Речевой жанр «пари» / «betting»: дискурсивные и лингвокультурные характеристики
1.0. Жанровая организация речи обусловливается культурными ценностями, которые так или иначе отражаются в языке. В этой связи представляется актуальным выявить, каким образом в языке фиксируется культурная специфика речевых жанров. Рассмотрим в качестве примера речевой жанр «пари» и его ближайшее соответствие в английской лингвокультуре – жанр «betting».
Полагаем, что инструментом для подобного рода анализа может служить коммуникативный концепт, т. е. сложное ментальное образование, в основе дискурсивной реализации которого лежит коммуникативное речевое действие и соответствующий этому действию речевой жанр [Дементьев 2006; Горбачева 2007: 4].
С концептом «пари / betting» связаны определенные ценности в русском и английском национальном сознании. Эти ценности соответствуют социальным и коммуникативным нормам, обусловливающим возможность заключения пари.
Говоря о социальных нормах, обратим внимание на тот факт, что в обеих лингвокультурах архаичное отношение к пари, отраженное в паремиях, однозначно отрицательное. Так, русские пословицы «Спорить спорь, а об заклад не бейся», «Бейся об заклад, на ком больше заплат!», «Когда у дурака нет доводов, он предлагает биться об заклад» и английская пословица «None but fools and knaves lay wagers» («Только дураки и мошенники заключают пари») выражают суждения «не стоит заключать пари», «пари заключают только неумные / нечестные люди».
По-видимому, такое отношение к пари обусловлено его связью с игрой. В русской лингвокультуре негативное восприятие игры в разные исторические периоды объясняется разными факторами: после принятия христианства – этимологической связью игры с языческой сакральной сферой, в средневековый период – отрицательным отношением православной церкви к развлечениям, в настоящее время – восприятием игры со стороны общества как чего-либо социально не значимого [Балашова 2003].
В Британии и Северной Америке негативное отношение к игре как одному из способов получения удовольствия было продиктовано идеями пуританизма. Однако после того как пуританские ценности утратили свою актуальность, изменилось и отношению к получению удовольствия, в частности, к развлечениям: они стали публичными и более неформальными [Плавинская 2008: 175-176].
Привлечение к спору-пари материальных ценностей в качестве обязательства для проигравших превратило его, в сущности, в вид азартной игры. В обыденном сознании русских людей и носителей английской лингвокультуры пари, действительно, является разновидностью азартных игр. В английской лингвокультуре это закреплено юридически: Gambling is the wagering of money or something of material value on an event with an uncertain outcome with the primary intent of winning additional money and/or material goods (http://en. wikipedia. org).
В российской юридической сфере пари рассматривается не как разновидность азартных игр, а как самостоятельное, хотя и юридически сходное с ними явление. Главное отличие пари от азартных игр состоит в том, что участники пари не имеют возможности влиять на исход события, на которое делаются ставки, а в азартных играх такая возможность имеется: ср. Пари – основанное на риске и заключенное между двумя или несколькими лицами (как физическими, так и юридическими) соглашение о выигрыше, исход которого зависит от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или нет (ФЗ «О налоге на игорный бизнес» от 31 июля 1998 г.); согласно определению юридической энциклопедии, азартная игра – это основанное на риске и заключенное между двумя или несколькими лицами, как физическими, так и юридическими, по правилам, установленным игорным заведением, соглашение о выигрыше, исход которого зависит от обстоятельства, на наступление которого стороны имеют возможность оказывать воздействие (http://www. pravoteka. ru).
В целом положительное отношение к азартным играм в Британии и США противопоставлено неоднозначному их восприятию в России.
Как отмечает , начиная с XVIII в. в обществе меняется отношение к азартным играм: быть азартным игроком уже не оценивается категорически плохо, хотя некоторый негативный оттенок за азартными играми сохраняется [Балашова 2003]. Возможно, это вызвано тем, что для русской лингвокультуры характерно некоторое неприятие победителя, наилучшим образом отраженное в поговорке «Дуракам везет», и, напротив, щадящее отношение к побежденному, объясняемое, по выражению [2006: 27], «особым статусом милосердия как православной добродетели».
Сохранению негативной оценки пари в русском национальном сознании, по-видимому, способствует и так называемый «спор на человека» (ср. спор-пари на девушек в к/ф «Девчата», «Небесная жизнь», «72 метра»).
