Внешнеполитическая стратегия США и геополитическая концепция Збигнева Бжезинского
, студент
Научный руководитель: магистр истории
Карагандинский государственный университет им. , г. Караганда
*****@***ru
В начале XXI века глобальный мир вступил в эпоху, которая характеризуется с одной стороны кризисом лидерства США в мире, с другой – кризисом уверенности Соединенных Штатов в самих себе. В этих условиях перед руководством США стоит сложная задача возвращения стране международной легитимности в качестве безусловного лидера, определяющего пути развития мира. Политической целью США, по мнению Збигнева Бжезинского, должна стать последовательность в достижении и удержании доминирующей позиции в мире.
Современная эпоха глобальных изменений вносит в повестку дня вопросы мироустройства, ключевых факторов глобального политического процесса и сущности их взаимодействия, требует пересмотра объективной картины мира и т. д. Именно это делает геополитическую проблематику сегодня чрезвычайно актуальной.
В геополитической концепции Збигнева Бжезинского немаловажная роль отводится Центральной Азии, ставшей ареной борьбы мировых держав. В этом контексте актуальность выбранной темы обусловлена необходимостью изучения геополитической ситуации в Центральной Азии и геостратегических приоритетов заинтересованных государств.
Для современного мира Збигнев Бжезинский – фигура знаковая. В эпоху «холодной войны» он был советником у Картера. При Клинтоне, развязавшем агрессию против Сербии, Бжезинский – самый авторитетный советник по вопросам внешней политики, автор концепции расширения НАТО на Восток, которая тогда же начала воплощаться в дела и продолжается до сих пор. Более того, Бжезинский был советником Барака Обамы в период избирательной кампании [7, с. 89-94]. На его счету бесчисленное количество важнейших политических операций, которые оказали влияние на нынешнее положение Америки и на расстановку сил во всем мире. И даже после ухода Збигнева Бжезинского из большой политики, к его мнению прислушиваются, а его прогнозы воспринимаются всерьез.
Анализ идей и подходов, высказываемых Бжезинским, требует понимания того, что он принадлежит к тем личностям и кругам, которые не просто формулируют и озвучивают геополитические и геостратегические тренды, но формируют их. Научная, политическая, информационная и прочая активность Бжезинского – это тот самый случай, когда проведение границы между словом и делом, информационным событием и реальностью, которую оно призвано отобразить, становится более чем затруднительным [6].
В данной работе мы попытались детально изучить центральные аспекты внешнеполитической концепции З. Бжезинского. Для этого потребовалось решение следующих задач: проанализировать стратегию мирового лидерства США, выявить ее основные этапы, направления и особенности; исследовать евразийский вектор в системе американской геополитики; проследить эволюцию геополитических взглядов Бжезинского.
Американское мировое господство отличается стремительностью своего становления, а также глобальными масштабами и способами осуществления. В течение всего лишь одного столетия Америка под влиянием внутренних изменений, а также динамичного развития международных событий из страны, относительно изолированной в Западном полушарии, трансформировалась в державу мирового масштаба по размаху интересов и влияния. Бжезинский выделяет следующие этапы становления «американской гегемонии»:
· Испано-американская война 1898 года – первая для Америки захватническая война за пределами континента. Распространение власти на Тихоокеанский регион, Гавайи, до Филиппин.
· «Доктрина Монро». Цель – военно-морское господство в двух океанах. Строительство Панамского канала.
· К началу Первой мировой войны экономический потенциал Америки составил около 33% мирового ВВП. Таким образом, Великобритания лишается роли ведущей индустриальной державы.
· Первая мировая война открыла легальную возможность для переброски американских вооруженных сил в Европу, связанную с первыми крупными дипломатическими шагами по применению американских принципов в решении европейских проблем. Однако эта война скорее европейская, чем глобальная.
· Разрушительный характер первой мировой войны ознаменовал начало конца европейского политического, экономического и культурного превосходства.
· Вторая мировая война – действительно глобальная. Главные победители, США и СССР, становятся преемниками спора за мировое господство.
· 50 лет холодной войны. Появление ядерного оружия делает войну классического типа практически невозможной. В геополитическом плане конфликт протекает на периферии Евразии.
· Развал советско-китайского блока.
· Стагнация и экономический упадок в СССР.
· Распад Советского Союза, главного соперника Соединенных Штатов в борьбе за мировое господство [1, с. 13-36].
