эволюции мозга. С той же целью им была собрана в Палеонтологическом музее ценная коллекция отливов черепных полостей современных и ископаемых позвоночных. Дру­гое важное эволюционное направление он видел в изучении биомеханики черепа позвоночных, указывая на возможности применения здесь новых методов (анализ соотношений черепных швов, костных гребней и т. д.). Основные задачи в этой области намечены им в ряде статей (1939,1950). К сожалению, осуществить свои планы в полной мере Юрий Александро­вич не успел.

Памятные даты

120

Среди ископаемых групп, изучавшихся , были и палео­зойские зверообразные пресмыкающиеся — дейноцефалы. Им посвящена его последняя крупная работа (1958), в которой, как и в предыдущих, тщательный анатомический анализ служит основой для выводов о способе питания, передвижения, образе жизни и других чертах биологии этих форм.

Замечательные работы Юрия Александровича, вошедшие в число луч­ших в отечественной палеонтологии, составляли, однако, лишь часть его многогранной научной деятельности. Большие обязанности налагало на него руководство Палеонтологическим институтом, выросшим постепенно в крупнейшее в мире палеонтологическое учреждение. Он участвовал в организации и был научным консультантом международных палеонтоло­гических экспедиций — Монгольской (1946—1949 гг.) и Советско-китай­ской (1959—1960 гг.). Много сил и внимания он отдавал и возглавляемой им кафедре палеонтологии МГУ. принадлежит заслуга ор­ганизации отделов палеозоологии в институтах зоологии академий наук Украинской и Казахской ССР, а также ряда других плодотворно работаю­щих палеонтологических центров в нашей стране. Под его редакцией было осуществлено издание в 1958—1964 гг. 15 томов «Основ палеонтологии», охватившее все группы ископаемых организмов и составившее крупную веху в развитии нашей науки. В 1967 г. этот труд был удостоен Ленинской премии. Юрий Александрович был первым редактором «Палеонтологиче­ского журнала», созданного в 1959 г. благодаря его энергии и настойчи­вости; ныне без этого издания уже трудно представить себе существование отечественной палеонтологии.

Ярким проявлением беззаветного служения делу науки были много­летние усилия по организации палеонтологического музея, который он мыслил себе как крупнейший центр пропаганды знаний об истории органического мира. В 60-х годах ему удалось добиться решения о строительстве музея и начала работ по составлению его проекта. Юрий Александрович понимал, сколь трудное дело он начал и как много време­ни потребует его осуществление. Иными словами, он меньше всего рассчи­тывал увидеть в создании музея свой личный успех. Его забота была иной — обеспечить будущее развитие палеонтологии как ведущей естест-венноисторической дисциплины. И сейчас, когда работы по созданию му­зея широко развернулись и вызывают огромный интерес общественности, мы доляшы с благодарностью вспомнить Юрия Александровича Орлова, чье имя музей по праву носит.

Вся жизнь была непрерывно связана с педагогической работой, начавшейся еще в Пермском университете. За долгие годы пре­подавания он подготовил целый ряд учебных программ по гистологии и палеонтологии для университетов; под его руководством в Московском университете был создан новый учебник палеонтологии. Юрий Александ­рович был ярким и оригинальным лектором, которого помнят поколения учившихся у него студентов. Вообще, пропаганду научных знаний он рас­сматривал как важнейшую задачу, которой, несмотря на занятость, он всегда уделял много внимания. Многочисленные общедоступные лекции, популярные статьи — во всем этом видел неотъемлемую часть своих научных обязанностей. Венцом его популяризаторской деятельности стала замечательная книга «В мире древних животных», выдержавшая уже два издания.

Юрий Александрович был ученым с мировым именем, пользовавшимся огромным авторитетом среди зарубежных коллег. Он достойно представ­лял советскую науку во многих странах, участвуя в международных кон­грессах с лекциями и докладами о достижениях отечественной палеонто-

Юрий Александрович Орлов

121

логии. Им был организован обмен литературой и коллекциями со многими иностранными учреждениями. Его деятельность по укреплению между­народных связей советской науки была отмечена почетной грамотой Со­ветского комитета защиты мира и избранием его в члены многих иностран­ных научных обществ. В нашей стране заслуги ученого отмечены прави­тельственными наградами — орденом Ленина, двумя орденами Красного Знамени и медалями.

За два десятилетия, в течение которых возглавлял Па­леонтологический институт, на его долю выпало немало трудностей. Но он всегда отстаивал подлинные интересы советской палеонтологии, сознавая, что только сохранение фундаментального характера науки может обеспе­чить успех ее использования в прикладных исследованиях. Эта позиция была для него определяющей и на посту заместителя академика-секретаря Отделения общей биологии АН СССР, который он занимал с 1962 г.

Всем, кто знал Юрия Александровича, хорошо памятны такие его чер­ты, как высокая культура, живой, оригинальный ум, чувство юмора, скром­ность, простота и доброжелательность в общении с людьми. Это был не показной демократизм, а выражение глубокой интеллигентности, означаю­щей прежде всего уважение к человеческой личности, ценность которой не определяется должностными мерками. И для учеников эту память о нем как о человеке невозможно отделить от всего того, что связано с его именем в нашей науке.