Кроме того, на общее отношение общества к азартным играм влияет неодобрение азартных игр со стороны христианской церкви, поскольку такие игры провоцируют страсть к быстрой наживе и могут иметь неблагоприятные социальные последствия (http://ru. wikipedia. org).
Что касается норм коммуникативного поведения, обусловливающих процесс заключения пари, то в отношении русской лингвокультуры таковыми нам представляются некоторые параметры русского поведения, выделенные [2006] и наиболее ярко проявляемые, на наш взгляд, именно в споре-пари: 1) со стороны того, кто инициирует пари – повышенная коммуникативная доминантность в общении с окружающими, заметное стремление к модификации картины мира собеседника; 2) со стороны того, кто поддерживает инициативу заключения пари – высокое доверие к устной речи, низкое прогнозирование результатов своей коммуникативной деятельности.
В английской лингвокультуре коммуникативные нормы речевого жанра «betting» соответствуют, на наш взгляд, национально-специфическим поведенческим доминантам, выделенным , таким как прагматизм, предприимчивость, деловитость, рациональность [Введенская, Павлова 2004: 155-163]. Не случайно betting, по словам героя рассказа М. Твена, «является у англичан обычным способом улаживать дело» (М. Твен «Банковый билет в 1000000 фунтов стерлингов»).
1.1. Социо-культурные ценности, обусловливающие речевой жанр «пари» / «betting», отражаются в языке прежде всего в виде лексических и фразеологических единиц, обозначающих конститутивные признаки коммуникативного концепта «пари». Таким образом, рассмотрение лексических и фразеологических средств объективации концептуальных признаков пари выявляет непосредственную связь жанра и языка.
Концептуальные признаки пари можно представить в виде фрейма следующим образом:
· процесс взаимодействия, выраженный понятием «заключать пари»;
· форма этого взаимодействия – «состязательность»;
· мотив взаимодействия – «азарт»;
· участники взаимодействия – «оппоненты по пари»;
· предмет взаимодействия – «условие / обязательство»;
· средство взаимодействия – «ставка»;
· результат взаимодействия – «выигрыш / проигрыш».
Первый концептуальный признак пари – «процесс взаимодействия» – объективируется в русском языке посредством лексем «пари» и «заклад», а также фразеологических выражений «заключать пари», «держать пари», «(по)биться об заклад».
В толковых словарях русского языка представлены два основные значения слова «пари»: 1. «пари» – это «заключенное между двумя спорящими сторонами условие о каком-либо обязательстве, падающем на того из них, кто окажется неправым» [Даль 1989; Ушаков 1996; Ожегов 2004; Кузнецов 1998]; 2. «пари» – это «договор, по которому одна из сторон обещает что-нибудь уплатить другой, если наступит известное обстоятельство; в случае ненаступления такого обстоятельства другая сторона должна уплатить что-либо первой» [Брокгауз и Ефрон, www]. Данные определения позволяют говорить о двух основных видах пари в русской лингвокультуре: 1) пари как условие о любом обязательстве и 2) пари как договор на предмет денег.
В словарях русского языка слово «пари» отмечено с 1806 года, позже (в 1839 году) встречается у в рассказе «Фаталист»:
– Предлагаю пари, – сказал я шутя.
– Какое?
– Утверждаю, что нет предопределения, – сказал я, высыпая на стол десятка два червонцев – все, что было у меня в кармане.
Лексема «заклад» является устаревшим синонимом слова «пари». Отличие их состоит в том, что обязательством при закладе является предоставление какой-либо вещи, а при заключении пари это может быть еще и выполнение какого-либо действия, так что пари оказывается более широким понятием по сравнению с закладом.
В русском языке кроме лексем «пари» и «заклад» процесс заключения пари обозначается также лексемами «спорить» и «спор» (например, «поспорить», «на спор»), т. е. «пари» – это один из видов спора наряду с такими, как спор-пререкание (обмен разными мнениями), тяжба (судебное разбирательство), спор-»битва», спор-соперничество («спор стихий»), спор-сопротивление («спор с судьбой», «спор с болезнью», «спор со смертью») [Горбачева 2007: 50].
