И на краю света живут президенты

И на краю света живут президенты

«Край света» - это словосочетание невольно приходит на ум, когда смотришь на безграничную заснеженную тайгу. Холод, бездорожье и ни одной живой души на десятки километров вокруг. Хотя есть в этой отрешённости какая-то своя прелесть - жизнь здесь самая что ни на есть настоящая, без суеты и фальши. Согласен со мной и Степан Антонович Кечимов. Родившийся и выросший на этой земле, он знает в лесу каждый уголок. Знает, любит и вновь сокрушается, когда приходится покидать таёжные просторы. Но что поделать – в городе его ждут встречи и совещания. Должность обязывает. Президент Союза оленеводов Югры как-никак.

- Степан Антонович, кто присматривает за оленями в ваше отсутствие?

- В основном дочка с зятем. Хотя в постоянном надзоре стадо не нуждается. Олени сами по себе пасутся в специально отведённом месте, мы лишь изредка проверяем, всё ли в порядке. Домой пригоняем несколько раз в год. Самый длительный период их пребывания на стойбище – летний. В мае на свет появляются оленята. Тут-то и начинается «жаркая» пора. Каждого нужно заклеймить (дабы не спутать потом с чужими), к дому приучить. А бывают ведь и «трудные». Не слушаются, брыкаются, в упряжку не встают. К таким свой подход требуется. В общем, сложно с ними. Поэтому я стараюсь больше 60 голов не держать.

- Какова численность оленей в целом по Югре?

- Абсолютно точное количество оленей, разводимых на территории округа, назвать сложно, примерно 35-40 тысяч. Их разведением занимается 32 родовые семьи. Одни держат немного – около 20 оленей, другие имеют хозяйство побольше – 100-150 особей. Кроме того, на территории региона существует два оленеводческих совхоза - Казымский в Белоярском районе и Саранпаульский в Берёзовском. На них и приходится основной объём югорского стада.

- Налажен ли рынок сбыта оленеводческой продукции? Где её можно приобрести?

- Большая часть оленины поставляется в областную столицу. Там на перерабатывающем заводе и изготавливается продукция, которая в конечном итоге попадает на обеденный стол, – колбасы, юкола (вяленое мясо), тушёнка и многое другое. Что же касается оленеводов-частников, то им в плане сбыта намного сложнее. Приходится самостоятельно готовить документацию, открывать ИП, решать вопросы с ветеринарными службами и Роспотребнадзором, находить покупателей. А это тоже непросто. Дело в том, что объём выпускаемой ими продукции намного меньше в сравнении с теми же совхозами. Естественно, что заводу проще заключить один большой договор с оленеводческим предприятием, чем несколько мелкооптовых с частниками. Так, свободной остаётся лишь одна ниша – самостоятельно реализовывать продукцию на ярмарках либо обзавестись собственной клиентурой.

- А как насчёт реализации пантов?

- Рога в основном покупают любители экзотики. Украшают ими дом или дарят друзьям. Что же касается изготовления сувенирной продукции, то этим в Югре никто не занимается. В промышленных масштабах я имею в виду. Зато косторезы из Алтайского края приобретают наши панты большими партиями - у них это ремесло достаточно развито.

- Обязательно ли быть представителем КМНС, чтобы стать оленеводом?

- Теоретически стать им может любой желающий. Достаточно обратиться в Департамент природных ресурсов и несырьевого сектора экономики Югры, взять в аренду земельный участок и купить оленей. Для этого вовсе не обязательно быть ханты или манси. Правда, в этом случае, честно признаюсь, будет непросто. Мало одного желания – нужны знания и опыт. Коренные жители с рождения вращаются в этой среде, поэтому отлично знают, чем кормить оленей, где пасти, как ухаживать, обучать, клеймить.

- И всё-таки если трудности не пугают? Как и где можно получить базовые знания по ведению традиционного образа жизни? Может, существуют какие-то курсы?

- Специальных занятий нет. Но при желании можно организовать поездку, что называется, в поля. Вернее, в тайгу. У нас был один такой случай. Парень из Советского района захотел попрактиковаться в оленеводстве. Ему организовали мини-командировку в ЯНАО. Там, живя рядом с опытными людьми, он прошёл боевое крещение и с багажом знаний вернулся домой. Сейчас здесь трудится. А вообще, я считаю, курсы не очень нужны. По большому счёту азы ветеринарии, оказания первой медицинской помощи, правовые аспекты можно изучать где угодно, а вот истинного оленевода воспитает только тайга.