В результате, Америка заняла лидирующие позиции в четырех имеющих решающее значение областях мировой власти: «в военной области она располагает не имеющими себе равных глобальными возможностями развертывания; в области экономики остается основной движущей силой мирового развития; в технологическом отношении она сохраняет абсолютное лидерство в передовых областях науки и техники; в области культуры, несмотря на ее примитивность, Америка пользуется не имеющей себе равных притягательностью, особенно среди молодежи всего мира. Все это обеспечивает Соединенным Штатам политическое влияние, близкого которому не имеет ни одно государство». Именно сочетание всех этих факторов делает Америку, по мнению Бжезинского, единственной мировой сверхдержавой в полном смысле этого слова [1, с. 36].
Американское влияние подкрепляется и сложной системой союзов и коалиций, которые охватывают весь мир. Новый международный порядок, установившийся после распада Советского Союза и окончания холодной войны, «не только копирует, но и воспроизводит за рубежом многие черты американской системы». К этой системе относятся следующие компоненты:
· система коллективной безопасности, в том числе объединенное командование и вооруженные силы, например, НАТО, Американо-японский договор о безопасности и т. д.;
· региональное экономическое сотрудничество, например, APEC, NAFTA и специальные глобальные организации сотрудничества, такие как Всемирный банк, МВФ, Всемирная организация труда;
· процедуры, которые уделяют особое внимание совместному принятию решений, даже при доминировании Соединенных Штатов;
· предпочтение демократическому членству в ключевых союзах;
· глобальная конституционная и юридическая структура (от Международного Суда до специального трибунала по рассмотрению военных преступлений в Боснии) [1, с. 40-41].
Пропагандируя глобальную роль США, Бжезинский всегда рассматривал ее в контексте актуальной международной повестки дня. До 1991 года в основе его концепции лежали идеи о ликвидации геополитической мощи СССР путем его развала и расчистки пути для США к приобретению статуса единственной сверхдержавы. Будучи собственно одним из творцов американской политики (в роли советника по национальной безопасности), он работает над различными внешнеполитическими проектами, ставящими цель любой ценой вовлечь Советский Союз в долгий и истощающий его ресурсы конфликт [1, с. 13]. После крушения Советского Союза американский стратег выразил свои основные соображения в книге «Великая шахматная доска» (1998). Учитывая уникальное положение Америки на тот момент и отталкиваясь от геополитической концепции («кто контролирует Евразию, тот контролирует весь мир»), Бжезинский заключает: «Американская внешняя политика должна продолжать следить за геополитическим аспектом и использовать свое влияние в Евразии таким образом, чтобы создать стабильное равновесие на континенте, где Соединенные Штаты выступают в качестве политического арбитра» [1, с. 12]. Иными словами, США следует использовать свою исключительную мощь для расширения и углубления влияния на Евразийском континенте, которое гарантирует долгосрочность американского господства в мире. В своей новой книге «Выбор. Мировое господство, или глобальное лидерство» (2004) Бжезинский выражает свое беспокойство по поводу способности Америки единолично управлять миром. США не составило труда совершить две военные операции на Ближнем Востоке даже при отсутствии явной военно-политической поддержки со стороны третьих стран, что подтвердило тезис геополитика о том, что США – единственная сверхдержава. Однако, даже будучи таковой, США начали испытывать немалые трудности по послеконфликтному урегулированию ситуации в регионе. Бжезинский предлагал новый подход, который заключался в реализации так называемой «стратегии разделенной ответственности»: «поэтапное и контролируемое перераспределение власти» между США и ее союзниками (ЕС и Япония), которое приведет «к оформлению структуры глобального сообщества, основанного на совместных интересах и располагающего своими наднациональными механизмами…» [2, с. 15]. Согласно данной стратегии, необходимо активнее вовлекать союзников в процессы глобального управления, что придаст, с одной стороны, легитимность, с другой – физическую поддержку американским инициативам.