Выражение «держать пари» – это полукалька с французского faire un pari, где pari означает «заклад, пари» (от французского глагола parier – «биться об заклад» < лат. pariare – совершать куплю-продажу», «торговать») [Зимин, Спирин 1996: 349; Черных 1999]. Таким образом, в своем этимологическом значении русский концепт «пари» связан с концептом «сделка».
Конкретизация типов пари происходит в русском языке посредством лексемы «тотализатор» и понятия «пари с организатором игры». Тотализатор, или взаимное пари (от фр. totalisateur, букв. тот, кто подсчитывает итог, от лат. totalis – весь, целый) – «игра на деньги на конских состязаниях» [Ушаков 1996]; «пари, заключенное двумя или более участниками между собой, при котором участники делают ставки на событие, исход которого заранее неизвестен» (проект Федерального Закона «О деятельности по организации и проведению игр и пари на территории РФ»). Пари с организатором игр – «пари, заключенное между участником и организатором игр и пари, при котором участники делают ставки на событие, исход которого заранее неизвестен» (проект Федерального Закона «О деятельности по организации и проведению игр и пари на территории РФ»).
В английском языке объективация процесса заключения пари происходит посредством лексем «bet», «wager» и «match» и целого ряда конкретизирующих понятий: parimutuel betting, off-track betting, fixed-odds betting, sports betting, arbitrage betting, late betting, matched betting, spread betting и др.
Такая большая номинативная плотность в обозначении разных видов пари в английском языке объясняется, вероятно, тем, что родиной пари считается Англия (http://www. pravdaclub. ru), и свидетельствует о хорошем развитии в английском языке сферы лексики, декларирующей правовые отношения и все остальные связанные с ними социальные отношения.
Значения слов «bet» и «wager» как имен концепта «пари» в настоящее время не различаются. Оба слова служат для обозначения соглашения между двумя сторонами об обязательстве одной из сторон в случае проигрыша выполнить условия этого соглашения: «an agreement between two persons that the one proved wrong about the outcome of smth. will do or give a stipulated thing or pay a stipulated sum of money to the other» [Webster, www]. Что касается их этимологии, то понятие «bet» (возможно, от староанглийского слова bætan «make better, arouse, stimulate») изначально связано с концептом «состязательность» («to «improve» a contest by wagering on it» / «стимулировать соревнование, делая на него ставки»), а «wager» (от старофранцузского wagier «to pledge» / «обещать») – с концептом «договор».
Лексема «to match» служит для объективации либо средства решения того или иного спора, либо предмета заключения пари, поскольку имеет значения «подбрасывать монету (для решения спора и т. п.)», «играть в орлянку» / «to flip or reveal (coins) as a form of gambling or to decide smth. contested, the winner being determined by the combination of faces thus exposed»; «to match coins with another person, usually betting the same faces will be exposed» [Webster, www].
Конкретизирующие виды пари – parimutuel betting, off-track betting, fixed-odds betting, sports betting, arbitrage betting, late betting и др. – являются разновидностями игры в тотализатор. Parimutuel betting, off-track betting и fixed-odds betting заключаются на конных скачках, собачьих бегах и кратковременных спортивных соревнованиях, участники которых финишируют шеренгой. В рarimutuel betting и off-track betting весь банк ставок делится среди победителей, в fixed-odds betting выигрышные ставки фиксированы. Участники оff-track betting не являются непосредственными зрителями соревнований. Sports betting – пари на любые спортивные соревнования. В arbitrage betting ставки делаются на все возможные результаты того или иного события в разных букмекерских конторах. Late betting заключается нечестными способами после завершения приема ставок, даже тогда, когда исход события уже известен.
Хотя жанр «betting» в английской лингвокультуре не считается видом спора, как в русской лингвокультуре, он все же имеет связь со спором, поскольку является способом разрешить спор (в случае с тотализатором – потенциальный спор): Those two old brothers had been having a pretty hot argument a couple of days before, and had ended by agreeing to decide it by a bet <…> (Mark Twain «The £1,000,000 Bank-Note»). Можно утверждать, что спор – это, выражаясь в терминологии [1997], «коммуникативное прошлое» жанра пари / «betting».