- В последнее время среди значительной части этих самых «воспитанников» оленеводство считается профессией непрестижной и бесперспективной. Молодёжь в неё не стремится, уезжает в город, поближе к благам цивилизации. Как, на ваш взгляд, решить эту проблему?

- Да, действительно, этот вопрос стоит остро. Сегодня средний возраст оленеводов в нашем регионе составляет 47 лет. И по статистике многие из них – вынужденные холостяки. Молодые девушки ещё менее охотно, чем парни, остаются в тундре. А нет женщины - нет семьи, нет продолжения рода. Сегодня ведь и окружные власти, и недропользователи делают многое, дабы помочь нам в ведении традиционного образа жизни. Тем не менее отток молодёжи всё-таки наблюдается. На мой взгляд, единственный выход – работать с семьями. Нужно донести до взрослого населения, что именно от них зависит дальнейшая судьба коренных народов. Родители просто обязаны вести со своими чадами мощную пропаганду. Нужно с самого раннего возраста вкладывать в их душу любовь к природе, а в сознание - чувство личной ответственности за сохранение культуры предков.

- Вы упомянули о помощи, которую оказывают округ и нефтяники. В чём именно она заключается?

- Пунктов, по которым предоставляется поддержка, очень много. В первую очередь это материальные выплаты при рождении ребёнка, на лечение, получение высшего и среднего специального образования. Большое внимание уделяется вопросу сохранения самобытного языка и популяризации культуры. Что касается нашего сотрудничества с нефтяниками, то здесь среди ряда компаний можно выделить общество «ЛУКОЙЛ-Западная Сибирь». Оно помогает строить жильё, обеспечивает стойбища современной техникой, средствами связи, кормами для животных, ежегодно выплачивает компенсацию за использование земельных участков в границах территорий традиционного природопользования, а также закупает топливо и технику, необходимую для ведения промыслового хозяйства. Нельзя не отметить и помощь в организации национальных праздников. К примеру, на День оленевода именно недропользователи берут на себя заботы по транспортировке оленей к месту проведения мероприятия и обратно, а также закупают ценные призы для участников.

- Коллеги-оленеводы встречаются лишь на праздниках или всё-таки существует другая практика обмена опытом?

- Конечно, существует. Такого рода сотрудничество ведётся не только на местном, но и на региональном, всероссийском и даже международном уровнях. Ведь оленеводством занимаются более 20 различных этнических групп в Норвегии, Швеции, Финляндии, России, Монголии, Китае, Аляске, Канаде и Гренландии. Оленеводы управляют обширными территориями в Арктике в течение тысячи лет, поэтому поле для обмена опытом колоссальное. Представители различных союзов оленеводов периодически собираются на традиционные съезды для решения актуальных экономических и экологических проблем ведения традиционного хозяйства. Кроме того, в рамках этих мероприятий проходит учёба для работников оленеводческих хозяйств, где специалисты рассказывают о новых, наиболее эффективных в условиях финансового кризиса способах ведения бизнеса.

- Степан Антонович, назовите пять основных правил оленевода, которые были бы полезны и начинающим хозяйственникам, и тем, кто поопытнее.

- Первое: если на новом месте заводишь новое стадо или меняешь пастбище, то самые трудные первые три года. Потом легче. Но никогда не бывает легко.

Второе: построишь много километров ограды (кораля), но оленя не удержишь. Поставишь стойбище, поселишься вместе с детьми и внуками в нём, олени будут держаться вокруг жилища.

Третье: не принуждай детей и внуков заниматься оленями. Сделай так, чтобы они сами для себя выбрали судьбу оленевода. Тогда жить им будет легко.

Четвёртое: только удачливостью ты не станешь оленеводом. Только трудом тоже. Ты станешь настоящим оленеводом, если в тебе будут гармонично сочетаться и труд, и удачливость.

И наконец, последнее правило. Скорее даже, примета. Во время ночлега в лесу для растопки костра приготовь: летом - три стружки; зимой - пять стружек; осенью - семь стружек. Нельзя одну стружку или чётное их число. Но самое главное - нельзя считать стружки. Такая вот арифметика. Попробуй разберись…

Юлия ДЕМИДЕНКО.