Тест 031.09.01.044
1. Озаглавьте текст и перескажите его подробно.
2. Ответьте на вопрос: «О каких чертах характера Дениса Давыдова можно сделать вывод на основании данного текста?»
3. Озаглавьте текст и перескажите его сжато.
4. Ответьте на вопрос: «Каким предстает Денис Давыдов в данном отрывке?»
Поэта-партизана Пушкин узнал гораздо раньше, чем познакомился с ним. Не будет преувеличением сказать, что ни у одного из друзей Пушкина не было такой истинно всенародной славы, как у Дениса Васильевича Давыдова. Знаменитое изображение легендарного героя, партизанского вождя Дениса Давыдова на лошади, в крестьянском армяке с окладистой бородой и иконой на груди, долгие годы можно было встретить в России повсюду — от крестьянской избы до знатного дома. Портрет Давыдова-партизана украсил кабинет шотландского поэта и романиста Вальтера Скотта.
Денис Васильевич Давыдов родился в Москве в 1784 году. Как все дети, он с младенчества своего оказал страсть к маршированию.
Граф , который при осмотре полка, находящегося тогда под начальством родителя Давыдова, заметил резвого ребенка и, благословив его, сказал: «Ты выиграешь три сражения!» Маленький повеса бросил псалтырь, замахал саблею...
Розга обратила его к миру и к учению. Пора было подумать о будущности: он сел на коня, захлопал арапником, полетел со стаею гончих собак по мхам и болотам — и тем заключил свое воспитание.
Живя в Москве без занятий, он решил писать; мысли толпились, но, как приключение во сне, без связи между собою. В порывах нетерпения своего он думал победить препятствия своенравием: рвал бумагу, грыз перья, но не тут-то было!
В начале 1801 года запрягли кибитку, дали Давыдову в руки четыреста рублей ассигнациями и отправили его в Петербург на службу. Малый рост препятствовал ему вступить в Кавалергардский полк без затруднений. Наконец, привязали недоросля нашего к огромному палашу, опустили его в глубокие ботфорты и покрыли святилище поэтического его гения мукою и треугольною шляпою.
Таковым чудовищем спешит он к двоюродному брату своему , чтобы порадовать его своею радостью. Вместо поздравлений, вместо восторгов этот отличный человек осыпал его язвительными насмешками и упреками за вступление на службу неучем.
Самолюбие Давыдова было задето, и с того времени, гонимый словами Каховского, он не только обратился к военным книгам, но пристрастился к ним.
Между тем Давыдов не оставлял и беседы с музами: писал эпиграммы и сатиры.
Давыдов не много писал, еще менее печатал, но Общество любителей российской словесности удостоило его избранием своим действительным членом.
Пушкин, умевший воспринимать все самое яркое и оригинальное в творчестве других поэтов, многому научился у Давыдова. Он даже однажды высказался, что именно Давыдов помог ему найти свой собственный путь в поэтическую эпоху Жуковского и Батюшкова. Давыдов необыкновенно гордился тем, что, сам того не ведая, учил Пушкина «круче» писать стихи.
Давыдова благословил великий Суворов...
Мир и спокойствие — и о Давыдове нет слуха, его как бы нет на свете; но повеет войною — и он уже тут, торчит среди битв, как казачья пика. Снова мир — и Давыдов опять в степях своих, опять гражданин, семьянин, пахарь, ловчий, стихотворец, поклонник красоты — в юной деве, в произведениях художеств, в подвигах, в словесности — везде слуга ее, везде раб ее, поэт ее. Вот Давыдов!
(. Из книги «Военные записки».) (451 слово.)