Форма заключения пари, выраженная через понятие «состязательность», находит одинаковое отражение в лексической и фразеологической системах обоих языков: «соперничество, конкуренция» / «competition, rivalry», «соревнование» / «contest», «сражение» / «fight»; «вести крупную игру» / «to play high», «играть по большой» / «to play for high stakes», «пари с равными шансами» / «even bet». Таким образом, процесс заключения и дальнейшего осуществления пари может проходить как в легкой, так и в серьезной состязательной форме. Иногда пари заключается в виде соревнования, а в процессе его дальнейшего осуществления соревнование приобретает характер сражения:
Андрей и Иван заключают между собой пари: кто из них лучший продавец. Выяснить это можно только объемами продаж в магазине Аркадия. Невинный по началу спор, перерастает в настоящую войну, на которой, как водится, все средства хороши (программа «Большой спор» на Первом канале, эфир от 01.01.2001).
Объективация признака «азарт как мотив заключения пари» в значительной степени отражает культурную обусловленность жанров «пари» и «betting». В значении русского слова «азарт» преобладает эмоционально-оценочная семантика: «азарт» (фр. hasard «случай, риск», от араб. аз-захр «игральная кость», через исп. azar «игра в кости») – «задор, вспыл, вспых, горячность, запальчивость»; «сильное увлечение, рвение, сильное возбуждение» [Даль 1989; Ушаков 1996; Ожегов, Шведова, www].
В общем, азарт в русской лингвокультуре – это состояние сильной увлеченности какой-либо деятельностью. Для русских азарт – это прежде всего проявление эмоций, связанных с риском, а азартная игра – это прежде всего игра эмоций (http://ru. wikipedia. org).
Ближайшее соответствие русскому слову «азарт» применительно к ситуации заключения пари в английском языке – лексема «gamble» (не «hazard» или «peril», например). В ее значении преобладает семантика риска, сопряженного с деньгами: gamble, v – «to risk one’s money on horse races, in (card) games, business, etc.»; gamble, n – «a risky matter or act» [Longman, 1988]. Таким образом, для носителей английской лингвокультуры азартная игра – это крайне рискованная игра (преимущественно на деньги), в которой все решает случай.
Русский спор-пари – это, безусловно, в значительной степени азартная игра, но в отличие от английского betting, в котором главной целью участников является желание заработать деньги, мотивом русского пари нередко является желание развлечься, как это видно из следующего объявления, которое разместили в Интернете организаторы тотализатора:
Уважаемые дамы и господа. Хотелось бы внести ясность в вопрос с тотализатором.
Устраивая тотализатор, мы преследовали только одну цель – привлечь к этому делу друзей. Наши знакомые, которые ставят на нас деньги, волей-неволей оказываются вовлечены в это пари и по мере своих сил стараются помочь или помешать (в зависимости от ставки) тому или иному участнику пари. Мы не ставили перед собой цель заработать на этом деньги. Вообще-то мы компьютерами торгуем. Поэтому мы официально заявляем, что не будем принимать ставки от незнакомых людей или малознакомых «знакомых знакомых». Прошу понять нас правильно (http://www. sandytimes. ru).
Использование / неиспользование имени жанра для оценки жанровой компетенции человека, возможно, свидетельствует о социальной значимости этого жанра. Для обозначения участников пари в русском языке служит только лексема «спорщик», которая, кроме этого, в разговорной речи используется для обозначения участника любого спора. В английском языке для объективации данного признака концепта «пари» используется большее количество лексем: «a better / bettor», «a betting-man», «a gambler»; «an arber» – участник пари «arbitrage betting». Очевидно, жанр «пари» уступает жанру «betting» по своей социальной роли.
Важным элементом пари является признак «условие / обязательство» как предмет заключения пари. Данный аспект объективируется в русском и английском языках посредством лексем с общим семантическим признаком «необходимость обязательного выполнения того, что условлено, всеми сторонами»: «условие / stipulation», «обязательство / commitment, pledge», «соглашение, договор, договоренность, уговор / agreement».
Заключение условия и связанные с ним обязательства сближают жанр «пари» с деловой сделкой («deal», «bargain»). Основное отличие данных процессов состоит в их мотивации. Если пари мотивировано в большей мере стремлением к риску и одержанию в конечном итоге победы, то мотивом сделки является извлечение взаимной выгоды: «Сделка – двусторонний договор, соглашение о выполнении чего-н. [Ушаков 1996; Ожегов, Шведова www]; «Deal – an arrangement, esp. in business, to the advantage of both sides»; «Bargain – an agreement, esp. one to do something in return for something else» [Longman 1988].