В 2012 году Бжезинский опубликовал свой новый фундаментальный анализ в книге «Америка и глобальный кризис». В ней социолог делает акцент на важнейших тенденциях в мире и внутри Америки, влияющих на возможности США позиционировать себя как глобальную державу. В качестве основных предпосылок кризиса Соединенных Штатов Бжезинский выделяет следующие:
1) «Подъем Азии» подразумевает стремительный экономический и демографический рост в Азиатском регионе. «Появление на мировой арене Китая как экономического соперника Америки, Индии как регионального центра тяжести и богатой Японии как тихоокеанской союзницы Америки не только кардинальным образом изменило расстановку мировых сил, но и подчеркнуло их рассредоточение» [3, с. 33]. Бжезинский считает, что это свидетельствует о перераспределении мировых сил, которое ставит под угрозу стабильность глобальной иерархии. Новые мировые державы (КНР, Индия, Япония) имеют большие амбиции на определяющую роль в новом мировом порядке, что может привести к их взаимному соперничеству. Усиление Азии бросает вызов американскому лидерству, а опасность внутриазиатских споров угрожает стабильности в Азии, мире и собственно Соединенных Штатах.
2) «Глобальное пробуждение» объясняет растущую роль общественного мнения вследствие распространяющейся на весь мир информационно-технологической революции [6]. На сегодняшний день средства информационной коммуникации охватывают все большие слои населения, и поддерживать влияние, опираясь исключительно на военную и финансовую силу, становится практически невозможным [4, с. 212]. Поэтому, «если Америка хочет и дальше играть конструктивную глобальную роль, привлекательность ее системы необходимо поддерживать, демонстрируя актуальность ее основополагающих принципов, динамизм ее экономической модели, добрую волю народа и правительства. Только так Америка сможет вернуть свой исторический импульс, особенно учитывая растущие симпатии к Китаю у «третьего мира»» [3, с. 55].
3) Кроме вызовов международного характера, американское могущество подрывают тенденции в самой Америке. Среди главных проблем внутреннего характера Бжезинский выделяет следующие: растущий государственный долг, расшатанная финансовая система, возрастающий уровень общего неравенства доходов, устаревание национальной инфраструктуры, слабые познания американского населения об остальном мире и неэффективная политическая система, усложняющая принятие экстренных мер в кризисных ситуациях.
4) Внутренние угрозы подтачивают ресурсы американской сверхдержавы, а внешние вызовы усложняют задачу Америки поддерживать глобальную стабильность. Бжезинский предупреждает, что ослабление и стремительный спад американской мощи грозит повсеместным подрыванием основ мирового порядка.
Разрабатывая американскую геостратегию в отношении Евразии, Бжезинский выделяет две особенно важные категории стран: геостратегические действующие лица и геополитические центры [5, с. 5].
Активными геостратегичиескими действующими лицами являются государства, которые «обладают волей осуществить власть или оказывать влияние за пределами собственных границ, с тем чтобы изменить – до степени, когда это отражается на интересах Америки, – существующее геополитическое положение» [1, с. 54]. Они склонны к непостоянству и критически оценивают американскую мощь, определяя пределы, в рамках которых их интересы совпадают и за которыми вступают в противоречие с американскими интересами. После этого они формируют свои собственные задачи, иногда согласующиеся, а иногда противоречащие американской политике.
Геополитические центры – «это государства, чье значение вытекает не из их силы и мотивации, а скорее из их потенциальной уязвимости для действий со стороны геостратегических действующих лиц» [1, с. 55]. Чаще всего геополитические центры обуславливаются своим географическим положением, которое придает им особую роль в плане контроля доступа к важным районам, либо возможности отказа важным геостратегическим действующим лицам в получении ресурсов. Такие страны могут действовать и как щит государства или даже региона, имеющего жизненно важное значение на геополитической арене.
В текущих условиях существует, по крайней мере, пять ключевых геостратегических действующих лиц и пять мировых геополитических центров: Франция, Германия, Россия, Китай и Индия. Кроме того, по мнению Бжезинского, потенциальную опасность для США представляют Украина, Азербайджан, Южная Корея, Турция и Иран, которые могут проводить самостоятельную геополитику вопреки интересам США [1, с. 55-56].
Восемь новых национальных государств Центральной Азии и Кавказа (Казахстан, Узбекистан, Туркменистан, Таджикистан, Кыргызстан, Грузия, Армения и Азербайджан) и Афганистан составили у З. Бжезинского территориальное ядро «Евразийских Балкан». Потенциальными кандидатами для включения в этот список являются Турция и Иран [1, с. 151].