В пари выгоду извлекает только победитель; проигравшему, как правило, приходится чем-либо жертвовать: деньгами, репутацией, жизнью. Причем жертва в данном случае вполне осознанная, поскольку этот пункт пари заранее обсуждается в качестве наказания:
Д. Нагиев: Я скажу, какое наказание постигнет Владимира Хотиненко... ему предстоит сесть на капот на шпагат между двумя машинами и просидеть в таком положении всего час... Шутка, конечно, шутка… но небольшое забавное наказание Вас все-таки постигнет... (программа «Большой спор» на Первом канале, эфир от 3.03.2006).
В номинации ставки как средства заключения пари обнаруживается явная культурная специфика жанров «пари» и «betting». Так, в русском языке лексема «ставка» – единственное в настоящее время обозначение данного признака, если учитывать, что лексема «заклад», означающая «вещь, назначаемую призом выигравшему пари» [Ушаков 1996], является устаревшей. Лексема «ставка» стала неотъемлемым элементом фрейма «пари», перейдя в него из концептосферы азартных игр, где она имеет следующее значение: «сумма денег, которую игрок ставит на карту (вкладывает в игру) и которая в случае проигрыша переходит в банк к банкомету» [Ушаков 1996].
В английском языке существует несколько способов объективации данного признака: «bet», «wager», «stake», «pot», «blind», «ante», «sweepstakes» [Webster, www]. Значения лексем «bet» и «wager» нейтральны. «Stake» подразумевает ставку в виде денег или драгоценностей, передаваемую нейтральному лицу до окончания пари. Данное значение у слова «stake» появилось в 16 веке и, как предполагается, первоначально было связано с основным значением слова «stake» – «столб», «кол»: «столб, на котором вывешивалось объявление о ставках в азартных играх» / «post on which a gambling wager was placed» [Etymology, www]. «Pot», «blind», «ante» – обозначения различных ставок в карточной игре, причем «pot» – это, как правило, большая ставка, «blind» – обязательная ставка, составляющая небольшой процент от общей суммы ставок; «ante» – ставка, которую игроки поднимают после каждой партии. «Sweepstakes» – обозначение ставок на скачках.
Признак «результат заключения пари» объективируется в русском и английском языках посредством аналогичных лексем и фразеологических единиц «выигрыш, выиграть пари» / «a win, to win a bet» и «проигрыш, проиграть пари» / «to lose a bet (wager)».
В русской лингвокультуре победа связана с идеей успеха, достигнутого в результате определенных усилий. В семантике русского слова «победа» четко прослеживается идея активной деятельности, направленной на достижение победы: «добиться успеха / победы», «достичь победы» «одержать (взять) верх», «взять перевес»; «возобладать», «сладить», «справиться с кем-либо»; «побить рекорд», «получить (отбить у кого-либо) пальму первенства». В то же время в семантике слова «поражение» превалирует идея фатальности, зависимости от случая: «потерпеть поражение / провал / неудачу», «провалиться».
В целом русской лингвокультуре присуща оппозитивная оценочность результатов любого состязания, в том числе спора-пари, что отражено в антонимической паре «выигрыш – проигрыш». Для английской лингвокультуры характерна континуальная оценочность результатов состязательной деятельности[1]: в английском языке наряду с полярной оценкой «win – defeat» / «победа – поражение» существует нейтральная в эмоциональном и стилистическом планах оценка «to earn / to gain – to lose»:
‘Let us weigh the gain and loss,’ he quoted, ‘in wagering that God is, let us estimate these two chances. If you gain, you gain all; if you lose, you lose nothing.’ (G. Greene «The Quiet American»).
1.2. Нормы коммуникативного поведения носителей русской и английской лингвокультур, обусловливающие речевые жанры «пари» и «betting», находят отражение в языковом воплощении этих жанров.
Пари / betting является одним из жанров, порождающих перформативный дискурс[2], поскольку он вносит определенные изменения в коммуникативную ситуацию.
Как перформативное высказывание пари относится к классу комиссивов, ключевым свойством которых является наложение на говорящего обязательства выполнить что-то [Остин 1986: 124]. Таким образом, в процессе заключения пари происходит актуализация намерения коммуникантов придерживаться той или иной линии поведения в направлении выполнения обязательств.
Примером жесткого перформативного дискурса является письменная форма пари, поскольку письменно заключенное пари, или пари-договор (wagering contract), представляет собой серьезную социальную акцию, внося существенные изменения в ситуацию общения: участники пари подписывают официальный документ и оказываются связанными со сферой официально-деловых отношений.
Пари-договор оформляется в соответствии с нормами деловой документации: участники договора именуются сторонами, дают свои реквизиты, причем в отношении набора реквизитов и их последовательности действует жесткое ограничение. Приведем образец такого документа (http://www. locks. ru):
Договор – пари
«___» ________ 200__ г. Санкт-Петербург
Мы, стороны по настоящему договору
Гр. РФ_____________, паспорт ____________ выдан _________________, зарегистрированный по адресу: ____________________, именуемый далее «Сторона 1» и
Гр. РФ_____________, паспорт ____________ выдан _________________, зарегистрированный по адресу: ____________________, именуемый далее «Сторона 2», совместно именуемые «Стороны» заключили настоящий договор-пари о ниже следующем.
Далее в строгой последовательности излагаются условия договора. Данный пари-договор состоит из пяти пунктов: 1) предмет пари; 2) место проведения; 3) организация проведения; 4) разрешение споров; 5) особые условия. В каждом пункте в свою очередь выделяются конкретизирующие условия. Рассмотрим один из них:
1. Предмер пари.
1.1. «Сторона 1» предоставляет «Стороне 2» цилиндры фирмы «ASIX» и цилиндры фирмы «ASTRAL» в количестве 10 штук каждого наименования, «Сторона 2» производит вскрытие 3-х из десяти цилиндров каждого наименования с помощью «Банмпинг ключа». Время вскрытия одного цилиндра не более 30 минут.
1.2. При вскрытии более 3-х цилиндров «Сторона 1» выплачивает приз в размере 1000 рублей за каждый дополнительно вскрытый цилиндр фирмы «ASIX» и 3500 рублей фирмы «ASTRAL».
В отличие от пари, заключенного в письменной форме, главная дискурсивная особенность устного жанра «пари / betting» состоит в том, что он является примером свободного перформативного дискурса, поскольку сочетает в себе признаки перформативности и игровой коммуникации.
Дискурсивными маркерами устного жанра «пари / betting» являются следующие формулы:
· Перформативное высказывание: «Держу (предлагаю) пари (на X), что…», «Ставлю X на то, что…» / «I bet X that…».
– Неправда! Держу пари на два миллиона, что вы не высидите в каземате и пяти лет.
– Если это серьезно, – ответил ему юрист, – то держу пари, что высижу не пять, а пятнадцать. ( «Пари»).
При отсутствии реакции со стороны адресата или в случае изменения адресантом своей коммуникативной интенции данное высказывание утрачивает перформативность и употребляется как вводная фраза, констатирующая уверенность говорящего в том или ином факте. Кстати, изменение интенции эксплицируется в английском языке следующим образом: либо опускается подлежащее («Bet you’ve never seen anything like that»), либо в качестве дополнения используется существительное, обозначающее абстрактное понятие («I bet my life (that)…»). В русском языке подобная экспликация не наблюдается.
· Дискурсивная формула-вызов: «Давай поспорим (на X)», «Спорим (на X)», «А слабо …?» / «I dare you to do X».
Данные дискурсивные формулы вносят в жанр «пари / betting» элементы игровой коммуникации и способствуют тому, что его перформативный характер ослабевает:
– Интересно, пойдет ли краска из крана, если я покрашу стену? – спрашивает Мишка.
– Спорим, пойдет! – говорю я.
– А спорим, не пойдет! – говорит Аленка. ( «Денискины рассказы»).
В следующем примере находим варианты дискурсивной формулы-вызова «I dare you to do X»:
– If I press that button you’ll lose. And if I press this button the bomb will be rendered.
– So do it!
– You can render the bomb yourself. Here is twenty dollars which I took from you last night. You’ll fail to do it! (к/ф «The Broken Arrow»).