Соперничество за «Евразийские Балканы» прямо увязывает три соседних государства: Россию, Турцию, Иран, хотя одним из главных действующих лиц может, в конечном счете, стать Китай. В это соперничество, хотя и более отдаленно, вовлечены Украина, Пакистан, Индия и далеко расположенная Америка. Каждое из государств преследует такие цели, как геополитическое могущество, доступ к потенциально огромным богатствам, достижение национальных и религиозных целей и безопасность. Тем не менее, первоочередным объектом противоборства является получение доступа в стратегически важный регион [1, с. 168]. При этом первостепенный интерес Америки состоит в том, чтобы помочь обеспечить такую ситуацию, при которой ни одна держава не контролировала бы данное геополитическое пространство, а мировое сообщество имело бы к нему беспрепятственный финансово-экономический доступ [1, с. 178].
По словам Бжезинского, «в настоящее время для правительства США в Центральной Азии интерес вызывают две страны: Казахстан, в силу динамичности развития там экономических процессов, и Узбекистан, благодаря его стратегическому значению в регионе» [1, с. 156].
В отношении роли США в Центральной Азии Бжезинский отмечает следующее: «...присутствие американцев в регионе и оказываемая ими помощь придает странам Центральной Азии больше сил и дает возможность достичь намеченных целей, укрепить независимость и стабильность, и одновременно, отвечает интересам самой Америки. Это сокращает риск того, что регион станет управляемым разными блоками» [1, с. 179].
Как бы ни было велико влияние Соединенных Шатов, Евразия сохраняет свое геополитическое значение, и именно от положения дел на этом крупнейшем материке зависит политическое будущее Америки. «Вопрос о том, каким образом имеющая глобальные интересы Америка должна справляться со сложными отношениями между евразийскими державами и особенно сможет ли она предотвратить появление на международной арене доминирующей и антагонистической евразийской державы, остается центральным в плане способности Америки осуществлять свое мировое господство» [1, с. 12]. Так Бжезинский характеризует основную задачу американской внешней политики.
В целом, для Соединенных Штатов евразийская геостратегия включает «целенаправленное руководство динамичными с геостратегической точки зрения государствами-катализаторами в геополитическом плане», при этом должны соблюдаться два равноценных интереса Америки: в ближайшей перспективе – сохранение своей исключительной глобальной власти, а в далекой перспективе – ее трансформация во все более институционализирующееся глобальное сотрудничество [1, с. 54].
Таким образом, анализ концепций Бжезинского позволил выявить три основных феномена. Во-первых, геополитик всегда оставался убежденным в исключительной и определяющей роли США в глобальной политике, как после развала СССР, так и даже в нынешнее кризисное для Америки время. Во-вторых, симпатизируя своей стране, он все же отличается высоким реализмом в своих оценках ее положения, подчеркивая как преимущества, так и слабые места американской геополитики. В-третьих, опираясь на ситуацию де-факто в мире, Бжезинский гибко реагирует на современные опасности и находит способы их преодоления.
___________________________
1. Бжезинский, З. Великая шахматная доска: господство Америки и его геостратегические императивы = The grand chessboard: American primacy and its geostrategic imperatives – New York: Basic books, October 1997 / Пер. с англ. . – М.: Международные отношения, 1998. – 256 с.
2. Выбор. Мировое господство, или глобальное лидерство = The choice: global domination or global leadership / Пер. с англ. , . – М.: Международные отношения, 2005. – 288 с.
3. Стратегический взгляд: Америка и глобальный кризис = Strategic Vision: America and The Crisis of Global Power / Пер. с англ. М. Десятовой. – М.: Астрель, 2012. – 258 с.
4. Максименко современности (К дискуссии о «постсовременном мире» на страницах журнала «Восток») // Восток, М., 1998, № 4. С. 211-221.
5. Геостратегия для Евразии. Краткосрочные и долгосрочные цели политики США в этом регионе // Независимая газета, 1997, 24 октября, № 000.– С. 5-10.
6. Збигнев Бжезинский: контуры нового миропорядка // Центр стратегических оценок и прогнозов, 25.10.2011: http://csef. ru/index. php/ru/politica-i-geopolitica/project/326-russias-future-and-the-world-population-estimate/1-stati/2030-zbigniew-brzezinski-the-contours-of-the-new-world-order.
7. Хауке Ритц. Почему Западу нужна Россия: удивительное превращение Збигнева Бжезинского = Warum der Westen Russland braucht: Die erstaunliche Wandlung des Zbigniew Brzezinski (Рецензия на новую книгу Збигнева Бжезинского «Стратегическое прозрение» («Strategic vision»)) // Страницы немецкой и международной политики, 2012, июль, № 7. – С. 89-98.