Выражения «So do it!» и «You’ll fail to do it!» в данном контексте схожи по звучанию с тем, как дети в процессе игры дразнят друг друга (ср. «Ну догони меня!», «Не поймаешь!»).
Дискурсивная формула «А слабо …?» / «I dare you to do X» – довольно сильный маркер вызова. Вот как его характеризует одна из участниц Интернет-коммуникации: Всегда мне нравились спорщики, сама на «слабо» многое могу сделать, что в обычное время и в голову не придет (http://www. sandytimes. ru).
В некоторых англоязычных культурах данная формула стала основополагающим принципом для формирования целого направления в молодежной субкультуре – dare games (экстремальные игры «на слабо») (http://igrology. ru):
o флэш-моб (от англ. flash mob «мгновенная толпа») – в общественном месте собирается множество людей и принимается делать что-то бессмысленное в глазах остальных, например, они могут одновременно застыть в карикатурных позах, или в супермаркете начать вытряхивать на пол из кармана мелочь или, усевшись прямо на тротуаре, достать детские игрушки и играть, как маленькие дети и т. д.; через минуту flash mob исчезает, оставляя очевидцев в недоумении;
o кричалки – молодые люди, собравшись в общественном месте, по очереди выговаривают (сначала шепотом, а потом все громче) какое-нибудь нецензурное слово или фразу, шокирующую обывателей (например, «У меня есть бомба!»);
o игры-противостояния, ставкой в которых является жизнь участников. Например, в игре «курица и коршун» («Chicken game», «Hawk-Dove» game) два игрока на пустынном шоссе разгоняют навстречу друг другу транспортные средства (автомобили или мотоциклы) и идут на лобовое столкновение. Первый, кто свернет в сторону, считается проигравшим.
Итак, в языке определенным образом отражены культурные ценности (социальные и коммуникативные нормы), обусловливающие тот или иной речевой жанр. На примере речевого жанра «пари» и его соответствия в английской лингвокультуре («betting») мы выявили, что социо-культурные ценности непосредственно отражаются в языке в виде лексических и фразеологических единиц, обозначающих конститутивные признаки коммуникативного концепта «пари». Нормы коммуникативного поведения носителей русской и английской лингвокультур, обусловливающие речевые жанры «пари» и «betting», находят отражение в языковом воплощении этих жанров: в стиле и дискурсивных маркерах.
ЛИТЕРАТУРА
Метафорическое поле игры в истории русского языка // Аксиологическая лингвистика: игровое и комическое в общении. Волгоград, 2003.
, Деловая риторика: учебное пособие для вузов. М.; Ростов н/Д, 2004.
Дискурсивная реализация коммуникативных концептов. Волгоград, 2007.
Непрямая коммуникация. М., 2006.
Языковые ключи. Волгоград, 2007.
Остин Дж. Л. Слово как действие // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 17. М., 1986.
Этноспецифический концепт FUN в американской лингвокультуре: Дис. …канд. филол. наук. Волгоград, 2008.
Сопоставительное описание русского, американского и финского коммуникативного поведения // Русское и финское коммуникативное поведение. Воронеж, 2006.
Концепты и категории дискурса // Человек в коммуникации: концепт, жанр, дискурс. Волгоград, 2006.
Модель речевого жанра // Жанры речи. Саратов, 1997. Вып. 1.
СЛОВАРИ
Большой толковый словарь русского языка / Под ред. СПб., 1998.
Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1989.
, Пословицы и поговорки русского народа. Объяснительный словарь. М., 1996.
Малый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона // http://slovari. ru.
Словарь русского языка. М., 2004.
, Толковый словарь русского языка // http://slovari. ru.
Толковый словарь русского языка / Под ред. . М., 1996.
Историко-этимологический словарь современного руского языка. В 2 т. М., 1999.
Active Study Dictionary of English. Longman dictionaries, 1988.
Merriam-Webster Online // http://www. .
The Online Etymology Dictionary // http://www.
[1] Подробнее об оппозитивной и континуальной оценочности см. в [Дементьев 2006: 297-301]
[2] Под перформативным дискурсом мы вслед за понимаем такой дискурс, который, с одной стороны, актуализирует смысл реального общения, а с другой стороны – затрагивает ценностную картину мира людей [Карасик 2007: 372-383].
